Ultimo colpo

POV Миста.       Мы наконец добрались, и я даже не стал парковать машину, сразу выходя и открывая дверь перед Джорно. Парня немного сморило от усталости, и я наклонился, поглаживая его плечо. - Мы приехали, тебя донести, малыш? - я отстегнул его ремень и блондин открыл глаза, оглядываясь по сторонам и мгновенно приходя в себя. - Нет-нет, все нормально, - он быстро вылез, но запнулся в ногах, и я словил его, прижимая к себе. Он поднял взгляд, и я не сдержал улыбку. - Я в порядке. - Тогда хорошо. Пойдем? - я нашел его ладонь, и парень переплел наши пальцы, касаясь губами моего уха. - Да.       Черт, я опять завелся.       Я осторожно повел его к дому, пытаясь привыкнуть к темноте. Света нигде не было, но я заметил припаркованную машину Леоне перед входом. Сейчас только 10 вечера. Может, они намаялись и легли спать?       Я дернул ручку двери, понимая, что она закрыта. Блин, а ключи-то я не взял. Я оглянулся на Джорно, и тот зябко обнял себя свободной рукой, разглядывая темные окна.       Так, если не вышло через главный вход, то всегда можно зайти через задний. Причем это касается всего.       Я мысленно посмеялся со своей шутки и решил обойти дом сбоку, чтобы войти через террасу. И, о чудо. Я толкнул стекло и пропустил своего замерзшего мальчика вперед. Джорно сделал шаг, оборачиваясь на меня, и, внезапно, помещение вспыхнуло светом. Мои глаза не сразу привыкли к освещению, но, когда пляшущие пятна пропали, я был готов присвистнуть.       О. Я понял, почему нас не вышли встречать.       В дверном проеме стоял Бруно, и его внешний вид говорил за него. Волосы растрепаны, рубашка расстегнута, все лицо и шея в следах от черных поцелуев. И я чертовски хорошо знаю этот темно-фиолетовый оттенок, так как собственноручно выбирал и клал эту помаду в рождественский подарок Аббаккио.       Леоне, ах ты засранец, а ведь совсем недавно мне мозг выносил, что ему, видите ли, противны отношения с людьми. Ага, я вижу. Так противны, что на парне места чистого нет. Зато, какая стойкая помада, удивительно.       Буччеллати неловко замер, густо краснея, и я не удержал улыбку, кивая на выключатель. Парень погасил свет и выдохнул более расслабленно. Джорно все это время тер глаза, так что даже не понял толком, что произошло. Ну ничего, я думаю, что у них будет время обсудить это позже. - В-buona sera... - брюнет, попытался вытереть помаду с лица, но только сильнее растер по губам. - Простите, мы думали, что вы приедете позже... Ужин на плите, я... - он посмотрел на испачканные пальцы, немного завис на темных разводах, а затем сдался, опуская руки. - Я услышал шум и решил, что у вас нет ключей. - Да, - не смеяться, не смеяться. - Я идиот, они остались в другой куртке. - Как все прошло? Разогреть вам еду? - Бруно закатал рукава, и я заметил дорожку из поцелуев, уходящую под резинку его домашних штанов.       Оу, как же мы не вовремя. - Нет, спасибо, - я подтянул к себе все еще ничего не понимающего Джорно, у которого явно рябило перед глазами. - Все нормально, правда, Джорно сильно устал, - я слегка подтолкнул своего малыша к проходу, подхватывая со стола бутылку вина. Не шампанское, но тоже сойдет. - Мы поедим позже.       Буччеллатти благодарно кивнул и скрылся в темноте коридора. Блондин удивленно посмотрел на меня. - Ты ведь весь день был в участке. Разве ты не голоден? Может перекусишь?       Моя ты прелесть. Я голоден, но по-другому.       Я притянул его к себе, целуя. Парень выдохнул, покорно прогибаясь в спине. - Сейчас я хочу съесть только тебя, - я запустил пальцы ему в волосы, сжимая нежную кожу на шее зубами, и блондин коротко вскрикнул. - Ай, я не съедобный, - он оплел мои плечи. - О, - я обхватил руками его прекрасную задницу. - Глупости, я знаю, какой ты на вкус.       