Ваня, Ванечка 3

— Вань! — позвал Майский, заходя в квартиру, он уехал с работы позже, да еще задержался в дороге, а ведь сегодня была их первая годовщина вместе. — Сережка, — с радостным воплем Ваня кинулся к Майскому, напрыгивая на него, тот еле поймал от неожиданности. — У меня все готово. Что сначала: кухня или спальня? Хочу тебя так, что зубы сводит. — Душ, — выбрал третий, не предложенный вариант, Майский. — Тогда я с тобой, — тут же обрадовал его Ваня. — Поставь уже и раздевайся. Майский поцеловал Ваню, отчего у того по спине прокатилась волна жара, и поставил его на пол. Ваня ускакал настраивать воду и раздеваться, пока Майский стаскивал с себя уличную одежду. Получасовой обмен минетами, и они уже сидели на кухне за накрытым праздничным столом. Ваня подпер руками голову и смотрел на Майского, счастливо улыбаясь. Прошел год. Ровно год с тех пор, как он поцеловал Майского в больнице в Питере. И весь этот год был наполнен массой событий, помимо обычных рабочих моментов, когда они раскрывали дела и ловили преступников, еще и мистической составляющей. Ратибор много всего рассказал им о мире иных, они даже познакомились с его стаей, которой оказались еще два вампира: девочка лет тринадцати, которая умела превращаться в манула, полюбившая Ваню какой-то странной любовью. Она превращалась в манула и сидела у Вани на коленях, но только в том случае, если он ее гладил. И невероятно красивая женщина с волосами цвета блонд, доходящими до самой задницы. Она не стремилась усесться кому-то на колени, но весело флиртовала со всеми. И с Ратибором, и с Майским, и даже с Ваней, оккупированным Скау. Красавицу звали Анюта Златовласка. Но сегодня Ваня с Майским никого не ждали, потому что этот вечер был только для них. А завтра у них был выходной, который они тоже собирались провести вместе. Они жили вместе, работали вместе, но все равно им было мало друг друга, они хотели еще больше проводить времени вместе. И сейчас, за ужином они больше смотрели друг на друга, чем ели. — Ну ее, эту еду, — в какой-то момент не выдержал Майский, глядя на Ваню, на то, как он на него смотрел, пожирая глазами. — Пошли в кровать. — Пошли, — подскочил со стула Ваня. В спальне они оказались в мгновение ока и вцепились друг в друга, словно весь этот год не виделись. Одежды на них особо не было, и они, словно завороженные, любили друг друга до глубокой ночи. — Люблю тебя, — тихо сказал Ваня, засыпая под боком у Майского. Ваня знал, что эти два слова не отражают всю глубину чувств, которые он испытывал к Майскому, но в русском языке, да и в английском, не было слов, чтобы описать ту бушующую в нем бурю чувств. — И я тебя, — отозвался Майский, уже засыпая. — И я тебя. Утро постучалось в незашторенное окно веселым лучом последних дней сентября, и Ваня проснулся, зажмурился от света и отвернулся. Майский еще спал, забив на пробежку, и у Вани была возможность полюбоваться им спящим. Волосы разметались по подушке, прикрывая лицо, и Ваня аккуратно убрал несколько прядей, чтобы не разбудить своего майора. Коснулся губами лба и ушел в ванную. Когда он вернулся, Майский уже проснулся, даже немного пригладил волосы, чтобы не лезли в лицо, и щелкал пультом от телевизора, зачем-то пытаясь найти новости. Нашел. По новостному каналу передавали, что в парке Лосиный остров был найден изуродованный труп девушки, подозреваемых нет. Ваня тяжело вздохнул, уверенный, что сейчас им позвонит Рогозина, и их выходной накроется медным тазом. Так оно и случилось. Значит, труп был не один, раз им передали дело, но в новостях об этом не говорилось. Ответив на звонок Рогозиной, Ваня сказал, что они будут через сорок минут, а Майский тем временем отправился очень быстро принимать душ. — Вот и кончились наши выходные, — вздохнул Ваня, одеваясь. До конторы они долетели за полчаса, благо в выходной день это было сделать реально, и, выслушав короткий инструктаж Рогозиной, приступили к работе. На