Красный Паладин Регалиус

      Проснувшись, авантюристы продолжили движение в сторону пещеры. По началу все, кроме Регалиуса, были слегка сонными, но умывшись водой из реки неподалёку, они взбодрились. Все в группе были навеселе. Данна травила анекдоты, а Регалиус рассказывал истории, которые он слышал от постояльцев в таверне. Где-то спустя час ходьбы, они набрели на разграбленную деревню. Судя по разрушениям, разграбили её довольно недавно. Из земли торчали обломанные доски, а от домов остались лишь руины. Где-то до сих пор висела ткань, как будто от женского платья. Авантюритстам стало не по себе. У Нарциссуса так вообще коленки затряслись. — Страшное… местечко, — Регалиус, конечно, уже видел подобное зрелище во время его странствий, но это место всё равно отдавало зловещей аурой. — Хо-хо! Тебе что, страшно, Ри-га-лиус? — сказал дрожащим голосом гном. — Хм. Союзевцам упокоившимся, что жили в этих землях пришлось чрезмерно ужасно, — Тэлум был, как всегда, рассудительным. — Д-давайте пройдём это место побыстрее… — Клаудия сказала это, смотря на Данну, которая молча смотрела на торчащие из земли обломки. После руин, они шли ещё чуть-чуть, пока не заметили двух гоблинов с копьями, охраняющих вход в дыру в горе. Судя по всему, это и была пещера гоблинов. Авантюристы поубавили шаг и пошли тише, чтобы враг не заметил их. Они подошли как можно ближе, чтобы Данна смогла их снять. Натянув тетиву, и зачаровав стрелу на раздвоение, Данна выстрелила в них. Они, конечно, успели заметить стрелы, но увернуться они не успели. Данна попала в цель. — Отличный выстрел, Данна! — Регалиус похвалил эльфийку, после чего они вышли из своего укрытия и пошли в сторону пещеры. Перед входом в неё, помимо двух трупов гоблинов, стояла палка, с черепом на ней. Группу это слегка обескуражило, но, проделав такой путь, и так легко расправившись со стражниками, было бы глупо отступать сейчас. Войдя в освещаемую только светом со снаружи, пещеру, группа подготовилась к бою. Регалиус зажёг факел, и взял его в левую руку. Пещера была глубокой, но было слишком поздно, чтобы сдавать назад. На удивление, самих гоблинов группа ещё не встретила… Они шли дальше и дальше. Одна развилка за другой, были ужасно похожими друг на друга. Казалось будто они ходили по лабиринту. Со временем, факел начал затухать и спустя где-то полчаса он был на пределе. Они наткнулись на другую палку с черепом. Что они означали? Жрица подумала, что что-то здесь не так и использовала «Групповое улучшение реакции». Эльфийка остановилась, ведь услышала что-то недалеко от них. Подозрения Клаудии оказались верными… На расстоянии где-то двадцати метров послышались сотни маленьких шагов. А вот и гоблины. Настало время для кровопролитной битвы…

Как по сигналу, факел погас. Нарциссиус начал творить заклинание для создания сталагмитов. К сожалению, заклинание сумело убить лишь двоих гоблинов, но даже так геомант вошёл в азарт. — Идите сюда! Меня на всех хватит! Даже голем мне не нужен! Этого заклинания действительно не хватило. Гоблины даже не обратили внимания на трупы своих товарищей. В миг, они навалились на гнома и повалили его на лопатки. Первым местом, куда они начали бить Нарциссуса кинжалами, был его живот. Гному было очень больно, но закричать он не смог, ведь вскоре его сонную артерию перерезали. — ГРАААХ! — отвлеченный убийством других гоблинов Тэлум наконец-то заметил это и подбежал к нему, яростно разрубив трёх гоблинов, сидящих на его умирающем Нарциссиусе. Но, так как свет погас и единственным, что он видел были гоблины, он по ошибке порезал Нарциссуса, окончательно убив его. Он начал размахивать мечом из стороны в сторону, в попытке защищать остальных. Клаудия трясясь пыталась безуспешно вылечить Нарциссиуса, не видя того, что он уже был мёртв. Регалиус не знал что делать, всё шло абсолютно не так как он себе это представлял. Его охватил ужас. Он попытался использовать «Невидимость», чтобы убить хотя бы кого-то, но откуда не возьмись, возник тот