Во всем есть положительный момент

До ближайшей деревни было еще часа четыре пути, но уже темно, и он неимоверно устал. Нужно поспать где-то здесь, а утром идти дальше. Дорога снова приблизилась к ручью, а значит это место подойдет, Плотву нужно напоить. - Если б я могла, я бы взяла тебя в свой мир, - сказала Алекс Лютику – мы бы спели вместе. Я иногда пою по разным барам, чтоб заработать. В нашем мире нам не платят за охоту. Я скучаю по ним, по своим братьям. – Геральд спешился, на самом деле, чтоб чуть лучше слышать. – Мне нужно домой. Дин, мой старший брат, наверняка винит себя. И от этого творит глупости. Вообще он замечательный, - она как раз проходила мимо, - и немного похож на Геральда. Тоже считает, что не заслуживает, чтоб его любили. Нужно было признать контроль теперь давался тяжело, потому что раньше, чем успел подумать что-то, его рот открылся сам и произнес – Как ты умерла? Алекс сбавила шаг – Ты не хочешь знать, а я не хочу рассказывать. - Твои волосы – сказал Геральд – они ведь не белые, они седые? Что с тобой было? Алекс подошла ближе – Я не хочу вспоминать. – И он понял, понял так же ясно, как день, то что он испытывал там, катаясь по траве и воя сквозь зубы, вся эта боль – она была её. Сон не шел ни в какую. Во-первых, второго такого пробуждения он не переживет, а скорее всего его не переживет один бард, а, во-вторых, Лютик стучал зубами. Спал вроде, но стучал все равно. Алекс вернулась на место ночевки и легла рядом с Лютиком, очень близко, и закинула на него лапу. То есть конечно было здорово, что прекратился стук зубов, но бесило это страшно. И Геральд боялся признаться сам себе, он ревнует .. Это тоже бесило. Он уже так давно не чувствовал страха, что уже даже успел забыть, как это ощущается, страх просачивался в сознание постепенно, сначала это была тревога, как будто ожидание какого-то события, потом сам страх, что это событие будет ужасным, а потом пришла паника, что это уже свершилось, а он не смог помешать. Меч оказался в руках будто сам собой, он даже не заметил, когда вскочил на ноги. Мгновение и Алекс стоит напротив него, подняв руки ладонями к нему, - Спокойно, детка, это не твое. Эмоции не твои, все в порядке. – - Страх ушел также незаметно как появился. И он услышал этот звук. Кто-то чуть слышно подвывал. Лютик сидел обняв колени руками и едва заметно раскачивался. Алекс зажмурилась, - Вот же, мать твою, - сев рядом с ним, она прижала его к себе и чуть слышно зашептала – Шшшш, все хорошо, я не дам тебя в обиду, прости меня, маленький, это моя вина, прости меня, прости.. - Что случилось? – Геральд сел обратно на подстилку, меч занял свое место рядом. - Он так стучал зубами, что на весь лес было слышно. Я вернулась, чтоб немного его погреть, и заснула. Мне жаль. Он хотел ей помочь. Очень хотел, но не знал - как. * До поселения оставалось всего ничего, когда Алекс вдруг замолчала на полуслове. В наступившей тишине Геральд отчетливо услышал, как она втянула носом воздух. -Пахнет кровью. – а потом волк припустил по дороге с такой скоростью, что он и на Плотве нагнал ее у самой деревни, да и то с большим трудом. Все были мертвы. Люди лежали прямо на улицах, на грязной земле. Алекс качнуло, и она открыла горящие зеленым светом глаза. – Это я. -Что? – спросил Геральд. – Не пори чушь, ты все время была с нами. - Это доплер. Я была в одном мире, в другом.. в общем это не важно. Там был один случай и мне объяснили, что это. Доплер это порождение магии, в данном случае моей магии. Сгусток моей боли, страха и ненависти. Это я создала ее, пусть и несознательно, и это я притащила ее в ваш мир. Она даже выглядит, как я. Так что, да, радость моя, - она махнула рукой в сторону искореженной деревни, - это я. Все это, чтоб привлечь мое внимание, должна остаться только одна из нас. Она меня ждет. Никто из вас со мной не идет. - Алекс повернулась и пошла в сторону леса. -Стой! – Геральд сделал пару шагов вслед за ней, - ты сказала, что у тебя здесь нет сил. - Значит и у нее тоже. Лес в этой части был ужасен, на Плотве туда и соваться было нечего, она просто все ноги себе переломает. Поэтому только пешком, что означало – безбожно медленно. Куда ему угнаться на двух ногах за волком на четырех лапах. Чуткий слух уловил звон мечей, значит ему в любом случае туда. Он должен помочь, он не даст ей умереть. У доплера было ее лицо и черные волосы, такого оттенка никогда не было у нее самой. Искры сыпались от каждого соприкосновения двух мечей, она и не знала, что так умеет. То есть она конечно ходила целых полгода на фехтование лет в 15, в том захолустном городке, в котором они задержались на целых восемь месяцев каким-то чудом, но где шпага, а где меч. Все пока шло неплохо, они были равны и знали слабые места друг друга, а потом ее основное слабое место вдруг появилось на краю поляны, да, блядь, она же сказала не идти за ней! Она отвлеклась буквально на секунду, доплер чуть толкнула ее от себя, на развороте вспоров когтями кожу на боку, и бросилась на Геральда. Она знала – умри он и все, ей тоже не жить. Они обе это знали. Кожа на боку ничего не стоила, Алекс сгруппировалась и прыгнула следом. Волки сцепились прямо у него перед носом, и с размаху влетели в дерево. Геральд на себе почувствовал, как к рваной ране на боку прибавились сломанные ребра. Волки рыча катались по траве, руку пронзила боль, скорее всего выбита, грудь вспорота острыми клыками, ребра впились в легкое. Ладно он должен, что-то сделать. А потом, пока он уже бежал в их сторону, белый волк из последних сил вцепился в горло черному. Она рыча, дернула головой, как делают псы отрывая себе кусок мяса, и голова черного волка упала к его ногам. Когда он поднял глаза, перед ним стояла Алекс, а потом она закрыла глаза и медленно осела на землю. Они истекала кровью. Он держал ее в руках и ничего не мог сделать. С другой стороны на колени опустился Лютик, успел добежать к концу истории, он что-то говорил, но Геральд видел только как шевелятся губы и не слышал ни звука. Он только всем телом чувствовал, как ей больно и панически думал: она не исцеляется, почему она не исцеляется? Она ведь говорила, что этот ее дурацкий вирус исцелит что угодно? Черный дым начал густыми клубами подниматься из-под ее тела, так она перемещается в другой мир, он помнил. Это было к лучшему, там в другом мире ей будет лучше, подальше от него. Геральд склонился и прижался губами к губам, один раз, просто, чтобы помнить. А потом Алекс распалась клубами черного дыма. Боль от ее ран начала проходить через пару минут, значит с ней все было в порядке, только боль почему-то осталась где-то в груди, глубоко внутри. Он вдруг понял, что Лютик до сих пор что-то говорит, и еще, что барду нельзя идти с ним. Он его просто убьет, с его внезапно обострившимися эмоциями. Лютик, конечно, был приставучим и надоедливым, но такого точно не заслужил. Дальше он пойдет один, как и должен.