Я вернусь завтра

*** — Где бабки?! — заорал Чимин, присев и достаточно сильно стукнув Чонгука в плечо. Младший подскочил на матрасе, растерянно озираясь и пытаясь понять, что происходит. — Я спрашиваю: где бабки? — уже немного тише, но с нескрываемой злобой в голосе повторил вопрос Чимин и сунул под нос брату коробку от леденцов, в которой не хватало трех сотен баксов. Как раз тех трех сотен, которые он сегодня должен был отдать за квартиру. Пацан наконец понял, чего от него хочет брат. Оттолкнул его руку и быстро поднялся. — Гук! — Отвали, — бросил тот, даже не оборачиваясь, и прошлепал в ванную, закрыв за собой дверь. Такой наглости Чимин терпеть больше не мог. Подорвался и подлетел к ванной, впечатав кулак в дверь, при этом даже не поморщился, сбив костяшки до крови. — Придушу тебя, паршивец! — Да пошел ты! — донеслось из-за двери. — Это были бабки на квартиру! Нас же вышвырнут отсюда! Хочешь оказаться на улице?! Чимин снова ударил кулаками в дверь, но никакого эффекта это не произвело. Парень уперся спиной в стену и сполз по ней на пол. Несколько минут тишины. Мысли роились в голове, одна сменяла другую. И самой неприятной из них оказалась: «Пусть это будет не наркота!» — Скажи хоть, на что ты их потратил? — Чимин заставил себя произнести это спокойным голосом, чтобы еще больше не напугать брата, который тогда вообще замкнется в себе. — Гук? — еще спустя пару минут тишины позвал он. — Ты до вечера там будешь сидеть? Ответа он так и не дождался. И Чимин знал своего упертого братца. Если уж Чонгук что-то решил, ничто не заставит его изменить это решение. Тяжело вздохнув, парень еще минуту помедлил, бросил взгляд на часы и понял, что не может больше ждать. Чертыхнулся в сторону запертой двери, схватил потертый рюкзак и куртку и вышел из квартиры. Лишь спустя несколько минут после этого дверь ванной приоткрылась, и Чонгук высунул оттуда свой нос, но вышел, лишь убедившись, что брат ушел. *** Помедлив немного, Чимин все же набрался смелости и постучал в дверь. «Только бы его не оказалось дома», — пронеслось в голове, но тут же за дверью послышались неторопливые шаги, замок щелкнул, и на пороге показался администратор дома — высокий, хорошо сложенный, с довольно длинными, небрежно растрепанными светлыми волосами. — Принес? — спросил Намджун, хотя по выражению лица парня понимал, что денег у того нет. Чимин потупил взгляд и едва заметно покачал головой. — Слушай, я все понимаю. Тебе тяжело, — вздохнул мужчина, опершись плечом о дверной косяк и блуждая скучающим взглядом по лицу подростка. — Был бы это мой дом — да живите тут хоть бесплатно. Но ты же понимаешь… Мужчина сунул руки в карманы и усмехнулся, видя растерянность на лице Чимина. — Можно хотя бы… — начал было парень, но осекся, понимая, что не знает, когда в следующий раз у него появится такая сумма. Намджун вздохнул. — Ладно. Даю тебе три дня, парень. Но потом… — он покачал головой. — Извини, свои бабки я не собираюсь выкладывать. — Я что-нибудь придумаю, — бросил Чимин и побежал вниз по лестнице, понимая, что ему сейчас ни в коем случае нельзя опаздывать на заправку, чтобы не лишиться пусть и небольшой, но гарантированной зарплаты. — Да уж, лучше придумай, — бросил вслед Намджун и закрыл дверь. Почему-то ему нравился этот паренек, в отличие от братца-оторвы, которого Намджун не раз видел в не очень хорошей компании. Он бы помог, но сам сейчас на мели и выложить три сотни просто не в состоянии. *** Тэхен обводит взглядом зал в поисках чего-нибудь настолько интересного, что сможет пробить перманентное состояние скуки, в котором он пребывает уже несколько недель. Все одно и то же. Те же лица, те же ощущения… А хочется чего-то нового. Он даже сам не понимает, что это должно быть: экзотическая еда или же не менее экзотический секс. Но это точно должно выбиваться из рутинного однообразия его привычной жизни. — Что будете пить? — официант в свободных полупрозрачных штанах на восточный манер и с обнаженным торсом вежливо кланяется. Тэхен даже не задерживает на нем взгляд, словно чувствует — это не то, что он ищет. — Какой-нибудь коктейль с ромом, — подает голос Джин. Официант видит, что парень слишком молод даже для того чтобы находиться сейчас здесь, не говоря уже об алкоголе. Но на интуитивном уровне понимает, что мужчина, которого подросток сопровождает, слишком влиятелен, дабы не обращать внимание на подобные мелочи. — Конечно, — соглашается официант и делает шаг назад, снова кланяясь. — Два, — добавляет Джин, а когда официант уходит, обращается к Тэхену: — Подкинешь еще немного бабок? — Обойдешься, — бросает мужчина, даже не поворачиваясь в сторону подростка. — Не заработал. — А как же тот мальчишка на