Бремя войны

      – Как это мы виноваты?       Я уже около получаса хожу взад вперёд по кабинету и пытаюсь понять, когда это из освободителей мы превратились в убийц. Тот молодой парень, Тёма, умер по пути к друиду, на руках у Алекса. Его тётка, та самая женщина, что кинулась к нему у ручья, во всё горло орала, что это мы виноваты в смерти парня. Крик отчаянной женщины слышал весь «Орешек». Она билась в истерике, вырывалась из рук крупного мужчины, что держал её пока громкие возгласы не стали тихими рыданьями. Друиду пришлось обрабатывать моё ранение прямо в главном зале, ведь дойти до нашего своеобразного медпункта в тот момент мне казалось непреодолимой задачей. Я слышала каждое её слово, каждый крик, что болью отдавался где-то в душе. Я видела много смертей со дня наступления войны, но именно эта легла неизгладимым отпечатком. Я никак не могла отделаться от мысли, что она права и именно мы виноваты в том, что произошло. Саша, конечно, пытался привести меня в чувство, говорил, что мы здесь не при чём, и что такое могло случиться с каждым и в любой момент. Я это всё понимала, но почему-то именно эта потеря не прошла мимо. Я даже не знала его. Но вид женщины, которая билась в истерике из-за потери дорогого человека, оставила неизгладимый след в моей душе. Именно тогда я в полной мере поняла, что мы не можем спасти всех, даже если нам кажется, что всё под контролем, всегда что-то может пойти не так. Мы не всесильны, как бы нам не хотелось думать обратное. И это была моя ошибка. Я наивно полагала, что если мы всё просчитаем, всё продумаем, нам удастся избежать жертв, но как же я ошибалась. Эта моя ошибка стоила молодому парню жизни. И не только ему. По прибытию в гору выяснилось, что среди наших тоже были потери, а если точнее двое. Нет, я не была глупой и прекрасно понимала, что такого исхода никто не мог предсказать. Правда от этого легче не стало, уж и не знаю, что повлияло на это. Почему именно сейчас я сломалась.       – Я бы на твоём месте не стал засорять такую милую головку не нужными сведениями, – Алекс спокойно сидел на диване и перекидывал небольшой мячик из одной руки в другую. – На войне всегда были и всегда будут жертвы. Старик, молодой или ребёнок, не важно. Ты как лидер должна быть сильной и не принимать каждую смерть, к тому же незнакомого тебе мальчишки, близко к сердцу.       Резко останавливаюсь и в упор смотрю на молодого человека. В моих глазах плещется злоба, а голос тихий:       – Считаешь меня плохим лидером? Думаешь, ты будешь лучше?       – Эй, успокойся девочка, – Алекс поднимает руки в примирительном жесте.       – Варя успокойся, – произносит Саша и встаёт напротив меня, загораживая Алекса. – Мы все сейчас на эмоциях. Меньше всего в данный момент нам нужны ссоры между собой. Да, согласен, сегодня всё пошло немного не по плану, но когда это у нас было по другому, а Варь?       Молодой факир мягко мне улыбается и я, вздыхая, с ним соглашаюсь. Он прав, как всегда. Мы смогли спасти пленных, почти всех, и это главное. Сейчас не время поддаваться самобичеванию, у нас ещё есть работа.       Следующая наша цель – Эдельвейс. Данное поселение немного крупнее первого, а значит и охраны там будет больше. Алекс каждый день твердил нам о необходимости улучшать свои навыки. Он разработал новую систему тренировок и незамедлительно принял её в оборот. Теперь мы тренировались не внутри горы, в специально обустроенном для этого зале, а снаружи. Это новшество принесло некое разнообразие, добавило адреналина.       Команда для спасательной вылазки осталась такой же, как и в прошлый раз, но в силу того, что мы потеряли двух бойцов, требовалось принять «новую кровь». Уже через полутора суток ко мне подошёл крепкий мужчина, один из спасённых нами из Эделаса, и попросился в команду. Алекс, стоит заметить, был, мягко говоря, недоволен. Парень считал, что брать новеньких на столь ответственное задание, как освобождение пленных верх безрассудства, но наши мнения в этом вопросе разошлись. Уже через десять минут, как только я дала свой положительный ответ новенькому, в дверь моего кабинета постучали ещё трое крепких мужчин, изъявивших желание поучаствовать в операции. Отказывать я им не стала, но проверить их стоило. В тот же вечер они доказали, что достойны места в отряде. Уходя из тренировочного зала, я заметила на себе злой и недовольный взгляд Алекса.       