Ваню навалилось сразу со всех сторон, и он припахал себе в помощь двух стажеров, мотивируя это тем, что подготовить улики и получить результаты из машины может любой идиот. Его же задачей было обработать полученные результаты. А пока результатов не было, он пытался вытащить все, что только можно, из камер видеонаблюдения на прилегающей к парку территории. Сложность заключалась в том, что выездов из парка было слишком много. Но Ваня был не простым программистом, он был адептом виртуальности, и ему было подвластно то, что не подвластно обычным людям, даже очень талантливым. А за год, в который он много общался с Эриком по Скайпу, Ваня сильно вырос в своих магических изысканиях, хотя магом себя не называл. Он уже хотел начать работу, когда Рогозина собрала всех на совещание. — Итак, у нас два трупа, обе женщины, обе изуродованы. Умерли с разницей в неделю, — заговорила она, оглашая то, что кто-то уже знал. Но кто-то и не знал. Ваня, к примеру, еще не успел ознакомиться с тем, что переслали по первому делу. — Валя, начнем с тебя. — Я просмотрела результаты первого вскрытия, и на первый взгляд, оба тела очень похожи, я еще не успела провести вскрытие, но умерли обе жертвы около полуночи. В крови первой обнаружен алкоголь, приличная доза, но не смертельная. Лица им словно кто-то расцарапал, я не берусь сказать, чем именно, но кажется, что сделал это убийца длинными ногтями. Это судя по результатам вскрытия первой жертвы, — Антонова говорила уверенно. — Что меня действительно смущает, это то, что обе жертвы были практически полностью обескровлены, едва хватило на анализ крови, и то пришлось постараться, чтобы эти крохи добыть. Видимых ран на теле, кроме лица, нет. Я еще толком не успела осмотреть тело, но следов иглы я тоже не нашла. Буду искать хоть что-то. Выслушав Антонову, Ваня задумался и не особо вникал, что нашел Круглов на месте преступления, он уже понял, что раз следов на теле нет, то это запросто может быть делом вампира. Но Ратибор говорил, что они не убивают людей. Могут, но не убивают. Посмеялся даже, что это вредит карме, но не его. — Много палой листвы, — продолжал Круглов, когда Ваня вернулся из своих мыслей, — поэтому следов мы не нашли. Только частичный отпечаток кроссовки, будем надеяться, это поможет. — Сереж, твои мысли, — обратилась Рогозина к Майскому, который смотрел фото обоих тел девушек. — Они обе были в клубе. Одежда, алкоголь… — Майский задумался. — И ушли они явно с кем-то. Клубы не самые дорогие, но можно попытаться проверить все, близкие к Лосинке. — Отлично, займись, — кивнула Рогозина. — Валя, результаты вскрытия как можно скорее. Иван… — Да, Галина Николаевна, улики, которые привез Круглов, еще обрабатываются, а сейчас поищу камеры, которые ведут к этой части Лосинки, может, удастся что-то из них вытащить. — Хорошо, — снова кивнула Рогозина. — Обеих жертв опознали, Николай Петрович, съездите к их родным, поговорите. Может, знают, куда девушки ходили перед смертью. — Петрович, я с тобой, — тут же вскинулся Майский. — Ладно, поехали, — махнул тот рукой. — Работаем, — закончила совещание Рогозина. Ваня вернулся к себе. Результатов экспертизы еще не было, и он сел за свой комп, чтобы разобраться с камерами видеонаблюдения. Его новая программа легко залезала в базы данных как городских камер, так и камер банкоматов и банков, магазинов, в общем, во все доступные камеры. От Эрика он узнал, что это и есть проявление его магии, потому что сделать так простому смертному не под силу. А Ваня наслаждался, выставив время за два часа до и через два часа после полуночи. И принялся ждать списка номеров со временем, когда машина там оказывалась. — Все, Ванюш, я поехал, — зашел к нему Майский, чтобы поцеловать на прощание. За год к их отношениям привыкли, и теперь они могли проявлять невинные жесты своей любви и на людях, но все равно старались, чтобы рядом никого не было. — Позвони, как будешь возвращаться, — попросил