Сон или реальность?

      Последний концерт в этой эре. Последняя песня в этом концерте. Мы кланяемся, благодарим арми, благодарим всех, кто помог нам с этим концертом. Я счастлив, мне грустно, но я счастлив. Правда для полноценного чувства восторга мне не хватает рядом Тэхёна. Он сейчас стоит рядом с Намджуном, а я обнимаю Чимина. Так надо, мы оба это понимаем, мы обязаны играть на публике, но как же мне хочется до боли сейчас вжиматься в его затылок, выражая весь спектр своих эмоций. Это невозможно, к сожалению. И никогда не будет возможно, но я всё равно мечтаю, что когда-нибудь смогу прямо со сцены крикнуть о том, как я люблю Ким Тэхёна. Завершив концерт, мы возвращаемся в гримёрку и просто рассаживаемся по креслам, и снова мы с Тэ не рядом, ведь в любой момент сюда могут войти, увидеть и понять всё так, как оно есть на самом деле. Я ласково смотрю ему в глаза, обещая, что мы сможем наверстать всё чуть позже.       — Вы молодцы, ребята, все молодцы! — улыбается Намджун, — Мы отлично справились, теперь нам предстоит усиленно поработать над новым альбомом.       — Слушай, мы ещё не вышли из гримёрки, даже мейк не сняли, а ты уже про новый альбом говоришь, — застонал Хосок.       — Это важно! — попытался защититься лидер, все мы улыбались. Каждый из нас чувствовал чудовищную усталость. Этот год был очень сложным, как в плане творчества, так и в плане отношений внутри группы.       — Да все мы понимаем, что это важно, но дай хоть отдышаться, — скулит Чимин.       После поверхностного снятия макияжа мы застыли на улице, машины было три. В какой-то момент своего послеконцертного дурачества мы совершенно забыли, что теперь Хосок уезжает в другую сторону. Ещё не привыкли. Друг попрощался с нами с каким-то виноватым выражением лица и, запрыгнув в машину, долго махал из окна. Тэ хотел отправиться в одной машине со мной, но Намджун качнул головой, толкнув ко мне Джина. Тэхён нахмурился, и собирался было вырвать руку, и, видимо, что-то сказать, но я ободряюще сжал его плечо и без слов кивнул, показывая, всё в норме. Мы обещали, что будем скрываться. Пока мы на людях, я готов практически во всём подчиняться ребятам, если они считают так безопаснее, то пусть. У нас впереди ещё вся ночь, чтобы наверстать упущенное. Устроившись на сиденье напротив Джина, я прикрыл глаза. Может, удастся даже вздремнуть.       — Ты как-то спокойно отреагировал, — ухмыляется парень напротив, — Я думал, будешь расстроенным или даже начнёшь огрызаться.       — А смысл? — я чуть приоткрыл глаза, — Я не хочу настроить всех против себя. Если Намджун думает, что так безопаснее, пусть ему будет спокойно. У нас много времени впереди, и нет нужды цепляться за каждую секунду. Теперь нет.       — Ты так в нём уверен? — голос изменился. Джин снова подходил к опасной черте.       — Да, — я кивнул, снова откидываюсь на спинку сидения, — У меня есть только два варианта: я либо буду рядом с ним, неважно, какой ценой, либо умру.       — Чонгук… — я практически почувствовал, как он потянулся ко мне всем своим существом, его, видимо напугали мои слова. Он как никто знает, что в своём сумасшествии я могу заходить очень далеко.       — Ты знаешь это, Джин. Ты видел меня практически мёртвым, и если всё это произойдёт ещё раз, я просто не вынесу, — я устало потёр переносицу, — Я не ошибусь снова, прейдя к тебе. А сам не выкарабкаюсь, так что тут и думать нечего.       — Ты считаешь, что твой приход ко мне тогда был ошибкой? — умеренная доза веселья в голосе заставила меня открыть глаза и посмотреть на нашего самого старшего хёна.       — Как будто ты так не считаешь, — я разглядывал маску, что он натянул на себя, ту, что постоянно носил на сцене. — Серьёзно, Джин. Ты очень много сделал для меня, я не могу выразить, как благодарен тебе, что ты был рядом со мной всё то время, что я планомерно разрушал всё вокруг себя. Но я в жизни не поверю, что ты не жалеешь о том, что произошло между нами. Я не могу говорить уверенно, ведь не был в твоей голове, но знаешь, ты вроде не планировал привязываться ко мне, а там на свадьбе…       — Хватит! — припечатал Джин. Я впервые слышал у него такой злой голос, обращённый именно ко мне.       — Что хватит? — хмыкнул я, нам надо поговорить, не хотелось бы, чтобы между нами оставались какие-то неловкости и недопонимания.       — Чонгук, — парень устало прикрыл глаза ладонью, — ты прав, я не планировал так сильно привязываться к тебе, я не хотел в тебя влюбляться.       Тишина, что повисла в машине, вот ни разу не была комфортной. Я не знал, что должен сказать на такое признание. Ну то есть я понимал, что у него ко мне есть чувства, возможно, более сильные, чем дружеская привязанность, но влюблённость… Это слово я не использовал. И что теперь с этим делать?       — Я… — я прочистил горло, перед тем, как снова попытаться что-то сказать, но не мог придумать что именно, поэтому так и застыл с чуть приоткрытым ртом.       — Чонгук, я как-то уже сказал тебе, я большой мальчик. То, что я чувствую к тебе, это не большая и чистая. Только её отголоски. Серьёзно, как бы близки мы не были внутри группы, когда постоянно находишься рядом с человеком и переживаешь с ним такие сильные эмоции, так или иначе что-то к нему чувствуешь. Это привязанность, не больше, — по-доброму улыбается Джин, убирая руку от лица. Маски больше нет, я вижу его настоящего.       — Я чувствую себя последней скотиной, что так поступил с тобой, — опустив голову, признался я.       — Ты ни в чём не виноват. Я всегда понимал, что дороже Тэхёна для тебя никого нет, — Джин раскрыл мне объятья, как будто звал устроиться в его руках, но я не торопился. — Да брось, Чонгуки! Иди ко мне и позволь хёну обнять тебя!       Устроившись в его руках, я чувствовал себя жутким эгоистом, но как же было приятно ощущать, что я не один и есть человек, который всегда будет рядом, что бы я не сделал. Машина остановилась, и мы аккуратно выбрались из неё. На меня тут же налетел Тэхён, который сжал руками шею и прижался всем телом. Ничего не понимая, я обнял его и с удивлением заметил, что Тэ одарил Джина разгневанным взглядом. Всё это едва ли заняло пару секунд, потом Намджун оторвал парня от меня и за ворот куртки поволок его в дом.       — Эй! — я не мог позволить такого обращения с Тэ и рванулся следом, сразу же за дверью сбивая руки лидера, заставляя отпустить.       — Да не трогаю я его! Не трогаю! — Джун не был зол, скорее немного растерян. — Вот серьёзно, вы друг друга стоите! Что один влюблённый придурок, что другой ревнивый ребёнок!       — Что случилось? — я прижимал к себе пыхтящего Тэхёна и никак не мог догнать из-за чего вообще всё началось и что происходит.       — Когда мы отъехали, этого лунного кролика осенило, что ты в машине наедине с Джином, и он стал психовать, — хмыкнул Намджун, — И как только остановились, кинулся к тебе. Вот честно, Тэхён, я ожидал проблем от любвеобильного Чонгука, но никак не от тебя!       — Ты что, приревновал меня к Джину? — забыв уже о насмехающемся Джуне, о том, что ребята уже тоже толпятся рядом, желая шоу. Я обо всём на свете забыл, ведь его ревность, как бальзам на душу.       — А что мне ещё оставалось? — надул губки Тэхён.       — Я люблю тебя, — чмокнув его в кончик носа, прошептал я.       Возможно, кто-то вроде Чимина ждал очередную красивую сцену, но я просто повёл Тэ наверх. И только в комнате поцеловал по-настоящему, выражая всю любовь и нежность, что были внутри.       — Иди первым в душ, — шепнул я, сияя от счастья.       