Я не обещал любить.

Ким вернулся на Землю. Сейчас он сытый и спокойный. Сделав вид, что ничего не произошло, он сел на кресло и взял папку с отчётами, продолжая изучать важную информацию: — Иди в отдел кадров и собери у всех документы, которые я просил вчера подготовить. Джин слез со стола, поправляя свою одежду. Сейчас он не смотрел на Джуна. Его нутро постепенно наполняла склизкая обида и злость, которая разрасталась с каждой минутой, заполняя каждую клетку его тела и уничтожая, отравляя изнутри. Но после того, как одежда его вновь приняла более-менее опрятный вид, он повернулся лицом к виновнику своих мук, пытаясь принять равнодушный вид. Он честно пытался: — Хорошо, всё будет сделано, босс. Джун уставился в свои бумаги с задумчивым видом. Когда его секретарь уходил, парень даже глазом не повёл.

***

Наступил конец рабочего дня. Ким уходил обычно предпоследним перед своим секретарем. Так было и сейчас: закончив свои дела, сидя в тёмном кабинете, который освещался небольшой настольной лампой, младший отложил очки в сторону и потёр уставшие глаза. После посмотрел на часы и откинулся на спинку кресла, думая о своём. Через пару минут он вышел из своих мыслей и стал собираться домой. На улицах Сеула было темно, но яркие фонари города не дают ему погрузиться глубоко в мрак. Ким встал со своего кресла и подошёл к панорамному окну, за которым всё ещё кипящая жизнь города не сошла на нет, но приобрела что-то новое, непонятное, неделимое с ночью и столь завораживающее. Скрестив руки на груди, он достаточно долго, ещё больше напрягая свои глаза, высматривал далекие огни, наверное, располагающиеся где-то на окраине огромного города или вблизи неё. Они были похожи на недосягаемые, даже для глаза, звёзды прекрасного ясного ночного неба, которые почти невозможно разглядеть, из-за света более ярких ближних светил. На самом деле, это единственной ночное небо, которым любуются жители Сеула в столь промышленном городе, каким он является. Джун отпрянул от окна и от своих мыслей и тяжело вздохнул, надевая пальто. Выходя из кабинета, он заметил Джина: — Ты домой собираешься? — спросил Джун. Джин в ответ лишь покачал головой. Он даже не посмотрел на Намджуна, уставившись в монитор компьютера и что-то быстро печатая: — Нет. Мне нужно закончить отчёт. Ах, да! — секретарь поднял краткий взгляд на своего высокого светловолосого босса, — Завтра у вас встреча в восемь утра с важными людьми, поэтому не советую опаздывать. Что-то сухо ответив наподобие «м, ясно» или «понятно», младший Ким зашёл в лифт и спустился на первый этаж. Через некоторое время он сел в свою машину и отправился к дому. По пути заехал в ресторан, чтобы поужинать, ведь дома чёрт знает, что вообще есть. Всё же приехав домой, он первым делом снял с себя пиджак и, ослабив черный галстук, расстегнул рубашку, падая на мягкий диван. Парень закинул голову назад и прикрыл глаза, расслабляясь. Джун никогда не воспринимал всерьёз никакие отношения, которые его касались, считая это занудством и никому не нужными излишними формальностями. Но Джина он любил как человека. Ведь тот был ближе к нему чем другие люди. Перед сном младший Ким вспоминал лучшие моменты из детства, улыбаясь и незаметно для самого себя успокаиваясь. Он очень скучает по тем временам.

***

Джин приехал домой в три часа ночи и быстро принял душ. Проходя мимо зеркала, он засмотрелся на своё оголённое тело, проведя пальцами по новым засосам на шее и грустно улыбнулся.  — «Может легче уйти? Так хотя бы не будет больно», — подумал Сокджин и покачал головой, падая на рядом стоящую кровать и целиком укутываясь в тёплое одеяло.