прошлой неделе? — Скучно, — протягивает Тэ. — Стоило показать ему дозу, и он на все был готов. А потом еще и скулил, как пес побитый. — А я-то тут при чем? — возмущается парень. — Я доставил его тебе. Ты мне должен. Молниеносное движение руки, и вот уже рубашка Джина зажата в крепкой ладони Тэхена, а сам парень практически упирается носом в щеку мужчины, который даже не соизволяет повернуться. — Я никому ничего не должен, — шипит он чуть слышно, но злость ощущается на физическом уровне. — Тем более тебе, сопляк. С этими словами он не просто отпускает Джина. Отталкивает с такой силой, что блондин отлетает к противоположному краю дивана и лишь чудом не сваливается на пол. Злясь на самого себя от бессилия, Джин достает пачку сигарет и закуривает. Ничего другого ему не остается. Дохода в ближайшие дни не предвидится. Разве что ему удастся уломать Гука. Он-то должен понравиться Тэхену. Но Джин только начал прикармливать пацана. Хотя он настолько глупый и жадный до легких денег, что, вполне возможно, уже через пару недель согласится посетить логово босса. Джин усмехается, представив, сколько Тэхен ему отвалит за трусливого девственника. Только бы все сделать правильно. Это немного успокаивает Джина, и он позволяет себе расслабиться, особенно когда делает пару глотков принесенного официантом коктейля. *** — Черт, — выругался Чимин и прибавил скорость. Он уже не бежал, а летел, едва касаясь ногами асфальта. Босс прикончит его за очередное опоздание. Легкие уже разрывались от боли. Но парень не останавливался. Двигался уже скорее по инерции, а впереди уже маячила вывеска клуба. «Еще немного», — билась единственная мысль. Влетев в здание через заднюю дверь, Чимин пронесся по длинному коридору и ворвался в гримерку. — Слава Богу, — выдохнул Юн, увидев друга. — Старая задница уже три раза спрашивал, где тебя черти носят. — Сменщик задержался, и я опоздал на автобус. — И? — Юн удивленно уставился на Чимина, который уже разделся и теперь натягивал стринги. — Пришлось бежать. — Через полгорода? Ты шутишь? Чимин лишь помотал головой. Он не знал, как сейчас еще будет танцевать несколько часов. Все тело словно онемело, а ноги отказывались двигаться. С трудом натянув легкие штаны и рубашку, тут же прилипшую к мокрой от пота коже, парень наклонился и, обхватив руками ноги, прижался носом к коленям, растягивая мышцы. Это всегда помогало снять усталость. Широко расставив ноги, он перенес вес тела сначала на левую, потом на правую, снова на левую. Осторожно сел на шпагат и потянулся вперед, касаясь грудью пола. Юн восхищенно наблюдал за другом. Он тоже когда-то занимался танцами. И в клубе работал уже третий год. Но никогда ему не удавалось и близко приблизиться к такой растяжке, как у Чимина. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге гримерки появился босс. — Неужели ты почтил нас своим вниманием? Чимин тут же вскочил на ноги. — Извините. Задержался на другой работе. — Чимми, малыш, — протянул мужик, беря его за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть на себя. — Зачем тебе вообще где-то еще работать? Ты и здесь можешь зарабатывать хорошие деньги. От клиентов у тебя отбоя не будет. Парень сжал кулаки настолько сильно, что коротко остриженные ногти, казалось, до крови впились в кожу на ладонях. Но вслух произнес: — Мне пора на сцену. Юна передернуло, когда босс усмехнулся и проговорил вслед Чимину: — Ничего, один раз ты уже переступил через себя. И сделаешь это снова… *** Тэхен нахмурился, когда свет в зале погас и лишь небольшое яркое пятно упало на блестящую поверхность сцены. Его сердце забилось быстрее, и мужчина сам удивился своей реакции. Никогда стриптиз особо не возбуждал его. Разве что в первый раз. Но это было так давно. Он был еще подростком. Но сейчас… Мужчина непонимающе скривился, но все же вцепился взглядом в пятно света. Первые звуки музыки раздались настолько внезапно, что Тэхен вздрогнул и сердце его, пропустив несколько ударов, зашлось в ускоряющемся темпе, спеша успеть за окутывающей липкой сладостью мелодией. В световой круг мягко вплелось очертание изящной кисти. Но лишь на мгновение. И снова исчезло. Со следующим тактом промелькнула ступня с натянутыми как струна пальцами. Тэхен затаил дыхание и подался вперед, настолько происходящее на сцене заинтриговало его. Вздрогнул и отшатнулся назад, когда стройный блондин ворвался ураганом в широкий луч света. Его волосы разлетались при каждом обороте тела. Руки рассекали воздух, легко скользя, замирая, фиксируя положение и возобновляя движения. Сильные ноги танцовщика отталкивались от пола, вознося тело в воздух и плавно опускаясь на глянцевую поверхность сцены. Тэхен безотрывно следил за