В чужом теле

Моя дочь Айшель родилась в середине ноября 1523 года. После двенадцати часов схваток я была совершенно измотана и просто расплакалась, когда мне показали дочку. Она оказалась хорошенькой крепкой малышкой с темно-синими глазами и чёрными волосами. Я всегда хотела иметь девочку и очень обрадовалась рождению дочери. Даже слова Хюррем, что на этот раз мне "не повезло" никак меня не задели. Продолжались подготовки к свадьбе Хатидже, а я просто тихо удивлялась, что столько времени и денег тратят на обычное бракосочетание, если не считать, что женятся Великий Визирь и сестра Султана. Праздники я в принципе любила, потому не жаловалась. После родов я оправилась достаточно быстро и так же быстро вернула себе прежнюю форму, потому была только рада снова быть изящной и красивой, пусть даже торжество не в мою честь. Ничего! Однажды и на моей улице будет такой праздник – я твёрдо решила, что когда придёт время именно я стану законной женой Сулеймана. На Хатидже было любо-дорого посмотреть, так расцветала девушка, чем ближе была свадьба. Она постоянно смеялась, на щеках наконец появился здоровый румянец. Хюррем тоже выглядела донельзя довольной и выставляла напоказ большой живот, постоянно рассказывала, как крепко толкается ребёнок. Рыжая не говорила в присутствии Айше, что у неё будет мальчик, но была в этом уверена. И была права на этот раз. В середине мая 1524 года начались празднования свадьбы Хатидже. Довольная невеста порхала по дворцу и заражала всех радостным настроением. Жители дворца погрузились в очередной поток праздников. Свадьба длилась 15 дней и увидев весь размах праздника я не удивилась, почему люди могут быть обеспокоены огромными тратами. В городе устроили представления, всех угощали едой и выпивкой, люди с радостью встречали Повелителя – об этом мне рассказал Мустафа, который ехал вместе с отцом и Ибрагимом на своей лошади. Я не могла не гордиться, когда представляла, как люди "бросали шляпы" перед моим сыном. Ахмед и Орхан были в восторге и кричали, что тоже хотят ехать с отцом, но их конечно не взяли, потому что они были слишком малы ехать верхом – Ахмеду шёл четвёртый год, Орхан недавно отпраздновал второй день рождения. Празднования дня рождения как такового конечно не было – у османов не принято отмечать этот праздник. Тем не менее, в августе, декабре и апреле я всегда находила повод устроить небольшой пир для своих детей. Свой день рождения я отмечала дважды: в моей реальности у меня был день рождения весной, а из дневника моей предшественницы я узнала, что она родилась в начале января. – Мы встретимся на свадьбе. Там будет много интересного. Когда вы станете старше, мы все вместе будем кататься,– успокоил братьев Мустафа.– Благословите, матушка. – Благословляю. Не надо заставлять Повелителя ждать. Будь осторожен, Мустафа. Я проводила сына и вернулась в комнату. Служанки уложили мои волосы, красиво подвели глаза, помогли надеть платье – я надела милое, но не слишком примечательное платье, как-никак невестой была Хатидже. С Хюррем мне пересекаться не хотелось, но рыжая шла рядом со мной и я не могла делать вид, будто её не существует. – Хороший сегодня день, госпожа. Правда? – спросила меня рыжая. – Так и есть,– согласилась я,– мы должны молиться, чтобы Хатидже Султан была счастлива в своём браке так же сильно, как счастлива сегодня. У меня не было желания ссориться и портить кому-то настроение, пусть даже сопернице. Наверное, она думала так же, потому что никаких колких слов не последовало. На свадьбе в конце-концов ссориться не принято, у османов по крайней мере. На место праздника Хюррем уже не приехала – я догадалась, что у неё начались роды, как было в каноне. Айше однако волновалась и отправила Дайе узнать новости, куда подевалась рыжая. Конечно, нельзя так просто оставить пропажу беременной фаворитки сына. А я внезапно вспомнила, что где-то там Лука ищет свою Александру. Меня удивляло, почему художник не покинул Стамбул, когда узнал, что у Хюррем есть дети от Султана. Неужели не понимает, что нельзя тайно встречаться с фавориткой Падишаха и при этом остаться с головой на плечах? Надо было ему сразу уехать и не бередить старые раны. Через пару часов нам сообщили, что у Хюррем родился мальчик. Я не была удивлена, потому ровно приняла новости и даже улыбнулась на изучающий взгляд от свекрови. Поздно вечером, когда молодожены уехали в свой новый дворец, мы собрались в комнате Хюррем. Я не заставила себя ждать – пришла во всей красе и с подарком. Султан назвал своего сына Селимом. Мальчик стал четвёртым в очереди на трон и я начала серьёзно опасаться за своих сыновей – может не сейчас, но в будущем Александра всеми правдами и неправдами попытается проложить своему сыну дорожку к трону.