Зарисовка на тему отеля Хазбин

- Кхм, Аластор, это Килл… как у тя фамилия? – обратилась я к нему. - Сайфер. – сказал он. - Килл Сайфер. Килл, это Аластор. Тот хмырь, который немец, это Себастьян. Ал, вот этот вот хрен, это Билл – показала я на златовласого. - Повежливей никак? – недовольно спросил он. - Никак. А синеволосый, это Уилл. - Привет. – дружелюбно сказал Уилл. Аластор помотал головой, натянув свою жуткую улыбку, и сказал: - Рад знакомству. Вы не отсюда, верно? - Ага. Короче, я домой, а вы как хотите. – сказал Билл, уходя обратно в портал. – ах да, можете больше не приходить? - Это почему? – спросила я. - Ты вломилась к нам домой, сожгла три дерева, разбила восемь ваз и выжрала все вино!!! Ой. Вот это я могу. - Эм… ну… не помню, значит не было. – оправдалась я. Билл фыркнул и ушел. - Пока. – сказал Уилл с вежливой улыбкой и ушел следом. - Ладно, я тоже пойду. Жди как-нибудь в гости, Софья Владимировна. – сказал Килл, целуя мою руку. Затем демон вошел в портал, и он испарился. Ал посмотрел на меня и спросил: - И кто это были? - Видимо к ним я пришла по пьяни. – предположила я. - Так, решено, пить ты больше не будешь. Я аж воздухом подавилась (коротко о моих умениях) - Это в смысле?! - В прямом. Вдруг еще куда-то попадешь? - Лишать женщину бухла, это то же самое, что лишить рыбку воды! – парировала я с несчастным видом. – и какого хрена ты командуешь, я не пОняла? Но демон лишь поправил монокль и, обняв меня за талию, завел в отель. Вот жопа неугомонная, че он трогает меня? Внутри здания был пиздец. Срач кругом и разбитые бутылки. Грустно вздохнув, я поплелась к себе. Свалившись там на кровать я стала думать, чем себя занять. Пить не хотелось, избивать демонов тоже. Так, а какой там сегодня день? Суббота. Ну блин, че мне поделать? Жопа жаждет приключений. Тут в комнату постучали. - Открыто! – крикнула я. Ко мне вошел Себастьян. - Слушай, Софья, я вдруг узнать захотел… - Нет, пиво не предлагай. – перебила я. - Да я не о том. Как у русских принято ухаживать за женщиной? Ох ты ж мать твою налево. Я посмотрела на него удивленно и сказала: - Себастьян, не пугай меня. - Ну интересно же. - Скажи мне два слова на немецком, и я вся твоя, ты ж помнишь. Его щеки покраснели и он замахал руками. - Да я не об этом! мне интересно, как у русских парень добивается расположения девушки. Я фыркнула. - Шаурму купи и все. - Ну Софья! - На кой хер тебе это вообще надо? - Интересно, я уже сказал! - Ладно, сын мой, слушай. Сидит, значит, девушка в нехеровой такой высокой башне на самом верху, а парень должен на лихом жеребце допрыгнуть до ее окна. И если допрыгнет, то поцеловать ее должен. – загнула я про испытание из сказки. - Стой… а если не допрыгнет? - Тогда царь сносит ему голову. У волка аж шерсть на ушках дыбом встала от испуга. Я рассмеялась. - Да шучу я, дебил. Не допрыгнул – пусть лесом идет, нужен он больно. - Как у вас все сложно. – протянул немец. - А ты как думал? это только со мной можно на немецком подкатывать и шаурму вместо цветов дарить, мы ж друзья с тобой. Себастьян вздохнул и сказал: - Друзья. Спасибо, что сказала. - Да пожалуйста. Обращайся, фашист. - Да не фашист я! - Ну так и я не коммунист! Тут он хитро прищурился и выдал: - Ахтунг. Сука… все, я поплыла… как я обожаю немецкий… - Аааа… давай