Вспомнить всё

      Идея показалась мне надёжной, как марка каких-то часов у маглов. Кажется, шведские.       Я накинул мантию и схватил палочку. Конечно, авантюра опасная, но волновало меня вовсе не это. В общем, мной было принято решение наведаться к Гарри, а самое главное — ночью. Ночью точно никто не помешает.       Я спустился по ступенькам вниз к коридору. Было так темно, что казалось, будто даже слепые видят больше, чем видно в Хогвартсе по ночам. Хотя и логики в этом не было... Мой Люмос освещал путь и мешал картинам, на которых ворчали сонные старики и дамы, поэтому я прикрывал свет ладонью, чтобы и им не мешаться, и самому не попасть в руки Филча, чего мне сейчас хотелось меньше всего на свете.       По итогу цели я своей достиг, но входить не решался. Пару минут уж точно. Был страх услышать тот самый вопрос, который задал Гарри днём. Но я же гриффиндорец, в конце-то концов! Поэтому я, собравшись с силами, бесстрашно толкнул дверь одной рукой, и та приоткрылась.       В больничном крыле было светлее за счёт лунного света из окон, и я увидел своего друга. Он лежал на боку спиной ко мне и, кажется, спал. Ну естественно, что же ещё делать по ночам, не по школе же мотаться... Ведь правда? Хотя спящий ночью Гарри — это носе... Нес... Нонсенс, вот!       Я тихонько закрыл за собой дверь и прошёл чуть дальше. Потушив Люмос и подойдя к койке Гарри, мне стало заметно, как его плечи изредка, слегка так подрагивают. И не успел я об этом подумать, как ко мне тут же, сев в кровати, повернулся Гарри.       — Кто ты такой?! — достаточно громко и настойчиво спросил он. Да даже не спросил, а потребовал.       Я слегка пошатнулся, ошарашенный таким вопросом.       — Тише, Гарри! А то сейчас сюда придёт мадам Помфри и за уши меня отсюда вытащит! — проигнорировав главный вопрос, ответил я.       Гарри неодобрительно взглянул на меня прижал колени к груди.       — Нет! Кто ты? — уже тише спросил он.       Его глаза были слегка прищурены, поэтому я подал другу очки с тумбочки, и тот их надел.       — Я Рон. Рон Уизли… Твой лучший друг!       — Друг? — Гарри непонимающе наклонил голову, и мне внезапно захотелось улыбнуться ему.       — Да, я… Неужели ты ничего не помнишь? — вопрос жутко неуместный, но что же я ещё мог спросить?       — Не помню. Ну, не совсем… Или нет. Я не знаю... — в голосе Гарри слышалась растерянность. — Мне объяснили, где я нахожусь, и кто за мной сейчас ухаживает, но… Я не знаю это место, этих людей, — он замолчал, а я не знал, что мне сказать.       Да и что я мог?       — Знаешь… Мы лучшие друзья с первого курса. И ты… Ну, ты... — слова совсем не шли в голову.       Про что я должен был ему рассказать? Про школу? Или про то, как он сюда попал? Или вообще с самого начала?       — Как я попал сюда? — голос у Гарри был напряжён.       — В Хогвартс?       — Нет, в лазарет, — и это я не знал, как объяснить.       «Из-за одного придурка в тебя влетел бладжер, и ты упал с метлы», так что ли?       — Ты играл в квиддич, ну, это игра такая на мётлах, в тебя врезался бладжер, и ты упал с метлы… — о-о-о, просто лучшее объяснение, я согласен.       — Кто? — тут спросил Гарри.       Вуд бы сейчас ударил себя по лбу и начал бы снова рассказывать ему про квиддич.       — Ну, знаешь, это такой мяч, он как вышибала на поле. Ну а тебе не повезло попасть под него, — и вновь молчание.       Пока Гарри пытался переварить всё сказаное, а я думал, что ещё я могу ему рассказать.       — Тогда ты мог бы рассказать мне… Обо мне? — он даже улыбнулся.       Друг выглядел измотанно и как будто несчастно, но улыбка всё равно была самой живой, какую я когда либо видел. Рассказ я начал с его родителей, а сам Гарри терпеливо слушал, глядя прямо мне в глаза. Пока я говорил, с каждым новым словом я понимал, как тяжела жизнь маленького героя. Он ведь и впрямь был слишком мал для этого во всех смыслах. Уже в одиннадцать лет он бился с учителем не на жизнь, а на смерть. Ещё через год такая же история, только с огромной змеёй. А потом ещё и шокирующая о друге родителей.       Я хотел рассказать Гарри о том, что Джинни в него влюблена, но почему-то не стал. Задумался. Вот что могло привлечь мою младшую сестру в этом парне, у которого что ни день — то приключение? Судя по опыту с Гермионой на втором курсе, я понял, что девчонок в первую очередь привлекает внешность. Теперь же, смотря на Гарри, я думаю, что будь я девочкой, то тоже бы, наверно, влюбился.       Э...       Уже ближе к концу своего длинного рассказа я почувствовал, что во рту пересохло. Язык вот-вот отвалится.       — Ты не против, если я возьму? — спросил я у Гарри, ткнув пальцем в стакан с водой на прикроватной тумбочке.       — Нет, — ответил он.       Не буду углубляться в то, как я утолил жажду, поэтому сразу перейдём к делу.       После моего рассказа у Гарри было такое лицо, будто к нему наведался дементор.              — У меня... Есть крёстный?.. — тихо спросил он, смотря вниз.       — Ну да... Я же так и сказал. Правда, у него сейчас не лучшие времена, как ты знаешь.       — До сих пор не понимаю, — Гарри взял в руки тот самый стакан и глотнул из него.       Почему-то я почувствовал, как мои щёки розовеют. От чего же? Хотя помнится мне, в прошлом году Фред и Джордж почти всё время затирали про какой-то там непрямой поцелуй, который они якобы уже много раз проворачивали с Анджелиной и Алисией. Может, они теперь поэтому встречаются?       О чём это я...       — Сядь рядом со мной, — слова Гарри как-то неожиданно прозвучали в тишине больничного крыла.       Не став спорить, я сел на койку друга, а он тут же меня обнял. Мне ничего больше не оставалось, кроме как сделать то же самое.       — Друзья же обычно так делают, да?       Я только угукнул.       Мне сделалось так хорошо, я был готов потратить на эти объятья всю свою жизнь. Ничего не знающий Гарри был похож на первокурсника в первый же свой день в Хогвартсе. Трусливы такой... Зато я был похож на настоящего наставника.       В этой тишине лазарета было хорошо слышно наше ровное дыхание и сердцебиение. Ну, до того момента, пока Гарри не зевнул.       — Хочешь спать? — спросил я, уже чувствуя, как и мои глаза начинают слипаться.       — Да...       Кивнув, я отстранился от Гарри, а когда он лёг, укрыл его одеялом. Корявенько так.       — До встречи, Рон.       Гарри закрыл свои зелёные глаза, с которых я чуть ранее снял очки.       — Спокойной ночи, Гарри...       Почти сразу я услышал тихое его сопение. Быстро же он вырубился...       Я ещё раз огляделся, будто за нами мог кто-то наблюдать. Да тот же противный Малфой. Убедившись, что никого точно рядом нет, я... Как бы трудно это не было...       Ещё раз заглянув в лицо Гарри, я наклонился к нему. Мои пальцы дрожали. Я чувствовал, как бьётся сердце. Даже как-то жарковато стало.       Я поцеловал Гарри в правый уголок губ.