Парень засмеялся, слегка отпихивая меня. - Дурак, - он отошел на шаг, а затем одним легким движением, снял с себя футболку, оставаясь по пояс голым. Я сглотнул. - Пойдем наверх.       Это даже не вопрос, это прямой приказ.       И такие приказы я люблю. - Меня два раза приглашать не надо, малыш, ты же знаешь, - я также стащил с себя куртку, глядя, как блондин улыбается в темноте и, соблазнительно качнув бедром, разворачивается к лестнице.       Уже в комнате в угол полетела рубашка, штаны, ботинки. Я вжимал блондина в стену, стягивая с него лишние предметы одежды, затем в себя, затем в кровать. Джорно прогибался в спине, приглушенно стонал и отчаянно пытался потереться об меня пахом. Я завел его руки за голову, припадая губами к бледной груди, и он задышал чаще. Но, когда мой рот накрыл участок кожи под пупком, он вдруг дернулся, хрипло шепча. - Миста, стой, не надо... я грязный, - он закусил губу, пытаясь высвободить руки, но я лишь вскинул бровь. - Типо я после дня в ментовке розами пахну, - я прикусил кожу на его животе, и парень зашипел, вырываясь чуть ощутимее. - Брось, детка, меня это не смущает. - Нет, - он выдохнул, а затем опустил глаза, смиряя меня серьезным взглядом. - Не хочу так. - А как? - я мгновенно отпустил его запястья, виновато поглаживая. - Как тебе хочется? - Пошли в душ, - он улыбнулся, вставая, а затем взял бутылку, доставая из нее пробку зубами.       Это нормально, что у меня мгновенно встало на то, как он открыл вино?       Блондин включил свет в душевой, ступая по плитке босиком, а затем обернулся на меня, все еще оставаясь в белье. Я подпер дверной проем спиной, складывая руки на груди. - Наберем ванну? - я хохотнул, облизывая взглядом бледную грудь напротив.       Джорно перебросил бутылку в другую руку, поразглядывал ее мгновение, а затем поднял, выливая на себя.       Я открыл рот от удивления. И не мог понять, с чего я больше в шоке. От того, что малыш выливает на себя красное полусладкое 1980 года разлива или то, что мне нравится, как он это делает. Я сделал шаг вперед, сглатывая внезапно образовавшуюся слюну, и выхватил из его рук бутылку, зажимая засранца между собой и стеной душа. - Тс, детка, как расточительно, - я приложился губами к горлышку, делая глоток, и Джорно жадно проследил мое движение, протягивая руку к бутылке, но я перехватил его запястье, слегка сжимая. - О, нет, ты свою часть вылил на себя. - Ты не поделишься? - он улыбнулся, прижимаясь слегка липким от красных разводов телом, и я хмыкнул. - О, поделюсь, - я сделал глоток и сжал светлые волосы на затылке, притягивая парня к себе и впиваясь в губы. Джорно явно обожгло спиртным, но он вытерпел, не разрывая поцелуй. Я отстранился, разглядывая свою работу.       Джорно вытер губы рукой и поднял взгляд, в котором явно читался неприкрытый вызов. - Как тебе? - я снова припал к бутылке, глядя на блондина, и тот улыбнулся, хитро стреляя глазами. - Неплохо, но... - он ухватил меня за бедра, меняя нас местами, и теперь уже я чувствовал лопатками холодную плитку. Блондин убрал волосы с лица и опустился на колени. Я чуть не подавился, потому что явно этого не ожидал и положил ему ладонь на голову, держа на расстоянии от своего стояка. - Воу, ты что задумал? Не ты ли говорил раньше, что мы оба грязные? - Ты не хочешь? - он поднял голубые глаза, проходясь кончиками пальцев по резинке моих боксеров, и я сглотнул.       Блять, конечно же хочу. Но не думаю, что малышу это понравится. - Хорошо бы сначала помыться, детка, - я погладил его по голове, переходя пальцами на скулы, и Джорно улыбнулся, потираясь щекой о мою ладонь.       До одури хочу. - Мы и моемся, - он кивнул на бутылку вина в моей руке и ловким движением приспустил мое белье. - Стой, стой, ст... ах, да стой же ты... - я вцепился пальцами в его челку, шипя, но парень уже обхватил губами мое достоинство, игриво переводя за щеку.       