***

Новое утро и всё по плану. Кофе, дорога, работа. Джун приехал вовремя, как и советовал ему старший. Но, подумав о нём, он окинул взглядом помещение и заметил, что того нет на рабочем месте. Он нахмурился: — «Как он может опаздывать?..» Уже прошло совещание директоров, а секретаря до сих пор нет. Младший Ким забеспокоился, ведь это совсем не похоже на его образцового секретаря. Он достал телефон из кармана. Ему понадобилось достаточно много времени, чтобы найти нужный номер, так как давно не звонил Джину. Парень набрал его телефон и стал внимательно слушать утомительно длинные повторяющиеся гудки. Стоя напротив окна, Джун посмотрел на экран телефона с разочарованием в лице: — «Какого хуя?», — подумал он, когда услышал уже более резкие и обрывистые гудки, после чего решил написать СМС, — «Где тебя черти носят?! Живо в офис!». Джуна взбесило, что старший не отвечает. Две минуты, три и терпение покидает младшего. Тот до хруста сжимает корпус телефона и вздыхает довольно тяжело, после чего откидывает его на диван. Ему приходится вызвать заместителя секретаря и передать тому все те дела, которые должен был выполнить Джин.

***

Сокджин проснулся и почувствовал сильную боль в голове. Он сел на кровать, опустив голову и закрыв глаза. Но сам не заметил, как вновь заснул и упал обратно. Сок проснулся лишь через час от того, что ему стало холодно и головная боль не отпускала. Ким закутался в одеяло и сел на кровать, подогнув под себя ноги, он задумался. Его мысли прервал телефон, который неприятным громким звуком дал о себе знать, несмотря на любимую мелодию на звонке. Сокджин простонал в голос от сильной боли. Он взял телефон и отключил его совсем, чтобы больше не раздражал и так разрывающуюся от боли голову, и, наконец, встал с кровати и пошёл на кухню за таблетками. У него появилось чувство, что он что-то забыл… Джин зашёл на кухню, доставая аптечку, но таблеток от боли в голове там не оказалось: — «Чёрт! И где они могут быть?», — парень вернулся в свою комнату, заглядывая во все возможные ящики. Сокджин нашёл таблетки в самой глубине одного из них: — «Как они там оказались?», — пожав плечами, Ким быстро выпил таблетки и лёг на кровать, собираясь вновь поспать.

***

Прошло 2 часа. На часах уже 12:00. Ужасно хочется есть, но довериться вкусу зам. секретаря Ким не решается. Поэтому он спрашивает, есть ли ещё какие-то важные встречи, на что тот даёт отрицательный ответ, и Джун отправляется вон из офиса. Вот он уже сидит в машине и звонит одной девушке, с которой познакомился на одном очень серьёзном мероприятии. Девушка охотно согласилась на встречу, так как ждала звонка от этого мужчины. Джун сидел в одном очень дорогом элитном ресторане, дожидаясь брюнетку с длинными волосами и красивой талией. К слову, опоздание девушек бесило Нама. — «Все девушки опаздывают, это что за фетиш такой? Не то, что мой Джинни~. Уже давно бы его выебал в укромном местечке, и пообедать бы успели даже…». — подумал Нам. Но вот уже и она. Девушка, словно сошедшая с обложки знаменитого журнала «VOGUE». Она поклонилась, тем самым извиняясь за опоздание, и игриво заправила прядку волос за ушко, тем самым начиная свой флирт. Это выглядело так нежно, что за это можно и простить опоздавшую.

***

Уже на утро Джин чувствовал себя гораздо лучше, поэтому он быстро собрался и даже подвёл глаза чёрным карандашом, а после сел в машину и приехал в офис.