Подготовка к вылазке по спасению пленных не была моей единственной проблемой. В «Орешке» вовсю шла подготовка к свадьбе Ядвиги Петровны и Кощея. Эти двое были похожи на невинных и несмышлёных подростков. Они переживали за каждую мелочь и контролировали абсолютно всё. Хотя я не могу винить их в этом. Но когда несколько раз за день они по очереди отвлекли меня из-за того, что в списках декораций значатся не те цветы, которые они выбрали, у меня задёргался глаз. На минуточку, речь шла о двух видах, которые между собой идеально сочетаются, но наши молодожёны вместо того, чтобы обсудить этот вопрос между собой, шли сразу ко мне. В итоге мне пришлось на ночь запереть их в своём кабинете для «урегулирования всех мелких нюансов» их всё-таки совместной свадьбы. Правда на утро я пожалела об этом решении, ведь в первую очередь мне пришлось заменять стол. Благо это не входило в список не разрешаемых проблем, ведь на нижнем ярусе горы в запасе находилось пять свободных столов, один из которых и перекочевал ко мне. Хотя сломанный стол был не единственным сюрпризом, что приготовила нам с Сашей эта парочка. Теперь они желали как можно скорее закрепить свой союз и решили немного передвинуть свою свадьбу.       – Варя, ты же понимаешь всю шаткость данной ситуации? – произнесла Ядвига, когда мы остались с ней наедине. – Мы не уверены в завтрашнем дне. Кто знает, проснёмся мы завтра сами или от звуков ударяющихся друг об друга клинков. Поэтому мы решили не тянуть и сыграть свадьбу как можно скорее.       Не сказать, что меня сильно удивило такое желание, но всё-таки немного в тупик завело. Дело в том, что вылазка на Эдельвейс была назначена на завтра, а торжество они хотели сыграть уже послезавтра.       – Ядвига Петровна, – начала я аккуратно, – я прекрасно понимаю ваше желание скорее стать женой Кощея, но и вы меня поймите. Я не могу отложить вылазку, к которой мы готовились почти три недели. Выход назначен на завтрашнее утро и если всё пойдёт более менее по плану, то к ночи мы уже прибудем обратно с освобождёнными пленными. Им необходимо будет пару дней на адаптацию, знакомство и уже тогда мы смогли бы повести церемонию.       – Что ты конкретно предлагаешь? – голос Ядвиги был слегка печален и разочарован.       – Неделя, – твёрдо отвечаю я.       – Пять дней, – произносит рыжая женщина, почти не смотря в мою сторону. – Через пять дней мы играем свадьбу с вами или без вас.       После этих слов женщина покидает кабинет, оставляя меня в полной тишине.       Наутро следующего дня я вновь просыпаюсь в поту от кошмаров, которые стали моими постоянными спутниками ночи. Быстро переодеваюсь и следую в главный зал, где меня уже ожидает группа из двадцати трёх человек. На это раз мы решили разделиться и отойти от горы на более дальнее расстояние, чем обычно. Четыре группы: три по шесть человек и одна пять. У каждой группы была карта, на которой было отмечено место, куда они должны прибыть и ждать меня, чтобы я смогла их телепортировать. Это было сделано для того, чтобы мне не затрачивать много энергии для телепортации большого количества человек за раз. Так же нам удалось в эти две с половиной недели подготовки раздобыть одноразовый артефакт перемещения, который мы собирались задействовать для телепортации пленных.       Каждую группу я телепортировала примерно за километр от интересующего поселения с одной из четырёх сторон. Связи между нами не было, так что мы полагались лишь на обычные механические часы, что были у главы группы. План оставался неизменным. Маги наводят хаос и привлекают внимание, а остальной отряд атакует поселение изнутри. Правда, здесь был риск того, что этот приём раскусят, но фортуна явно была на нашей стороне и первые две части плана прошли без сучка, без задоринки.       