Золушка

      Держать кафе всего с двумя работниками и владельцем, в лице твоего дедушки, что из-за тоски по почившей жене решил удариться в путешествия, — не самая легкая задача. Особенно, когда людей приходит не так много, пусть и постоянных, дело особо не продвигало. Хотя и здесь было свое «но». Даже если людей было немного, все они приходили ради нашего кофе и работа протекала всегда мирно и спокойно. До определенного момента.       И так, будучи тридцатиоднолетним совладельцем небольшого кафе, что зашивался на работе, а также геем, в весьма сложных отношениях с парнем — я стал объектом игры для наглых богатеньких студентов, что начали захаживать в наше кафе.       Они сидели в дальнем углу, постоянно шушукались и кидали весьма неоднозначные взгляды в мою сторону. Сначала я ничего не мог понять, все думал, что что-то не так с моим лицом, одеждой, волосами. Однако все оказалось намного проще. Я узнал причину от Дениса, моего коллеги, подчиненного и лучшего друга в одном лице. Когда он проходил рядом, то краем уха услышал, о чем они говорили.       Эти мелкие богатенькие гаденыши решили устроить игру, в главной роли со мной и одним из них. Игру в «Золушку». Эти идиоты на самом деле решили, что я купился бы на миловидную мордашку и дорогие подарочки и раздвинул бы перед ним ноги. При этом то, что я был старше и абсолютно не заинтересован в этом афере они явно не взяли в счет.       Пару раз, выбранный ими «принц», подходил ко мне, просил кофе и осматривал с ног до головы, следя за моей работой. Но я все терпел, делая все молча и давя в себе желание плюнуть каждому из них в кофе. Сдерживало меня не столько то, что за мной наблюдали, как уважение и трепет перед кофе. Дед выучил меня на отлично, а это было бы равноценно плевку ему в душу.       Когда же ко мне через две недели этого наблюдения, вновь подплыл этот паршивец, легкой походкой и с самодовольной улыбочкой, я был готов.       — Могу я попросить еще один американо?— облокотившись о стойку, парень слегка наклонился, словно стараясь оказаться ко мне как можно ближе и внимательно следил за мной.       Подняв взгляд, я наконец-то решил рассмотреть своего «принца». А был он хорош, очень хорош. Высокий, стройный, с карими горящими какой-то чертовщинкой глазами и темно русыми, уложенными в модную прическу волосами. Шмотки явно недешевые, да и подобраны отлично, значит и со стилем у него все хорошо. Еще и при деньгах. Да будь я лет на семь младше, упал бы перед ним на колени и непременно отсосал, и просить не надо было бы. Вот только возраст уже не тот, да и играться больше не хотелось. И вера в сказки пропала, не успел я ступить на дорогу взрослой жизни и проживания со своим недопринцем на одной жилплощади.       — Такой тщательный осмотр клиентов обязателен при выполнении заказа?— самодовольная ухмылка появилась на лице парня и я поежился, опуская взгляд и скрывая свою неприязнь. Мое личное отношение к этому придурку не стоит мешать с работой, ведь он и его дружки приносят деньги, а это самое важное.       — Да, когда это уже третий американо за полтора часа,— доделав заказ одного из клиентов, я поставил кружку на блюдце и вновь посмотрел на парня.— Не хотелось бы, чтобы один из клиентов умер от сердечного приступа.       Выйдя из-за стойки, я подошел к столику одного из наших постоянных клиентов и, натянув вежливую улыбку, поставил перед ним кофе. Тот поблагодарил меня и тут же завел разговор, расспрашивая как у меня и моего деда дела.       Желания как работать, так и разговаривать у меня сегодня не было, но приходилось. Мало того, что у меня не было выходных уже две недели, так я еще и умудрился заболеть. Голова раскалывалась, все тело ломило, хотелось просто забраться под одеяло и спать дня два без перерыва, чтобы никто не трогал и не разговаривал. Но такой возможности у меня не было.       Денис сам слег с простудой и не выползал из кровати уже три дня, до этого взяв небольшой отпуск, чтобы навестить семью. Катерина же, наша помощница, и вовсе ушла на сессию, но в скором времени обещая вернуться. Так что оставить работу не представляло возможным. Я конечно мог бы подняться на второй этаж кафе и переночевать в комнате, где до этого жил мой дед, а теперь обитал Денис, но заболеть еще сильнее, да и стеснять друга мне не хотелось.       