раскрасневшимся лицом, на котором, словно кадры в кино, сменялись эмоции. Веки опущены, язык мазнул по приоткрытым губам, которые тут же призывно заблестели влагой. Парень делает один оборот вокруг оси, второй, третий. Кончиками пальцев едва касаясь пола. И вот уже легкая белая ткань отлетает в сторону, и взору зрителей предстает совершенный в своей идеальной красоте торс. Светлая, искрящаяся проступившими капельками пота кожа переливается, словно светится изнутри. Тонкие пальцы пробегают по груди, спускаются по животу к паху. Одна рука скользит за пояс парусиновых штанов, другая возвращается наверх, проходит по ключице и скрывается в волосах. Парень запрокидывает голову, открывая словно высеченную из слоновой кости шею. Пальцы скользят по горлу до подбородка, касаются щеки, и резко рука взмывает вверх, утягивая за собой тело. Парень подпрыгивает, а когда вновь возвращается на пол, ноги его подгибаются, и уже в следующую секунду он лежит на спине, раскинув руки в стороны. Мужчина недовольно выдыхает от того, что теряет это великолепие из поля зрения, поднимается и вытягивается струной. Замирает, впитывая каждое движение идеального тела. Даже не пытается сдержать стон, когда штаны словно по волшебству исчезают, открывая взору длинные, невероятно красивые ноги. Тэхен уже не понимает, что происходит. Он словно переместился в другую реальность, в которой властвует над этим великолепным телом, целует пухлые губы, прикусывает их, ощущая на языке сладость с металлическим привкусом крови. Столь бурная реакция не прошла мимо Джина, который безошибочно узнал в танцовщике старшего брата Чонгука. Он вжался в спинку дивана, стараясь остаться незамеченным. Чимин, так, кажется, его зовут, и без того недоволен, что Гук общается с ним. А уж если узнает, какие места Джин посещает по ночам, и вовсе перекроет кислород. Тогда уже не видать ему, Джину, премии за малыша Гуки. Хотя нездоровый интерес, поблескивавший в глазах Тэхена, срывал планы, которые выстроил в своей голове Джин. *** — Выйди, — бросил босс, входя в гримерку. Юн даже не посмел ослушаться и быстро ретировался, прикрыв за собой дверь. Но намеренно оставил небольшую щель, сквозь которую впитывал каждое слово. — Чимми, малыш, — заговорил босс, когда Юн вышел. — Есть один парень… — Он сделал многозначительную паузу. — Богатый парень. Чимин уже знал, к чему идет разговор. И ненавидел себя за то, что прямо сейчас готов согласиться. Но если через два дня он не заплатит за квартиру, включится счетчик. Долг будет расти с каждым днем. И рано или поздно они с Гуком останутся на улице. Хозяин дома не будет церемониться. Чимин уже не раз наблюдал выселение. Хозяина не останавливали ни старики, ни дети. А брат вообще рисковал оказаться в приюте. Этого Чимин допустить не мог. — Сколько? — выдавил он сквозь зубы, уткнувшись взглядом в сцепленные в замок пальцы. — Много, малыш. Много, — с этими словами босс кинул на гримерный столик несколько сложенных вдвое купюр. — Сколько? — повторил свой вопрос Чимин. — Пять сотен. — Мне нужно в два раза больше, — не раздумывая ни секунды, бросил парень. Он понимал, что если в прошлый раз ему заплатили двести баксов за приватный танец и минет, то за пять сотен он так легко не отделается. А если уж продаваться, то так, чтобы хоть пару месяцев не думать о жилье и пропитании. Босс хмыкнул. — Но ты же понимаешь, что должен будешь сделать… — мужик сделал многозначительную паузу. — Все, что он попросит. — Не дурак, — прошипел Чим, с нескрываемым отвращением глядя на свое отражение в зеркале. Ничего не говоря, босс отсчитал еще пять сотен и положил их рядом с первыми. — Он будет ждать тебя у входа, — сообщил мужчина и добавил, прежде чем уйти: — Я так и знал, что это всего лишь вопрос времени… и цены. Чимин зажмурился, едва сдерживая подступающие слезы. Уперев пятки в кресло, подтянул колени к груди и уткнулся в них лицом. — Не делай этого, — раздался за спиной голос Юна. — Пожалуйста, не ходи. Черт с ними, с бабками. Парень поднял голову и наткнулся на осуждающий взгляд черных глаз Юнги. Друг уже почти ненавидит его. Лучше так, чем ловить на себе его восхищенные взгляды и надеяться на что-то большее. Не с ними. Не в этой жизни. — Я так решил. Чимин твердо оборвал всякие попытки его отговорить, поднялся и начал переодеваться. Юнги молча наблюдал за резкими движениями парня. Не произнес ни слова, когда тот уверенными жестами подвел глаза черным карандашом. Но на пороге гримерки все же стиснул в своих объятиях, прижимаясь грудью к спине Чимина. — Давай, я пойду вместо тебя, — прошептал на ухо, обжигая горячим дыханием. Но в ответ услышал лишь нервный смешок. Чимин настойчиво разжал руки Юна и вышел из гримерки.