Проклятые

      — Exaudi me, domine, da auxilium comes, da vires, dare ingenium.       Звонким эхом по заброшенному помещению раздавался голос колдуньи. Женщина средних лет с тёмными волосами, острыми чертами лица и в фиолетовой накидке поверх размашистых штанов и лёгкой кофты с закрытыми глазами держала ладонь на обложке древней книги и безустанно повторяла свою речь, при этом напрягая свободную руку.       — Exaudi me, domine, da auxilium comes, da vires, dare ingenium!       И так десять раз. С каждым разом вопль возрастал по громкости и чуть не глушил её же саму. Однако на счастье ведьмы больше кричать не пришлось.       Прямо напротив неё из ниоткуда появился мужчина. Он был одет в чёрный как ночь костюм с красным галстуком и излучал уверенность. Колдунья оглядела его с ног до головы. Не так она представляла себе встречу с повелителем. Просто оказалась неготовой узреть воочию телепортацию.       — «Услышь меня, о повелитель, дай помощи своей соратнице, надели силой, придай нраву». Что-то оригинальное, — усмехнулся Кроули, бросив незначительный взгляд в сторону и снова вернув на будущую собеседницу. — А зачем тебе вызывать… ну кого-то из наших? Повелителя, так скажем.       — Ты кто? — угрюмо посмотрела на мужчину женщина.       — Твой повелитель на сегодня, — горделиво поднял голову демон, немедленно показав красные глазницы, и от неожиданности ведьма отпрянула от книги. — Ну же, Джулия, выкладывай.       — Я уже высказалась.       — Сумбур чистой воды, — закатил обычные глаза Фергус. — Хотя твоё право. Дополнительно что-то?       — Отнюдь.       — Отлично, тогда оформляем сделку на год.       Кроули бесстрастно прошёл ближе к женщине, пока она размышляла над тайной известности её имени для демона, но всё-таки вовремя отошла от транса, вдруг возразив.       — Как это на год?! Этого мало!       — Пять лет. И это конец.       — Намного лучше. Дальше я разберусь.       — Непременно.       Ведьма легкомысленно поддалась на совершение сделки с красноглазым, который поцелуем забрал её душу далеко в Ад. Кроули знал, что свободу от Рыцарей нужно заслужить, потому пошёл на сотрудничество с Абаддон, когда та во мгновение ока выследила его. Условия мужчине также были ясны: эффект прибавки сил для ведьм спадает через два дня и после к одной и той же клиентке перемещаться запрещалось. Какой прок от пустышки?