Господи, я с ним с ума сойду.       Я закрыл глаза рукой, сжимая зубы, и блондин продолжил свою пытку. Когда он, черт побери, стал таким профи в этом? И как я умудрился пропустить этот момент? Пить уже не представлялось возможным, так как надо было через что-то дышать, но я чувствовал себя более чем пьяным, ощущая, как меня берут всего без остатка.       Джорно даже не пытался деликатничать, поэтому с самого начала взял сильный старт и теперь откровенно издевался надо мной, выбивая стоны вперемешку с ругательствами. Я имел неосторожность посмотреть вниз, делая рваный вдох, и в ответ на меня воззрились прищуренными голубыми глазами. Блондин выдал что-то вроде улыбки, при этом не выпуская мой член из горячего плена тонких губ, и я почувствовал, как у меня подкосились ноги.       Выглядит как ангел, а внутри черти пляшут.       Я втянул воздух носом, пытаясь сохранить самообладание и не начать буквально брать его в рот, а затем сделал глоток из бутылки, чувствуя, что алкоголь наполняет пустой желудок, отзываясь ощутимым опьянением.       Джорно сжал пальцами мои бедра, беря особенно глубоко, и я почти задрожал, ощущая, что такими темпами скоро кончу.       Нет, уж. Если и сдавать позиции, то с блеском.       Я улыбнулся, проходясь пальцами по торсу, и блондин жадно проследил мое движение глазами. - Значит, любишь вином обливаться? - я запустил руку в его волосы, с нажимом проходясь по затылку. Блондин от неожиданности уткнулся носом мне в пах, но не закашлялся, поднимая на меня слегка влажный взгляд. Я какое-то время накручивал пряди светлой челки на палец, а затем повторил его шалость, выливая вино себе на торс.       О, как расширились его зрачки. Голубая окантовка почти пропала, поглощенная чернотой. Красные дорожки побежали по животу, миновали косую мышцу и полились прямиком вниз. Джорно немного попало в рот, и он, наконец, выпустил мой член, все еще прижимаясь губами к головке и абсолютно потерянно глядя на этот красный водопад перед собой.       Мгновение, и он припадает к моему торсу, проходясь по нему языком. А я просто стою. Стою и не могу отвести глаз от того, как он слизывает дорожки из вина, как дрожат его ресницы, как тонкие пальцы сжимают мои бедра. Эти танцы продолжаются, пока бутылка не пустеет, и блондин поднимает на меня абсолютно пьяный и возбужденный взгляд.       Внизу все крутит, тянет, так и норовя выплеснуться, но я лишь прикрываю лицо рукой, пытаясь успокоиться, а затем обхватываю его запястья, поднимая к себе. Джорно слегка покачивается, то ли от усталости, то ли от выпитого, а затем прижимается, принимаясь тут же кусать мои плечи. На нем все еще проклятое белье, под которым прослеживается явная эрекция, и я, неожиданно, принимаю для себя важное решение.       Если любить, то полностью. Если заниматься любовью, то отдаваться до конца.       Я обхватываю гибкую талию, а затем ловлю его губы своими, покрывая поцелуями. Парень постепенно приходит в себя, начинает отвечать, и я осторожно тяну его в сторону кровати, уводя с холодной плитки.       Я падаю на матрас, чувствуя как каждая мышца в моем теле болезненно ноет из-за отсутствия разрядки и маню блондина к себе, помогая сесть сверху. Джорно почти механически заводит руку за спину, видимо, готовясь себя растягивать, но я перехватываю его запястье, возвращая назад. Он вопросительно смотрит, и я сжимаю его ладонь, чувствуя, что порядком вспотел от осознания того, что сейчас произойдет. - Ты хочешь меня? - я поглаживаю его пальцы, наслаждаясь тем, какие они мягкие. - Конечно... - он слегка наклоняется, отчего его волосы падают с плеч на грудь. Я завороженно моргаю, но стараюсь взять себя в руки. - Нет, малыш, ты не понял... ты хочешь меня?       