Первое правило Осаму Дазая

      Чуя боится выйти из комнаты. Смотрит в зеркало, поправляет все что может, хоть и понимает, что все идеально. Выдыхает, вновь смотрит в зеркало.       Белая ворона¹, честное слово. Будто замуж выдают прямо сегодня! По спине проходится холодок, но омега отмахивается. Сегодня он словно товар на аукционе, но никто не знает, что его давно выкупили.       Младший принц заходит тихо. Ацуши в черном и судя по Рюноске, что стоит в дверном проеме, у них что-то наподобие парных костюмов? Да, можно и так сказать.       Омега делает глубокий вдох и выдох, улыбается. Вскрикивает что-то похожее на «вперед и с песней!», выходя из комнаты.       Сначала Накахара так и кипит позитивом, но с каждым шагом, приближающим его к залу, настроение постепенно ухудшается. Уже возле лестницы, парень останавливается.       Паника накрывает с головой.       А когда в поле зрения появляется Николай, Чуя бледнеет словно саван и, кажется, забывает как дышать.       — Ты чего застрял? Тебя все ждут.       — Он там, да?       Светловолосый улыбается, кивает. Начинает что-то рассказывать, но рыжий не слышит. Вспоминает технику дыхания, пытается усмирить сердце и удержаться на ногах.       Ацуши поддерживающе сжимает чужое плечо. Рюноске усмехается, пару секунд молчит и вроде как тоже пытается приободрить.       — Он ждал вашей встречи.       Голубоглазка кивает, и все же делает первый шаг. Дышит глубоко, держится одной рукой за перила. Когда юноша оказывается в поле зрения гостей, те замолкают. А после зал взрывается от криков-поздравлений.       Чуя улыбается, всех благодарит, ищет глазами того самого. Не обращает внимания на других альф, что уже подбивают к нему клинья.       Дазая нет. По крайней мере парень его не видит. А потом желающих высказать добрые (или нет) слова не уменьшается.       Закончив с пожеланиями и уважением, омега отходит к дальнему окну. Вино в бокале сияет, пить правда его не хочется. Вообще ничего не хочется.       — Чуя…       Рыжий поднимает взгляд на Ацуши. Тот мнется, смотрит на туфли.       — Прости. Он куда-то пропал и найти его мы не можем.       — Ну и плевать.       Неправда. Чуе совсем не плевать. Просто он гордый, а еще очень обидчивый. И вообще, какого черта Осаму все еще нет?!

⚛ ⚛ ⚛

      Тридцать минут. Прошло тридцать минут, а настроение Накахары уже ниже плинтуса. Омега успел отказать тридцати парням. Хотя, может и больше, но на тридцать седьмом счетчик сбился. Или это был сорок восьмой? Неважно!       Чуе надоедает ждать. Он даже раздумывает согласиться на следующее предложение о танце. И какой-то незнакомый принц уже намеревается к нему подойти. Правда, когда тот оказывается рядом и говорит то, что юноша слышит весь вечер, в монолог встревают.       — Извиняюсь, но сегодня он танцует только со мной.       В такие моменты рыжий понимает, насколько же он миниатюрный. Судя по ощущениям, Осаму наклонился, чтобы обнять его хотя бы за плечи. Это же насколько Король Кларенса вымахал?       Незнакомец почему-то бледнеет и быстро ретируется.       — Привет, — тихо говорит шатен прямо на ушко.       Чуя чувствует, как начинает краснеть. Молчит, не потому что не хочет говорить, а потому что не может. Ответа от него правда, никто не ждет: альфа поворачивает его к себе, улыбаясь, ведет почти в центр зала. Ого, а омега и не заметил, что оркестр начал играть что-то легкое.       Накахара поднимает взгляд на… То ли своего парня, то ли жениха. Тот явно о чем-то задумался, смотрит словно сквозь рыжего. Последнему это ой как не нравится и он мстительно наступает на чужую ногу.       В карих глазах на мгновение проскакивает искра боли, но выражение лица не меняется. Только отчуждение пропадает. И уголки губ немного — еле заметно — приподнимаются.       Дазай целует медленно, с чувством. Чуя не сопротивляется, не обращает внимание на присутствующих: он слишком долго ждал.       — Давай уйдем? — тихо шепчет Осаму в губы возлюбленного.       — Да…

⚛ ⚛ ⚛

      Убежать с праздника не составляет труда. Вот дорога до комнаты Накахары — целая полоса препятствий в виде слуг и стражников. Но те вроде как отводили взгляд, видя пожирающую друг друга пару.       Когда они возле двери Чуи, Осаму спрашивает в последний раз.       — Ты уверен, что не хочешь подождать до восемнадцати? — на это рыжий усмехается.       — Я Чуя Накахара, первый принц Элкии, барон Рембо, граф Озаки, отдаю тебе, Осаму Дазай, свое сердце, тело и жизнь. Клянусь любить, хранить домашний очаг и никогда не предавать. И пусть магия будет мне свидетелем, — вокруг юноши поднялся вихрь из темной магии.       — Я Осаму Дазай, король Кларенса, граф Фукудзава, граф Огай, принимаю твое предложение Чуя Накахара. Клянусь любить, защищать и никогда не предавать. И пусть магия будет мне свидетелем, — темные нити переплетаются со светлыми. Все заканчивается через пару секунд.

Магический брак заключен