Summer Vibes

Когда ребята зашли в столовую, остальные сидели как на иголках. Их мучили мысли о том, что, возможно, по лесу бродит какой-то маньяк, а, может, это вообще какой-нибудь бомж… Роксана села за стол к Джессике, Стефании и Эден, которые испуганно смотрели на нее. Сандро же был скорее озадачен, чем напуган — странное поведение девчонки и тот непонятный, то ли реальный, то ли вообразимый черный дым… Мальчики тут же бросились расспрашивать его. — Ну, что там? — задал первым вопрос Винсент. — Это всё так странно… — негромко произнес киприот, а затем обратил внимание на то, что Джурджу не сводит с него взгляд, который выглядит очень пугающе и даже угрожающе. А её губы изгибаются в хитрой и коварной улыбке, отчего кровь стыла в жилах. — Что? — переспросил Бен, оглядываясь на Роксану. — Я вам потом расскажу. — прошептал Николас, не отводя глаз от румынки, но продолжая завтракать. Темноволосая заметила, что мальчик затих и мило улыбнулась, разворачиваясь к девочкам. — Рокси, что у вас там было? — спросила Джессика. — А? Ты о чем? — усмехнулась Джурджу. — Ну, ты же сказала, что видела в домике какого-то страшного мужика… — уточнила напуганная израильтянка. — А, вы про это… Не, там ничего не было, я просто не выспалась и мне уже начали казаться всякие небылицы… — рассмеялась Роксана. — Ладно, ты нас напугала, мы тут сидели гадали, кто это может быть… Хорошо, что всё обошлось. — с плеч Ален как будто горы упали, она положила ладонь на сердце и выдохнула. — Ой, да ладно вам… — отмахнулась румынка, вставая из-за стола и направляясь к выходу. — Лесли, куда мы сейчас? — по пути она спросила у вожатой, наблюдавшей всё это время за ними, дальнейшие события дня. — Сейчас мы идем на озеро, так что, иди собирайся. — улыбнулась блондинка. Роксана ничего не ответила, просто выйдя из помещения, когда услышала ответ.

***

Второй отряд молча шел на озеро. Тишину нарушали лишь негромкие разговоры вожатых, изредка оглядывавшихся на детей, чтобы проверить все ли на месте. Девочки и мальчики иногда перекидывались взглядами, но заговорить никто не решался. Все были напуганы утренним событием, и каждый обдумывал любые вытекающие последствия. У кого-то проскакивала мысль, что нужно уезжать, но, в то же время, уезжать не хотелось, ведь есть что-то заманчивое в этом месте, что-то привлекающее, не дающее сделать шаг назад. Да и ребята здесь хорошие, у каждого появилось, как минимум, два новых друга. Эден частенько оглядывалась на Роксану, которая шла сзади с довольной ухмылкой, что-то было у нее на уме и это что-то было странным, чем-то, что румынка не хотела рассказывать. Израильтянка боялась даже подумать о том, что могло произойти. Возможно, в лесу ее хотели убить, а тот мужик был тем самым убийцей? Поэтому она такая закрытая и апатичная? Не понятно. Однако спрашивать Ален точно не собиралась — вдруг только навредит своей же подруге. Когда отряд дошел до озера, то вроде бы все, более-менее, оживились. Начались какие-то скромные разговоры и смешки. Мальчики первым пустились в плавание и болтали о чем-то своем посреди водоема. Эден неторопливо снимала футболку, наблюдая за тем, как Роксана очень осторожно расстилает полотенце. — А ты разве не пойдешь в воду? — решила спросить израильтянка. — Не особо хочется. Лучше просто полежу на солнышке. — ответила Джурджу, снимая босоножки. — Если что, мы с Атеной будем тебя ждать… — смущенно произнесла Ален, медленно направляясь к озеру вместе с армянкой. Пока девочки купались, румынка неподвижно лежала под солнцем, изредка поправляя черные очки. Эден иногда посматривала на нее и грустила от того, что не могла ничем помочь, а точнее, боялась это сделать. — Эй, Эд, ты чего такая пассивная сегодня? — поинтересовалась у подруги Манукян, подплывая к ней ближе. — Волнуюсь за Рокси… Она так странно ведет себя сегодня, думаешь, что у нее случилось? — Перестань, ничего не случилось у нее. Она всегда такая скрытная. — отмахнулась Атена. — Идем веселиться! — девочка брызнула на израильтянку водой, а затем быстро начала отплывать от нее. — Ах ты! — воскликнула Ален, бросив последний взгляд на румынку, а затем плывя вдогонку армянке.