Он анализирует сказанные мною слова, а затем его лицо преображается от удивления. - Подожди, - он говорит с придыханием, откидывая волосы назад. - Ты имеешь ввиду?.. - Ты хочешь трахнуть меня, черт побери? - я кусаю губы, краснея.       Джорно смотрит широко распахнутыми глазами, а затем слазит с меня, мгновенно пристраиваясь между моих ног.       Шустрый, однако.       Я развожу перед ним колени, раскрываясь, и бесконечно радуюсь тому, что в комнате темно, и блондин не видит моих пылающих щек. Джорно даже не пытается смачивать пальцы слюной и сразу тянется за смазкой, чем вызывает у меня нервный смешок. Парень выливает себе на ладонь, кажется, почти половину содержимого бутылки и прижимает к самому сокровенному, не решаясь пойти дальше. - Ты уверен? - он слегка хмурится, и я поражаюсь тому, как быстро он эволюционировал из слегка покачивающегося в мгновенно собранного. - А по мне не видно? - я хлопаю по разведенным бедрам. - А у тебя... - блондин смотрит куда-то в сторону, размышляя о своем вопросе. - У тебя было так с кем-нибудь раньше?       Я вскидываю бровь, хоть в темноте этого и не видно, а затем тихо смеюсь, проходясь руками по его груди. - Я вообще не фанат подобного, но было в университете.       Джорно достаточно грубо проталкивает палец в плотно сжатое кольцо мышц, и я сдавленно хриплю, пытаясь привыкнуть. Блондин с нажимом проходится по стенкам, почти достает, оставаясь внутри лишь на одну фалангу, а затем загоняет еще глубже, глядя на меня в упор.       Я понимаю, что шутки кончились. - С кем? - его голос не звучит злым или расстроенным, но мне все равно не по себе, поэтому я приподнимаюсь, пытаясь уйти от странных ощущений, за что получаю второй палец. Дышу чаще, пытаясь расслабиться. - С кем, Миста? - Джорно по прежнему не сводит с меня пронзительных голубых глаз, и я сглатываю, отворачивая голову в сторону. - Черт, да какая... ах, ладно, - толчки становятся более требовательными, и я понимаю, что не стоит увиливать от вопросов человека, чьи пальцы находятся в твоей заднице. - С одним факультетским чуваком. - Каким?       Третий палец. Господи, я умру под ним. - Это так важно?.. - Каким? - блондин разводит пальцы в стороны, и пытка приобретает новый характер, так как, помимо тупой боли, я начинаю ощущать что-то обжигающе тягучее. - Сaspita... - я закрываю лицо руками, неразборчиво мыча, а затем снова пытаюсь собрать мысли в кучу. - Я не помню его имени...ах, аccidenti, Джорно, пожалуйста, я правда не помню...       Джорно задевает что-то внутри и меня прошибает до самых кончиков. Я хриплю, пытаясь зажать себе рот ладонью, но блондин перехватывает мои руки, прижимая к груди, а затем продолжает, как заведенный, бить в одну точку своими чертовски длинными пальцами. Я мелко дрожу, и блондин повторяет вопрос. - Каким, Гвидо?       Внутри него целая свора чертей. - Капитан футбольной команды... Ричмонд... Ричи, ах... - я жмурюсь, закусывая губу. Джорно, кажется, даже не моргает. - Вспомнил, Ричард! Ах, Джорно, да чтоб тебя... - я весь сжимаюсь вокруг его пальцев, чувствуя, что предэякулят перепачкал мне весь живот, и во весь голос начинаю стонать, насаживаясь бедрами.       Блондин хмыкает и достает из меня пальцы, тут же заменяя их членом. Одно движение, и воздух покидает мою грудную клетку, заставляя болезненно дернуться, но, черт, как же чертовски хорошо этот засранец ощущается внутри.       Почти идеально.       Толчок.       Но этот взгляд.       Еще толчок.       Почему он так смотрит?       Джорно блестит от пота. И я ни за что не озвучу вслух, как ему идет эта смена ролей, но почему он так злится? - И понравилось тебе? - его голос кажется чужим, каким-то холодным и отстраненным. Глаза наполняются влагой, и я не понимаю, из-за его слов это или потому, что он без промаха попадает в мою простату.       