Астрид: свет, что не боится ночи

И снова Астрид, как и в прошлом году, старательно избегала Люпина. Почти машинально подстраивала под это дни, время возвращения, даже собственное настроение. Если он появлялся на Гриммо — она находила повод задержаться на работе или у себя, в маленькой квартире. Люпин, впрочем, тоже не стремился нарушать это хрупкое равновесие. Не искал её, не задерживался в дверях комнат, где она могла оказаться. От этого почему‑то становилось только хуже. В один из вечеров Астрид, устав от душного напряжения дома Блэков, перехватила миссис Уизли на кухне. Молли одновременно помешивала суп, отчитывала кого‑то из младших за грязные ботинки в коридоре и пыталась вспомнить, закончилась ли мука. Вид у неё был такой, словно ещё немного — и она начнёт колдовать сразу четырьмя палочками. — Если хотите, я могу забрать Фреда и Джорджа к себе на вечер, — как бы между прочим предложила Астрид, прислонившись к кухонному столу. — Им полезно иногда менять обстановку. Вам, думаю, тоже. Молли подняла на неё взгляд. Сначала — настороженный, почти матерински строгий. Потом в нём промелькнуло такое откровенное облегчение, что Астрид едва удержалась от улыбки. — Ты… правда заберёшь их? — переспросила она осторожно. — Обоих? — Если только они не решат разделиться для большего масштаба разрушений. Молли фыркнула — устало, но с благодарностью. — И они будут у тебя весь вечер? — Весь вечер, — подтвердила Астрид. — Обещаю вернуть живыми. Насчёт квартиры ничего обещать не могу. Миссис Уизли прикрыла глаза так, будто мысленно благодарила всех известных ей святых и половину магического сообщества за внезапную передышку. — Астрид, если ты сейчас не шутишь, я готова лично собирать вам корзину с пирогами каждую неделю. — Значит, договорились. Где‑то за дверью кухни что‑то с грохотом упало, после чего раздалось подозрительно быстрое: — Это не мы! Молли медленно повернула голову в сторону коридора. — Именно поэтому, — произнесла она с пугающим спокойствием, — вы оба сейчас же собираетесь и уходите с Астрид. Близнецы появились в дверях почти мгновенно, как будто только и ждали сигнала. При родителях они держались удивительно спокойно: переглянулись, пожали плечами с видом людей, которым оказывают сомнительную услугу, и лениво засунули руки в карманы. — Ну, если вам так будет легче… — Мы, разумеется, готовы пойти на эту жертву. Настоящая реакция последовала уже у неё дома. Когда дверь квартиры закрылась, окончательно отсекая шум Гриммо, оба синхронно выдохнули так шумно, словно несколько часов провели под водой. Фред тут же с интересом оглядел гостиную, Джордж бесцеремонно заглянул в соседнюю комнату, а потом они одновременно расплылись в совершенно одинаковых улыбках. — Мисс Мур, — протянул Фред с почти искренним восхищением, — и вы всё это время скрывали от нас существование такого прекрасного места? — Это даже оскорбительно, — поддержал Джордж, снимая куртку. — Мы считали, что между нами уже установился определённый уровень доверия. Астрид вскинула бровь. Она всё‑таки тихо рассмеялась, впервые за последние дни чувствуя, как внутри становится немного легче. Близнецы обменялись быстрыми довольными взглядами — такими, какими обычно смотрят люди, успешно провернувшие очередную шалость. И, возможно, в каком‑то смысле так оно и было. На кухне быстро стало слишком шумно для такой маленькой квартиры. Фред без всякого стеснения устроился прямо на столешнице, свесив одну ногу, Джордж занял стул у окна, а между ними стремительно пустели коробки с печеньем, шоколадными лягушками и какими‑то подозрительными сладостями из их собственных запасов, которые Астрид благоразумно решила не рассматривать слишком внимательно. За окном медленно темнело. В стекле отражался тёплый свет кухни, старый чайник тихо посвистывал на плите, и Астрид почти физически