Тем более дома был Гриша, которому еще нужно было что-нибудь приготовить и наткнуться на очередную порцию постного лица. Мы были вместе уже четыре года, и, как и ожидалось, отношения дали трещину. Два первых года все было прекрасно, в наших отношениях была идиллия и любовь, но постепенно все начало сходить на нет. Сначала частые ссоры, бывало и такое, что доходило до рукоприкладства, а затем затишье. Мы все еще жили вместе, но словно стали чужими. Почти не разговаривали, оба пропадали на работах, дома ужинали вместе, ночью спали в одной кровати, изредка занимались сексом и еще реже выказывали свою все еще где-то теплящуюся любовь друг к другу.       В какой-то момент я понял, что вот она — взрослая жизнь. Ты больше не ищешь страсти, не ищешь ослепляющей любви, тебе просто нужна стабильность. А с Гришей все было именно так. Мы терпели друг друга, зная друг о друге все, чтобы избежать ненужных ссор и разборок. Даже не было желания заниматься сексом, разве что ради какой-то физической разрядки, просто чтобы почувствовать, что на самом деле ты не один и рядом с тобой есть еще кто-то, к кому ты по идее можешь обратиться в случае проблемы, кто является для тебя самым близким, пусть на самом деле это уже давно не так.       Поняв, что начинаю загружаться, я вежливо извинился перед болтающим клиентом и вернулся к стойке, возле которой меня все еще ждал этот парень. Вздохнув, я покачал головой и начал готовить для него кофе.       — Максим,— внезапно сказал парень и улыбнулся, как только я поднял на него непонимающий взгляд.— Меня зовут Максим. А тебя?       Вскинув брови, я даже потерялся от такой наглости. Во-первых, с какого перепуга этот малец решил, что меня волнует его имя? А во-вторых, когда это я позволял ему обращаться ко мне на «ты»? И только я открыл было рот, чтобы его осадить, как он усмехнулся, перебивая:       — Хотя можешь не говорить, я и так знаю, Алексей,— подмигнув и обворожительно улыбнувшись, Максим практически прошептал мое имя, от чего у меня по всей спине пробежали неприятные мурашки.       Нет, пора заканчивать с этим, пусть он и его дружки сюда больше и не сунутся, и я потеряю деньги, но играть с ними у меня в самом деле не было желания.       — Слушай,— вздохнув, я отставил приготовленную для американо кружку и посмотрел парню прямо в глаза.— Я сейчас не в том настроении да и состоянии, чтобы играть с тобой и твоими друзьями в альтернативную версию Золушки.       Глаза Максима на секунду округлились, но он тут же усмехнулся, так что мой план пошел под откос. Я надеялся, что смогу застать его врасплох и поставить на место, но этого гада явно просто так не проймешь. Вздохнув, я вернулся к работе.       — Да и вам, ребята,— продолжил я, техническими движениями варя кофе. Ладно, не получается его пронять так, тогда просто отвадим, не проблема.— Лучше найти кого-нибудь более подходящего на эту роль. Помоложе и девушку. И лучше всего подальше от моего кафе, не хватало еще разборок и драм. Тем более,— подняв на Максима глаза, я поставил перед ним кофе,— ты достаточно симпатичный, чтобы получить какую захочешь девушку, да и они точно не будут против поиграть с вами. А я уже слишком стар для этого.       — Интересное предложение, конечно, но я все же остановлюсь на своем нынешнем выборе,— стоило мне закончить, тут же ответил Максим, придвигая кружку с кофе к себе и вдыхая аромат.— Предпочитаю тех, что умеет делать хороших кофе, а не пустоголовых кукол. И раз уж на то пошло, сколько же тебе лет?       — Достаточно, чтобы отличить игру от сказки,— парировал я, нахмурившись. Нет, от этого парня точно так просто не избавиться.— А теперь не мог бы ты вернуться к своим друзьям, мне нужно работать.       Метнув взгляд к столику, где сидели его дружки, что внимательно и с противными усмешками следили за нами, я отвернулся, принимаясь собирать посуду, чтобы вымыть, благо я ей заняться еще не успел, как знал. Парень за спиной вздохнул, постоял еще с пару секунд, но все же ушел. Однако что-то мне подсказывало, что рожу его я еще увижу.

