Десятая

Я лениво разлепила глаза, тут же жмурясь от яркого света. Солнечные лучи безжалостно светили сквозь не зашторенные и даже не закрытые окна. Слишком светло, слишком. Я отвернулась, тут же получая от солнца выстрел в затылок. Жарко. Опершись руками, приподнялась, сонно моргая и пытаясь сфокусироваться хоть на чём-то. Первой в поле зрения попала кровать. Большая такая, даже очень. Синее одеяло небрежно свисало на пол. Опустив взгляд, я долго смотрела на ковёр, на котором сейчас находилась. Непонятные узоры, какие-то закорючки… Что происходит? Я что, сплю? С окна доносились детские крики, весёлое чириканье птичек, незнакомые голоса… Я с трудом поднялась, пошатываясь, медленно подошла к окну. Открывшийся мне вид показался одновременно и обычным, и донельзя сюрреалистичным. Я точно сплю. Ребятишки вовсю носились по улочкам, крича что-то неразборчивое, да и просто вереща. Взрослые сновали тут же, кто просто гулял, кто, вероятно, шёл по делам. Домики, разноцветные и невероятно милые, яркими пятнами плясали перед глазами, всё ещё подёрнутыми дымкой сна. Проморгавшись, я посмотрела вперёд. Дети бежали по улице, но вот один из мальчишек, оттолкнувшись ногами от земли, буквально взлетел на крышу соседнего дома. Остальные последовали его примеру, и вот уже все дети бежали, перепрыгивая с крыши на крышу, удаляясь от меня. Это точно сон. Но почему он такой реальный? Как там в фильмах делали? Надо просто ущипнуть себя, и я проснусь. Но… Где я окажусь после пробуждения? Неужели снова – на той кровати, с болью во всём теле? Можно ведь ещё хотя бы чуть-чуть побыть здесь, в этом странном сне? Тут ведь так хорошо, и тело моё совершенно не болит, а даже наоборот: я чувствую необычайный прилив сил. Можно ещё немного… Я оступилась. Глупо вышло. Запнулась о свою же ногу, когда отходила от окна. Вот я лечу навстречу полу и сейчас проснусь. Грустно. Я закрыла глаза, даже не пытаясь защититься от удара… И распласталась на полу, коротко вскрикнув от неожиданности. Ковёр немного смягчил падение, но стукнулась я знатно. Зашипев, приняла вертикальное положение, потирая ушибленные колени. Больно… Минуточку. Я что, всё ещё здесь? Всё та же незнакомая комната, те же звуки с улицы, тот же солнечный свет. Я в панике подскочила на ноги, снова подходя к окну. Что происходит? Я же уже должна была проснуться! На этот раз я ущипнула себя за руку. И снова – больно, но ничего не произошло! Я не проснулась! - Что же это? – неожиданно собственный голос прозвучал… По-другому. Не сухой и безжизненный, как и всегда. Глубокий, сильный. Живой. Я пошатнулась как от головокружения, чудом устояв на ногах. Устояв. Я стою? В какой-то замедленной съёмке я опустила взгляд вниз. Ноги как ноги, стоят вот. Босые ступни чуть холодит пол, ведь ковёр не очень большой. На мне, очевидно, какая-то туника длиной до колен. Отчётливо вижу узоры на подоле… Что происходит… Стараясь не впасть в истерику, хотя мне очень этого хотелось, я уже внимательно осмотрела комнату. Не очень большая, но просторная. Кровать, шкаф у стены, письменный стол да стул. Всё. Ах, ещё и зеркало в полный рост, висящее на стене. Вот оно-то меня и интересует… Боясь упасть с непривычки, я медленно двинулась к стене. Теперь, придя в себя, я боялась забыть, как вообще передвигать ногами. Я ведь не ходила больше десяти лет! Уму не постижимо… Добравшись до цели, я перевела дух. Так, спокойно, спокооойно. Подняв взгляд, уставилась в поверхность зеркала, не совсем понимая, что происходит. Первая реакция – шок. Кто это? На кого я смотрю? Это точно я? Девушка, которая отражалась в зеркале, была другой. Просто другой. Я… Я помню себя. Осунувшаяся, бледная. Больше на мумию походила, честное слово. Сейчас же… Я внимательно вглядывалась в отражение, постепенно понимая: это точно я. Но… Кажется, именно так я бы выглядела, если бы мне везло. Если бы не было ни одной болезни, ведь девушка, глядевшая на меня, буквально сияла внутренним светом. Знакомые родные черты были будто бы лучше, красивее. Но на этом сходства заканчивались. У девушки были светло-серые глаза, в то время как я помнила, что у меня они тёмные. И волосы у меня каштановые, ломкие и сухие. У девушки же – длинные, мягкие… И белоснежные. Это вообще возможно? Но это была я! Руки, ноги – я чувствовала себя в этом теле! Как… Неужели я умерла в той жизни? Такое ведь бывает? Или нет? Но почему тогда я теперь здесь? Если жизнь после смерти существует, то почему тогда я не начала её с рождения? Почему я в этом теле? И, главное… Кто я теперь? Метнувшись к столу, я в каком-то помутнении принялась рыться в ящиках, вытаскивая подряд все бумажки. Нужно найти хоть что-то, что поможет мне разобраться во всём! Перед глазами всё плыло, волнами накатывала паника. Так, вот только этого мне не хватало сейчас! Держи себя в руках, дура! Взяв в руки какую-то бумажку, показавшуюся мне наиболее важной, я принялась вглядываться в написанное. Что это такое, почему буквы такие… Другие? Нахмурившись, я напрягла память. Нет, это не буквы. Иероглифы. В каком-то шоке я читала какую-то фигню о доставках древесины… На японском языке! Бог ты мой, это правда он! Я прижала ладонь ко рту, в ужасе пялясь на бумагу. Я в Японии, что ли? Тогда хорошо, что в прежней жизни я выучила этот язык. Манга сама себя не прочитала бы, как-никак. Не думала я, что эти знания пригодятся мне вот так! Но постойте… Я вдруг вспомнила тех детей. Они же буквально прыгали по крышам! Впрочем, если это действительно Япония, может быть, они ниндзя? Это… Это всё объясняет, да? Но ведь тело, в которое я попала, принадлежало европейке. Я ведь русская, и черты этой девушки, мои собственные черты, тоже далеко не японские. Может быть, это не так уж и важно? Может, девушка приехала сюда? Или что? Я оторвала взгляд от бумажки. Подняла голову. И уставилась на висящий на стене плащ. Рядом с ним нашлась и странная шляпа в форме ромба. И всё это казалось мне таким удивительно знакомым, таким невероятно родным… Где-то я уже видела такое… Осознание огрело меня по голове. Да это ж плащ Хокаге! Я ведь смотрела Наруто, я уверена! Вон, даже надпись соответствующая! Десятый Хокаге. Мама дорогая…