чувствовала, как напряжение отпускает плечи. Почти. — И всё‑таки, — задумчиво протянул Фред, разворачивая очередную конфету, — у тебя здесь подозрительно спокойно. — Это потому, что вы здесь меньше часа. — Дай нам время, — серьёзно кивнул Джордж. — Мы люди старательные. Астрид фыркнула, отпивая чай. Некоторое время они болтали о какой‑то ерунде: о том, как Рон едва не получил инфаркт после очередной их шутки, о том, что миссис Уизли в последнее время научилась заранее распознавать по лицам сыновей, когда в доме вот‑вот что‑то взорвётся. Потом разговор как‑то незаметно свернул. — Кстати, — лениво бросил Фред, ковыряя ложкой карамельный пудинг, — мы тут заметили одну любопытную вещь. Астрид уже по его тону поняла, что ничего хорошего дальше не последует. — Это всегда плохое начало. — Почему же? — возмутился он. — Мы исключительно деликатны. — Настолько деликатны, что ваша мама теперь проверяет чайник на наличие фейерверков. — Это был один раз, — машинально ответил Джордж. — Четыре, — Астрид покачала головой, пряча улыбку за чашкой. Фред между тем внимательно наблюдал за ней поверх кружки. — Так вот. Мы заметили, что вы с профессором Люпином в последнее время подозрительно хорошо друг друга избегаете. Тишина после этих слов продлилась ровно секунду. Потом Астрид спокойно поставила чашку на стол. — А вы, я смотрю, слишком много замечаете. — Профессиональная деформация, — невинно сообщил Фред. Джордж, до этого молчавший, чуть подался вперёд. — Вы поссорились? — вопрос прозвучал неожиданно мягко. Без обычной насмешки. Астрид отвела взгляд к окну. В темноте уже почти ничего не было видно — только собственное размытое отражение. — Можно и так сказать. Фред перестал улыбаться первым. — Всё настолько плохо? Она медленно выдохнула. Наверное, стоило отшутиться. Перевести разговор. Сказать, что это не их дело. Но от постоянного молчания она устала не меньше. — Мы расстались, — произнесла Астрид ровно. Слова прозвучали удивительно спокойно. Почти чужими. На кухне стало тихо. Фред коротко переглянулся с братом, и Астрид вдруг слишком отчётливо заметила, как Джордж едва заметно выдохнул — быстро, почти незаметно, словно сам не понял, что сделал это. Совсем короткое облегчение. Но она всё равно увидела. И, судя по тому, как дёрнулся уголок рта Фреда, он тоже. Джордж мгновенно потянулся за чашкой, делая вид, что полностью сосредоточен на чае. — Оу, — только и сказал он чуть хрипло. Астрид медленно прищурилась. — Это сейчас было облегчение, Уизли? — Что? Нет, — слишком быстро ответил Джордж и тут же нахмурился на брата, потому что Фред уже откровенно давился смехом. — Я просто… кхм… удивился. — Конечно, — протянула Астрид. — Очень внезапная информация, — с абсолютно серьёзным лицом подтвердил Фред. — Джордж едва эмоционально не погиб. — Замолчи. — Не могу. Это исторический момент. Джордж раздражённо пнул его ногой под столом. Фред немедленно расплылся в довольной ухмылке. Астрид перевела взгляд с одного на другого, и внутри неожиданно кольнуло странное, почти забытое ощущение — что рядом с этими двумя невозможно слишком долго тонуть в собственных мыслях. Они просто не позволяли. Даже когда лезли не в своё дело. — И давно? — осторожнее спросил Джордж спустя пару секунд. Теперь в его голосе действительно звучало что‑то похожее на беспокойство. Астрид провела пальцем по краю чашки. — Достаточно. — Он идиот? — деловито уточнил Фред. — Фред, — одёрнул его брат. — Что? Я пытаюсь поддержать человека. Астрид тихо усмехнулась. — Нет. Всё немного сложнее. Она замолчала, подбирая слова, но в итоге только качнула головой. Объяснять всё это вслух всё равно не хотелось. Да и невозможно было объяснить нормально то, в чём она сама до конца не разобралась. Джордж внимательно посмотрел на неё поверх кружки. И впервые за весь вечер ничего не сказал.

