Магнетизм

      Зуд на спине не давал покоя с самого утра. Это можно было бы списать на какие-нибудь незначительные переживания Твайлайт, но ближе к вечеру метка успокоилась, а затем загорелась с новой силой. Дискомфорт то был, то исчезал, метка вела себя странно; а потом принцессам и вовсе донесли о странностях, творящихся неподалёку от Понивиля.       Селестия не стала даже заботиться о том, чтобы скрыться с чужих глаз перед телепортацией.       — Смотри-ка, я же говорил, — раздаётся знакомый насмешливый голос, и с ног почти тут же сбивают чужие объятья.       Метка покалывает, не успокаивается; после столь резкой телепортации прийти в себя удаётся не сразу, требуется хотя бы несколько секунд. Это не мешает Селестии безошибочно определить голос Дискорда и не мешает понять, кто именно чуть не сбил её с ног.       Твайлайт старается взять себя в руки, отпускает наставницу почти тут же, переводит испуганный взгляд на Дискорда: чувствует потребность всё время держать его в поле зрения, а то мало ли. Принцесса вполне способна её понять.       — Явилась по первому зову, — откровенно веселится Дискорд, вставая с уютного кресла из сахарной ваты.       — Не по первому, и даже не по второму, — мрачно отзывается Селестия, оглядывая масштабы бедствия. Не так уж всё и плохо. То ли Дискорд слаб после заточения, то ли даже не старался. На всякий случай она кладёт ладонь на плечо Твайлайт, показывает, что она рядом, что всё будет в порядке. Ученице это явно необходимо.       — Просто она, — дух раздора кивает на Спаркл, — даже не пыталась тебя звать на этой вашей духовной связи.       — Нет у нас никакой духовной связи.       — Не столь важно, духовная она или нет, — немного раздражённо отмахивается Дискорд.       — Что тебе нужно? — уставшим голосом спрашивает Селестия. — Раз сбежал, лучше бы скрылся с глаз долой.       — Это было бы скучно и неинтересно.       — Конечно, лучше получить пинка для начала.       — Не-е-ет, ты не понимаешь. Из интересного здесь только она, — мужчина кивает на Твайлайт.       — Ты и пальцем её не коснёшься.       — Чувствуешь себя в безопасности, когда Селестия рядом? — довольно скалится Дискорд. — Да, она выгонит меня, — продолжает он, напрочь игнорируя присутствие солнечной принцессы, обращаясь исключительно к Твайлайт: — Но ведь я вернусь. И вернусь к тебе. Твоей дражайшей принцессе придётся оберегать тебя днём и ночью, держать рядом с собой на привязи, напрягать свою сестру для этого, стражу, — он делает шаг вперёд, но осторожно, не решаясь приблизиться. Всё-таки остерегается Селестии, как бы ни бахвалился тем, что не боится её.       Тем временем пальцы Селестии сильнее впиваются в плечо Твайлайт, а та ловит себя на мысли, что чувствует злость — чужую, не свою.       — И ты, Селестия! — в сердцах восклицает дух раздора, переводя взгляд на принцессу. — Боль в спине так сильно ослепила тебя, что ты перестала видеть очевидное!       Твайлайт сжимает в руке шестиконечную кристальную звезду, острые концы которой грозятся вот-вот порезать кожу. Она не должна была стать свидетельницей встречи двух давних врагов, сила которых настолько велика, что способна стереть с лица Эквестрии весь Понивиль, не оставив от него и следа.       — Как и прежде, ты всё такой же самодовольный.       — Не смотри так грозно, я пришёл не ради власти в Эквестрии. Всего один правильный лучик от твоей «связанной» — и меня и след простыл, — и уже тише добавляет, невинно улыбнувшись: — Возможно.       Волнение Твайлайт снова зудом передаётся через метку на спине, и Селестию разрывает желание поскорее увести её отсюда, по-матерински оградить от всех бед. Даже если она сейчас развяжет схватку с духом раздора, тот вымотает её и сбежит, а затем вернётся снова. Дискорд увлечён, по глазам видно — и потому так просто не отстанет.       — Я считаю, — небрежно бросает мужчина, разбавляя затянувшуюся тишину, — что даже эти Элементы — чушь. Они исчерпали себя ещё тысячу лет назад. Но я всё равно добросовестно выкрал их, чтобы в этом убедиться.       Тысячу лет назад для их активации действительно понадобилось одно только наличие метки на спине. Селестия с досадой подмечает, что Дискорд может быть прав.       — Твайлайт… — шепчет она, огладив напряжённые плечи ученицы. Та поглядывает на наставницу краем глаза.       Она прекрасно понимает, что Твайлайт волнуется не только из-за духа раздора, и всё равно наклоняется к уху, не спеша обнимает её за талию, чуть прижимает к себе и шепчет:       — Закрой глаза и расслабься, — слышит, как девушка делает глубокий вздох; не сомневается в том, что она послушалась и закрыла глаза. Селестия бросает быстрый взгляд на оставшиеся Элементы в шкатулке, замечая их слабое сияние. Хмурится, но продолжает нашёптывать:       — Направь магию в Элемент.       — Вы правда думаете?..       — Попробуй.       Дискорд наблюдает за ними с возрастающим интересом: всё-таки надеется увидеть то, ради чего всё это затеял.       — Как тогда, да? — шёпотом спрашивает Твайлайт и тут же уточняет: — Вы пустили магию через снежинки…       — Именно.       Фиолетовая звезда, сияя солнечной магией, виснет в воздухе прямо перед Твайлайт, позволяет не думать ни о чём, кроме того, что пожелала принцесса.       — Пообещай ей хотя бы поцелуй, а то как-то нечестно выходит, — хохочет Дискорд, но, заметив испепеляющий взгляд Селестии, спешит поднять руки вверх в примиряющем жесте: — Просто пошутил!       Солнечные лучи, проходящие сквозь снежинки, своей красотой отпечатались в памяти Твайлайт надолго. Она пытается воскресить и эмоции, которые тогда испытывала: умиротворение при взгляде на принцессу, спокойствие и истинное наслаждение от представшей перед глазами картины.       Магия копится в ладони быстро, и Твайлайт, выдохнув, открывает глаза и направляет эту магию в Элемент Гармонии.       Её глаза. Тот же самый цвет, то самое сияние — Дискорд в восторге и восхищении одновременно: он уверен, что видел именно это самое сияние. Он нашёл то, что искал, и радуется, как ребёнок.       Вспышка на мгновение ослепляет Твайлайт: Элемент, пронзённый её магией, концентрирует энергию тонким лучом, частично отражая её обратно. Глаза щиплет от яркого света, но она всё равно спешит их открыть, часто моргает, пытаясь разглядеть духа раздора. Мысль, что она банально промахнулась, мелькает в голове на доли секунды и слишком сильно пугает; спустя несколько долгих секунд она всё-таки рассматривает силуэт духа раздора, действительно заточённого в камень.       Радость от победы длится так же недолго. Кажется, она никогда не испытывала столь сильных положительных и отрицательных эмоций за неприлично короткое время, поэтому даже не верит своим глазам, отталкивает руки принцессы и бежит к статуе. Селестия не спеша направляется за ней, хотя и без того понимает, что Дискорд сбежал.       — Сбежал!.. — чуть ли не плачет Твайлайт, глядя на рассыпающуюся каменную скорлупу, переводит потерянный взгляд на принцессу. — Он же вернётся!       Умудрился сбежать в последний момент, на Дискорда вполне похоже. Тысячу лет назад сбежать не успел, потому что не ожидал, но тут ведь специально готовился. Этого следовало ожидать.       — Не вернётся, — тихо обещает Селестия, поглаживая девушку по голове: — Ты отлично постаралась.       — Но он обещал вернуться, если!..       — Не вернётся, — принцесса покачивает головой, глядя, как хаос вокруг приходит в норму. Дискорд самоуверен, но на рожон не полезет. Он действительно способен сбежать от неё или Луны, но магия Твайлайт действует на него обезоруживающе.       Так рисковать он не станет.              

