Этот пустой взгляд на мир

      Кабинет патриарха в одно мгновение словно потерял все оттенки, что ещё можно было рассмотреть сверхъестественным зрением в кромешной мгле подземья. Нечто мрачное и тяжёлое погрузило комнату в абсолютный мрак. Только одна единственная восковая свеча на столе вампира не желала сдаваться. Словно с позволения хозяина комнаты, чью ладонь и ласкало её пламя, эта свеча оставалась самым ярким источником света чуть ли не во всём царстве нежити.       Впрочем, казалось, изменившейся обстановки никто в комнате и не заметил. Казалось.       Рядовой вампир лишь на секунду сбился с ритма, после чего как ни в чём ни бывало продолжил доклад. Проблемы с хранением крови, обозримая нужда в очередных вылазках за скотом… всё это в один миг стало для сидящего за столом вампира пустым звуком, раздражающим и отвлекающим шумом.       Патриарх застыл, направив свой пустой взгляд в жерло горящего пламени. Вампиры не то, чтобы… эмоциональные создания, но в эти секунды Каилон был готов сорваться на ни в чём неповинном младшем. Голову заполнил разрывающий сознание шум, состояние вампира было готово приобрести форму разверзнувшегося вулкана.       — Прочь… - сквозь зубы прошептал он.       Послушной без эмоциональной нежити дважды повторять не пришлось. Склонив голову, альбинос шагнул к двери и потянул на себя.       Мгновением позже всё его туловище превратилось в кровавый фарш и разлетелось по всей правой части кабинета. Второй лишь брезгливо поморщился на всколыханное пламя свечи, что, казалось, было готово потухнуть.       В кабинет влетел экстравагантно выглядящий блондин. Бешенный взгляд вышедшего из под контроля зверя и абсолютно не элегантно испачканное во внутренностях только-только упокоенной нежити одеяние ясно давали понять — случилось нечто, что смогло вывести из себя вечно надменного Вильема Штрауса.       Вышесказанный вампир тяжело облокотился руками о стол и принялся буравить взглядом неформального лидера всех вампиров после Основателя. Когда он понял, что тот нарочно избегает контакта, то взбесился окончательно. Резким движением блондин отшвыривает здоровый деревянный стол в стену, практически разнося его в щепки.       — Дорогой братец. Что это было? - на удивление спокойным тонов попросил вторженец.       — Это было лишним. - вздохнул Каилон, после чего встал и, постукивая по полу тростью, подошёл к окну, - Ты пришёл ко мне, и это даже лестно, но с чего ты взял, что я знаю ответ на твой вопрос?       — Я… - вампир нахмурился и, не найдя ответа, фыркнул, - Заслуга твоего шарма. Ты буквально источаешь уверенность и всезнание.       — Рад, что ты так высоко оцениваешь мой ум. - мягко улыбнулся брюнет, после чего стал серьёзен, - Ты чувствовал то же, что и я? Словно нас…       — Оторвали от неё. - закончил мысль Штраус, подойдя к окну, - Словно детёныша от маминой груди. Да. В последний раз столь сильную бурю… чувств я испытывал, когда, будучи ещё человеческим ребёнком, потерял мать. Её сожрали. Это… я считал, что избавился от подобных слабостей, что они присущи лишь живым. Но сейчас… я чувствую гнев, Мик. И… боль. Это значит..?       — Возможно. Вариантов много, но одно верно — я больше не слышу её шёпота, как, я полагаю, и ты.       — Значит, теперь мы одни?       — Ну, мы по меньшей мере есть друг у друга. Мама, пусть я и до конца не знаю зачем, сплотила нас вместе, сделав сильнее, чем когда либо. Нам важно оставить всё как есть, сохранить то, что она построила, а затем найти её.       — Мы вместе лишь из-за неё. Лишь её воля сплачивала нас. Без этого вся это структура быстро полетит к солнцу.       — Подумай, брат. То, что убило маму, не обязательно остановится на ней одной. Особенно, если это орден…       — У ордена нет таких сил. - несколько нервно ухмыльнулся патриарх.       — Мы же рассуждаем, так что нужно учитывать все варианты. Так вот, по одиночке то, что уничтожило Основателя, без особых усилий найдёт и прикончит нас. Или мы будем вечно прятаться. Ты вот хочешь провести оставшуюся часть вечности, затаиваясь в тенях деревьев и гор? Я — нет. Мы стали по настоящему сильны, брат. И можем стать сильнее, если придём к соглашению и компромиссу.       — Что ты предлагаешь? - заинтересованно прищурился блондин.       — Да, по сути, ничего нового. Следовать Кодексу Наари. Закрепиться здесь окончательно, отстроить наконец адекватную систему снабжения. А затем… Наара-шалан, созданный Основателем, наконец сослужит свою службу. Именно на случай подобной ситуации он и был создан.       — Надеюсь, до этого не дойдёт. Хм… что насчёт личности нашего врага? У тебя есть идеи? Только не говори, что правда рассматриваешь на его кандидатуру Орден?       — Честно? Нет, Орден бы не осилил. Эти заносчивые люди толком не знают, на кого охотятся и кому противостоят. Они сильны, это так, и по настоящему опасны для нас с тобой, но вот мама… тщетно ставиться сукой демонов, гавкая на Бога. Нет, это точно не их рук дело… - вампир подошёл невысокому столику, достал откуда-то почти догоревшую свечу и, создав за секунду трения пальцев искру, поджёг фитиль, - У меня есть кандидаты на примете. Ты и сам о них подумал, верно?       — Ты определённо всезнающ. - скривив ироничную невесёлую ухмылку, ответил Вильем, - Реч про эту шестёрку?       — Верно. Наш засланный скот, чью жизнь там мы читаем с помощью трауматургии, видел чудеса, достойные называться проявлением божественного. Растущие из земли дома и замки, исцеления и разрушающая сила стихий. И никаких признаков истинной магии драконов, во всяком случае на первый взгляд.       — Хорошо. Допустим, они все и смогли каким-то образом одолеть Основателя. Кто они? Демоны? Ангелы? Какой-то очередной эксперимент Императора? - последнее предложение было произнесено с особым презрением.       — Да дьявол их разберёт. Самый понятный из них для меня — этот Суршана, лич, управляющий временем. Насчёт него хотя бы понятно, как он смог получить такую силу. С другой стороны, его имя совершенно мне ничего не говорит, а я прошерстил все письменные источники, что мама собрала за свою нежизнь. Они все словно с неба упали.       — Ну, по крайней мере в их рядах нет единства. - пожал плечами Штраус.       — Ты про этого Алафа? Да, он сам себе на уме. Мутит воду, ведёт какую-то свою игру. Нам это на руку.       — Только если…       — Если их конфликт не сотрёт нас с лица земли. Да. Пусть мы и скрываемся в подземье, следы нашего присутствия наверху могут привести врагов к нашему дому. И это касается не только этих богов. Орден Мщения, эти демонские подстилки, и не думают закрывать сезон охоты. Мы в очень уязвимом положении, брат.       — Что ты предлагаешь?       — Затаиться. Полностью скрыть все нити, ведущие к нам. Это, прежде всего, касается методов добычи скота. Ты понимаешь, о чём я. - второй Патриарх сурово сощурился, - Твои методы не годятся.       Короткая пауза. Два высших вампира некоторое время буравят друг друга холодными глазами. В конце концов, что бы кто ни говорил, каждый патриарх желал большей власти, чем ему было отделено волей прародительницы. Мик Каилон, второй по старшинству после Алистера Макиавелли, этого блудного сына, рвался подмять под себя как можно больше управленческих ресурсов, заставив, таким образом, работать систему на себя. На свой клан, который у него, как и у любого другого Патриарха, был. Вильем Штраус же был, волей Кровавой, назначен Князем Войны — титулом и прилагающимися к нему полномочиями, которые давали ему власть над элитными войсками, созданными лично Девой, рыцарями крови, а также над вампирами среднего звена, коих в Балад-Дуре было немало.       Теперь, когда Основатель не может контролировать ситуацию на политическом поприще подземного города кровопийц, грядёт противостояние этих двух могущественных аристократов ночи. Это было очевидно им обоим. Теперь эти двое — истинные владыки Балад-Дура и всего рода наари. Что в итоге возьмёт вверх? Сила и меч подавят перо и кинжал? Административная власть и хитрость Второго обыграют жестокого и тщеславного Третьего? А может сохранится нейтралитет, и в подземном городе закрепится двоевластие?       