-

      Как я и предполагал, Максим явил свое величество на порог кафе, когда я его уже закрывал. Стоя оперевшись о свою дорогую машину, он курил, внимательно смотря в мою сторону. Заметив его, я тут же отвернулся, закатывая глаза и стараясь справится с дверью как можно быстрее, чтобы так же быстро свалить. Ввязываться сейчас в продолжение его игр не хотелось, голова гудела и меня потряхивало, от чего я начал подозревать высокую температуру и недосыпание в предательстве Родины.       — Алексей, не знаю как вас по батеньке, не хотели бы вы воспользоваться бесплатными услугами такси?— раздался насмешливый голос сбоку, когда я старательно игнорируя Максима, широким шагом шел мимо.       Я даже затормозил, удивленно посмотрев на парня. Шестеренки в больной голове закрутились, тело кричало, что требует комфортно и быстро добраться до дома, тогда как здравый смысл пытался заткнуть его и твердил о том, что лучше обходить этого парня окольными путями и вообще притвориться что он лишь плод больного воображения и игнорировать. Посмотрев на монстра за спиной Максима, весьма внушительного и наводящего на стереотипное «чем больше машина, тем меньше приспособление соблазнения», я перевел взгляд на самого парня. Тот молча и выжидающе смотрел на меня, медленно куря сигарету и казалось даже не мигал.       — Ай, черт с тобой,— заткнув здравый смысл и направившись к машине, я прошел мимо ошеломленного Максима и сел на пассажирское сидение, тут же пристегнувшись. Хрен он меня теперь отсюда вытащит, пока не довезет до дома. Максим же, обернувшись и заглянув в машину через окно, явно не мог поверить в такой поворот событий, зависнув. Злорадно усмехнувшись, я демонстративно отвернулся, стараясь это скрыть.       Максим в машине появился секунд через десять. Усевшись на водительское сидение и пристегиваясь, он косился в мою сторону, пока я старательно изображал персону особой важности и пытался не заржать. Вся эта ситуация казалась мне комичной. И почему-то даже подняла настроение, отчего захотелось подурачиться. Давно такого не было. На секунду я даже взгрустнул, пока Максим не завел мотор и поинтересовался куда же меня везти. Не поворачиваясь и отчеканив адрес, я оперся головой о руку, с особым интересом всматриваясь в открывающийся вид. А точнее на мусорные баки в десяти метрах и дорожку, ведущую в сторону остановки, на которую как раз подошел мой автобус.       Некоторое время мы ехали молча, от чего я даже погрузился в некоторую дрему, пока моего лба не коснулись прохладные пальцы. Вздрогнув и разлепив глаза, я удивленно посмотрел на Максима. Тот выглядел взволнованным и кидал мимолетные взгляды на светофор, ожидая, когда загорится зеленый.       — Как я и думал. Болеете, Алексей? А выходной вы брать не пытались и отлежаться?— убрав руку, Максим вернул ее на руль и поехал дальше, следя за дорогой.       — Работать больше некому,— буркнул я сонно и уселся поудобнее, практически развалившись на сидении. Оно было такое мягкое, внутри было тепло и вкусно пахло дорогим одеколоном и сигаретами, что хотелось просто наплевать на все и уснуть прямо там. И пусть этот поганец делает что хочет, хоть насилует — не проснусь. Откинув голову, я закрыл глаза, из последних сил стараясь не уснуть. Но я все же задремал. Я слышал, как машина остановилась и мотор заглох, как Максим куда-то вышел, тихо хлопнув дверью, однако открыть глаза и проснуться не смог. Раз уж он не сказал, что мы приехали в пункт назначения, значит парень просто решил купить себе сигареты или еще что. Главное, чтобы двери с моей стороны открывать не стал, изображая джентльмена, лягну и глазом не поведу.       Очнулся я от упавшего мне на колени пакета и хлопка двери. Практически подскочив на месте, я схватил пакет и уставился на него. Затем перевел взгляд на Максима, который вновь завел машину и отъехал от бордюра. Заглянув в пакет, я увидел целый арсенал из таблеток.       — Раз уж не можешь лечиться дома, то хотя бы лекарства при себе имей,— как-то строго, сказал Максим, выезжая на дорогу. В голове возникла мысль, что стоит его поблагодарить, но почему-то не хотелось. Я не просил об этом, эта забота или что он там себе придумал, мне была как заноза в заднице. Я и без него знал, что нужно лечиться, но сходить в аптеку у меня попросту не было ни сил, ни времени.       — Надеюсь чек в пакете,— сложив на нем руки, я вздохнул, вновь откидываясь на спинку сидения. Со стороны Максима послышался смешок.       — Конечно же нет, я благоразумно вынул его по дороге и спрятал в надежном месте.       — Съел что ли?— переведя на него взгляд, я меланхолично наблюдал за тем, как он внимательно следил за дорогой. Удивительно, а я всегда думал, что такие парни как он те еще лихачи на дорогах и плевать хотели на безопасность. Молодость и экстрим, куда ж без них.       — Всего лишь убрал в нагрудный карман,— остановившись на светофоре, Максим повернулся ко мне и как-то недобро посмотрел, усмехаясь.— А что, хочешь возместить траты?       — Конечно, не хватало еще чтобы за меня платили,— скривившись, я отвернулся, не выдержав этого взгляда. И все же парень был красивый, а я ведь не железный, да и секса давно уже не было. Так что накинуться мог, вот только потом не смог бы совладать с грузом стыда за такое поведение.       — Ну, могу отдать чек, если так хочешь,— тронувшись с места, Максим глянул на меня, когда я выжидающе протянул руку, но тут же слегка наклонился, расплываясь в широкой улыбке.— Если поцелуешь.       Отдернув руку, я ошеломленно посмотрел на него, пока этот гаденыш смеялся, вновь возвращая взгляд к дороге. Нахмурившись, я следил за ним некоторое время, пока все же не решился спросить:       — Ты что, гей?       — Возможно,— протянул он игриво, притормаживая возле моего дома. Ну наконец-то я смогу сбежать из этого цирка абсурда!— А ты?       Максим выжидающе посмотрел на меня, а я не знал, что ответить. Скажу да, и он точно не отстанет. Скажу нет, думаю не отстанет тоже, но вдруг?       И когда я открыл было рот, тут же захлопнул его, почувствовав, как кровь отлила от лица. Прямо за Максимом я заметил знакомую фигуру, что плелась в сторону подъезда. Поравнявшись с машиной, он медленно повернул голову и встретился со мной взглядом.       Резко отвернувшись от Максима, я отстегнул ремень безопасности, схватил пакет и выскочил из машины. Запнувшись, я повернулся к удивленному Максиму, кинул ему скомканные слова благодарности и захлопнул дверь прежде, чем он успел что-то сказать.       К Грише я практически подлетел, стараясь разглядеть по его лицу в каком он настроении. Но на нем была лишь легкая тень удивления и интереса, не более.       — Привет,— не найдя ничего иного, выпалил я, вставая рядом. Гриша кивнул мне, а затем перевел взгляд в сторону машины. Я же поворачиваться побоялся. Быстро нашарив ключи и открыв подъезд, я подхватил Гришу и практически затащил его за собой.       — Твой друг?— спросил Гриша после второго пролета, пока мы поднимались.       — Просто добрый самаритянин,— передернув плечами, я старался придать себе самый безразличный тон. Гриша помолчал немного, а затем промычал в знак понимания.       — Ясно.       В груди неприятно кольнуло. Думал ли я, что он будет ревновать и расспрашивать меня? Нет конечно, эту ступень мы уже прошли. Надеялся ли я на это? Да, думаю да. Однозначно, всему виной болезнь.       За весь вечер, пока я готовил, и мы ели, Гриша ни разу не поднял тему с Максимом. Единственное, о чем он спросил это о пакете с лекарствами, что я бросил у входа, так про него и забыл. И получив ответ, что я просто приболел, лишь покачал головой и снова: «Ясно».       Не было ни обидно, ни больно. Было просто пусто. Я давно привык к такому отношению. Мы уже довольно давно перестали интересоваться жизнью друг друга. Каждый из нас мог не приходить домой пару дней, и никто ни перед кем не отчитывался. Мы оба списывали это на работу, но я не знал, чем именно занимается Гриша в это время. Я бы даже не удивился, узнав, что он мне изменяет и спит с кем-то другим.       Закинувшись лекарствами, я ушел спать, пока Гриша остался смотреть телевизор. И стоило мне только коснуться подушки, как я тут же провалился в сон. Последнее, о чем я успел подумать — это нахальное лицо Максима и что завтра я его не увижу. А может быть лучше даже было бы если бы увидел.