Зарисовка на тему отеля Хазбин

- Значит так, бомжиха, слушай меня сюда. – сказала она злобно и раздраженно – сию секунду съебись отсюда и не порть мне эфир, или… - Нет, это ТЫ слушай меня сюда. – перебила я злобно – как твой блядский рот посмел тявкать на саму принцессу ада? Какое имеет значение твое сучье мнение, а?! КАКОЕ?! - Тебе-то вообще какое дело, шмара?! - Мне? А тебе? Она поцарапала когтями стол. - Слушай сюда, сучка хвостатая, зря ты сюда пришла. Едва кончится эфир, я закопаю тебя к хуям! Я усмехнулась. - Ты меня? А прямо щас слабо? - АХ ТЫ ПАРШИВАЯ… Я в секунду оказалась рядом и сжала ее шею, сверкая глазами. - Посмотри на мое лицо, шваль. На мои глаза, волосы, на все тело. Надругались над ним люди достаточно. И сейчас такая жалкая и ничтожная дрожащая сучка смеешь мне угрожать? Ты жалкая гнусная мразь, Кэти. Ничтожество. А хочешь знать, кто я? я дочь севера, снегов, метели, тьмы и лютой зимы. Я есть холод. Я есть страх. Я та, кого жалкие дрожащие сучки, вроде тебя, назвали Белиалом. Так скажи мне наконец, какого хуя ты решила, что твое мнение кому-то может быть не до пизды? Мне глубоко насрать на твои влияние и богатство, и они уж точно меня не остановят, если я захочу убить тебя, паскуда. И если ты даже подумаешь о том, чтобы снова унизить или подколоть Чарли, это Я закопаю тебя к хуям. Верней то, что от тебя останется. Я швырнула ее башкой в стол и повернулась к другим демонам, сверкая зелеными глазами. - Теперь же вы, дрожащие ублюдки. Вы жалкие крошки говна, вы это знаете? Трусы и тупые ошметки человеческих душ, которые когда-то называли себя людьми. Вам даровали шанс доказать, что в вашем существовании есть смысл, и как вы отплатили? КАК?!!! – проорала я последнее слово. Все вздрогнули, но все молчали, опустив глаза. Все они меня боятся. Полагаю, они знают, КТО я. - Вот именно. Молчите дальше. Но помните, так, на всякий случай, что в аду есть место, где можно спасти свою ублюдскую душонку. И также помните, что Я приду за вами, если хоть слово плохо скажете о Чарли или отеле. Кстати, Я там живу. И для тех, кто меня не знает, я Белиал. Ну, или же вам будет привычней слово РУССКАЯ. У пары демонов случился инсульт. Я повернула голову к Кэти, смотрящей на меня со страхом, но с нотками презрения. Я усмехнулась и сказала: - Кстати, ты ничего. Для шлюхи очень даже ничего. Напоследок я ударила ее по скуле и разнесла всю студию. Пройдя за кулисы, я увидела, как меня смиренно и восторженно ждал Ал. - Я все. Пойдем обратно. – сказала я с милой улыбкой. Аластор поправил монокль и вывел меня на улицу. И пока мы шли домой, я понемногу остывала. - Не знал, что ты держишь всех в страхе. – сказал демон. Я хихикнула. - Не больше, чем ты. Но до короля ада мне далеко. - Так мне называть вас Белиал, сударыня? - Зачем же? Это только прозвище. Он схватил мою руку и сильно ее поцеловал. - Ты чего? – растерянно спросила я. - Я в восхищении, лишь увидел твою злость. - Это видимо комплимент? - Да, душа моя. - Ну, спасибо. - Ах, милая моя, как мне сделалось плохо! – сказал он, приложив руку ко лбу. - Чё не так? – спросила я со скептицизмом. - Я весь горю! Я пылаю от нахлынувшего чувства! Прошу, не покиньте меня на произвол судьбы, моя царица! - Я могу тебе снег за шиворот насыпать, устроит? - Видите ли, прелесть моя, я вправду болен. - И чем? - Я болен вами! С момента, как увидел вас, меня объял неукротимый жар в груди, и в то же время пронизывал холод! И мое дыхание то и дело прерывалось при одной лишь мысли о… - Так, иди лечись, походу ОРЗ. – перебила я. Мой милый читатель, я сейчас прекрасно понимаю, что этот олень мне признается в чуйствах, но это так красиво и нежно и волнительно! Ну грех момент не испортить, одним словом. Ал снова стал целовать мою руку, в промежутках шепча: - Моя дорогая, как нежна ваша ручка… как румяны щеки… как томен взгляд… как бела ваша грудь… - Э, ты офигел?! – возмутилась я. – грудь мою не трогай! - Пардон, исправлюсь. Как мягок ваш хвост… ах, как вы прекрасны, моя богиня! - Я вообще-то демон, ну да ладно. И домой я шла, попутно выслушивая комплименты от Аластора, покрывающего мою руку многочисленными поцелуями. Когда мы были у двери, я спросила: - Сударь, вот ты мне щас это все наговорил, а вечером-то что скажешь? - Ваше великолепие порождает множество слов любви и… - Ладно, поняла я. Свободен. - Я не могу покинуть вас, моя милая. - А если я в туалет захочу? - Ну… ну только тогда. - Или спать? - И тогда. - Или одной побыть? - И вот тогда. Как над ним интересно