So high

Тэхён проснулся слишком поздно. Уже было около двух часов дня, от сна в четырнадцать часов кружилась голова. Вот это он хорошо вчера утомился. Ким медленно поднялся с кровати, чтобы перед глазами не потемнело, и пошёл на кухню. Завтракать, потом к Чимину. Скорее всего, теперь так будет проходить каждый его день до выписки Чимина из палаты. Синяки под глазами, побледневшая кожа. Тэхён скривился, увидев своё отражение в зеркале. Его мать наложила ему завтрак, взволнованно спрашивая, что там с Чимином. Тэхён рассказал в общих чертах и буркнул, что сейчас поедет в больницу. Женщина на это только рассеянно кивнула, призывая съесть все, чтобы набраться сил. Когда Тэхён зашёл в палату, Чимин не спал. Пак тут же обернулся на звук, и на его лице заиграла яркая улыбка.  — Тэхён-а! Ты пришёл. Ким улыбается, подходя к парню. Как же хорошо видеть его оживленным, как же хорошо знать, что он почти в порядке. На гипс смотреть не хотелось.  — Привет. Приехал сразу, как смог. Ты уже обедал? , — Чимин покачал головой, — Ну ладно. Пак облегчённо вздохнул, когда Ким присел к нему на кровать. Он тут же схватился здоровой рукой за его ладонь.  — Мне сказали, что переломы без смещения, поэтому зарастут в течение месяца… Только потом ещё месяц-полтора восстанавливать мышцы, они атрофируются.  — Это время пролетит быстро, ты не заметишь.  — Но наше лето, — Чимин поджимает губу, — Наша крыша и вылазки… Мне теперь так плохо, Тэ, что я лишился целого месяца всего этого.  — Ну, успокойся. Все хорошо. Мы уже прочувствовали все это, теперь у нас есть прекрасные воспоминания. А я все ещё с тобой, значит, у нас будут и другие хорошие моменты. Это не последнее лето и не последние каникулы. Чимин снова поджал губу и кивнул.  — Только не бросай меня.  — Нет, конечно нет. Куда я от тебя денусь, если так… Так. Пак хихикает с парня, который зажевался на последнем слове, но они оба знают, что он хотел сказать. Когда-нибудь они оба к этому привыкнут и смогут свободно говорить эти слова друг другу, но сейчас… Они все ещё неловкие подростки.  — Тогда иди ко мне и полежи тут, пока не принесли обед, — Говорит Чимин и осторожно отодвигается вбок, оставляя место для Тэхёна, — Сломана лодыжка. Кошмар. Представляешь, если бы бедро? Тогда меня бы загипсовали по грудь и я не мог даже сидеть. В самом деле, все не так плохо… Ким обнадёживающе улыбается, аккуратно укладывая голову парня себе на плечо.  — Конечно, Чимин-и. Все в порядке. Выздоравливай скорее, — он поцеловал его в макушку и Чимин расслабленно улыбнулся, кивая своим мыслям. *** Так они и проводят все время. Тэхён приходит утром к Чимину, сидит у него до утра, а потом вечером возвращается домой. Он развлекает Пака, как может. Лежать в больнице скучно и удушающе, хочется выбежать на улицу, глубоко вдохнуть воздух. Чимину понял, что до ужаса хочет побегать под дождём, чтобы холодная влага обливала кожу, волосы липли ко лбу, а ноги были здоровыми и несли его, куда глаза глядят. К сожалению, нам всегда хочется именно того, что получить не можем. По крайней мере, не сейчас. По ночам Тэхён часто вспоминает их прогулки с Чимином. Как-то раз он даже выбирается из дома и идёт туда один, но без Пака всё не то. Это место приносит такие эмоции только если они вдвоём, ночные прогулки делают счастливыми тоже только двоих. Поэтому по утру Тэхён, так и не легший спать, покупает любимых вкусностей Чимина в магазине и идёт к нему в больницу. Ну и что, белые стены, ворчащие, но добрые медсестры, запах медикаментов… Зато там есть Чимин, улыбающийся Тэхёну так, будто ему совсем не тяжело тут находиться, будто кожа под гипсом совсем не чешется. Это тоже, наверное, потому что их двое. Постепенно их границы стираются, они знают друг о друге так много, но хочется ещё. Все равно, ещё ближе и дольше. Тэхён задаётся вопросом: разве это возможно? Он не думал, что нечто подобное произойдёт с ним в таком скором времени. Хотя кто может предугадать? Мы не знаем, что будет завтра, и это просто то, как приходится жить. Чимин рассказал, как в прошлой школе узнали о том, что он встречается с парнем. Они всего лишь нащупывали свои предпочтения, узнавали себя, и, в самом деле, общество после новостей разделилось на несколько видов. Тех, кто очень удивился и теперь избегал Пака, девочек, которым было очень интересно это всё после прочтения кучи манги жанра яой, и тех, кто действительно чувствовал к нему отвращение. Теперь он привлекал внимание, и шёпот за спиной сопровождал его по коридорам — репутация растоптана. Чимин решил начать снова, уйти в другую школу. И появился Тэхён.  — Меня это раздражает… Почему мы должны скрываться, шифроваться? Чем мы хуже, Тэ? Почему должны бояться, что о нас узнают? Это так несправедливо… Ким только вздыхает, укладывая голову на плечо Пака.  — Так не везде. Просто в нашей стране такой менталитет.  — Тэхён… — почти шепчет, будто испугавшись, Чимин, и Ким невольно насторожился.  — Ммм?  — Представляешь, как было бы классно нам с тобой уехать куда-то, где можно ходить за руку прямо по улице. Где мы бы могли пожениться, к примеру. Тэхён тут же смущается, чувствует, как горит лицо. Он неловко шлепает Пака по бедру и говорит:  — Ну Чимин, ты не думаешь, что рановато про свадьбу говорить, а? Парень в ответ только захихикал как-то проказливо.  — Давай как-нибудь… Съездим по странам? Когда закончим школу! Посмотрим тут и там, может, уедем. Ты никогда не хотел жить за границей?  — Наверное, это тяжело, Чимин-и…  — Да, ты прав, — вздыхает Пак.  — Но в тур-то мы точно можем поехать. А там посмотрим, — Ким поднимает голову с плеча Чимина и смотрит ему в глаза своими, большими и бездонными, в обрамлении густых ресниц. Пак тепло улыбается, кладёт ладонь на его щёку и мягко целует.  — Мы обязательно сделаем это, слышишь? , — шепчет он и снова припадает к губам. Им приходится быть осторожными, потому что могут зайти родители, медсестры, уборщица и так далее по списку, поэтому они совсем не целуются и почти не обнимаются, но сейчас Пак хочет урвать хотя бы немножко. В таком темпе пролетает почти три недели, и врачи удовлетворенно кивают на динамику лечения.  — Мне снимут гипс, затем сделают операцию, вытащат спицы. А потом ходить в центр, восстанавливать атрофировавшиеся мышцы… Ах, Тэхён-а, ну почему все это так сложно и долго? , — Пак дует пухлую губу и смотрит в глаза недовольно.  — Ты уже прошёл половину пути. Держись и выздоравливай, чтобы мы скорее смогли пойти на крышу. Пусть не ночью, так после школы. Чимин вздохнул и откинулся на кровать. Они все ещё каждый свой день проводили в этой осточертелой палате. Прошла неделя, и Чимину, наконец, сняли гипс. Его тут же увезли на операцию, и Пак сказал Тэхёну свалить в закат, побыть дома, в конце концов. Тэхён, конечно, его не послушал. Он пошёл гулять по городу, наслаждаясь тёплой погодой и солнцем, пока операция не закончится. Он хотел быть с Чимином, пока тот будет отходить от наркоза. Как и в прошлый раз, пришла мама парня. Она тепло улыбнулась Киму и разрешила остаться. В этот раз Чимин что-то перебивчиво шептал, иногда дёргался, будто пугался чего-то. Его мать нежно гладила его по волосам, успокаивая, а Тэхён украткой держал его за руку. Пальцы Пака то сжимали его ладонь, то спокойно держались, но, в целом, во второй раз это было не так жутко, да и Тэхён не был так напуган, как после аварии. Все были спокойны. За время прибывания Чимина в больнице, его мама приходила всегда, когда у неё не было работы. Через каждые дня 3-4. Поэтому они успели привыкнуть с Тэхёном друг к другу. Женщина оказалась милой и приветливой, с ней легко говорить. Когда Чимин уже почти совсем отошёл от наркоза, женщина отправила Кима домой, отдыхать.  — Ты и так торчишь здесь весь месяц. Давай, иди. Я буду тут. И Тэхён соглашается. Но пути домой он разглядывает вечереющую улицу, решая идти пешком, пусть тут и час дороги. Он включает музыку, вдевая наушники, расслабленно вздыхает. Всё постепенно налаживается. Всё будет в порядке. Тэхён улыбается, прикрывая глаза.