Кивнув, Тэ взял свои вещи и полотенце и выскользнул за дверь. У меня было огромное желание присоединиться к нему, но такого опыта у нас ещё не было, да и не одобрят ребята. Скосив взгляд на стол, я заметил гору исписанных листков, новый текст, он был почти готов, надо было только поработать над музыкой. Я вообще-то планировал заняться этим после, но обещал же быть примерным участником группы, а значит, я должен прикладывать как можно больше усилий для продвижения. Когда Тэ вернулся, я с улыбкой позволил прижаться к себе и провёл кончиком носа по горлу, зная, как кроет от таких прикосновений парня.       — Тэхён, ты сильно на меня обидишься, если я уйду сегодня на ночь в студию? — прошептал я, просяще заглядывая в его глаза.       — Ты что, разозлился на меня? — напрягся парень в моих руках.       — Нет, — улыбаясь, я снова поцеловал его, — Конечно нет, просто, если помнишь, мы обещали всем вести себя хорошо. Я не могу закончить песню уже много дней, потому что не хочу уходить от тебя, а надо. Не обижайся, хорошо? Как только разберусь с ней, обещаю загладить вину так, как попросишь.       — Хорошо, — невооружённым взглядом было видно, что он расстроился. Быстро приняв душ, я закинул в сумку все свои наброски и последний окончательный вариант текста и, поцеловав любимого на прощание, вышел из дома.       В студии было холодно и пусто. Ухмыляясь, я разглядывал диван, на котором мы с Тэ забавлялись в прошлый раз. Несколько часов честной напряжённой работы дали мне право на несколько минут отдыха. Хочу домой, в тёплую постель, задыхаться от близости этого фантастического парня. Погрузившись в свои фантазии, я сильно вздрогнул, когда дверь без стука открылась, и в помещение решительно вошёл Тэхён.       — Ты что тут делаешь? — я приподнялся ему навстречу, — Уже далеко за полночь!       — Мне не спалось, вот я и пришёл, — пожал плечами парень, сбрасывая рядом с диваном рюкзак.       — Не спалось, значит? — я внимательно всмотрелся в его лицо, — Что ты задумал, Тэхён?       — Я думал, ты будешь мне рад?! — он уселся на мои колени, но было видно, что вся эта непринуждённость даётся ему сложно, щёки уже заливало краской смущения.       Продолжая улыбаться, я позволил ему устроиться на моём плече и затихнуть. Чувствуя покой и невероятное умиротворение, я вдыхал запах его волос и поглаживал затылок. Он явно хотел что-то, не стал бы приезжать просто так, но что, я могу выяснить и потом, сейчас мне просто хорошо.       — Чонгук…       Не сказав больше ничего, Тэхён прижался губами к моим губам. Неожиданно, но приятно. Отвечая, я позволил ему сохранить лёгкость, не желая давить своей страстью. И какое-то время поцелуй действительно был нежным и не обязывающим, но потом Тэхён скользнул языком по моим губам, а потом чуть коснулся моего собственного. Шумно выдохнув, притягиваю его ближе, мне нужно чувствовать! Поцелуй становится горячее, языки сплетаются, словно в древнем танце. Я сжимаю его бока, поглаживаю достаточно сильно, чтобы он смог ощущать это через одежду, но не так сильно, чтобы было грубо. Тэ приподнимает толстовку, пробираясь руками под одежду, и касается пресса, поглаживает грудь. Я вздрагиваю, это уже слишком, чувствую, что вот-вот вспыхну от всего, что он вытворяет.       — Тэхён, не надо! — я останавливаю его руки и стараюсь смотреть в глаза, а не на зацелованные мной губы. Потому что если посмотрю на них, то моя выдержка помашет мне ручкой, и я просто не смогу не сделать ничего лишнего. Только вот взгляд сам собой то и дело опускался ниже, на блестящие от слюны, зацелованные губы. — Чёрт, дай мне остыть!       — Я не хочу, — хмурится парень, — Не хочу, чтобы остывал! Я устал ждать, измучился. Мне нужно, чтобы ты стал моим, чтобы я, каждый раз смотря на тебя, понимал, что ты принадлежишь мне. И я хочу стать твоим.       — Если ты из-за сегодняшнего, то… — сердце колотилось слишком сильно, мне жутко хотелось подчиниться его словам и забыть обо всём. Забыться хотя бы на одну ночь, но я должен был быть точно уверен, что это его реальное желание, а не просто желание удержать меня. Не давая мне договорить, он накрыл мои губы ладонью.       — Плевать на сегодняшнее! Я хочу тебя так сильно!       Это стало просто спусковым крючком, заставив Тэ подняться, я быстро запер дверь: нам ведь не нужны свидетели. А потом медленно опустил его на диван, чёрт, мне совсем не хотелось, чтобы наш первый раз был в студии, но я не смогу уже сегодня остановиться. К тому же Тэхён тоже хочет этого. Мягко поглаживая всё, до чего могу дотянуться, я снимаю с него кофту и футболку и опускаюсь поцелуями к животу. Чувствую, как поджимаются мышцы, как конвульсивно он сглатывает и шумно выдыхает. Естественно, спешить мне некуда, я собираюсь распалить его по максимуму. Улыбаясь своим мыслям, я снова поднимаюсь поцелуями к груди и втягиваю сосок в рот, Тэхён выгибается от такой незамысловатой ласки. Я повторяю это снова и снова, посасывая затвердевшую горошину. Потом, оторвавшись, целую в шею, чтобы немного прийти в себя. От его стонов и того, как он реагировал, мне почти сорвало крышу. Только вот… шея Тэхёна тоже невероятно чувствительна, казалось, в такие моменты он вообще одна сплошная эрогенная зона. Когда я прижимаюсь губами к ней, то парень подо мной уже хнычет, от нетерпения толкаясь своими бёдрами ко мне и потираясь свои возбуждением о моё. Достаточно жёстко фиксирую его бёдра, глубоко вздыхаю, чёрт, он слишком сильно возбуждает меня!       — Пожалуйста, Чонгук, прошу тебя, — хнычет Тэ, притягивая моё лицо к своему, он впивается в меня голодным поцелуем, и я теряюсь в ощущениях.       Соскальзываю вниз и решительно сдёргиваю с него штаны вместе с носками. Он предстаёт передо мной во всём своём великолепии, обнажённый, вздрагивающий от невыносимого желания. Кажется, чувство смущения ему отшибло напрочь, он широко разводит ноги, со стоном толкаясь бёдрами в пустоту, словно просит меня не медлить. Не желая заставлять его мучиться, я провожу языком по всей длине и чуть обвожу головку, вырывая из Тэхёна неестественно высокий стон, он подаётся вперёд, и я послушно обхватываю головку, втягивая глубже. Парень хватает меня за волосы, чуть тянет, а я внутренне радостно улыбаюсь, ему нравится. Несколько раз опускаюсь почти к основанию, насколько позволяет мой весьма небольшой опыт, но этого, кажется, хватает. Я чувствую, как бесконтрольно дрожит подо мной Тэхён, как сжимается весь от огромного наслаждения. Думаю, этого хватит, чтобы отвлечь его от неприятных ощущений. Полностью игнорируя своё собственное возбуждение, требующее внимания, я пробираюсь пальцами между ягодиц и понимаю, что в очередной раз ничего не выйдет. Я придурок, который не имеет в своей студии ничего, что могло бы сойти за смазку, да и презервативов нет. Хотелось почти закричать, настолько сильным было разочарование. Выпустив член изо рта, я виновато заглянул в лицо парня.       — Тэ, прости, наверно, ничего не выйдет сегодня, — я встретился с совершенно пьяным от желания взглядом и почти заскулил, как же сильно я его хочу! — У меня нет смазки и резинок, я такой глупый, прости! Давай я по-другому помогу тебе…       — В рюкзаке… — перебивает меня парень хрипящим голосом, — Я принёс всё!       На секунду отрываюсь, чтобы убедиться, что это не шутка. Нет, всё действительно тут, бутылочка со смазкой и не открытая пачка презервативов. Это вышибает слишком сильно, трясущимися руками я открываю пачку и достаю один квадратик, оставляю его на диване рядом, чтобы потом не пришлось прерываться, а потом решительно распечатываю и смазку, лью на пальцы, наверно, даже слишком много, но я не хочу, чтобы он чувствовал больше неудобств, чем это необходимо. Снова нависаю над ним, чуть растирая смазку пальцами, согревая.       — Если захочешь остановиться, скажи, я сразу прекращу, хорошо? — я целую внутреннюю сторону бедра и чуть поднимаю голову.       — Чонгук, пожалуйста! — стонет Тэ, судорожно кивая.       Снова вбирая его член в рот, я опять ныряю пальцами между его ягодиц и на пробу проталкиваю внутрь один палец. Слишком узко, хоть он и расслаблен, всё равно, я мучительно застонал, только представив, что могу почувствовать, погрузившись в него. Тэхёна прошивает дрожь удовольствия, от вибрации моих стонов. Стараясь всё делать медленно, я продолжаю двигать пальцем внутри него. Тэхён мечется по кровати, кажется, он даже не совсем понимает, где находится, такой чувствительный. Медленно ввожу в него два пальца, сначала просто двигаю ими, то почти полностью вынимая, то проталкивая всё дальше, а потом, когда это даётся уже легче, слегка развожу на манер ножниц. Чувствую, что Тэ затих. И действительно, приподнявшись, вижу, как он прикусил губу, как морщится от неприятных ощущений. Стараюсь сделать всё как можно мягче и когда проталкиваю пальцы внутрь под новым углом, чувствую, как его почти подбрасывает на кровати, он громко стонет и извивается в моих руках. Нашёл, значит.       — Чонгук! Я не могу больше, пожалуйста, сделай это! — из глаз его потекли слёзы, когда я снова мучительно медленно ввожу в него пальцы, задевая нужную точку внутри.       — Ещё рано, — усмехаюсь я. Конечно, я не считал себя половым гигантом, но определённо двух пальцев недостаточно.       Ухмылка сползает, когда Тэхён, ругнувшись, переворачивает меня практически одним движением и оказывается сверху. А потом, придерживая член у основания, начинает опускаться на него. Дыхание у меня перехватывает, выдержки хватает только на то, чтобы не толкаться вверх, поэтому я шиплю его, крепко схватив за бёдра. Когда он опустился полностью, я сквозь затуманенный страстью разум различил его всхлипы и решительно стряхнул с себя дурман наслаждения.       — Потерпи, не шевелись, — шепчу, нежно целуя его лицо, — Говорил же, что ещё рано!       Не слушая меня совершенно, Тэ чуть вильнул бёдрами и поморщился, но потом повторил. Меня конкретно вело от таких его действий, и воспротивиться я не мог. В конце концов, расслабившись окончательно, Тэхён, постанывая, приподнимался и опускался на моём члене, шептал что-то о том, как ему хорошо. Не выдержав, я перевернул его, заставляя встать на колени, а потом опуститься на локти. Чёрт, с такого ракурса он ещё прекраснее, я решительно вошёл в него, задавая более быстрый темп, Тэ срывался на крики, когда я задевал внутри него бугорок простаты, это заставляло меня вколачиваться в него ещё сильнее. Словно в замкнутом круге, мы толкали друг друга к краю, и он не замедлил наступить, ведь мы так долго ждали этого момента, так хотели его!       — Чонгук! Я сейчас… — Тэхён извивался в моих руках, и сдерживаться больше не было сил.       — Давай, Тэхёна, кончи вместе со мной! — я обхватил рукой его член, двигая ею в одном ритме с толчками.       Несколько сильных глубоких толчков и я чувствую, как мою руку заливает сперма, он так восхитительно сжимается вокруг меня, что я просто схожу с ума и, решительно войдя до самого конца, сам кончаю, не выходя из него. Слишком сильны мои чувства, чтобы отстраниться в такой момент. Заваливаясь набок, я вдруг понимаю, что мы так и не использовали презерватив, и что Тэхён наверно убьёт меня завтра за то, что кончил в него, но сейчас глаза закрывались и думать ни о чём не хотелось. Я аккуратно выскользнул из расслабившегося тела и устроился с рядом уже сладко сопящим Тэхёном. Я извинюсь, только завтра.