Во многом ответ на эти вопросы зависит от того, на чью сторону встанет Четвёртый Партиарх, Кайле Зим. Этот непредсказуемый изобретатель и искусный трауматург заведует всеми шпионами и лазутчиками вампиров. У него глаза и уши почти в каждом государстве на поверхности, но его власть и влияние среди своих сородичей достаточно незначительны. Даже сейчас он не в городе, а где-то там, наверху, строит очередную паутину из информаторов и шпионов. Останется ли он в стороне, примкнёт ли к кому-то из новоиспечённых правителей Наари — тот ещё вопрос. Опять же, о его непредсказуемости ходят самые разные слухи. Но истинно одно — союз с мастером над шпионами и к тому же с достаточно могущественным высшим вампиром может сыграть чуть ли не решающую роль в намечающемся противостоянии.       Но это всё дела будущего. Разговор же касался общего блага, и в этом вопросе у двух патриархов были схожие интересы. После долгой паузы Вильем Штраус обезоруживающе улыбнулся и сказал:       — Раньше, когда мы жили в разных уголках света, мы образовывали свои кланы, которые добывали кровь ночными вылазками на поселения живых. Этого было достаточно. - спокойно ответил блондин, налив из кувшина в стеклянный бокал густую красную жидкость. Поднеся бокал к носу, вампир брезгливо сморщился: - Дварфская. Серьёзно, Мик? В общем… клан кормил себя сам. Но теперь нас стало слишком много. Скот не успевает размножаться, приходится устраивать рейды, перевозя целые поселения сюда. Это единственный способ пополнения запасов, до тех пор, пока скорость размножения скота не превысит скорость его употребления. А это годы, Мик, годы.       — Не читай мне лекций, Вильем. Я имею дело с отчётами каждый чёртов день, так что всё прекрасно понимаю. Но с этим надо кончать. С такой опасностью наверху мы оставляем слишком грязный след. Я предлагаю новый вектор политики взаимодействия с живыми.       — Заинтриговал. - хитро улыбнулся высший вампир, делая глоток дварфской крови, - Продолжай.       — В настоящий момент существует множество племён самых разных видов, которые постоянно воюют друг с другом. Я предлагаю поддержать одно такое племя и помочь ему подмять под себя всех остальных в регионе. Но взамен мы обложим это племя данью. Это будет договор между нами и знатью племени, по которому они ежегодно должны будут отдавать нам столько-то здоровых особей. Число зависит от размера племени. К тому же, задействовав в войнах младших вампиров, мы дадим им возможность лишний раз полакомиться кровью, что незначительно, но сократит нагрузку на наши запасы.       — Даже не знаю. - задумчиво сказал Вильем, смотря куда-то вдаль, - Мы усилим одно племя, подмяв под него остальные. Но захочет ли это племя и дальше находиться под пятой у вампиров? Как ты собираешься сдерживать этих потенциальных данников?       — О вампирах не обязательно знать всему племени. Достаточно будет договоров со знатью, как я уже говорил. К тому же, мы можем обыграть всё так, что «дань» превратится в «подношение». Богам ли, духам предков — зависит от отдельного племени. Мы будем действовать ночью, вырезая силы противника нашего избранного племени. Они будут приходить на всё готовенькое, но не ужасаться нашей жестокости, а превозносить своих богов, да так неистово и рьяно, что будут готовы или даже рады отдать нам своих близких. Уж знать-то об этом позаботится, будь уверен. Они примут наше предложение, ведь мы дадим им власть, о которой они и не мечтали. Мы будем заботиться о сохранности порядка на их землях, укреплять их власть.       — Разделяй и властвуй. - ухмыльнулся Третий Патриарх.       — Верно. - ответил ему тем же Мик Каилон.       — Вижу, права была мама. Грядёт время перемен…