Ваня. — Или ты сразу домой поедешь? — Нет. Обязательно за тобой заеду, — улыбнулся Майский. — Все, бывай. — Пока, — вздохнул Ваня и вернулся к работе. Посидев, ничего не делая, пару минут, Ваня набрал сообщение Ратибору. “Вечером у нас” гласило послание, которое Ратибор прочитает только после заката. Получив результаты экспертиз, Ваня пробил полученную информацию по всем возможным базам, но ничего интересного не нашел. Девушки друг друга вряд ли знали, потому что жили в разных районах, но обе достаточно близко к Лосинке, чтобы найти там свой покой. К вечеру появились результаты по камерам. Как оказалось, в ночном лесопарке хотело погулять не так уж много людей. Большая часть в это время оттуда уже уезжали, потому что было темно. Но одна машина Ваню заинтересовала, и он запустил поиск ее же в день убийства первой жертвы. И нашел. Пробив номера по базе, понял, что это тупик. Машина была зарегистрирована на Петра Ильича Вдовина, тысяча девятьсот тридцатого года рождения. Вряд ли старичок сам водил этот Рено Дастер и вылавливал доступных девушек по клубам. Но человек, который ставил машину так, чтобы ее на камерах не было видно, был в хорошей физической форме. Стоило к этому старичку наведаться, вдруг скажет что-то. Вообще было странно, что эта машина зарегистрирована на такого старпера. Он глянул фото, на ней действительно был глубокий старик, подслеповато щурившийся с экрана. Пробив родственников Вдовина, Ваня обнаружил, что у того есть внук. Скинув Майскому информацию с адресом внука, Ваня откинулся в кресле. Сегодня он не вытащит из имеющейся информации ничего. И он решил подвести итоги, что им уже известно. ДНК обеих жертв нигде не числились, отпечатки тоже. Девушки были чисты перед законом (или хорошо скрывались). Опознали по документам. В крови были следы алкоголя у обеих. Судя по месту жительства, обе жили недалеко от Лосинки, значит ходили, скорее всего, в местные клубы, которыми занимался Майский, но пока ничего не нашел. Следов на теле обеих жертв нет. Не изнасилованы. Вообще не тронуты, кроме лица, которое было разодрано, как Антонова и подтвердила, ногтями, судя по характеру ран. Все это Ваня занес в свою аналитическую программу и запустил. Будущее он еще плохо предсказывал, но имея на руках столько данных, можно было попробовать узнать хоть что-то не только научным путем. Ваня рассуждал, что имея подобные возможности, почему бы ими не пользоваться? А как подогнать полученную информацию, чтобы она ложилась на улики, он придумает позже. До этого получалось. — Я в контору еду, — позвонил Ване Майский. — Нашел клуб, где тусовалась первая жертва. — Придешь — расскажешь, — улыбнулся Ваня. — Я соскучился. — Я тоже. До встречи, — Майский отключился, и Ваня продолжил свои изыскания. Результаты расчетов оказались странными. Выдавали опасность Майскому, но у них была и так не самая безопасная работа, особенно у Майского, который гонялся за преступниками с пистолетом наготове, а также расчеты говорили, что тут замешаны иные. Теперь Ваня уверился, что они ищут вампира. Только вот рассказать об этом хоть кому-нибудь было невозможно. Приехавший Майский сразу зашел к Ване, склонился, поцеловал его и плюхнулся на стул рядом, проигнорировав халат. Ване уже надоело ему о нем напоминать, поэтому он только нахмурился, и Майский сам все понял, надел халат и сел обратно. — Ну, что у тебя? — спросил Майский. — Вампиры, — ответил Ваня. — Мы ищем вампира. — Это я и так понял по количеству крови в организме, — невесело усмехнулся Майский. — Что делать будем? — Поговорим с Ратибором, — пожал плечами Ваня. — Он должен помочь, помнишь, его сюда за порядком следить отправили. — Это да… — Майский помнил. Однажды Ратибор снова появился без звонка у них на пороге с рюкзаком, в котором была какая-то волшебная водка, как он объяснил, зачарованная феями, которую даже вампиры пить могли, и они устроили просто адскую попойку. Майский, проснувшись на