Шум, что устроили волшебники, заставил часть охранников покинуть антимагический купол, что так же окружал поселение и там их встретили наши ребята. Я снова отказала Саше и отправилась в самую гущу. На этот раз он не отвечал за вывод пленных из купола. Парень находился рядом со мной, и мы боролись с ним бок обок. Однако не всегда всё может идти по заранее запланированному плану. Так случилось и в этот раз.       В самый разгар битвы появилось около дюжины солдат, и полные сил кинулись в бой.       – Мы не сумеем вывести всех пленных! – прокричала мне Вика, отбиваясь от двух противников.       Оценив ситуацию, я решила дать сигнал к отступлению своим ребятам, а сама покрепче ухватила парные клинки и встала в боевую стойку между врагами и своим отрядом.       – Уходите и выводите пленных! Я задержу их насколько смогу!       Вика смотрела на меня с сомнением в своих зелёных глазах всего долю секунды, а потом уверенно кивнула. Краем глаза я заметила Сашу, что встал по правую руку от меня и уверенно сжал свой меч.       – Думала, что я тебя брошу в такой момент?       Он улыбнулся мне, своей самой яркой улыбкой и в тот момент я поняла, что не одна. Факир как всегда был рядом и он не бросит меня. Эта мысль придала уверенности, хотя я не знала чем закончится данная битва. Однако я точно знала, что не дам своему другу погибнуть и не важно, сколько врагов перед нами.       Битва была жаркой и в этот момент я была как никогда благодарна Алексу за его настойчивость в тренировках. Мои клинки холодно рубили каждого на своём пути. Мы с Сашей двигались как один механизм, дополняя друг друга, словно в танце. Долгие, изматывающие тренировки позволяли предугадывать движения друг друга ровно до тех пор, пока факир не отвлёкся на что-то за моей спиной и не пропустил удар, что пришёлся ему ровно в живот. Глаза друга округлились, и он с глухим стуком и громким возгласом выронил свой меч и упал на колени, прижимая руки к ране. Отвлекшись, я сама получила сильный удар, что пришёлся чуть выше колена по левой ноге. Но страх за жизнь друга оказался сильнее боли от ранения. Я ничего не видела вокруг кроме парня, что за последние полтора года стал для меня всем. Забыв о боли, я стала пробираться к нему. К этому моменту в поселении, как я могла судить, не осталось никого из нашего отряда, они все должны были покинуть поле боя, защищая пленных.       Добравшись до Саши, я перекинула его руку себе через плечо и направилась с ним прямиком к краю купола. В этот момент я благодарила всех кого только можно, что край того самого купола находился в паре метров от нас. Тащить на себе парня и при этом стараться отбивать удары врагов, которые догоняли нас дело не из лёгких. Мне сильно прилетело по голове какой-то дубинкой, что держал в руках один из врагов. Стоило нам только оказаться за пределами купола и я немедленно телепортировала нас в единственное место, что тогда пришло мне на ум, а именно берег бурной реки, что протекала недалеко от «Орешка». Связываться с лазутчиками в тот момент хотелось меньше всего, поэтому я, считая секунды, поволокла Сашу прямиком к горе, в надежде, что мы успеем скрыться до появления подручных Повелителя. И нам это удалось.       Из последних сил я дотащила раненного друга до главного зала горы, где нас ждал наш отряд и громко произнесла:       – Нам нужен друид, срочно!       В ту же секунду Сашина рука пропала с моих плеч, переместившись на плечи Алекса, и он весьма бойко повёл его к нашему лекарю. Мне оставалось только перевести дух и прихрамывая, следовать за ними, стараясь сильнее сжимать рану на своей ноге.       Оказавшись в обители друида, наш лекарь попросил посторонних сию же секунду покинуть помещение, дабы дать возможность побороться за жизнь парня, что уже потерял сознание от потери крови. Я молча сползла по стенке, наблюдая как Ин ибн Дюк вместе со своей помощницей колдует над Сашей.       