Две большие разницы

— Я исправно приношу ему цветы, но мне кажется это такой пошлостью. Вальтер никогда их не любил, — проворчала Элли, возлагая алые тюльпаны на ледяной гранит. Оливер стоял чуть поодаль. Он каждый раз чувствовал жуткий страх, когда приходил на кладбище Кардоналд, где совсем недавно похоронили отца Элли. Она обернулась и посмотрела на Оливера. Перед ее глазами вместе с бледным молодым мужчиной стояли события последних пары-тройки месяцев: возвращение в Орден, совместная жизнь с Оливером. Смерть отца от рук Пожирателей смерти была еще незажившей раной на ее душе, но ощущалась почему-то не так остро. Видимо, сказывались отголоски терапии, потому что Элли совсем ничего не чувствовала по этому поводу кроме легкого раздражения и пустоты. Ее передернуло от воспоминаний про длинные коридоры Министерства. Из-за того, что Вальтер погиб «при невыясненных обстоятельствах», ее несколько раз вызывали на допросы в то место, где когда-то они со Стефаном под руководством Грозного Глаза постигали умение быть сильнее всякой нечисти. Мракоборец, допрашивавший ее, явно был из тех, кто поддерживал действия Волан-де-Морта. Задавая каждый вопрос по поводу обстоятельств гибели Смита, он словно смаковал подробности. А Элли держалась. Она безразлично смотрела в глаза мучителю и качалась на стуле, односложно отвечая на вопросы правоохранителя. Она поднялась с колен, отряхнула полы пальто от снега, и они с Оливером направились к выходу с кладбища. На протяжении пути она вспоминала, как Оливер согласился вступить в Орден, попутно не оставляя работу в больнице. Пара присоединилась к штаб-квартире в Лондоне. Из соображений безопасности, они с Вудом запечатали квартиру Орсайно и сняли комнату неподалеку от штаб-квартиры, которая находилась в лондонских трущобах. Поговаривали, что после смерти Сириуса Блэка дом перешел к Гарри Поттеру, но как бы то ни было, сейчас в нем никто не жил. Поттер был в бегах, а остатки Ордена ютились по закоулкам Лондона. Их с Оливером присутствие в Ордене Феникса не афишировалось, потому что времена стали еще более неспокойными и в предательстве и шпионаже подозревали каждого второго в тайном обществе. — Куда теперь? — когда они вышли за ворота кладбища, Оливер вздохнул с облегчением. — На вокзал? Мы еще успеем на четырехчасовую электричку. — Пожалуй, — кивнула Элли и крепче ухватила его за руку, приготовившись трансгрессировать. — Погоди, — вспомнил парень. — Давай на минуту забежим ко мне домой? Я забыл кое-что из вещей. Девушка тяжело кивнула и кинула прощальный взгляд на кладбищенские ворота до того, как ее стиснуло в процессе перемещения на Ривервью драйв. Дома у Оливера она ощутила невыразимую усталость, как будто разгрузила пару вагонов. Ей захотелось кричать, плакать, бить руками в стену, лишь бы наказать виновных в смерти отца, но пока она ничего могла сделать. Только с кислой миной помогать следствию, которое и так ничего никогда не найдет, и вести расследование самой в силу возможностей. Элли сидела в пустой кухне на подоконнике. Из квартиры уже вывезли мебель и продали за бесценок в комиссионке в Косом переулке — Вуды переехали в глушь Шотландии, потому что в магловском районе для волшебницы с маленьким ребенком стало слишком опасно. Оливер тем временем копошился в детской комнате. Спустя пять минут он с видом победителя пришел к девушке. В руке у него был крохотный браслет. — Я только сейчас вспомнил, что хотел подарить тебе его после распределения. Я спрятал браслет под ковром и видимо грузчики не заметили его, когда выносили мебель. — Это очень мило с твоей стороны, — слабо улыбнулась девушка. — Вовремя вспомнил, как я понимаю, завтра сюда приедут новые хозяева? — Да, мы больше не вернемся в этот дом, к сожалению, — огорченно пробормотал Оливер, волшебной палочкой растягивая браслет до размеров взрослой женской руки. Он застегнул милый посеребренный привет из прошлого на руке своей девушки и улыбнулся. Она глубоко вздохнула и уткнулась лицом в лацкан его плаща. — Давай поскорее уедем отсюда? — глухо попросила она. — Мне страшно здесь находиться.