***

Ночь с жаркой девушкой прошла не зря. Утром Джун проснулся в отеле на большой двуспальной кровати рядом с брюнеткой, а потом отправился домой. После душа и кофе он направился на работу. Он выехал из дома и через пол часа был возле офиса. Зайдя в здание и поднявшись на нужный этаж, Нам заметил Джина, но проходя мимо даже на него не посмотрел, лишь нахмурился и махнул рукой, говоря тем самым, что нужно идти следом за ним: — Зайди ко мне… — подтвердил он своим холодным голосом слишком грубо, с агрессивной, из-за того и пугающей, интонацией, и, проходя в свой кабинет, он громко хлопнул перед секретарем дверью? Джин удивился и зашёл следом за Джуном, сглотнув до того ставшую вязкой слюну, что словно от страха свернулась и не лезла в горло. Старший остановился ближе к двери, чтобы в случае чего успеть убежать: — Вы что-то хотели? Джун сидел, положив свой подбородок на замок из рук, которые упирались локтями в дерево. Взгляд его был пустым, он смотрел бесцельно, будто сквозь стол. Просидев так пару секунд, которые для Джина показались вечностью, он громко ударил своей ладонью о деревянный предмет и резко встал, с шумом отталкивая тяжелое кресло назад. Это всё раздалось по кабинету звонким эхом. Намджун сурово посмотрел на него: — Ты у меня это спрашиваешь? Почему вчера ты не отвечал на мои звонки и СМС и не явился на работу?! Ты с кем-то трахался? Шлюха! Забыл чей ты? Ты мой! Джин вздрогнул, а потом вспомнил, что он забыл вчера сделать — написать Джуну, что он заболел. — Я ни с кем не трахался. У меня была температура. Я хотел тебе написать, но забыл. А телефон отключил, потому что он всё время пиликал. Старший опустил голову, закрывая глаза. Внутри всё дрожало и ноги стали ватными, не способными к отступлению. К горлу подкатил тяжёлый ком, который больно давил на кадык. Неприятно? Конечно. Обидно? Ещё как! Да, ему больно слышать слова младшего. Они колкие и режущие, как свежее битое стекло, но Ким Сокджин не из тех, кто сразу в слёзы. — Меня это не колышет! Будешь отрабатывать сегодня две смены. Эту и вчерашнюю. Уйдёшь позже охраны! — Джун подошёл к какому-то шкафу и достал три стопки старых документов, отчётов, прошлогодних папок и положил их на стол, — Разберёшь эти папки по годам: те, что за 2008 отдашь 5-му отделу, те, что за 2011, — 2-му отделу. Когда с этим справишься, придёшь ко мне, возьмёшь ключи от банка и пересчитаешь все бабки. Сделаешь мне отчёт, а после напишешь докладную на имя директора о том, почему тебя не было на рабочем месте вчера. Ты меня понял?! Джин кивнул, подойдя к столу. Он взял половину одной стопки, проговорив дрожащим голосом и уже с трудом сдерживая слёзы: — Я всё понял. Старший развернулся и пошёл на выход из кабинета, а перед самой дверью остановился. Стоя спиной к Джуну, парень зажмурился, иначе вот-вот и проступит влага. Не хочется показаться слабым перед тем, кого ты начинаешь ненавидеть. Собрав в себе последние силы, он тихо проговорил, медленно поворачивая голову к плечу: — То есть тебя не волнует моё самочувствие? Джун посмотрел в сторону. Конечно, он понимал, что перегнул. Но он был зол. Зол на то, что вчера старший даже не удосужился написать ему СМС: — Я вроде ясно выразился, что нужно сделать. Так почему ты ещё стоишь без дела? Джин развернулся и зацепился взглядом за шею Джуна, на которой красовался яркий засос, который был явно оставлен не Кимом. Джин подошёл и бросил документы рядом со столом босса. — Вижу, ты вчера хорошо повеселился и без меня. И ещё, я не собираюсь отрабатывать вчерашнюю смену, потому что я работаю на тебя без выходных и до самой поздней ночи. А если хочешь уволить меня — пожалуйста. Господин Пак Тэхён давно уже приглашает меня к себе. Джун подошёл к парню и прижал того к столу, руками заблокировав выход. Он нагнулся к его губам и посмотрел чётко в блядски (блядски красивые) разукрашенные глаза. — Детка~ ревнует? Да, я не отрицаю, что всю ночь развлекался с молоденькой девушкой. Ну, а что? Мы разве парочка? Я когда-нибудь тебе говорил, что я пидор? Или то, что ты мой парень? — Ким по-наглому засосал старшего, но когда тот его толкнул, он усмехнулся и продолжил: — Если уйдешь к этому недо-господину, я посчитаю это предательством. Забыл сколько лет мы с тобой знакомы? — младший нежно улыбнулся, вспомнив прошлое, — С самого детства… — Джун нежно провел тыльной стороной ладошки по щёчке Джина, — Хочешь разрушить все наши отношения, пройдя такой длинный путь, ~принцесса~? Джин лишь усмехнулся:  — Хочешь сказать, что это я ревную? А кто с самого начала сказал, что я только его? Кто разозлился лишь от одной мысли, что я могу быть с кем-то другим? Джин схватил Намджуна за воротник рубашки и притянул к себе, прыснув в чужое лицо словами: — Малыш, ты доказываешь то, что ты пидор, каждый день, когда ебёшь меня. Но если ты больше не хочешь тех прекрасных мгновений, то можешь возвращаться к своей сучке. Джин толкнул Намджуна со всей силы, ведь по-другому никак не сдвинуть эту двухкилометровую скалу, и отошёл, направляясь к выходу. Джун не ожидал такой дерзости от самого нежного, ласкового человека в его жизни. Он стоял ступором несколько миллисекунд с большим вопросом на лице, а после, недолго думая, подлетел и схватил чужую талию поперёк, развернув к себе и вжимая тело секретаря в дверь. И снова поцелуй. Младший крепко держал его руки, так сильно прижимая того к дереву, будто хотел чтобы старший слился с ним в одно целое. Джин не мог даже пошевелиться, не то что вырваться из захвата. Нам, специально уперевшись в «секретную» косточку большим пальцем, заблокировал тем самым какие-либо движения руками. Своим пахом он прижался к чужому. Джун сильный. Физически сильнее чем Джин. После грубых поцелуев у двери он потянул его на диван. Резким движением младший стянул с него штаны и расстегнул у себя ремень, все ещё держа руки старшего другой рукой. Джин и не собирался вырываться. Внутри его горла образовался уже слишком большой ком: обида, злость, разочарования накапливались в нём всё это время. Старший сглотнул его и посмотрел в сторону: — Зачем? Ты же не пидор… Ты же не мой парень… Так, кто же ты? Зачем всё это? Для чего? — Просто потому, что я хочу тебя выебать. Потому, что мне с тобой хорошо. Знаешь, что такое дружеский секс? Это — секс без обязательств, мне это от тебя и нужно. Ты же мне друг. Самый близкий человек из всех, что у меня есть. Ты стал мне как брат. (Ммм, инцест) — говорил Джун, при этом целуя шею старшего и стягивая с себя штаны, а через несколько секунд стал входить в парня. Джин простонал и закрыл глаза, выгибаясь и открывая свою шею для ласк. Ким сдержал слёзы, хотя внутри него поселилась обида. Он всё ещё не понимал, что он полюбил в этом монстре.

