Счастье есть...

— Проходите, мы сложили все вещи по отдельным коробкам согласно их типажу. Ваши с буквой «S» на боку. — Огромное спасибо. Я быстро всё загружу и уеду.       Наш с мамой уютный двухэтажный домик выкупила молодая супружеская пара с полуторагодовалым сынишкой. Новые улыбчивые владельцы встретили меня в аэропорту и подвезли на своей машине. Возле калитки ждал обещанный людьми из клана Хибари фургон, которому предстояло надолго увезти меня из мира мафии. Поправляю цветные прядки, выбившиеся из низкого хвоста на затылке, и начинаю переносить коробки в кузов. Душа поёт в предвкушении очередных перемен, хочется петь и танцевать. Но такая самодеятельность точно разбудит спящего на втором этаже малыша, так что приходится себя сдерживать.       Закончив с погрузкой, вежливо прощаюсь с супругами и запрыгиваю на водительское сидение, переводя дыхание. На соседнем кресле стоит самая важная коробка из всех, которую я спешу открыть — в ней хранятся особенные фотографии-воспоминания из детства. Перебирая глянцевые фотокарточки, наконец нахожу нужную и аккуратно пристраиваю в рамку на приборной панели. Со снимка на фоне древнего самурайского замка смотрят две молодые счастливые женщины и их сынишки-солнышки. Смаргиваю непроизвольно выступившие слёзы и поворачиваю ключ в отсеке зажигания.

***

      Дорога от Намимори до Хасецу занимает без малого три дня на достаточно высокой скорости. Подгоняемый воспоминаниями о домашнем кацудоне тёти Хироко и мотивируемый пустотой трассы, я добрался туда за двое суток, без учёта остановки на отдых в мотеле. Добраться-то добрался, а вот как проехать к источникам забыл, хоть в последнюю поездку сюда мне было целых восемь лет. Благо местные жители с удовольствием подсказали дорогу. И каждый считал своим долгом поинтересоваться: «А вы родственник?». А что, так сильно теперь не похож стал? Ну есть во мне европейские черты, неужели они так сильно выделяются?.. В общем, к дому семейства Кацуки я подъехал морально уставший и очень голодный. — Тётя Хироко! Дядя Тошия! Есть кто?!       Из глубины дома послышался топот двух пар ног, и в выходящей на прихожую двери показались тётя и сестрица Мари. Обе ничуть не изменились за прошедшие шестнадцать лет, если только Хироко-сан чуть вес сбросила. — Тсунаёши-кун! А что ты один? Почему без Наны приехал? Да у неё, видимо, свои дела есть. Ты проходи-проходи, сейчас на стол накрою! — Я к вам на пожить, это ничего? — отдаю сестрице пальто и разминаю затёкшие за рулём плечи. — Нам на источниках сейчас лишние руки не повредят, так что ничего. — Смотрите, кто приехал! А вырос-то как, настоящий жених! — Дядя Тошия! — в шутку возмущаюсь и крепко обнимаю старика в ответ. — Дела у вас, значит, идут не очень? Ничего, есть у меня пара лиц на примете, кому можно будет это место прорекламировать… Стоп! А где Юри?! Где мой маленький фигурист? — Он как в восемнадцать в Детройт переехал, так сюда и не заглядывал. Весь в спортивной карьере, — тётя усадила меня за стол и поставила миску фирменного кацудона. — Ну, а мы его отсюда стараемся поддерживать. Юри очень переживал, что ты куда-то пропал. Тут еще и Ви-чан умер, пудель его любимый.  — Это который в честь Никифорова? — проглатываю порцию за два подхода и глазами прошу добавки. Хироко-сан сразу понимает и подкладывает ещё. — Жалко собачку. — А тебя небось Емицу в свои дела подтянул? — дядя у меня человек на самом деле весёлый, радушие и гостеприимство в крови заложены. Но вот с отцом у них сильно отношения не заладились, что не удивительно — Емицу после свадьбы стремился запретить маме контакты с родственниками, «ради безопасности». Выбесил, в общем, Тошию-сана своей паранойей. — Ага. Я если расскажу, что пережил за последние десять лет, не поверите ни за что. — Вечером будешь байки точить. Беги пока в ледовый к Юко, она за тебя ещё больше волновалась. — Точно! — подскакиваю и чуть не сшибаю Минако-сан, преподающую в местной балетной школе. — Оп-па, какие люди! Савада, давно не виделись. — Извините, Окукава-сан, но я к Ю-чан тороплюсь! — выскакиваю в коридор, где натягиваю туфли, особенно их не шнуруя, накидываю на ходу пальто и несусь по мостовым Хасецу в местный Ледяной дворец. — Ю-чан, приветики! — блин, так разогнался, что чуть не сломал самооткрывающиеся двери. — Тсуна, ты откуда к нам? — подруга выскакивает из-за стойки и затаскивает меня внутрь, широко улыбаясь. — Небось хотел с Юри повидаться? А он… — Знаю-знаю, только с горячих источников к тебе, дядя с тётей уже всё рассказали. Ты мне лучше расскажи, как на личном фронте. Тот парень, Такеши, у вас всё чики-пуки? — Более чем, шиппер хренов. Трое замечательных дочек и идеальная гармония в доме. — Ого, переплюнули все ожидания. — Давай лучше обсудим это за чашкой кофе в кафешке.

***

— Тётя, кто там звонит? — ставлю на тумбочку кадку с бельём на стирку и вытираю пот со лба рукавом рубашки. Оказывается, работать на источниках даже с малым количеством клиентов так трудно и интересно одновременно. — Это Юри, переживает по поводу поражения на нынешнем Гран-При в Сочи. В туалете вон закрылся… — Так, ну-ка дайте в мои руки разговор, — не дожидаясь разрешения Хироко-сан, беру трубку с телефоном в руки и сажусь на столик, где стоял аппарат. — Приветики, Ю-кун? Не узнаёшь? А если поднапрячься и подумать об единственном безответственном человеке, который пропал со всех радаров на десять лет? Вот, сразу признал, да? И повеселел, смотрю, уже не заикаешься через каждое слово. Значит, слушай меня внимательно, Юри Кацуки. Ты сейчас собираешься, подтираешь слюни-сопли и берёшь билеты домой, где тебя жду я и планы тренировок. Как каких? VIP-тренировок от ученика сильнейшего киллера мира. Да-да, не получилось кататься, будешь чёрными делами заниматься! Так, стоп, — подбираюсь ближе к краю и немножко пугаю всех собравшихся послушать монолог. — Это кто там по двери лупашит? Ну-ка выходи из кабинки и ставь громкую связь, — прокашливаюсь и, дождавшись характерного звонка, практически полностью копирую голос Занзаса. — Грохалку не надорви, мусор мелкий. По голосу ясно, что от горшка два вершка, а права качать пытаешься. Кацуки, если все указания понял, исполнять немедленно!       Зрители аплодировали три минуты.

END POV