утро, думал, что помрет от похмелья, но ничего не было. Словно и не выпил вчера почти поллитру. — Я ему написал, чтобы вечером заходил, — сказал Ваня. — Иди тогда передавай инфу Рогозиной, а пока пробью, видели ли там этого парня. За ним уже Круглов поехал. Нда… поздно мы с тобой сегодня придем. Ваня улыбнулся Майскому, погладил по колену. Тот нехотя поднялся и пошел к Рогозиной, а Ваня, подключившись к камерам клуба, стал искать их фигуранта в день исчезновения первой жертвы. Вторая жила одна, и спросить, куда она ходила, пока было не у кого. При просмотре видеоматериала Ваня увидел первую жертву, но с ней был не внук Вдовина, а какой-то другой мужик, умело прячущийся от камер. Но Майский и сказал, что жертва ушла не с Вдовиным-младшим, а с каким-то импозантным мужчиной, который весь вечер покупал ей выпивку. Странно было то, что мужика того он толком вспомнить не мог, помнил только ощущение, что тот вроде был, и больше ничего. Из этого тоже что-то выжать не получалось. И Ваня с Майским уехали домой еще до конца допроса Круглова. И так было понятно, что парень не виновен. Дома первым делом был не ужин, а валяние на диване. Майский прижал к себе Ваню, принимаясь целовать везде, докуда мог дотянуться. Когда должен был прийти Ратибор, Ваня не представлял, тот всегда приходил в разное время, поэтому они целовались, стараясь не раздеть друг друга в процессе. Звонок в дверь застал их уже возбужденных донельзя, но дальше дело не шло. Ваня бил Майского по рукам, чтобы тот не лез к нему в штаны, хотя сам уже забрался под его футболку. — Здорово, мужики, — Ратибор перешагнул порог их квартиры и закрыл дверь. — Я с дарами. — Опять водка? — скептически спросил Ваня, который пьянство не особо любил. — Не, такая водка раз в году бывает, — усмехнулся он, снимая ботинки. — Ладно, рассказывайте, что у вас за печаль? — У нас два обескровленных трупа, — ответил Ваня, когда они устроились на кухне с кофе. — Я думаю, это вампир, потому что следов каких бы то ни было на жертвах нет. — Похоже, — согласился Ратибор. — Еще могли остаться те шабашиты, только они выпивают жертву досуха. Про шабашитов Ратибор им рассказывал, даже рассказал, что сам был шабашитом, но решил перейти в Русский двор, потому что тот Саббат, который был сейчас, преследовал совершенно другие цели, а их старшие совсем забыли, зачем Саббат был создан. Он также рассказывал о том, что вампиры Саббата считают людей лишь мешками с кровью (не все, но младшие сородичи точно). А еще, что Саббат из Москвы выбили. Майский помнил одну кровопролитную ночь несколько лет назад, когда на улицах творилось что-то невообразимое, и Ратибор подтвердил, что это была ночь войны с Саббатом. Ваня тогда сидел в тюрьме и всего этого не застал. — И что, есть идеи, кто это и где? — спросил Ратибор. — Пока что вы у меня самые информированные люди. — Пока что ничего, что бы могло сдвинуть дело с мертвой точки, — вздохнул Ваня, и рассказал, что узнал. — Думаю, вы ищите гуля, — сказал Ратибор, немного подумав. — Странно, что раньше таких тел не находили. Я попробую узнать, может, это гастролер какой в Москву завернул. Но вы будьте осторожны. Найдете его логово — без нас с девочками не пытайтесь ничего сделать. Даже днем вампиры опасны, а ваши ПМы и Макаровы нас не берут. И еще помните, что гуль не может навредить своему домитору, так что, если вы его поймаете, мне бы с ним поговорить… Ладно. Бывайте. Я полетел, может сам чего найду. Надев ботинки, Ратибор обернулся здоровенной летучей мышью. Ваня аккуратно взял его в руки и понес на балкон, чтобы Ратибор мог спокойно улететь. Летучая мышь подмигнула ему и улетела. — Что думаешь? — спросил Майский, когда они все-таки собрались поужинать, хотя время шло к полуночи. — Не знаю, Сереж. Я попробую кое-что посчитать, но не уверен, что получится, — Ваня вяло ковырялся в тарелке с макаронами по-флотски. — Если это гуль крал и выкидывал девушек, то мы его найдем. Круглов