Во всем есть положительный момент

Он содрал броню и, тяжело откинувшись на дерево, задрал рубаху, и не поверил своим глазам, на нем не было ни царапины. Но он точно помнил, как эта тварь своими когтями вспорола ему брюхо. Он неверяще провел пальцами по чистой коже, бред какой-то. Может он все-таки повредился головой? С этими чертовыми снами было бы не удивительно. Он был один, почти с тех самых пор, как Алекс выбросило из его мира. Лютика он оставил через две ночи, они вместе дошли до ближайшего поселения, сняли комнаты, о ночью он просто ушел дальше один. Как и должен был. Сны были хреновым проклятьем. Каждый раз, когда он проигрывал эту битву, ему снилась Алекс. И каждый раз это заканчивалось укусом в шею. Он хотел этого, там во сне. Но здесь наяву он не хотел быть еще большим монстром, чем является, кто знает что он может натворить стань он вдруг таким же как она? Он поднялся и с трудом поплелся в ту сторону, где оставил Плотву. Даже простой шаг давался с трудом - он не спал уже неделю и силы были на исходе. Нужно было отыскать место для ночлега и хотя бы подремать. С другой стороны, то место где ждала Плотва, тоже было неплохим, он уже с трудом переставлять ноги. Он сбросил меч и броню и провалился прямо на землю. Вокруг было не просто темно, а непролазно темно, он не видел вообще ничего, но знал, что Алекс здесь, просто чувствовал запах вишни и мяты. Он так скучал, словами не передать. Что когда ее руки скользнули по плечам на грудь, и она обняла его, прижавшись сзади, он чувствовал лишь облегчение. Наконец-то, - Не уходи больше. - сказал он вслух. Вместо ответа она чуть повернула его голову за подбородок и коснулась губ. Жар стремительно распространялся по всему телу. Он перехватил ее руку и потянул на себя - Пожалуйста. - запустил пальцы в волосы и углубил поцелуй. С них куда то подевалась одежда, мозг на секунду зацепился за эту нестыковку, но потом она прижала его ближе, и он окончательно перестал соображать. Он хотел быть её, принадлежать, да, он, наверное, не достоин, но он, блядь, будет стараться. Она опустилась сверху, впустила его в себя и застонала: - Геральд. - никогда в жизни он так сильно не любил собственное имя. Он согнул ноги для упора, протянул ее за бедра и жадно толкнулся снизу. Чувствовать так много всего сразу было тяжело, непривычно, но ему нравилось, да что там, он, блядь, любил это, он любил её. Свет упал откуда-то с боку, получить еще и визуализация было слишком, и Геральд всем телом ощутил - сейчас. Алекс вопросительный вскинула брови, вместо ответа он чуть склонил голову, открываем шею: - Давай.. Свет солнца тонкими лучиками пробивался сквозь листву, значит уже утро, и он проспал часов пять. Геральд тяжело поднялся на ноги, пространство вдруг поплыли куда то вбок, он вцепился в Плотву и зажмурившись, подождал пока грешных мир встанет не место. Нужно было идти дальше. *** В этот раз перемещение вышло особенно охрененным. Алекс ударилась плечом об пол, кувырнулась и со всего размаха влетела спиной в кухонный остров, мир еще не совсем встал на место, как откуда-то сверху упала тяжелая чугунная сковорода и с характерным звоном встретилась с ее многострадальной головой. Пространство наконец перестало вращаться, и Алекс получила возможность оглядеться. Мать же вашу, она дома, в бункере. Она уже хотела позвать кого-то из братьев по имени, подняла взгляд – в проеме двери, почти в коридоре, стоял Дин и целился в нее из своего Глока, молча. Она встала на ноги и аккуратно подняла руки: - Спокойно, это и правда я. – Дин не шелохнулся. – Ладно. Ммм.. Когда мне было четыре отец забросил нас в очередной чумазый мотель и ушел на охоту. Он.., я не знаю, может забыл, что сегодня сочельник. Ты перед сном рассказывал мне сказку собственного