Счастье есть...

— Тсунаёши, я в полной заднице! Хотя это даже слишком лестный эпитет для описания сложившейся ситуации! — Бьякуран на экране ноутбука распластался по столу, изображая грустного кота из знаменитого мемчика. Захотелось заржать над ним в голос, но не до конца пропитая совесть оттянула идею за уши. — Надо было так испортить отношения с партнёром? Никогда больше не буду пить, даже шампанское. — Ам… А что, контракт Сынгыль не подписал? — отпиваю кофе из кружки, переводя на секунду взгляд в сторону бассейна, в котором, словно опытная синхронистка, плавает Крис. Джакометти опёрся на бортик и вылез из воды, зачёсывая пятернёй волосы назад. Чуть не подавившись кофе, перевожу взгляд обратно на экран. — Нет, — Джессо то ли смутился, то ли ещё больше расстроился. — Он предложил два взаимовыгодных соглашения… — Так и в чем проблема? — через левое плечо перегнулся Виктор, делая со мной селфи для нового поста в Инстаграм. — Я боюсь идти на подписание! И послать кого под иллюзией не могу! Ли Туманник, сразу же раскусит обман. Это будет нечестно… — Ба, никак наш Снежок влюбился! — Витя всплеснул руками и подозвал к ноутбуку Джакометти. Кристофф накинул халат и перегнулся через правое плечо, слегка на меня облокачиваясь. — Почему Снежок? — отставляю на столик кружку, насладиться горячим напитком явно больше не удастся. — Весь белый и сладенький, как кисломолочный напиток, — хихикает Дождь. — Ничего подобного! — босс Мельфиоре подскакивает и чуть не падает со стула. — Я в него… Да нет… Не может быть… Если только немного! — Ну-ну, Юрка так же говорил, когда познакомился с Отабеком. — Лучше скажите, когда у вас Финал откатывать начнут. Занзас заявил, что планирует закончить с зачисткой по приказам Дэчимо до короткой программы. — К кому это он так рвётся? — А ты не в курсе, Тсу? — Крис удивлённо хлопает глазами и треплет меня по волосам. — Одно Яростное Небо таскало наш Ураганчик всю гулянку на спине, потому что тот вцепился в него мёртвой хваткой.

END POV

***

— Учти, Кацудон, что уступать тебе я не собираюсь. Пускай мы и Семья, — Юрий Плисецкий прогнулся в спине, вставая на скамейке в раздевалке на мостик. — Сегодня я покажу боссу и дедушке всё, на что способен. — Я не претендую слишком на твоё первое золото, Юрио, — Юри Кацуки размял затёкшие внезапно плечи и тяжело вздохнул, потерев золочёное колечко на безымянном пальце. — Такой глупый фарс… — Думаешь, Никифоров воспринял всё как шутку? — Не знаю… — брюнет опустился на скамейку и тяжело вздохнул. — Ребята, я вам сейчас такое… Оу. Юрио, что ты наговорил Юри? — Пхичит Чулантон зашёл в раздевалку и обнял друга за плечи. — Он сам себя накрутил. Послушай внимательно, Кацудон, — блондин сел на корточки перед соперником и заставил его приподнять голову. — Никифоров таким не шутит никогда. Они все чёртова семейка однолюбов. И если наш Витя принял это дурацкое кольцо, значит, он принял и тебя. Кацудон, неважно на самом деле, какое место ты займёшь сегодня. — Понял, — Солнце улыбается и со всей силы обнимает возмущающуюся Грозу. — Народ, никто не знает, о чём Крис хотел со мной поговорить? — Тсунаёши садится на трибунах рядом с тренерами своих Хранителей, переплетая пальцы. Возле бортика разминался Туман, которому предстояло исполнить произвольную программу фактически последним. Он буквально минуту назад остановил Небо за рукав рубашки, но замялся и ничего не сказал. — Может, о том же, о чём и ты? — Фельцман сложил руки на груди и как можно громче хмыкнул, заметив покрасневшие щёки Савады. — Яков, не понимаю… — Всё ты понимаешь, парень. Если действительно того хочешь — дерзай, Костя так же покорял Светку. — Папа что-то натворил во время соревнований? — Виктор, нервно обнимающий краснеющего Юри, удивлённо посмотрел на Фельцмана. — Ага. Выскочил прямо на спортивную площадку после того, как она закончила свою программу, прям как ты какое-то время назад, и на глазах у многотысячного зала в засос поцеловал. Скандал был по тем временам масштабный, но Костя же упрямый — отвадил всех журналистов. — Прямо на площадку, да? — Тсуна закусил нижнюю губу, отводя взгляд в сторону, и внезапно схватился за голову, в которую ударил практически боевой клич: «Смотри только на меня!». — Крис…       Джакометти ног практически не чувствовал. Дыхание сбилось, горло нещадно саднило и хотелось плакать. Ему не то что не обогнать, даже не догнать Плисецкого и Кацуки. Но на это плевать, сжечь и прах развеять по ветру. К чёрту медаль и призовое место! Он совершил самую непростительную и непоправимую ошибку в своей жизни — сделал больно Истинному Небу. Не нужно было так привлекать внимание Тсунаёши, но Крис сорвался, использовал способность Туманов к телепатии. И запорол все важные элементы, заметив блестящий от влаги взгляд карих глаз. Кристофф порывался мысленно бросить уже эту программу — всё едино не удалась, — подбежать по трибунам к шатену, обнять крепко и всё же сказать, что хотел, но не смог. Блондин почти падает на льду на колени, сжимая плотно зубы, пусть этого не видно. Он обидел своё Истинное Небо. — Крис!       Голос доносится как сквозь плотную звукоизолирующую завесу. Фигурист вскидывает голову и замирает, не доехав до бортика совсем чуть-чуть. А там стоит Тсунаёши, неизвестно когда успевший перебежать половину зала. Он сжимает ладонь у груди и смотрит своими огромными блестящими карими глазами. Что понял? Что почувствовал? Догадался, что он привязался слишком быстро? — Эта программа… — голос даёт петуха, обрывается, но Ёши чувствует себя обязанным договорить. — Это всё… для меня?       Зрители замирают в молчании, где-то только что уронил челюсть Леруа под ехидный смех Юри и Юрио. Крис, как заворожённый, только и может, что согласно кивнуть в ответ. И чуть не рухнуть, когда чуть мозолистые пальцы хватают за ворот костюма и притягивают вплотную, а к губам прижимаются чужие, чуть потрескавшиеся, но в то же время мягкие. Челюсти падают даже у Фельцмана и Никифорова…