написал, что гуль продал по доверенности машину какому-то мужику. Машину уже объявили в розыск, так что как найдут, так и схватят мужика. Устроившись в кровати, Майский обнял Ваню, которой устроился к нему спиной, вдохнул запах волос, погладил по животу, спускаясь все ниже, Ваня теснее прижался, длинно выдохнув. — Хочу тебя, не могу, — хрипло шепнул Майский, наваливаясь на Ваню, прижимая его к кровати. Ваня был совершенно не против. Он почувствовал, как Майский сражается с содержимым тумбочки, а потом уже смазанные пальцы, ласкающие его вход. Майский толкнулся сразу двумя пальцами внутрь, тихо застонав, а Ваня чувствовал, как тот его хочет, и это выметало все мысли из головы, оставался только Майский, только любимый Сережа, который точно знал, как ласкать Ваню, чтобы желание в нем вскипало моментально, ударяя в голову, в пах, разливаясь по тело. Ваня приподнял задницу, намекая Майскому, что тоже хочет, и не просто хочет, жаждет его, но тот все ласкал и ласкал, растягивая, и Ваня стонал от накатывающего удовольствия, но ему было мало, он хотел всего Майского, хотел почувствовать в себе его член. И Майский сжалился, заменив пальцы членом. Лег, накрывая Ваню собой, обнимая, и толкнулся на пробу. Ваня закусил подушку, чтобы не разбудить своими стонами соседей, и Майский продолжил, закрепляя успех, продолжил так же медленно, глубоко проникать в Ваню, который повернул голову, заставляя Майского поцеловать его. И этот поцелуй прокатился по телам обоих жаром, Майский задвигался быстрее, жестче, втрахивая Ваню в кровать. Всего несколько минут, и оба упали в пучину оргазма почти одновременно. Ваню трясло от удовольствия, блуждающего по телу, он чувствовал, как тяжело дышит Майский, уже лежащий рядом. Ваня перевернулся и устроился под боком Майского, оплел его руками и ногами, положив голову ему на плечо. — Сереж, может Рогозиной все расскажем? — предложил Ваня, сам не зная, что на него нашло. — Все же держать от нее в секрете подобное… А если что-то случится? — Вань, как ты себе это представляешь? Галина Николаевная, я — маг, а вампиры существуют? — скептически ответил Майский. — Да она тебя в психушку сдаст и не задумается, и глазом не моргнет. Сам вспомни, как требовал доказательств. — Может, ты и прав, — Ваня вздохнул. — Но все равно надо как-то ее навести на мысль, что в мире есть кое-кто сильнее и опаснее. Способный дурить голову. А еще эти Технократы, которых мы так всех и не смогли даже обнаружить, не то что повыбить. А без Ратибора так вообще бы ничего не смогли. — Вань, я не говорю, что ты не прав, — Майский поцеловал Ваню в висок. — Как ты ей докажешь, что иные существуют? Ты же не фокусы балаганные показываешь, у тебя комп, ты на нем все делаешь. Да паяешь что-то постоянно. Кстати, что ты мастеришь? — Я пока не уверен, хочу попробовать сделать, чтобы шокер хреначил молнией, — ответил Ваня. — Пока не получается. — Ничего, получится, — уверенно сказал Майский, хотя не очень представлял, чем плох просто шокер. — Ванюш, что бы ты ни захотел сделать или рассказать, я буду на твоей стороне. Но не думаю, что рассказывать Рогозиной — хорошая идея. — Наверное, ты прав, — вздохнул Ваня, погладив Майского по груди. — Но ведь когда-нибудь она спросит, как я достаю всю ту информацию, которую достаю, нагло вламываясь в базы данных других организаций и спецслужб. Да и свою аппаратуру я немного усовершенствовал, пока никто не видел. Всего одна микросхема, а ДНК я теперь могу выделить из таких малых доз, что это на грани возможности. Потому что нельзя исследовать то, чего нет. — Вань, вот когда она спросит, тогда и будем думать, что ей рассказывать, а что нет, — серьезно ответил Майский. — А теперь спи. Поздно уже очень. — Я люблю тебя, Сереж, — тихо сказал Ваня, приподнялся, чтобы поцеловать Майского, и тот его обнял, перевернулся, снова наваливаясь на Ваню, но только для того, чтобы, почти придавив его собой, закрыть глаза и уснуть.