Я почти плачу под ним, ощущая себя просто ужасно. - Этот... - я не сдерживаюсь, и слезы катятся по лицу, впитываясь в подушку. - Этот говнюк узнал, что я сплю с парнями, и мы подрались, - я зажмурился. Лишь бы не видеть эти глаза перед собой. Не смотреть в каменное лицо. - Я никогда не боялся огласки, мне было плевать, но я переживал за тех ребят, с которыми имел половые связи, так как на их спокойной жизни можно было бы поставить крест, - вдох, выдох. - Поэтому я... - я закусил губу, чувствуя, что терпеть просто нет сил, и по подбородку потекло что-то горячее. - Поэтому на факультетской вечеринке мы напились, и я позволил ему отыметь себя в обмен на молчание...       Толчки прекратились, и я закрыл глаза руками, подавляя всхлипы. Черт, как же давно я не ревел. Как давно не вспоминал тот случай и этого проклятого футболиста.       Я почувствовал тяжесть на груди и понял, что Джорно обнимает меня, поглаживая по голове. - Прости меня, - он шепчет, но его голос снова тот же, что и всегда. - Пожалуйста, прости меня... - он прижимает меня к себе, целуя в висок, в скулы, в нос. Я молчу, прогоняя воспоминания о том дне, а затем кладу ладони на его спину, слегка поглаживая.       Блондин приподнимается, обхватывает рукой мое лицо, находя мои губы своими, и я ощущаю привкус металла. Неужели прокусил? Джорно целует глубоко, влажно, аккуратно шарит руками по телу, гладит везде, где только может достать, и я медленно успокаиваюсь, оплетая его шею. - Прости меня... - он слизывает кровь с уголка моих губ, и мы соприкасаемся лбами, глядя друг другу в глаза. - Я подумаю, - я свожу брови к переносице и парень на мне выглядит так, будто совершил преступление.       Хотя, на деле, просто приревновал. - Я убью его... найду и убью... - Джорно прижимается лбом к моей груди, оглаживая ладонями бока. Я запускаю руки ему в волосы, пропуская светлые пряди между пальцев, и окончательно прихожу в норму. - Это было очень давно. И меня никто не заставлял, - я вздыхаю, и блондин поднимает на меня полный нежности и грусти взгляд, от которого внутри ощутимо щемит. - Я сам на это пошел... И знаешь, - я усмехнулся. - Этот сукин сын очень старался в ту ночь. Слишком старался для натурала, борющегося за справедливость.       Джорно поднес мою ладонь к губам, целуя пальцы, а затем сел на кровать рядом. Я слегка приподнялся, глядя на него, и блондин поджал ноги, обнимая колени руками. - И что это за поза морской черепашки? - я хохотнул, пытаясь сесть, но острая боль пронзила поясницу, поэтому я быстро вернулся в лежачее положение, поглаживая напряженную спину рядом. - Я не достоин тебя, - парень смотрит перед собой, и в его глазах не читается ничего кроме бесконечной ненависти к себе. Я плотно смыкаю губы, все же поднимаясь, и обнимаю его со спины. - Я ничем не лучше того мудака. - Нет, - я целую его в шею сзади. - Ты не он. - А в чем разница? - блондин зарывается руками в волосы, слегка оттягивая их, и я прижимаюсь губами к его уху, переходя на шепот. - В том, что я люблю тебя.       Джорно оборачивается через плечо, смотрит на меня своими прекрасными слегка влажными глазами, и я понимаю, что готов простить ему, что угодно, лишь бы он был рядом. - Гвидо... - он поворачивается в моих объятиях, снова целуя, и я прикрываю глаза, ощущая, как осторожно двигаются его мягкие руки вдоль моего позвоночника. - Повторим? - я облизываю его губы, игриво приподнимая бровь, и парень смотрит на меня, явно не веря в услышанное. - После того, что я сделал... ты хочешь продолжить? - Эй, я так и не кончил, - я опускаю взгляд вниз, а затем снова перевожу на ошарашенное лицо напротив. - Ты оставишь меня вот так?       