***

      Бабочки. Флаттершай отчётливо помнит бабочек. И незнакомый мужской голос, выругавшийся на неё за то, что она слишком добрая. Дальше всё было как в тумане.       Она не помнила, что наговорила Твайлайт и что вообще делала, пока перед глазами плыло марево, а в ушах стоял гул, но извиняется на всякий случай — только после этого интересуется, что же всё-таки произошло. Подруга отмахивается, говоря, что это неважно, но Флаттершай стоит на своём: важно, как же это может быть не важно? На Твайлайт лица нет, она вся бледна, ещё и принцесса Селестия примчалась.       Вдалеке растворялись последние розовые облака, слышалось громкое разочарование Пинки Пай и ликование Рэйнбоу Дэш. Дождь из какао Флаттершай тоже смутно помнит.       — Это был гипноз, — отвечает Селестия на все вопросы Флаттершай вместо Твайлайт.       — Чей? — хлопают ресницы наивных голубых глаз.       — Духа раздора. Но пусть это будет наш маленький секрет, — улыбается принцесса, глядя на Флаттершай, и обращается уже к Твайлайт: — Нам нужно собрать твоих подруг.       Уже поздновато и пора опускать солнце, из-за чего Селестия цокает, глядя на свои часы. Да и задержки вдали от дворца наверняка беспокоят и стражу, и проснувшуюся Луну. Сложно было Дискорду заявиться где-нибудь с утра? Она могла бы отложить все дела и уделить целый день решению связанных с ним проблем.       — Я соберу. Мы приедем завтра в Кантерлот, — вдруг произносит Твайлайт. Выглядит она серьёзнее обычного и наверняка спать не будет всю ночь: начнёт рыть информацию по Дискорду сначала в своей библиотеке, затем в королевской. Может, даже к Луне обратится.       Но это всё потом, после дел.       — Если это срочно, — уточняет Твайлайт, глядя на принцессу и ожидая ответа. Селестия просто кивает, потому что и правда срочно.       — Вам нужно опускать солнце, идите, — девушка улыбается.       Да, солнце. Мысли путаются — уж слишком сумбурно всё вышло. Как бы не забыть причину, по которой она завтра собирает подруг Твайлайт.       — Не засиживайся сегодня ночью, поспи хотя бы пару часов, — говорит на прощание Селестия.              

***

      Она слишком мало знает о принцессе.       Данная мысль и раньше мелькала в сознании, но теперь упрочнялась там всё сильнее. Что Твайлайт знала о своей «связанной», кроме поверхностной информации из книг? Она ведь не знала ни о её сестре, ни о давних врагах; вообще ничего не знала и до сих пор наверняка не знает.       Селестия не из тех, кто выложит всю информацию о себе за тысячу с лишним лет на блюдечке с золотой каёмочкой. Проклятый тупик.       — Твайлайт? — раздаётся дружелюбный голос совсем рядом. Девушка подпрыгивает на месте и захлопывает книгу. Быстро поднимает свой взгляд, одновременно пытается посмотреть на часы: восемь часов вечера, в библиотеке она засиделась.       Перед ней стоит принцесса Луна.       — Д-да?       — Надолго остаёшься?       — Как того пожелает принцесса Селестия.       — Оставайся подольше, — просит Луна.       Её намерения читаются легко, и их Твайлайт даже разделяет: познакомиться поближе, пообщаться, возможно, даже посплетничать. С момента своего возвращения лунная принцесса всё больше и больше смелела, осваивалась и привыкала к новой жизни. Было печально думать о том, что в новом времени у неё нет друзей; с другой стороны, у Селестии тоже никогда не было кого-то столь близкого.       — В этом нет необходимости.       Теперь сёстры, по крайней мере, есть друг у друга, и это уже ценно. Но и у Твайлайт появились близкие люди. Удивительно, что у неё вообще получилось их найти, учитывая её нелюдимость.       Луна кивает и, когда Спаркл проходит мимо неё, чтобы поставить книгу на место, вдруг произносит:       — Скоро Ночь Кошмаров. Это мой праздник.       Действительно. Праздник Лунной Принцессы в её устрашающем обличии, если быть точной.       — Но мне нужна помощь, — неловко признаётся Луна, смущённо глядя в окно.       — Помощь, — кивает Твайлайт, оборачиваясь к принцессе. — Помощь?!       — Тия сказала, что это мой праздник, — повторяет Луна. — Но тысячу лет назад подобного праздника не существовало, и я просто… не знаю, что мне делать.       К обращению «Тия» по-прежнему было сложно привыкнуть, но внутри становилось тепло оттого, что Луна доверяла ей в достаточной степени, чтобы говорить по-домашнему.       — И вы хотите?.. — медленно тянет слова Твайлайт, надеясь, что принцесса продолжит за неё, но та лишь недовольно хмурит брови.       — У нас с тобой небольшая разница в возрасте, — звучит утверждение, но девушка в нём слышит вопрос, на который немедля даёт ответ:       — Нет.       — Да, — стоит на своём Луна. — Обращайся ко мне на «ты».       Пол практически выбивают из-под ног. Она точно не может обращаться к сестре принцессы Селестии на «ты».       — Вам тысяча лет.       — Я их практически не помню, это не считается.       — Вы… вы правительница Эквестрии!..       — А ты — практически невеста другой правительницы, — умело парирует аргументы Луна. От такого заявления у Твайлайт скулы краснеют.       — «Связанные» не женаты по умолчанию…       — Тысячу лет назад — были, — упрямо фыркает принцесса и, успокоившись, улыбается самой доброжелательной улыбкой: — Мне будет приятнее общаться с тобой на «ты» хотя бы в неофициальной обстановке.       — Раз уж вы… — Твайлайт осекается, признаёт своё поражение и поправляется: — Ты… если ты просишь…       — Странно, что вы с Тией не перешли на простое общение. Это она настаивает?       Настаивает, скорее, их разница в положении, опыте, возрасте и всего другого самого разного, что в них есть.       — Это больше… привычка. Я ведь была её ученицей до всей этой… — Твайлайт осекается и вздыхает: — До всего этого.       — Попробуй заговорить с ней об этом, — советует Луна и кивает на дверь, безмолвно предлагая прогуляться. — Очень ценно, что вы есть друг у друга. Не всем ведь так повезло.       Везение — относительное понятие, Луне это наверняка известно. Твайлайт как-то раз читала книжку, автор которой придерживался мнения, что всем ныне живущим крайне не повезло просто родиться на свет, но подобные философские темы она обсуждать пока не готова.       — Я слышала о Дискорде, — первой заговаривает Луна, когда они выходят в коридор и направляются в сад. — Тия успокоила меня тем, что он не причинил много вреда, но звоночек тревожный. Она рассказывала, что тысяча лет без меня была невероятно спокойной, а сейчас как-то… много всего после стольких лет затишья.       — Мне она ничего подобного не говорит, — тихо признаётся Твайлайт.       Луна общается с ней, как с равной, — вот, что действительно сбивает с толку. Селестия с ней так не разговаривает, у принцессы тон покровительски-наставнический, а вот Луна никак не пытается держать с Твайлайт дистанцию.       — Могу быть твоим переводчиком с сестринского тона «я точно знаю, как лучше», — посмеивается принцесса. — Я её ещё отругаю за это. Наверняка она не сказала, что собирается научить тебя тёмной магии? — у Твайлайт от такой новости глаза увеличиваются до размеров золотой монеты.       — Меня?!       — Я тоже считаю, что рановато, но Тия настаивает.       Тёмная магия — это то, к чему Твайлайт не хотела бы прикасаться никогда в своей жизни. Её изучают только сильнейшие единороги: по большей части, исследователи артефактов и древних фолиантов, а также боевые единороги высокого ранга, причём изучают всегда попарно. Практиковать тёмную магию в одиночку строго запрещено.       К боевым Твайлайт никогда примыкать не хотела, к исследователям — возможно, когда-нибудь в далёком будущем, но никак не в скором времени.       Тёмная магия выворачивает наизнанку и вынимает всё самое драгоценное наружу, выставляет напоказ, насмехается и ломает даже самых стойких духом. Твайлайт робко смотрит на Луну — она ведь живое тому доказательство. Почему принцесса Селестия считает, что Твайлайт справится лучше, чем её сестра?       — Если тебе сложно говорить что-то напрямую моей сестре, ты всегда можешь пожаловаться на это мне, — продолжает Луна. Её рог слегка светится, когда они проходят мимо окон: время вести луну по небосводу. Совсем скоро она отправится путешествовать по снам.       Луна веселеет, глядя на потерянное лицо Твайлайт, у которой в голове коротнуло от мысли, что на принцессу Селестию можно жаловаться, и напоминает о том, почему вообще заявилась в библиотеку:       — Так ты поможешь? С Ночью Кошмаров, я имею в виду.       Помощь солнечной принцессе всегда была как само собой разумеющееся. Как Селестия скажет — так Твайлайт и сделает, это игра в одни ворота, она просто не могла отказать. С Луной почему-то выбор есть.       Ночь Кошмаров Твайлайт никогда не праздновала. Вообще при слове «праздник» у неё после восемнадцатилетия только одно имя на уме, и от этого имени начинают болеть уши.       — Помогу… — нехотя произносит Твайлайт, заранее вспоминая, куда она дела затычки для ушей. Благо, нужная персона как раз скоро приедет во дворец.              