***

В то время, пока второй отряд развлекался в воде, первый развлекался на земле. Сегодня все одной дружной компанией отправились на прогулку. Как обычно больше всех смеялись Стефания и Дади, а вожатая иногда оборачивалась и говорила, что это такая чушь. Ульрикке снова шла одна и просто оглядывалась по сторонам, изучая природные пейзажи, она изредка смотрела на Бласа, который уже целые сутки не говорил с ней и даже просто не подходил. Норвежка не понимала, в чем проблема, но не хотела первая лезть к нему. Джессика перебивала шутки исландца своими, отчего они чуть не подрались на тропинке, но, оценив всю глупость ситуации, рассмеялись и продолжили путь. Позади всех шли Гжон и Бенджамин, между которыми не было абсолютно никакого контакта, но почему-то эти парни шли плечом к плечу по непонятным причинам. Швейцарец смотрел на немца из-под своих шикарных кудрей, а тот пялился на одну точку в земле, не решаясь оторваться. — Может, помиримся? — выдохнул наконец Мухарремай. — Ты же знаешь, что я на тебя не сержусь… — усмехнулся Долич, продолжая прожигать землю взглядом. — Тогда почему ничего не говоришь? — Думал, что ты не хочешь разговаривать. — Бенджамин наконец поднял глаза на парня, а тот смущенно улыбнулся. — Слушай, я ведь на самом деле ничего против геев не имею, не знаю, что со мной было тогда… — теперь Гжон виновато опустил взгляд. — Ничего. Я не обижаюсь. У всех бывают ошибки. — улыбнулся немец и обнял его за плечи. — Вообще-то, у меня они редко случаются! — возразил швейцарец, уставившись на мальчика. — Не скромничай! — засмеялся светловолосый, прекращая объятия и толкая его в плечо. Кудрявый лишь закатил глаза и усмехнулся.

***

Во время тихого часа, когда девочки отдыхали в своем домике, к ним пожаловал Блас. Испанец вошел, и его глаза тут же бросили взгляд в сторону Ульрикке, но он быстро перевел их на другую девочку — Стефанию. Вожатый не стал проходить дальше порога, поэтому сказал то, что хотел, прямо там. — Стефани, тебя к директору вызывают. — парень вышел из домика сразу же после этих слов, а обеспокоенная гречанка соскочила с кровати и принялась судорожно надевать босоножки. — Что ты натворила? — поинтересовалась австралийка, смотря на нервную соседку. — Это, наверное, из-за того раза… — Либеракакис чуть ли не плакала, но собралась с силами и вышла из домика, захлопывая за собой дверь. Девочка вышла из домика и увидела стоящего неподалеку Бласа, который стоял спиной к ней. Стефания не знала, куда идти, поэтому двинулась в его сторону. — Блас, куда мне идти? — вытирая слезы, спросила гречанка у Канто, который обернулся, услышав ее голос. — Пойдем на прогулку? — переспросил тот, засовывая руки в карманы. — На прогулку?.. — удивилась Либеракакис. — А как же… — Расслабься, это чтобы внимание не привлекать. Ну так, что? — Блас усмехнулся. — Да, конечно, идем! — улыбнулась Стефания, забывая об этом недоразумении с директором. Парочка направилась в лес, но по другому пути, чтобы не встретить кого-нибудь из вожатых или персонала. Испанец долго думал насчет своих действий и слов в адрес Ульрикке, но больше всего он думал об ее отказе, который разбил ему сердце. Он не хотел, чтобы всё закончилось именно так, но… Нельзя ничего вернуть. Жизнь продолжается, нужно идти дальше, поэтому Блас выбрал ту, которая души в нем не чает. Однако парень, пока что, не может ответить ей взаимностью, поэтому хочет узнать девочку поближе. — Стеф, а ты не стесняешься находиться рядом со мной? — спросил вожатый, посмотрев на гречанку. — Нет, ты же мой вожатый, старший брат, в каком-то смысле, а родственников не стесняются. — усмехнулась Стефания. — Ну, да… — невольно рассмеялся испанец. — У тебя много парней было? — Думаешь, я считала? Нет, конечно. Может, пять, а может семь… — развела руками Либеракакис. — Кто из вас начинал отношения? — Ну, чаще всего ко мне клеились всякие ботаны или задроты, но иногда и спортсмены начинали разговор. — улыбнулась гречанка, не сводя глаз с парня. — И долго вы встречались? — усмехнулся Канто. — Ну, может, неделю. Самые долгие отношения у меня длились… дней 10, возможно. — И что, это нормально ты считаешь? — А зачем проводить с человеком больше времени, если он тебе не интересен? — задумалась Стефания. — И правда… — возможно, что у норвежки такая же проблема. — А ты? — улыбнулась девочка. — Сколько у тебя было отношений? — Я… Ах, ладно, у меня было две девушки. — сдался он. — С первой мы повстречались неделю, со второй три года. — Три года? Ого, это много. — изумилась гречанка. — Да, даже пожениться хотели… Но, не случилось. — Блас остановился и замер на месте, когда они вышли к какой-то реке в чаще леса. — А что вам помешало? — Да ничего особенного… Просто потеряли наши чувства, они словно испарились, и мы даже теперь не общаемся. Просто пропала любовь, пропало желание общаться с ней. Не знаю, как объяснить. — испанец присел на бревно, стоящее почти у берегов реки, и опустил взгляд. — Мне так жаль… Не расстраивайся. — Стефания присела рядом с ним и обняла его руку, прикладывая голову на предплечье. — Со мной такого не будет. — С тобой? — усмехнулся Блас. — Конечно, думаешь, по тебе не видно, к чему ты клонишь? — рассмеялась она, поднимая голову и уставившись на вожатого. — А что, я, по-твоему, не умею держать всё в себе? — Канто тоже развернулся к ней лицом и засмотрелся на ее идеальные черты лица. — Я такого не говорила… — смущенно улыбнулась Либеракакис, поглядывая на дрожащие губы парня. Испанец смотрел на лицо Стефании и нашел в нем какое-то спасение. Еще минут десять назад он и не думал, что всё-таки что-то изменится, а сейчас он буквально хотел взять ее прямо на этом бревне. Однако девочка была маленькая, и позволить себе такой дерзости он просто не мог. Блас медленно приблизился к её губам своими и практически поглотил их в порывах своей страсти, а гречанка нисколько не растерялась и только увеличивала удовольствие, сжимая его бедро своей ладонью. Их первый поцелуй закончился через минуту, когда взрослому дяденьке не хватило воздуха, в то время, как девчонка была полна им. — Хорошо, что ты не засмущалась. — улыбнулся испанец, смотря на романтический взгляд Стефании. — Я не из тех, кто бежит прочь от того, что уже здесь. — Либеракакис прижалась к груди вожатого и обняла его спину. Через несколько минут парочка направилась обратно. Они вернулись как раз к окончанию тихого часа, что позволило им незаметно пройти на территорию лагеря, чтобы не возникло лишних вопросов.

