Объявление Золотого Демона

      Жан воль Кельд проснулся. Он был связан. Его ударили по голове, когда тот заглянул за занавес. У него была сильная головная боль, и вдруг он ощутил присутствие человека. Он поднял свою голову и увидел Его. — Как тебе мои скульптуры, Жан Кельд? — насмехнулся Он. Жан Кельд увидел белую маску и голубые глаза. Он держал в руках Нефритовый резак, предназначенный для выделки скульптур из камней. — Так.Так ты хочешь отомс… — еле вымолвил Жан Кельд, но его перебил Он. — Нет-нет-нет. Вовсе нет, я лишь творю искусство. — сказал Он и танцуя указал ножом на скульптуры. Тогда Жан Кельд понял, что все эти скульптуры были сделаны… из людей. Именно в этот момент Жан Кельд посчитал количество скульптур, их было трое. — Ты безумец, обычный безумец. — Жан Кельд не боялся смерти, он был готов получить кару. Он всегда был готов к наказанию. — Безумен этот мир, а не я. Я лишь подчеркиваю свою индивидуальность, не так-ли? — Он начал вертеть резаком. — Имя… Если я уже и так умру, назови мне своё имя… — Жан Кельд понимал, что умрет и решил напоследок узнать имя своего убийцы. — Имя значит… Зови меня Хада Джин. — гордо произнес Он. — Хада Джин? И что теперь? Убьешь меня? — Радуйся, но нет. Я дам тебе великую честь. Ты станешь моей скульптурой. Тебе уготована судьба стать моим шедевром! Ты будешь четвертым, а это… это знак…        Джин взялся за резак и начал свои действия. Он пел, дирижировал своим резаком и танцевал, будто для него это простое дело, делать из живых людей скульптуру. Жан Кельд отчетливо слышал его голос, он буквально забирался в глубину души.

Раз

      Он начал подрезать его волосы, срезал одежду. Позже он дошел до его бровей и ресниц, ногтей. Джин подпевая мелодию наносил ему удары резаком, но они были не смертельными. Каждый день… Каждый день четыре удара…Каждый день…

Два

       Жан Кельд уже потерял счет времени. Он постоянно истекал кровью и получал четыре удара. — Почему четыре? Почему именно четыре? Почему он не убьет меня? Ему нравится то, как я мучаюсь? — думал Жан Кельд изо дня в день.       Джин начал резать фаланги пальцев левой руки. — Они слишком…симметричные, скучно и просто неприемлимо. — говорил Джин Также Джин кормил его и обрабатывал раны. Кажется, Он хотел, чтобы тот оставался жив, пока тот не закончит свое творение преступление.        Чем дольше длилось страдание, тем темнее становились глаза Жан Кельда. Он уже совсем сдался и сломался.

Три

       Сегодня Джин отрезал Жану мочки уха и также сделал надрезы на его щеках. Но на этот раз, все обошлось без четырех ударов. Неожиданно, деяние Джина прервал стук в дверь. Это был кто-то настойчивый. Он стучался на протяжении нескольких минут. — Почему он не уходит… — проговорил нетерпеливо Джин. Джин обернулся и решил посмотреть в окно, это и стало его роковой ошибкой. За всё это время веревка на Жане ослабла и тот освободился. Всё произошло за несколько секунд. Жан резко набросился на Джина и выхватив из его рук резак вонзил его в грудь.       Джин резко упал и в лицо Жана брызнула золотая кровь. Джин на протяжении года принимал препараты, чтобы изменить свой цвет крови на золотой. Джин упал замертво, но Жан на этом не остановился. Спустя еще секунду он нанес еще три удара, три удара в грудь. По земле ковром растеклась золота кровь. Жан упал на колени от истощения и шока. — Всё кончено! Всё кончено! Всё кончено! — истерично засмеялся Жан, но потом, смех заменили слезы. — Всё…кончено?       В дом вошел человек, который стучал. Это была Астра, видимо догадалась, что Жан пришел сюда перед своей пропажей. Её лицо было полно ужаса, увидев она мертвого тело Джина и Жана. Она застыла на одном месте, её переполнил страх. Жан потянулся за маской Джина, он хотел убедиться, был ли это Он на самом деле. Сняв маску он увидел лишь…безликое лицо. Без бровей, ресниц, зашитый рот и глаза. Носа и вообще не было. После этого внутри Жана что-то сломалось. Звук битого стекла…        Жан оглянулся, посмотрел на золотую кровь Джина, посмотрел на скульптуры и его лицо…оно изменилось. Жан улыбнулся. — Я понял… Я понял, что ты пытался до меня донести оставляя меня в живых, Хада Джин! Истинное искусство, истинное созидание. Скульптуры, пейзажи, музыка это вовсе не искусство! Ты пытался сказать мне, что лишь смерть, лишь смерть обладает красотой! Это всё, это всё твоё! Твоё искусство! Искусство не написать без частички души… И ты решил написать искусство кровью! Страх, глаза смотрящие прямо в пасть смерти! Это именно то, что ты хотел показать! Каждый из нас носит маску, и лишь только перед смертью мы снимаем маску!  — Жан уже позабыл о страданиях которые он испытал. Тот ад, который он пережил, он понял, что перед лишь лицом смерти появляется истинная красота. Ему понравился этот взгляд людей, полный страха перед смертью. Жан рассмеялся. — Четыре… Четыре… Четыре! — прокричал Жан, но внезапно он перестал. Его лицо изменилось снова. Он…успокоился…       Ад закончился, но он остался в душе Жана. Теперь он получил то, что искал всё это время. Вдохновение и желание жить.

Четыре