еще… скажи еще что-нибудь… - Нищт. Блять, я сейчас рожу… - Себастьян, во имя Сталина, возьми меня! - Майн руссиш. - Ваааа!!! – заверещала я. И тут эта гнида выскочила за дверь, оставив меня без нихера. Меня накрыла злоба и я рванула за ним, вопя: - АХ ТЫ ОПАРЫШ ФАШИСТСКИЙ!!! ИДИ СЮДА, ГИТЛЕР ХРЕНОВ!!! Я ЩАС ТЕБЕ УСТРОЮ НЕМЕЦКОЕ КИНО БЕЗ ПЕРЕВОДА, СУКА!!! ГОТОВЬ ЖОПУ И ВАЗИЛИН!!! Но стоило мне выйти на улицу, как желание убивать пропало, и в голове прозвучало «я жду тебя…». - А? – спросила я вслух «Жду…» - Кто ты? – спросила я, озираясь по сторонам. «Я рядом, Соня…» Так, походу белочка пришла. Я помотала головой и зашла обратно, решив, то пора прекращать бухать. Буду вместо водяры жрать тортики. И плевать, что это плохо кончится. Я наколдовала себе тортик и собралась его жрать, но пришел Аластор и спросил: - Соня, скажи, ты не занята сегодня? Я укусила торт и ответила: - Нэф. А фто? - Не соблаговолите ли вы, Софья Владимировна, пройтись со мной вечером по улицам ада? О, а вот и решение моего вопроса про ничегонеделание. Прожевав торт, я сняла ушанку, торжественно поклонилась и сказала: - Разумеется, барин вы мой рогатый. Нормальный ответ? - Более чем, дорогуша. – довольно сказал демон, целуя мою руку. Затем он присоединился к моему поеданию тортика. В это время, Чарли сидела в гостиной и листала каналы по телеку. На одном она вдруг остановила и притихла. Мне было видно ее грустное угнетенное личико. Что там такое? Я тихо подкралась и посмотрела на то, что показывали. Какая-то баба опускает Чарли с ее затеей об отеле. Это как это? Чарли ведь принцесса, разве ее не должны бояться? Вдруг послышался всхлип и шмыганье носом. Она плачет? Чарли сидела на диване и вытирала лицо руками, тихо всхлипывая. Мне стало как-то странно. Я будто ощутила вину и сочувствие. - … все-таки, какой надо быть идиоткой, чтобы до такого додуматься? – сказал голос ведущей. За что они с ней так? Чарли снова тихо всхлипнула. Бедненькая. Я не могу на это смотреть. Я вышла из гостиной, и Ал сказал: - Прелесть моя, что такое… - Ты знаешь, где находится студия канала с новостями? – перебила я. Он поправил монокль. - Конечно. А что? - Отведи меня туда. Сейчас. – потребовала я. Демон без возражений вышел со мной на улицу и повел по городу. Пока мы шли, у меня все сильней чесались кулаки. - А зачем тебе вдруг понадобилась студия? – спросил радио-демон. - Все тебе скажи. - Да, скажи. - Придем, увидишь. Спустя двадцать минут мы оказались перед большим красивым зданием. Войдя в него, мы поднялись на лифте на десятый этаж. Там шла съемка новостей. Прекрасно. А вот и та самая баба, которая опускала Чарли. Мы прошли за кулисами, приближаясь к ним. - Ты тут подождешь? – спросила демона я шепотом. - Понадоблюсь – зови, душенька. – ответил он. Я кивнула и тихонечко вышла из-за кулис, хрустнув пальцами. Все внимание переключилось на меня. - Ты кто такая?! – завелась ведущая – пошла вон! Я мило улыбнулась и повернулась к камере. - Мои хорошие, вы снимаете? – спросила я. - Уберите ее отсюда! Вижу, что снимают. Ко мне направился один хрен, в которого я резко запустила ножами, а затем я заморозила камеру и медленно повернулась к женщине, сказав: - Ты Кети Килджой, да? Она нахмурилась и встала из-за стола, а ее соведущий едва не пересрался от страха, глянув на нее.