***

Обратно на Гриммо они возвращались уже поздно вечером. Лондон встретил их сыростью и холодным ветром. Фред всю дорогу что‑то оживлённо рассказывал про новый эксперимент с Забастовочными завтраками, размахивал руками так активно, что пару раз едва не задел прохожих, а Джордж, обычно подхватывающий каждую его реплику, сегодня был непривычно тихим. Астрид заметила это почти сразу. Фред тоже заметил, судя по нескольким слишком выразительным взглядам в сторону брата, но комментировать не стал — что было редкостью почти исторической. Когда они свернули на площадь Гриммо, воздух будто снова стал тяжелее. — Как же я соскучился по этому жизнерадостному месту, — пробормотал Фред. — Почти слышно, как стены осуждают нас, — поддержал Джордж автоматически, но без привычной лёгкости. Они поднялись по ступенькам. Фред первым скрылся за дверью, бросив через плечо: — Если мама спросит, мы были образцовыми джентльменами. — Она скорее поверит в добровольное раскаяние Снейпа, — заметила Астрид. — Какая вы всё‑таки жестокая женщина, мисс Мур. Дверь захлопнулась за ним прежде, чем она успела ответить. На крыльце неожиданно стало тихо. Слишком тихо. Астрид уже собиралась войти следом, когда Джордж негромко окликнул её: — Астрид. Она обернулась. Он стоял чуть ниже на ступеньке, засунув руки в карманы куртки, и смотрел куда‑то мимо неё — не в глаза, а куда‑то в район плеча, словно сам ещё не решил, стоит ли вообще продолжать этот разговор. Ветер слегка растрепал его волосы, и впервые за вечер он выглядел не как один из невыносимо самоуверенных близнецов Уизли, а просто как очень молодой парень, которому неловко задавать вопрос. — Можно спросить кое‑что? Астрид прислонилась плечом к перилам. — Зависит от степени катастрофы. Уголок его рта дёрнулся, но улыбка быстро исчезла. — Это… из‑за меня? Она нахмурилась не сразу, будто не поняла. — Что именно? Джордж шумно выдохнул через нос. — Вы с Люпином, — произнёс он чуть тише. — Ваше расставание. Это ведь не потому, что… — он запнулся, явно раздражаясь сам на себя, — ну, не потому что я… как‑то… Закончить мысль он так и не смог. И это неожиданно тронуло её сильнее, чем если бы он сказал всё прямо. Астрид несколько секунд просто смотрела на него. Потом медленно покачала головой. — Нет, Джордж. Ты здесь совершенно ни при чём. Он поднял взгляд — быстро, почти настороженно. Она отвела глаза к тёмным окнам Гриммо. — Всё давно к этому шло, — сказала она уже спокойнее. — Задолго до тебя. Задолго до всего этого. На последних словах её голос всё‑таки стал тише. Джордж молчал, внимательно слушая. — Мы слишком долго пытались делать вид, что всё нормально, — продолжила Астрид после короткой паузы. — Иногда люди… просто устают друг от друга раньше, чем готовы это признать. Она усмехнулась краем губ, но без особого веселья. — У нас это затянулось. Джордж медленно кивнул, будто прокручивал её слова у себя в голове. И всё же напряжение окончательно не ушло с его лица. — Но я всё равно… — Даже не начинай, — перебила она мягче, чем собиралась. — Ты не обязан искать в этом свою вину. Он коротко посмотрел на неё исподлобья. — Я и не ищу. Астрид выразительно подняла бровь. — Уизли. — Ладно, возможно, немного. Она тихо фыркнула. Несколько секунд они стояли молча, слушая, как где‑то внутри дома снова кричит миссис Блэк и как Фред, судя по грохоту, уже успел что‑то уронить. Потом Джордж вдруг неловко провёл рукой по затылку и пробормотал: — Просто… я не хотел быть причиной чего‑то плохого для тебя. Сказано это было так искренне, что у Астрид внутри неприятно дрогнуло что‑то тёплое и опасное одновременно. Она посмотрела на него внимательнее, чем стоило. Слишком близко. Поэтому почти сразу отвела взгляд. — Поверь, — тихо сказала она, берясь за дверную ручку, — если в моей жизни и есть катастрофы, ты пока даже не вошёл в первую десятку. Джордж наконец рассмеялся — негромко, с явным облегчением. И только после этого они зашли внутрь.