Не знаю, сколько времени я провела сидя у стены, помню только заботливые руки молодой сказочной, что так любезно осмотрели мою ногу. Она пришила к выводу, что обычной тугой повязки будет достаточно. На тот момент меня занимали совсем другие мысли. Я всё ни как не могла понять, как Повелитель смог так быстро узнать про нападение на Эдельвейс и прислать подмогу. Эта информация была строго засекречена. О времени нападения были в курсе лишь те двадцать три человека, что непосредственно участвовали в отряде, но они не могли предать, ведь сами все без исключения пострадали, это я узнала уже будучи в медпункте. Тогда кто? Мысли лихорадочно бегали в моей голове пока двое боролись за жизнь парня, что был мне словно брат.       Озарение посетило меня внезапно, когда дверь комнаты открылась, и в ней показался знакомый голубоглазый брюнет.       – Извините, – произнёс парень, и повернулся ко мне. – Варь, бумаги, что удалось добыть при нападении, доставить в твой кабинет?       Стоило мне только посмотреть в эти холодные голубы глаза, как в моём сознание стала формироваться не очень приятная теория. Опираясь на стену, я встала и без лишних слов отодвинув молодого человека в сторону, вышла из помещения. На немой вопрос Алекса я не обратила никакого внимания и направила прямо по коридору, слыша позади твёрдые шаги молодого парня. Голова кружилась, явно сотрясение, но сейчас это меня не волновало. Наша последняя вылазка отличалась от предыдущих. Вместе с пленными нам удалось умыкнуть у противника множество различных бумаг и один артефакт, что сейчас покоился на моём запястье. Что именно за бумаги мы не знали, так же как и не представляли, что за артефакт мы умыкнули, но значимость его не преуменьшали. Быстро, насколько это позволяет больная нога и плывший перед глазами коридор, я добралась до главного зала. Именно здесь мы оставляли всё найденное группами, а уже после распределяли по отсекам «Орешка». Так как время было уже за полночь, это мне подсказали наручные часы, в зале народу было мало. Я даже не стала оглядывать помещение как обычно, не до того. Мой взгляд сразу приковало к брошенным двум походным сумкам, в которых сейчас безнадёжно что-то искала Лу.       – Случайно не это ищешь?       Мой голос эхом разнёсся по всей главной зале, от чего девушка резко выпрямилась и застыла. Я стала медленно подходить к ней, демонстрируя невзрачный браслет, что покоился на моём правом запястье.       – Варя, – произнесла девушка.       – Как давно? – мой голос был твёрд.       – Я не понимаю…       – Ты всё понимаешь, – мои слова эхом отразились от стен. – Только ты, помимо отряда, знала о наших действиях. Поэтому я хочу знать, как много ты успела рассказать.       Удивлённо выражение лица Лу слишком быстро сменилось на злорадное, и она ответила:       – Ты и вправду думаешь, что сможешь победить? Какие же вы наивные, всё уже давно предрешено.       С последними словами девушка кинулась на меня, и в её руке блеснуло лезвие. Однако тренировки Алекса не прошли даром. Я смогла увернуться, схватив свою соперницу за запястье и отвести от себя удар. В ту же секунду Алекс перехватил девушку, выбив холодное оружие из её рук.       – Уведите её, – тихо произнесла я, глядя на парня.       Алекс передал молодую особе двум парням, что увели её под громкие крики. Тут же я почувствовала ужасно головокружение, но старалась не подавать вида.       – Что с ней делать? – вопрос Алекса был весьма уместен.       – До утра ничего, – я всеми силами пыталась побороть тошноту, что так внезапно подступила. – А потом нам надо выяснить, как много она успела передать.       Ответ парня я уже не слышала. Перед глазами всё поплыло, и я стала падать. Но прежде чем столкнуться с твёрдой поверхностью и окончательно погрузится в темноту, я почувствовала, что меня подхватили крепкие руки и успела увидеть два пронзительных голубых глаза, что с неприкрытым беспокойством смотрели на меня.