***

Джун снова выебал Джина. И снова отпустил того заниматься делами. Младший Ким сел на кресло, его рубашка была расстёгнута. Достав сигарету, он её прикурил, выпуская злосчастный белый дым табака в чистый воздух. А через несколько минут, он осознал, что проебался по-большому. И сейчас в нём боролись все «за» и «против». Ему было стыдно за себя. — «Если так пойдет и дальше, Джун, ты можешь потерять доверие людей…» — «Да ваще похуй на этого Джина…» — «Ты делаешь ему больно, пойми же!..» — «С ним можно играться, так что наслаждайся пока можешь. Тебе же нравится это тело, и он парень, так что можно и без обязательств…» — «Он тоже человек, и у него тоже есть чувства…» — «Он, как игрушка, — это просто развлечение…» — «Ты же его любишь, почему не можешь это принять…?» Он отчётливо слышал голоса в своей голове. Джун стиснул зубы и скинул всё со стола. Листы важных договоров, документов плавно спускались на пол, заполоняя почти всё пространство кабинета. Он прорычал: — ЗАТКНИТЕСЬ! ЗАТКНИТЕСЬ ВСЕ!!! Я НЕ ПИДОР!!! НЕ ПИ-ДОР! — Ким согнулся и упёрся лбом в холодный лакированный деревянный стол, прикрывая глаза.