***

      А хозяйка блестящей идеи восседала на троне, пока заявленный кандидат на него отсутствовал. Рыжая бестия не передумала и не отреклась от замысла подруги оставить у власти Дамадиэля, наоборот, желала этого. Она знала, что сев на позолоченную обивку, мужчина значительно прибавит в силах. И хотела девушка этого не только для пользы их ордену путём усмирения людей, ведьм и прочих, но и даже некоторых демонов. В их число она занесла и Аммит.       Нестабильная соратница напрягала Абаддон, а невозможность подавить её в целях усмирения и приведения в норму прибавляла беспокойства. Ввиду этого можно сказать, что рыжая бестия хотела видеть на троне интеллигентного Рыцаря даже больше, чем другие.       Двери в зал распахнулись, и взвинченный Дамадиэль тут же перевёл глаза на вскочившую с места девушку.       — Не получилось. Она очень зла.       Незаметно для других людей, телом работящего жителя завладел Рыцарь. Мужчина тут же перестал копать и отстранённо посмотрел вдаль. Он буквально глядел сквозь все население, сканируя местность. И спустя несколько минут, нашёл искомую, тут же переместившись к ней. Дамадиэль сделал всего пару шагов вслед за Аммит, как неожиданно та остановилась и, не повернувшись к товарищу, раздраженно спросила.       — Чего ты за мной ходишь?       Лишь после заданного вопроса она обратила внимание на преследователя.       — Ты ведёшь себя глупо, выражая недовольство так навязчиво. Он не одобрит твоих поступков.       — Кто он? Михаил? Не замечаю единорогов с белой упряжкой и его грозным взглядом.       — Ты знаешь, о ком я.       — А ты знаешь, что в подвешенном состоянии меня лучше не трогать.       — Всего лишь пытаюсь воззвать к твоей совести, если её хоть капля осталась.       — Да? Ну давай, взывай, — чуть подав головой вперёд, девушка резко встала на месте, схватив собеседника за подбородок и притянув ближе.       Далее она показала чёрные глазницы и переложила ладонь на его шею. Мужчина почувствовал недомогание, едва не ощутив на себе использование красного света, который может убивать демонов — однажды Дамадиэль видел, как его применяет Каин. Вовремя заметив подвох, Рыцарь изо всех сил сосредоточился и покинул тело жителя. Тот пришёл в себя не сразу, а когда это произошло, ужаснулся. Двадцать минут жизни буквально испарились из памяти. Перед собой он увидел Аммит. Которая не тронула его, глядя на мужчину обычными глазами и более-менее спокойным, нет, равнодушным настроем.       И вскоре девушка нарушила правило Абаддон — она позаимствовала ещё заполненную магией колдунью. Ведьма с опаской отнеслась к посещению Рыцарем, однако не смогла ничего предпринять и лишь повиновалась. В связи с чем скоро Аммит узрела знакомую Клетку и довольно улыбнулась при взгляде на заключенного в ней архангела.

***

      Перебив теперь уже точно все зарождения вампиров в лесу, Винчестеры вернулись домой. Затянувшаяся охота на кровососущих существ вымотала братьев, и они, уставшие, но вдохновлённые, поспешили сбросить огромную сумку с оружием и повесить куртки.       — Сэмюэль, ты где?       Размеренным тоном прервал тишину Шон, но получил в ответ яркое ничего.       — Дядя говорил, что отправится на неделю или, может, чуть больше в другой штат к другу. Будут ловить вендиго.       — Ну и память у меня…       — Тихо.       Младший из братьев внезапно прислушался к звукам из дальней части дома. Шон повторил за ним, вытянув шею, и нахмурился.       — Кто-то решил помыться?       Размышлять долго никто не собирался. Они вместе побрели в сторону душа. На всякий случай, оба припасли огнестрел. Когда Шон открыл дверь, пространство заполнил горячий пар. Братья недоуменно переглянулись. И все же расслабили переносицу, разбавляя накалённую атмосферу своим удивлением.       Забирая волосы назад, из душа, как ни в чем ни бывало, вышла девушка. Полностью неглиже. Чем посеяла бурный интерес к своей персоне.       — Что за?… Кэссиди… — Шон был ошарашен, продолжая поражаться раскрепощённости гостьи, в то же время Джереми слащаво заулыбался, без конца оглядывая девушку. Потому его вопрос прозвучал проще.       — Как помылась, чудо?       — Прекрасно. Но можно ли мне получить полотенце? Или ходить нагой?       Девушка повиляла бёдрами и поджала губы, изобразив драму на лице: пожадничали?       — Полотенце, — следом без сомнений передал предмет Шон, все же имея чувство приличия.       Гостья закуталась в вещь и стрельнула хитрыми глазами в Джереми, когда проходила мимо него.       Она скрылась в коридоре, оставив братьев наедине друг с другом. А сдержанный ранее Шон не отстал от родственника в выражениях и вытаращил глаза. Такое «шоу» ему довелось увидеть первый раз.       — Охренеть.       — Лучшее, что я видел после трудного дня.       Шон тут же свёл брови вместе, несильно стукнув брата в живот, и тот усмехнулся. Тогда они ещё не знали, в какую роковую игру занесёт их мимолётная сцена в душе.