Джорно смотрит, буквально обжигая до самого нутра, а затем аккуратно толкает меня в грудь, укладывая на кровать. - Черт, ни за что, но теперь... - он целует в шею, проходясь руками по бедрам, и я закрываю глаза. - Теперь я сделаю все по другому.       И он, аccidenti, делает. Аккуратно растягивает, снова находит эту чертову кнопку включения у меня внутри, и я перестаю понимать, что происходит. Его руки везде, он что-то шепчет мне в ухо, но я ничего не могу разобрать из-за собственных стонов. После особенно громкой реакции на его фрикции Джорно наклоняется, убирая мокрые волосы с моего лба, и его голос дрожит от возбуждения. - Тшш, нас же услышат, - он целует в скулы, вопреки своим же словам, обхватывая мой член рукой, и я шиплю, пытаясь сделать движение бедрами. - О, поверь, там заняты не меньше нас.       Блондин непонимающе смотрит, но его следующий толчок попадает так удачно, что я выгибаюсь до звездочек перед глазами, приглушенно хрипя его имя. А дальше просто перестаю контролировать себя. Краем сознания улавливаю, что начинаю бредить на итальянском, но член Джорно так хорошо ощущается внутри, движется так правильно и нужно, что мозг отключается, заставляя тело жить своей жизнью.       Я перестаю понимать, сколько раз уже кончил, когда оказываюсь в колено-локтевой позе, утыкаясь носом в подушку, но мне становится неимоверно плевать, стоит парню снова начать свои движения. Я почти всхлипываю, шепчу его имя, как сумасшедший подаваясь бедрами навстречу толчкам, а затем проваливаюсь в пустоту. POV Джорно.       Миста отключается, и я прижимаю его к себе. Накрываю одеялом, а затем глажу загорелые плечи, руки, спину, бедра. Осторожно касаюсь губами его лба, ощущая смесь ароматов разгоряченного сексом тела и ноток вина.       Он потрясающий. Такого второго просто не существует.       Я прижимаюсь к расслабленному Гвидо, слушая тихое сердцебиение, и, кажется, засыпаю.       Но ненадолго, так как телефон на тумбочке вибрирует, и я осторожно поднимаюсь, натягивая белье, в попытках не разбудить Мисту. Номер на экране не предвещает ничего хорошего, но я успеваю выйти в общий коридор, прежде, чем на том конце раздаются всхлипы.       Доппио плачет, пытаясь дышать нормально, но все равно делает это с трудом. - Джорно, прости, что так поздно, но я... - мальчишка делает вдох, но его голос продолжает дрожать. - Дьяволо ранен, мы в больнице, но я не думаю, что это надолго и...       Я застываю каменной статуей посреди темного коридора, а затем продолжаю идти вперед, по направлению к общему балкону, так как испытываю дикую нехватку кислорода.       Босс ранен.       Как такое может быть?       Я замечаю до боли знакомую фигуру у перил и выхожу на ночную прохладу, продолжая прижимать телефон к уху. Бруно затягивается сигаретой, молча глядя на меня, и мальчишка, наконец, вновь подает голос. - Эти чертовы картины. Не знаю, как так вышло, но мы работали на чужой территории. И местному главарю это не понравилось. Мы возвращались в отель и... - Винегар явно заставлял себя произносить эти слова. - В Дьяволо выстрелили... несколько раз. Стреляли и в меня, но он... - Принял пули за тебя... - я прошептал это почти неслышно, неотрывно глядя в почти черные глаза напротив. - Да... - Доппио всхлипнул, снова срываясь в истерику. - Буччеллати... он рядом? - Да, - я молча передал трубку Бруно, и тот взял ее, затягиваясь сигаретой.       Минуты превратились в вечность. Наконец, брюнет закончил разговор и сжал телефон в руке. Я уставился на злосчастный аппарат, чувствуя, что не могу вдохнуть. Бруно молчал, докуривая, наверное, 3 сигарету, а затем затушил ее, поворачиваясь ко мне. - У нас есть 15 минут, - он размахнулся, швыряя собственный телефон со второго этажа, и тот разлетелся на куски, ударившись о бетон. Буччеллати потер руки, будто пытаясь стереть с них что-то, а затем сделал шаг ко мне. - Ты не обязан ехать со мной.       