***

Оливер с осторожностью наблюдал, как Элли возвращается к работе в Ордене. Пока руководство не допускало ее до патрулирования или чего-то серьезного, девушка работала с архивом. Для этого каждое утро Оливер провожал ее до штаб-квартиры, а сам шел в больницу святого Мунго. Вечером, возвращаясь с дежурства, он забирал девушку и они вместе шли домой. Одну на улице Элли никто никогда не оставлял без прикрытия. Она сидела на кухне в окружении древних пергаментов со схемами. В минуту сильной задумчивости девушка доставала припрятанную пачку сигарет, которую она нашла в кладовке. Глубоко затянувшись, она обмакнуло перо в чернила и нанесла несколько закорючек на план. Если собрать все воедино, получалась огромная и подробная карта Хогвартса. Разведка утверждала, что именно там случится развязка всех зловещих событий, поэтому Элли, вооружившись архивами и книгами, воссоздавала древний замок для мракоборцев. — Ты никогда не отучишься? Накурила тут, — в кухню вошел Стефан. Элли очень редко его видела, потому что он умело замаскировался под приличного человека, устроился клерком в Министерство магии и был одним из информеров Ордена. — И тебе привет, — буднично отозвалась девушка, медленно выдохнув едкий дым. Она даже немного соскучилась по лицу с тяжелой челюстью, красивым носом и соломенными волосами, идеально уложенными как с обложки журнала. Стефан мрачно посмотрел на нее и тоже достал сигарету из пачки, которая валялась поверх плана гостиной Пуффендуя. С ловкостью заправского курильщика он тоже затянулся и даже не поморщился. — И еще мне что-то говорит! — расхохоталась Элли, вскочив со стула. Она подбежала к напарнику и обняла его. — Я скучала по тебе, тупица! А ты даже не поприветствовал, когда пришел! Немец был немного ошеломлен от такого теплого приема, но быстро совладал с ситуацией. — Я тоже очень рад тебя видеть. Честно, — заверил он девушку, которая в шутку недоверчиво прищурилась. — Миллион лет прошел с момента последней встречи. И кажется еще миллион лет я тебя не увижу. Вообще я рассчитывал встретить тут Дингла или кого-то из руководства. — Ни души, как видишь, — девушка демонстративно обвела рукой вокруг себя. — Только ты и я, как в старые времена. — Не надо про старые времена, — поморщился мужчина. — Как твои дела? — Отлично, — изящно взмахнув сигаретой, воскликнула девушка. — После терапии чувствую себя лучше. — А тот парень? — осторожно спросил Стефан. — Вы продолжаете общаться? — Что-то типа того, — кивнула Элли, вспоминая, как «тот парень» своим богатырским храпом порой не дает ей спать по ночам. Стефан заметно оживился. Видимо, он не понял, что имела в виду собеседница, и больше он не обращался к воспоминаниям о ненавистном сопернике. Под конец беседы он даже предложил Элли прогуляться. — Не думаю, что это хорошая идея, — покачала головой девушка. — Из-за инцидента с отцом мне не надо светиться на улице лишний раз. Поэтому извини. Стефан огорченно пожал плечами, попрощался и скрылся в дверном проеме. Он быстро и бесшумно прошел по темному коридору и вышел на улицу. Промозглая лондонская зима заставила мужчину поправить теплый шерстяной шарф и натянуть его почти до самого подбородка. Скрипя дорогими коричневыми ботинками, Стефан направился в Министерство. Официально у него был обеденный перерыв, в который для коллег он шел кормить кошку. Отговорка была не ахти, но его недалеких коллег из отдела магического правопорядка эта версия вполне устраивала. Однако руководитель отдела, Яксли, зорко следил за чистотой помыслов своих подчиненных. То и дело Стефан чувствовал, как в его мозг пытается проникнуть кто-то посторонний. Мракоборец умело использовал окклюменцию и подсовывал начальнику ложные воспоминания. И чем омерзительнее и веселее они были, тем больше Стефану нравилось допекать Яксли. У Стефана была мелкая должность в секторе по борьбе с неправомерным использованием магии. Этого было достаточно, чтобы знать о важнейших изменениях в политике Министерства, но для доступа к вещам покруче парню