самый «монарх» с черепом на голове. Он сильно ударил Регалиуса в висок. От внезапности, Блекандер не успел ничего сообразить и упал головой на камни. Он потерял сознание уже от удара в висок, но упав на камни он подписал свой смертный приговор. — УМРИТЕ ТВАРИ! — Данна попыталась стрельнуть в гоблинов распадающейся стрелой, но из-за страха она промахнулась, попав в ногу Тэлума. От боли он издал крик: — ААААААХ! — в пылу битвы он напрочь забыл про «Огненный доспех» и оставил свою кожу беззащитной. Он яростно побежал на гоблинов, насаживая их одного за другим на свой меч, пока ему не пронзили ногу кинжалом. Убив, виновника раны, он попытался сделать очередной размах, чтобы напугать тварей, и дать время девушкам, для того, чтобы они сделали хоть что-нибудь, но… Его меч ударился об сталактит и отскочил в воздух. Гоблины вокруг него сразу же начали колоть и избивать его. Им не было чести, они били его в лицо, пронзая глаза и в руки, отрезая пальцы. Ему уже не было спасения. Оставшись лишь вдвоем, Клаудия и Данна попытались выжить любой ценой… — Бежим! У них не оставалось никакого другого выхода, кроме как бежать, в надежде на выживание. Стрелы в колчане Данны закончились, а посох Клаудии сломали пополам. К сожалению, гоблины были быстрее. На Данну, словно саранча на урожай, накинулись все гоблины разом. Она даже не смогла пискнуть, как её рот забили грязными гоблинскими гениталиями. Маленькая группа гоблинов пошла на Клаудию. Она не смогла долго сопротивляться и её тоже повалили на землю. Схватив её, гоблины вонзили ей в грудь меч, ранее принадлежавший Тэлуму. Она закричала, но вскоре она умерла от очередного пронзания мечом. Разорвав одежду девушек, гоблины, как настоящие животные, которыми они и являлись, приступили к размножению. Те, что были у Данны, насиловали её куда только можно, по несколько на одно отверстие. Даже зная, что это было тщетно, она попыталась сопротивляться и звать на помощь Тэлума, Нарциссиуса, Регалиуса, Клаудию, да кого угодно! Она молила богов, о том чтобы ей хоть кто-то помог. Но единственными кто слышал её приглушённые крики были гоблины. Клаудию же, так же как и эльфийку, не оставили в покое. Гоблины насиловали её дыры и даже засовывали свои гениталии в новые, образованные от меча. Гоблины даже несмотря на то, что насиловали труп, продолжили это делать. После наблюдения за тем, как гоблины резвились с девушками, гоблину монарху тоже захотелось из-за чего он привел пару гоблинов к Регалиусу, чтобы те добили его. Удостоверившись в том что его убьют, он пошёл к девушкам, чтобы тоже воспользоваться ими, пока они были тёплыми. Сам же неудавшийся разбойник, уже очнулся, и блевал рыдая, от вида трупов товарищей. Гоблины не чувствуют эмпатии и напали на него со спины, в попытке убить его также быстро, как и его напарников. Как, внезапно…        Глаза Регалиуса наполнились неестественно красным, даже можно сказать, кровавым светом. Не обращая и толики внимания на то, что его пытались убить, он сделал необычный жест рукой и создал приём с той же арканой, что и у «Ускорения», но и полностью отличающейся от него. Резко появившийся в его руке кинжал, незаметно быстро разрубил на пополам обоих гоблинов. Кровь окропила его одежду и зелёные туши упали на каменный пол. Он начал смеяться. Громко смеяться. Его смех услышали все гоблины. По их реакции можно было сказать, что они были настороженны и напуганы, ведь думали что все авантюристы передохли. Парень, если на данный момент оно было парнем, медленно приближался в сторону гоблинов. Один из них попытался напасть на него, но он, даже ничего не сделав, отрезал голову гоблину и отправил её кататься по полу. Все гоблины замерли на месте. Замерли и те, что веселились с девушками. Сам же он, просто шёл и смеялся. Шёл и смеялся. Смех да и только. Подойдя на метр к зелёным, он использовал «Ускорение»? Это было не ускорение, а что-то более зловещее. — Умрите, ничтожества. Эти слова промолвил не Регалиус, а Региус. Четыре гоблина, стоявших в