***

      — Встреча с Дискордом кое-что показала, — начинает Селестия, стойко выдерживая взгляд пяти пар любопытных глаз, недоумевающих, зачем великолепной принцессе понадобилось их так срочно собирать.       — Кроме того, что он мудак? — уточняет Рэйнбоу Дэш. За ругательство в присутствии принцессы тут же получает щелбан от Эпплджек.       — Да за что?!       Они уже выслушали, откуда росли ноги у шоколадного дождя, почему над Клаудсдейлом бушевал шторм из газировки и с чего вдруг маленькие кролики стали плотоядными хищниками. Рассказ никому не понравился, Дискорд — и подавно. Разве что Флаттершай скромно молчала сбоку, не желая кого-либо осуждать, но на это никто внимания не обратил.       — Да, кроме этого, — кивает Селестия и берёт шкатулку с Элементами Гармонии из рук рядом стоящей Твайлайт. Открыв её, она протягивает шкатулку девушкам:       — Возьмите каждый свой Элемент.       — Всё ещё не понимаю, что всё это значит, но выглядит подозрительно, — недоверчиво щурится Эпплджек, выполняя просьбу принцессы. Оранжевый камушек был удивительно тёплым на ощупь.       — Это — главный Элемент Гармонии, — Селестия указывает на самоцвет в руках Твайлайт. — Твайлайт способна активировать его самостоятельно. Однако те, что находятся в ваших руках, обладают точно таким же эффектом, если их активировать одновременно.       Требуется несколько секунд на осознание, поэтому принцесса замолкает. Она прекрасно знает, когда нужно дать время, а когда загружать новую информацию. Она была бы рада не давать такую информацию детям, но не ей решать, кто будет хранительницами Элементов Гармонии. К сожалению.       Судьба снова и снова показывает, что она не всемогуща.       К сожалению.       — Предположим, — неуверенно тянет Рарити, оглядывая свою блестяшку. Они с Эпплджек, кажется, единственные, кто пытается хоть как-то вникнуть в происходящее: Пинки Пай, радостно вдохнув воздух полной грудью, принялась рассматривать солнце сквозь свой Элемент; Флаттершай слушала вполуха, не нуждаясь в объяснениях, и желала просто узнать, чего конкретно от них хочет принцесса; Рэйнбоу ёрзала на ровном месте, скованная запретом на полёт внутри дворца, а Твайлайт, судя по её виду, всё знала заранее.       — Возвращение Дискорда никто не отменял, и выкрасть Элементы снова из дворца ему ничто не помешает, — улыбается Селестия. — Поэтому они останутся у вас на хранении. Носите их, по возможности, каждый день с собой.       — Без пробле-е-ем, — припевает счастливая Пинки. Мысли Рарити быстро переключаются с серьёзных и раздумчивых на «Интересно, сколько нарядов под свой Элемент я сумею пошить…»       В погоне за объяснениями остаётся только Эпплджек, упрямо вздёрнувшая нос.       — Здесь есть какой-то подвох.       — Никакого, — мгновенно реагирует Твайлайт.       — Такие штуки, — Эпплджек специально подчёркивает интонацией последнее слово, — не должны быть на хранении у кого-то, вроде нас.       — Звучит грубо, — фыркает Рэйнбоу, с удовольствием почёсывая кожу около основания своих крыльев. — Разве мы настолько плохи?       — Дискорд выкрал их из дворца, почему у нас им будет безопаснее?!       — Он их выкрал, потому что они находились в одном месте, — сдержанно улыбается Селестия.       — И что нам делать, если он вернётся?!       Улыбка принцессы становится только шире:       — Собраться вместе и активировать их.       «Блеск», — нервно ухмыляется Эпплджек, щупая подушечками пальцев края камня в своих руках. Меньше всего ей хочется подвергать опасности свою семью, если вдруг Дискорду вздумается вновь выкрасть Элементы, но и отказывать принцессе грубо. Живёт она дольше, и опыта ей не занимать.       — К тому же, я уверена, что Дискорд не вернётся. В ближайшее время, — тут же поправляется принцесса.       «Блеск», — утверждается в своей мысли Эпплджек.