Я почувствовал, как сердце пропустило удар от этих слов. - Зачем ты так говоришь?.. - Я не смогу остаться, - брюнет положил ладонь на мое плечо, заглядывая в глаза. - Но ты можешь начать все заново, и, возможно, мы увидимся, когда все уляжется.       Он лжет.       Мы не увидимся.       Они почти убили Дьяволо, окруженного охраной 24 часа в сутки. А значит, у Бруно нет шансов. - Нет. - Джорно, послушай меня... - Нет, это ты меня послушай, - я старался держаться, но голос предательски дрожал, срываясь на хрип. - Ты предлагаешь мне бросить тебя? Просто отпустить одного? - я почувствовал клокочущую в глубине ярость. - Дьяволо уже одной ногой в могиле и затянет тебя в нее следом.       Бруно молчал, не сводя с меня глаз. Но я без слов понимал, что он уже все для себя решил, и отговаривать его нет никакого смысла. - Ты можешь остаться. - Я лучше сам застрелюсь, - я сжал зубы, делая к мужчине шаг вплотную, и тот вздрогнул. - Я лучше умру, чем брошу тебя.       Глаза застелила пелена, и я стал видеть лишь очертания человека перед собой. Буччеллати положил ладонь на мой затылок, притягивая к себе, а затем выдохнул мне в волосы. - Возьми с собой только то, что посчитаешь нужным, остальное придется оставить, и... - он старался быть невозмутимым, но я поднял голову, видя, как блестят его глаза в лунном свете. - Попрощайся с Мистой.       Брюнет исчез в темном коридоре, а я вытер глаза, возвращаясь в комнату.       Миста спал, раскинув руки на кровати, и я тихо опуcтился на ее край, давая волю чувствам. Слезы покатились из моих глаз, капая на простынь. Я зажал рот рукой, пытаясь удержать всхлипывания, и просто смотрел. Просто смотрел на спящего Гвидо, пытаясь запомнить каждую мелочь, каждый изгиб, каждую линию его тела.       Я не пытался собирать вещи, так как знал, что ничего с собой не возьму кроме той одежды, в которой приехал. И просто сидел, поглаживая кончиками пальцев черные кудри у его лба. Но время никогда не было на моей стороне, поэтому пришлось подняться. Я тихо переоделся, сложил сумку и подошел к столу, понимая, что должен написать хоть что-нибудь. Наклонился, сжимая в пальцах ручку и пытаясь не заляпать слезами бумагу, а затем подошел к двери, застывая на пороге.       Мне почти ощутимо больно. Меня тошнит, я хочу разрыдаться.       Я его больше никогда не увижу. Шансы на это также малы, как и на то, что мы с Бруно останемся в живых.       Я всмотрелся в умиротворенное лицо и вышел, тихо прикрыв дверь.       Бруно стоял у машины. При нем также была лишь маленькая сумка, сиротливо лежащая на земле. Я пошел к нему, глядя, как бликуют подаренные Мистой кроссовки в лунном свете, и почувствовал, что сейчас опять заплачу.       Это единственное, что я заберу. Что могу забрать.       Мы сели в машину, и Буччеллати достал из-под сидения кейс с оружием, передавая мне. Я принял его, понимая, что за это время почти отвык от ощущения холодного металла в руках. Когда машина завелась, зажегся свет, и я повернулся к другу.       Бруно был бледным. Он смотрел перед собой, потирая руки, и я заметил, что на его волосах не хватает заколки.       Он тоже оставляет здесь часть себя.       Я отвернулся, поджимая губы, а затем с остервенением стал вставлять магазин в рукоятку пистолета. Этот звук отрезвляюще подействовал на брюнета, и он сдал назад, выезжая на дорогу. Я оглянулся, глядя в темные окна дома, а затем повернулся к Бруно. - Куда мы сейчас? - В больницу. - Что, просто зайдем и заберем босса оттуда? - Да.       Я стал загружать патроны в другой пистолет. - Хорошо, что мне готовить? - я вытянул из-под сидения еще одну сумку, проверяя сохранность своей винтовки.       Бруно, не моргая, смотрел на дорогу, а затем вдавил педаль газа, увеличивая скорость. - Готовь все.