сочинения, что-то про храброго зеленоглазого рыцаря, который спасал красивых принцесс, про себя, надо полагать. Сэм, хоть и делал вид, что слишком взрослый для этого, тоже слушал. А, когда мы проснулись утром, у нас в номере стояла елка, немного кособокая на самом деле, но настоящая и наряженная, а под ней лежали подарки. Сэму досталась книга со сказками Гримм, а мне маленький плюшевый медведь, который, кстати, и сейчас сидит на тумбочке у моей кровати. Дин вытащил из-за пояса нож и бросил к ее ногам: - Возьми. – ясно, нож из серебра. Алекс взяла его прямо за лезвие: - Видишь, серебро не причинит мне вреда. Через секунду Дин уже прижимал ее к себе, да так крепко, что она и вздохнуть не могла: - Дин, задушишь! – Он не реагировал и, казалось, вообще ее не слышал. Ладно, от объятий еще никто не умирал, можно и потерпеть. - Где Сэм? – спросила Алекс. – И почему ты дома носишь нож за поясом? - Сэм уехал в магазин, а нож и Глок у меня с собой, потому что ты не можешь себя защитить. - В каком смысле? - Пойдем, покажу. Она во все глаза смотрела на собственное тело на кровати, ни одного логичного объяснения на ум не приходило. Дин в красках рассказал, что случилось, он был зол, это чувствовалось. Алекс взяла его за руку, ткнулась лбом в плечо: - Прости меня. Я должна была тебя слушаться. Я знаю – ты себя обвиняешь, но это моя вина. Это я соврала вам, это я поперлась туда одна. Мне очень жаль, Дин, что вам пришлось через это пройти. - Расскажешь, что с тобой случилось? – вместо ответа спросил Дин, но она чувствовала ему стало легче, совсем немного, но стало. Сэм вернулся как раз вовремя, не хотелось рассказывать все по два раза. Алекс пару минут просто висела у него на шее, с ним было проще, никаких проверок, он просто сказал: - Господи, Алекс! – и бросился ее обнимать. Они устроились на кухне, Алекс глотала свой горький кофе и говорила. Все с самого начала. Всякие ненужные подробности можно было опустить, пока только главное. У Дина было такое лицо, словно ему сказали, что конец света был вчера, а он все пропустил: - Ты – что прости? - Оборотень – усмехнулась Алекс. – полностью перекидываюсь в волка. И, предупреждая все вопросы, нет, это не лечиться, и нет, людей я не ем, не убиваю и не.. чего там еще? Наоборот, мой вид создан для защиты людей. - Твой вид?! – заорал Дин. – Твой вид?! – в принципе было удивительно, что он так долго продержался. – Да ты в своем уме?! – дальше она не слушала, Дин, как обычно. - Хватит! – рявкнул Сэм и они оба, и Дин и Алекс, не ожидая такого, вздрогнули и уставились на Сэма. – Еще пару часов назад мы уже почти не верили в то, что еще хоть раз увидим ее в сознании! И вот она здесь, так какая разница, да даже если б она ела младенцев на завтрак, она наша сестра! Дин уткнулся лицом в ладони и кивнул: - Он прав, это все не столь важно. Сейчас важно вернуть тебя домой, вернуть тебя в твое тело, чтоб тебя перестало бросать из мира в мир без твоего согласия. Вот, что сейчас важно. - У меня есть одна идея, которая вам не понравиться. Риск пятьдесят на пятьдесят. Мне нужно умереть в этом теле и тогда я либо умру окончательно, либо вернусь в свое тело. - Нет. – сказал Дин таким тоном, что сразу стало ясно, спорить бесполезно. – Мы придумаем что-то другое. - Дин, - устало сказала Алекс – меня в любой момент выкинет от сюда нахрен незнамо куда и, когда вы придумаете другой способ, как вы скажете о нем мне? Словно в подтверждение ее слов, клубы черного дыма окутали ноги. - Что происходит? – спросил Сэм. - Я вернусь, я все для этого сделаю, я обещаю. – и Алекс распалась дымом, который растворился в пространстве кухни. Дин с размаху швырнул свою кружку в стену, та осыпалась на пол мелкими осколками, через чур аккуратно отодвинул стул и покинул кухню.