***

— Ну, как сходила, что случилось? — не успела гречанка войти в домик, как на нее уже посыпались вопросы от Джессики. — Да так, там просто родители звонили, хотели мне еще одежду передать. — усмехнулась Стефания. — И ты почти два часа с ними разговаривала? — усомнилась австралийка. — Нет, потом я встретила Саманту, она разрешила мне сходить к Роксане, вот, я у них сидела. — Что интересного говорят? — спросила синевласая. — Да так, Роксана сказала, что эта отметка всё еще болит. — отмахнулась Либеракакис. — Блин, как же она ее получила… — задумалась Серро. — Не могла же она вот так просто появиться? — Не знаю, нет, наверное. — развела руками гречанка.

***

Вечером все дружно договорились устроить сегодня выходной без всяких посиделок у костра. Девочки и мальчики ходили друг ко другу в домики, чтобы провести время там, а вожатые тем временем секретничали о своем. — Я никак не могу забыть ту историю, о которой говорили Лука и Дункан… — латышка лежала на кровати и смотрела в потолок. — Да, не самое лучшее воспоминание о школе… — согласилась Лесли, затягивая окна шторкой. — Ну, а кто тогда их убивал? Кому это все было выгодно? А родители что, просто смирились или чего? — Саманта села в кровати, уставившись на стену. — Думаю, что раз они не сказали, то и сами, скорее всего, не знают. Хотя, про родителей можно было узнать… — задумалась ирландка. — Даже не знаю, как бы я пережила такое вообще… Хотя, Тамта и Микела выглядят счастливыми.? — усомнилась в своих словах Тина. — Зачем тебе думать, как бы ты пережила, если тебе уже никак не придется с этим столкнуться? — Просто ради интереса. — Ты бы лучше думала, как заинтересовать кого-то. — рассмеялась Рой, усаживаясь рядом с девушкой. — Ой, да кому я нужна уже… — отмахнулась блондинка. — Я уже старая, кто на меня клюнет? — Ой, тоже мне старая нашлась, не смеши мои уши. — Лесли толкнула ее в плечо. — Ну, а что? Сейчас парни ищут молоденьких девушек, максимум восемнадцати лет. А мне уже далеко не столько. — возмутилась Саманта. — Прекрати. У меня бабушка в семьдесят лет вышла замуж в третий раз. Так что, у тебя еще все впереди! — рассмеялась ирландка. — Действительно… — Между прочим, нам с тобой, блондинкам, вообще не о чем переживать, потому что блондинки — самые красивые девушки в мире. — Боже, какая глупость… — засмеялась латышка, падая на подругу от смеха. *** Сегодняшней ночью события практически повторяли вчерашнюю. Вот только теперь Роксана проснулась посреди ночи и сразу же заметила за окном того самого мужчину, который подзывал ее к себе. Румынка кивнула, послушно поднимаясь с кровати, при этом, даже не надевая обуви. Она тихо вышла из домика и уже на поляне встретилась с ним. Мужчина подошел к ней ближе и снял с её шеи повязку, закрывающую пентаграмму. Ровно, как и днем, она горела ярким красным светом, озаряя лицо незнакомца. Он двинулся вперед, а Джурджу проследовала за ним. Её глаза снова налились черным цветом, а улыбка изогнулась в коварную.