метре от него разлетелись на кровавые ошмётки, оставив после себя лишь одежду, да оружие. Остальные, в страхе, ринулись на него, но и подойти близко не сумели, как замерли на месте с дырами от кинжалов в висках. Под конец, единственным, кто остался, был тот самый гоблин с черепом на голове. Он стоял на месте и дрожал в ужасе. Как только Региус начал приближаться к нему, тот сразу же начал пятиться. Гоблин попытался убежать, но парень резко ударил его, сломав ему позвоночник и вытащив его сердце наружу. Монарх, хватая воздух ртом, напугано стоял и смотрел на руку с его сердцем, торчащую из его груди. — Ваша кровь даже не стоит того, чтобы быть для меня подношением. — то что было разбойником, яростно сжало сердце гоблина, до такой степени, что оно разорвалось на части. В агонии, гоблин начал биться об руку Региуса, пока наконец-то не умер. Вынув руку из груди гоблина, Регалиус упал на колени и начал тяжело дышать. Его глаза перестали гореть кровавым. Он начал рыдать. Сотни мыслей начали проноситься в его голове. Голоса Данны, Клаудии, Тэлума и даже гнома, начали всплывать в его голове. Он начал бить себя по голове, надеясь избавить себя от этой ужасной какофонии из нескольких голосов, отдающихся эхом в его голове. Наконец-то выбив из себя всё что он мог, он, с трудом, встал на ноги. Посмотрев вокруг, и увидев, что эльфийка всё ещё дышала, он тихонько подошёл к ней, после чего сел рядом. Посмотрев на её избитое и порезанное, голое и грязное тело, он начал рыдать пуще прежнего. Глядя на свои руки, глядя на трупы своих друзей, глядя на еле дышащую и изнасилованную почти до смерти Данну. Единственное, что он мог делать, так это рыдать… Но… Не всё может длиться вечно… Спустя некоторое время, он вытащил свои кинжалы и принялся обтирать их своей рваной и красной от крови, одеждой, как будто готовя их для чего-то. Когда кинжалы стали выглядеть более-менее чистыми, он вновь посмотрел на лицо Данны. В его голове была лишь одна мысль. — «Убей… её… Она не заслужила… такой жизни…» Региус? Или же это был очередной голос в его голове? Регалиусу уже было всё равно. — Прости… Данна… ребята… Это моя… вина… Я… не смог… вас защитить… — он снова начал плакать. Слегка успокоившись, чтобы его руки не тряслись, он прислонил один из своих кинжалов к глотке… — Я… Прости меня, Данна… Ты не заслужила такой смерти… Я… Пожалуйста… Пожалуйста… Отправься к Дорогому Свету… Я… Прости меня… — …и воткнул его по самую рукоятку. Плоть под клинком была мягкая, из-за чего он легко смог пронзить её, даже будучи тупым. Девушка издала едва слышимый стон, после чего, его кинжал в очередной раз, окрасился кровью, такой же красной, как и его руки. До конца вонзив кинжал, он положил неиспользованный кинжал рядом с ней. Слёзы снова полились из его глаз. Он закричал. Этот крик был не тот, что издавали девушки или Тэлум когда он дрался. Этот крик был наполнен гневом, болью, отчаянием, грустью и ужасом. Он кричал пока его голос не начал хрипеть… Регалиус окончательно вернул контроль над своим телом, но это никак его не утешало. Он просто сидел и смотрел на весь этот ужас… Ему больше не хотелось ничего делать… Смерть не пощадила здесь никого… Кроме него одного…

***

Спустя часы сидения около трупа девушки, которая ему впервые понравилась, он всё же сумел направиться к выходу. Оглядываясь назад и хромая, он всё-таки дошёл до выхода. Выйдя на поверхность и увидев, что уже был день, он почувствовал лишь пустоту и неприятную горечь. Перед тем, как вернуться в Вестфол, он сломал палку на входе на пополам и сделал из неё крест. Рядом с ним, он положил свою сумку. Ему она больше незачем. Без каких-либо слов, он снова посмотрел на вход, мокрыми глазами. «Задание выполнено!». Так сильно хотелось ему сказать это, выполнив это задание, вместе с ними. Но… какой смысл был в этом сейчас? Посмотрев ещё раз на крест, который уже сломался от порыва ветра, он, всхлипывая, направился в сторону Вестфола… Хоть он и выжил, но смысл был жить если остальные умерли?