издеваться, слушайте. Все, я нашла себе новое развлечение. Стоило мне открыть дверь, как мне попалась Чарли. Она секунд пять смотрела на меня, а потом повесилась на шею, всхлипывая. - Чарли, т-ты чего? – потерялась я. - Спасибо! - За что? ту водку я не трогала, если ты об этом. - Спасибо! ты такая хорошая! Спасибо! - За что спасибо-то? - Спасибо, Белиал! Тут до меня дошло. Стойте, так я тогда камеру не сломала? То есть… она все видела? Ой блин… какой я долбоёб. - Чарли, я правильно поняла, ты… ты видела, да? – промямлила я. Она лишь шмыгнула носом и сильнее обняла меня. Ну, точно видела. Я несмело погладила ее по затылку, говоря: - Ты меня отпустишь? - Ты такая хорошая! – всхлипывала она. Я-то? Ну да, я сама доброта. Особенно по пьяни на разборках. Спустя четыре с половиной минуты Чарли меня отпустила, а я рванула в свои покои, ибо хотелось побыть одной и немножко подепрессовать. Но ко мне залез Энджел и стал тащить бухать. - Пошли, я нашел нам новый бар! – сказал он восторженно. - Мой милый друг, оставьте меня, ибо я не хочу бухать. Тут он аж поперхнулся кислородом. - Ты?! ТЫ?!!! – выкрикнул он шокировано. Я вяло кивнула, утыкаясь лицом в кровать. Паук развернул меня к себе, взял за плечи и спросил: - Так, кто тебя сломал? - Жизнь. - А кроме нее? - Печень. - Тебе плохо что ли? - Немножко. Энджел, бухай без меня, я сегодня мимо кассы. - Не-не-не, у тя точно что-то случилось. - Да ниче не случилось, я просто не хочу! – начала раздражаться я. - Не может быть такого, чтобы ТЫ и не хотела выпить. - Да ну че ты докопался? Я может завязать решила. Тут он свалился на пол от смеха. - Ты и завязать? Серьезно? - Ля, а шо? Ты ж помнишь, я трезвенница, спортсменка, комсомолка, и просто красавица, как пэрсик. - Заткнись! Я щас рожу! - Рожай и вали, барыня изволит погрустить. - А чего это барыне грустно? - А я просто так погрустить что ли не могу? я очень-очень тонкая и ранимая натура. Он заржал в голосину. - Я не поняла, ты не веришь? – нахмурилась я. - Да ты… ох, мать… ты-то ранимая? Я встала с кровати и склонилась над катающимся по полу демоном. - Очень. - Ага, аж десять раз. - Я БЛЯТЬ ОЧЕНЬ РАНИМАЯ!!!! ТЕБЕ ДОКАЗАТЬ, ПЕДРИЛА?!!! - СПАСИТЕ! – завопил Энджел, выскакивая из моих покоев. Я магией захлопнула дверь и плюхнулась на кровать. «Я жду тебя, Соня…» - раздалось в голове. Белочка моя любимая, оставь меня в покое. «Иди ко мне…» - Тебе надо, ты и иди. – вслух ответила я. «Я жду…» - Ты отстанешь, или как? «Жду…» Я наколдовала снежок и приложила его ко лбу. Все, на серьезных щах говорю, прекращаю пить. Ну, попытаюсь. Повалявшись немного на кровати, мне захотелось кушац, и я двинула требовать еды. Но мне захотелось чего-нибудь родного. Захерачу борщ. На кухне я наколдовала нужные мне ингредиенты и принялась готовить, виляя хвостом. Бооооорщ… еще и сметаны сюда впихну… ах, как текут слюни. О, и еще можно пирогов сделать. Хотя не, лень. «Я жду тебя… иди ко мне…» - снова раздался голос. - Давай я поем и приду? – сказала я. «Ладно…» Я поломалась. Это так и работает что ли? А чего я раньше не додумалась? Голос затих, а я продолжила кашеварить, рассуждая о том, кому я нужна. Тут вошел Аластор и принюхался. - Что ты готовишь? – спросил он с интересом заглядывая в кастрюлю. - Борщ. – ответила я, кидая в суп морковку. - Борщ? - Не слышал о таком? - Это суп такой вроде, да? - Бинго. Пробовал когда-нибудь? - Не довелось, моя милая. - Ну, могу поделиться. - Может, помочь? - Будь другом, достань мне сметану. - Что достать? – поломался Ал. Я вздохнула. - Ладно, я сама. Просто сиди и смотри как готовит профи. Он припарковался на стул и стал смотреть. Я захерачила в кастрюлю картошку, свеклу и остальную хрень, ну и в финале эпично насыпала укроп. По кухне разнесся прекраснейший запах борща. Я налила суп в тарелки и поставила одну перед Алом. Добавив сметану, я сказала: - Приятного. Пробуй. Он съел одну ложку. Потом пространство на секунду исказилось, и он выдал: - Выходи за меня, прошу. Я усмехнулась, поедая сметанку из пакета. - Подумаю, сударь. Короче, потом я выжрала три тарелки борща, а всю остальную (трехлитровую, между прочим) кастрюлю вылакал Аластор, захерачив туда сметаны. Я вытерла рот, потянулась, и голос снова напомнил о себе: «Я жду тебя, Соня…» - Да иду я, иду. – сказала я. - Ты куда? – спросил Ал. Я показала на мою голову. - Меня белочка куда-то зовет. Ты не боись, я вернусь, и потом веди меня куда хош, барин. - Какая белочка? - Белая горячка. «Я жду тебя… я покажу, куда идти…» - Все-все, я иду.