***

— Братишка, поздравляю с новой должностью, — Тсукия Савада широко улыбается и пожимает новому боссу Семьи «Снежные барсы» руку. — Тебе идёт руководить подальше от наших. — Думаешь? — Тсуна неловко чешет затылок и оглядывается по сторонам с таким видом, словно ему попутно приходится контролировать зло вселенского масштаба. — Тсуки, мне нужен совет. — М? Что-то случилось? — Да, — карие глаза загораются восторгом. — Где лучше провести бракосочетание: в Вероне или Сан-Франциско? — Ва! Какое шикарное! — блондин отставляет на столик бокал с шампанским и начинает вертеть ладонь брата, пытаясь получше разглядеть тонкое резное золотое колечко на безымянном пальце правой руки, расположившееся рядом с перстнем Неба. — Так ты и правда… — Выхожу замуж за самого странного, после нашего информатора, фигуриста мира. — Ой, да вывертами вашего Поповича народ не удивить. Только если он не танцует пьяный в клубе с Бьянки, — боссы переглядываются и хохочут в голос. Ничего, за общим шумом всё равно не слышно.       Гуляние по случаю заключения договора между Королевской Семьей и русской ОПГ широкого масштаба шло вторые сутки. В первые собраться не получилось, поскольку итальянская шайка мгновенно рассыпалась по Питеру — и никакой Реборн им не указ. Тсукия с поддержкой всего Ледового Дворца и Георгия Поповича в частности зовёт на свидание Милу Бабичеву — должен же Скайп себя окупить. Занзаса утаскивает Пхичит Чулантон. На птичий рынок. Покупать хомяка. То, что Яростное Небо не против, заставляет ронять челюсти всю Варию. Хранители Савады пытаются понять, кто и с кем тут ещё мутит. Потому что… Виктор Никифоров, таскающий с собой массивный двуручный меч как детскую игрушку, пристаёт с обнимашками к Юри Кацуки, который пытается отговорить от «какой тройной аксель в двух актах одновременно, только гипс сняли!» Юрия Плисецкого, которого только привёз из травматологии Отабек Алтын, который попутно контролирует, сколько выпил приехавший к друзьям «за компанию» с Вонголой Бьякуран Джессо, отсылая фотоотчёт некоему Ли Сынгылю. К банкету удалось узнать, что Гроза Барсов неудачно в подворотне отбился от хулиганов, Солнце может отомстить Дождю за приставания по методу «возбудим и не дадим», активировав Эрос, Облако внештатно работает свахой, а босс Мельфиоре встречается с главой поднявшейся в абсолютные лидеры корейской группировки «Хесон». Кажется, пора буквально воспринимать единственную инструкцию от Занзаса: «Ничему не удивляйтесь». Впрочем, после четвёртого бокала и так станет всё равно.