Дом Гостеприимства

В этом бою у Лотара впервые всё пошло настолько не так Ранение. Сшибают с коня. Волочит по земле. Наконец выдергивает ногу из стремян, падает. Кровь, горячая, липкая, заливает глаза. Боль. Страх. Беспомощность. Темнота. Смерть? Слава Всевышнему, нет. Свет. Друзья. Тащат. «Как хорошо что у меня есть такие верные товарищи». У них тоже бледные лица, хриплые голоса. «А следом…что это? Имперские лучники, охотники на ведьм в красных одеяниях, маги, почему они преследуют своих? Зачем лучники стреляют в моих друзей?» Кашель, с болью, как будто из груди выдёргивают крюк, и тот рвёт лёгкие в лохмотья. Выкашлянный сгусток крови стекает по бороде. «А нет, это кровь залила мне глаза, я брежу. Это нежить!» - и как он мог принять за своих эти уродливые силуэты, эти искажённые злобой мёртвые лица? Ах, если бы было больше сил! Мерзкие твари! Как невыносимо быть бременем для других и как он ценит верность своих товарищей. Тьма застилает глаза. * * * - Лотар! – Гелдвин улыбается, когда паладин открывает глаза. Лотар кашляет и осматривает комнату. Это изба. Тепло. Сухо. Чисто. Ардоберт сидит рядом с хозяйкой дома, красивой селянкой, его лицо усталое, но умиротворённое. Но сердце не унимается, никак не желая понять, что бой окончен, долбится в грудную клетку, словно собираясь проломиться через неё наружу. - К сожалению, у нас больше нет зелья лечения, но мы обработали твои раны. Тебе нужно поесть и поспать, - говорит Ардорберт, и дав опереться на плечо, отводит к обеденному столу. На столе изобилие еды, лежат белоснежно белые салфетки, чистейшие скатерти. Лотар пытается понять голоден ли он, но тошнота и отвращение неожиданно поступает к горлу. Он чувствует запах разложения. Почему?! Всё же так чисто! И хозяйка выглядит такой опрятной… Нет, ему показалось: видимо болезненное состояние. И, правда. Пахнет ароматным мясом, свежими овощами, соленьями и горячей выпечкой. Хозяйка потрудилась на славу. Лотар потягивает носом, наслаждаясь вкусным запахом, и тянется, чтобы наложить еды на тарелку. Плывёт в глазах. Он содрогается. Гнилые овощи облеплены мухами, черви прогрызают свои ходы. На блюде мяса лежит женский торс. Белая нежная кожа, с синеватыми сосудами, пышные груди с чуть алеющими сосками, и торчащие алеющие рёбра. Стеклянный графин полон крови, два небольших уже мутных глаза плавают на поверхности. Паладин вскрикивает в ужасе. Наваждение исчезает. На блюде лежит свежий барашек, в графине налито красное вино. Друзья едят, смакуют, хвалят хозяйку. Та краснеет, и прячет глаза. Красивая селянка, и это лицо, как будто смутно знакомое… «Война сводит с ума» - думает Лотар, отправляя очередную вилку с мясом в рот. Нежное, такое мягкое, хороший ягнёнок. После еды его потянуло в сон. *** - Лотар, Лотар, - слышит он голос и просыпается, уже лёжа в постели Селянка лезет ему на обнажённую грудь. «Я же ранен и уже не так молод», - удивляется он. В той же комнате сидят друзья. Их лица неподвижны, как будто их ничего не смущает. - Ты помнишь меня, Лотар? – шепчет страстно женщина. - Н-н-ет, - отвечает Лотар и тут же кривится от боли. Селянка больно давит коленкой на одну из ран. - Конечно, куда тебе помнить всех селянок, - лицо её начинает меняться, - а они готовы умереть из-за любви. Теперь перед ним отвратительное лицо покрытое струпьями, со слезающей кожей. Комната пыльная и грязная, с плесенью на стенах. У Гелвина исчезает глаз, засохшая кровь покрывает лицо, криво отвисает челюсть, в животе Ардорберта раскрывается тёмная дыра, красное нутро виднеется в нём, всё ещё слегка двигаясь. Мёртвая женщина наслаждается видом ужаса на лице Лотара и спрашивает: - Ну как тебе на вкус твоя жена?