приходилось использовать обаяние. Старше него рангом была болтливая томная колдунья Розалия Уолриш. На первый взгляд она не представляла никакой опасности, но была ярой последовательницей идей Волан-де-Морта. При ближайшем рассмотрении в этой немолодой женщине можно было обнаружить море жестокости. Она сидела в одном кабинете со Стефаном и еще одной сотрудницей Анной Мод. Девушка работала в Министерстве магии первый год и была личной помощницей Уолриш. Каждый раз, когда Стефан заводил с ней разговор, она жутко стеснялась, мямлила и обычно роняла все, что в этот момент было у нее в руках. Так произошло и в этот раз. Стефан и Анна столкнулись у входа в отдел. Девушка несла тяжелые папки и когда парень вежливо, но холодно поприветствовал ее, она с грохотом уронила ношу. Только Анна кинулась поднимать папки, Стефан едва слышно вздохнул и взмахом палочки заставил предметы прыгнуть к себе в руки. — Позволь тебе помочь, — снисходительно улыбнулся мужчина, заставив девушку ужасно порозоветь. Она пробормотала в ответ что-то невнятное и направилась за ним в кабинет. — Голубка, где ты так долго бродила? — возмущенно закудахтала Розалия, когда Анна ступила на порог кабинета. — Мне жизненно важны эти дела! Ах, Стефан, приятно тебя видеть! — она приосанилась и поправила прическу, когда он вошел следом за Мод. — Как поживает твоя кошка? — Спасибо, мисс, с ней все в порядке, — вежливо ответил Стефан. Он поставил тома с делами на стол начальницы, скинул пальто и уселся за свой стол. Начальница продолжала кудахтать, разговаривая неизвестно с кем. Стефан слушал ее в полуха и уловил, что министерские проверки по учету магловских выродков докатились и до их отдела. — Нам-то нечего бояться, — продолжала вещать Уолриш. — Я уверенна в большинстве своих сотрудников. В этот момент Стефан заметил, как Анна, сидевшая прямо напротив него через кабинет, начала нервно крутить локон светлых волос. «Малышка явно что-то скрывает», — подумал он и тут же постарался отвлечься, чтобы меньше думать о различных проверках и допросах. В Министерстве, которое возглавил Пожиратель смерти, допросы стали привычным делом. Хотя допросом это назвать сложно — скорее, всех вызванных пытали, нередко с особой жестокостью. Поводом для вызова в Отдел тайн, где проходили все экзекуции, могло стать все, что угодно. И естественно, содержание всех разговоров было строго засекречено. Почти все, кого вызывали в подвал Министерства, оттуда не возвращались. Их либо убивали, либо изгоняли из волшебного мира, что, по сути, почти одно и то же. О конце рабочего дня министерских работников оповещала длинная трель. Только услышав желанный звонок, Анна вскочила с жесткого стула, торопливо накинула мантию и, позабыв на столе перчатки, припустилась к выходу. Стефан и Уолриш недоуменно проводили ее взглядом, но парень почувствовал, что ему надо проследовать за ней. Он взял ее перчатки, попрощался с начальницей и двинулся по следам коллеги. Он успел ее поймать в очереди в лифт — девушка всегда пользовалась телефонной будкой, как и многие сотрудники Министерства. Из-за этого в 18:00 возле лифта была жуткая пробка. — Ты кое-что потеряла, — Стефан подошел незаметно и быстро, чем напугал коллегу. Он протянул ей перчатки из тонкой кожи. — Спасибо, — тихо сказала она, почти вырывая перчатки у него из рук. — Мне кажется, тебя взволновали слова Уолриш, — безмятежно вещал Стефан. — Тебе показалось, — под нос пропищала девушка, оглянувшись на окружающих ее сотрудников. Те увлеченно болтали между собой, обсуждая планы на вечер. — Позволь тебя проводить до дома? — Стефан особо не надеялся на успех, но Анна вызывала в нем жалось. Если ей есть, что скрывать, и она так взволновалась от слов начальницы, то, скорее всего, на нее попытаются напасть. Стефан знал, что многих потенциальных жертв допросов устраняют еще до того, как к ним приходит фиолетовое извещение о вызове в Министерство. В ответ Анна кивнула и Стефан вздохнул про себя. Чутье никогда его не подводило — сегодняшний вечер пах приключениями.