Summoner fate

      Фиолетовый всплеск заставил Малахуса закрыть лицо руками и попятиться назад. Он никого не трогал, задержался после рабочей смены на прибрежных складах. В этом городе всякому сброду не терпится подшутить над честными людьми, которые трудятся в поте лица, зарабатывая себе на хлеб и кров.       Худощавый парень щурил глаза, пытаясь свыкнуться с ярким сиянием. Какая же извращенная идея пришла в голову хулигану, который судя по всему, использовал световую бомбу. Он уже привык к выходкам местной шпаны. Всего-то нужно сделать вид, что ты напуган до смерти, натянув глупое выражение лица. И тогда от тебя отстанут, вдоволь потешив свое самолюбие. Так он и делал.       Он машинально скинул с себя сумку с продуктами за угол, надеясь, что обидчики не обратят на это внимания. Позже он вернется за ними. Ему жутко не хотелось возвращаться в это место, ни сегодня, никогда либо еще. Но такова была реальность. Так он по крайней мере сохранит возможность насладиться ужином и отвлечься от неприятных будней. Малахус спрятал за спину перевязанную кисть. Она неожиданно начала покалывать и чесаться, пульсируя жаром.       — Так и думал, — выдохнул парень. — Они меня заразили болячкой…       Несколько дней назад его поймали в подворотне и избили настолько, что тот целый день пролежал в постели. Его начальник с работы прислал к нему доктора, но не из-за беспокойства, как можно было подумать. Этот врач был из тех людей, кто считал всех людей здоровыми, просто те иногда ловили приступ лени.       Но самое обидное было не в синяках и ссадинах. Эти бандиты набили ему на тыльной стороне кисти татуировку. Самую настоящую. Да так, что все на работе косились, решив, что их тихий сотрудник стал членом одной из многочисленных преступных группировок. Сам знак представлял собой красный круг, внутри которого находился арбалет со стрелой. Каждый отдельный элемент ярко выделялся на его бледной коже. На самом деле это была неплохая работа. Могло быть и хуже. Скажем непристойная картинка или бранное слово.       — Ай! — парень упал на колени, рука взорвалась вспышкой боли. Тонкая перевязочная ткань разорвалась и плюхнулась в грязь, впитав в себя грязную воду.       Подняв голову, парень замер от удивления. Свет казался потусторонним. Словно ужасная пропасть разорвала пространство, в которой можно было различить только кромешную тьму с фиолетовыми отблесками в дали.       Из этой расщелины показалась человеческая рука. Малахус моргнул. Ему показалось, или эта конечность была синего цвета. Парень оглянулся в поисках людей, чтобы они толсто намекнули ему, что он сильно ударился головой в время последней передряги. Но вокруг ни единой души.       Пока он оглядывался, расщелина успела затянуться и пропасть, подобно кругам на воде, оставив после себя человеческий силуэт. Пришелец поднялся на ноги и целенаправленно двинулся в сторону парня. Каждый его шаг сопровождался странным стрекотом, подобно ночным насекомым.       Его рука горела огнем, а руны сверкали в темноте, подобно красному фонарю. Похоже, ребята долго готовились, пометили руку специальной светящейся краской. У них явно было не в порядке с головой.       — Вы что-то хотели? — спросил парень, сделав самое жалкое лицо, на которое ему хватало мастерства. Если это такая шутка, то она удалась. Осталось только немного подыграть шутникам, притворившись дурачком.       И вот он предстал перед ним в полной красе. Это был искусный костюм, будто сотканный из синеватой кожи, она блестела, как отполированный доспех. Лицо украшала маска из такого же материала. Три глаза, один из которых красовался на лбу, все они мерцали фиолетовым, потусторонним светом. Костюм был сделан на славу, если забыть, что все это ради дурацкого розыгрыша.       — Приветствую вас, мастер, — голос был приглушен маской, но звучал на удивление ясно. – Я слуга, призванная получить Священный Грааль вместе с вами.       Слуга склонила голову в поклоне, сочленения костюма неприятно скрипели. Такой звук бывает, когда давишь крепкого жука. Парень невольно поежился, переминаясь с ноги на ногу. Холодный ветер пробивал тонкую ткань его рубашки.       Вот теперь Малахус окончательно запутался. Если это шутка, то она явно затянулась. Но парень решил поддаться.       — Грааля? Я не совсем понимаю. Что мне нужно делать?       Шутник не сдвинулся с места и продолжил так, будто все так и было задумано. Улица медленно наполнялась мраком, заполняя все вокруг игривыми тенями. Где-то в дали завыли собаки и весь город наполнится эхом жуткого лая.       — Мы с вами будем работать в паре против шестерых таких же мастеров и слуг.       — Это какое-то соревнование? — недоумевал парень.       — Это война, — отрезала слуга, даже не пошевелившись.       Вот теперь парень начал понимать, что к чему. Война между бандитами. И они пытаются завербовать его к себе, чтобы использовать как расходный материал. Он не знал, что это за сброд такой, но они явно были сумасшедшими. Кому еще в голову придет устраивать подобный цирк?       — Нет-нет-нет! — парень выставил руки в протесте и замотал головой. — Я честный человек, не ввязывайте меня в свои разборки. Я отказываюсь участвовать во всем этом.       — Вы уже в самой гуще, — ответил пришелец, подозрительно оглядывая окружение, ее глаза замигали. – Все уже началось. Назад пути нет. Это война магов. Я призвана как героическая душа класса Арчер.       Арчерка выпрямилась. Темная улица осветилась мертвенным сиянием, которое исходило от двух каплевидных приспособлений за спиной. Они походили на турбины, которые используют в Пилтовере для воздушных кораблей.       — На вашей руке есть руны, — пояснила слуга. – Это знак вашей власти надо мной. Я буду защищать вашу жизнь. К тому же у вас есть три командных заклинания, они дают право отдать три абсолютных приказа, который я не в силах буду нарушить.       — Можешь делать что хочешь, но без меня, — воспротивился парень. – Я ухожу.       Малахусу было не по себе. В животе зацарапал суеверный страх перед этим существом. Каждая ее пора источала угрозу, она походила на человекоподобное насекомое, с гладким хитином. Стоит ли говорить, что юноша не сильно любил жуков. Может она и была по своему грациозна, но все это перевешивали странные звуки, от которых мурашки по коже бегают.       Мастер начал уходить в сторону своего жилища, стараясь не оборачиваться. Узкие улицы давили на него своими громадными силуэтами на фоне обрывков ночного неба, не давали ему дышать. Сзади раздавались мягкие шаги, сопровождаемые скрипами. Слуга шла следом за ним. Только этого ему не хватало. Он ускорил шаг. Скрипы тоже участились. Скрип-скрежет-скрип — таков был ритм шагов Арчерки.       Неожиданно для себя, мастер перешел на бег. Только сейчас ужас окончательно захватил его тело. Но слуга побежала следом, не отставая ни на шаг. Грязные, однотипные переулки сменяли друг друга. Бешеный стук сердца отдавался в ушах. Тяжелое дыхание вырывалось хрипцой.       Он бежал куда глаза глядят, не думая ни о чем. По пути он опрокидывал мусорные баки, чтобы хоть как-то замедлить настырную преследовательницу. Но все это было бесполезно. Она догоняла его, ловко перепрыгивая все препятствия, как мастер бега с препятствиями, не теряя при этом скорости. Сам Малахус терял последние силы на эти хитрости.       — Кхе… — Малахус запнулся о криво посаженный камень мостовой и распластался на земле. — Черт!       Мир вокруг завертелся, угрожая выбросить его в самое небо. Но затем все замерло. Наступила тишина, прерываемая легкими шагами.       Слуга присела на одно колено и протягивала руку. Он уже хотел принять помощь, но это ужасное трехглазое лицо без намеков на человеческие эмоции отталкивало не на шутку.       — Не преследуй меня! Оставь меня в покое! — его руны загорелись красным, окрасив его недовольное лицо. — Просто стой здесь!!!       Арчерка вздрогнула, ее глаза тревожно замигали.       Рука вспыхнула болью. Из нее вырвался сноп искр, ненадолго ослепив парня. В глазах защемило.       — Мастер… — раздался тихий голос. — Зачем вы потратили командное заклинание? Я вам не враг. Отмените его, иначе я не смогу следовать за вами…       Придя в себя, Малахус обнаружил преследователя замершим в нескольких шагах, словно парализованная. Парень отстранился, не веря в происходящее. По ее неестественной коже пробегали разряды алых молний, вероятно они сковали ее. Да, парень владел слабой магией, но никогда не использовал подобных заклинаний. Подняв руку, он заметил, что на татуировке не хватает обруча, отчего арбалет со стрелой словно вырвались из заточения.       Слуга продолжала сопротивляться таинственной магии рун. Парень огляделся в отчаянной попытке найти поддержку в лице прохожего. Но как на зло, улицы словно вымерли. Что было немного необычно в таком шумном городе.       — Без них мы заметно слабее, — приглушенный голос сквозил сожалением. — Потратив все, вы не сможете заставить меня подчиняться без моего желания и не сможете усилить мои способности в решающий момент.       Парень разозлился. Почему все решают за него? Почему все указывают, что надо ему делать? Всю жизнь он подчинялся, каждый день играл роль другого человека.       — Так и стой там! Я ухожу! Ты мне не нужна! Я не собираюсь участвовать в вашем цирке!       Однако парень успел сделать всего несколько шагов, как из темного переулка вышел человек в потрепанном капюшоне. Она ловка перепрыгивала через лужи, направляясь к парню.       — Добрый вечер! — женский голос вырвался из-под ткани. — Не подскажете дорогу?       Человек откинул капюшон, позволив разглядеть смуглое лицо. Она чесала подбородок, пораженный глубоким ожогом, похожим на родинку. Ее глаза сияли алым, словно зрачки впитали в себя свежую кровь.       — Да, вечер… Добрый, — парень попытался улыбнуться, он был рад увидеть живую душу.       Слуга все так же стояла за спиной, терзаемая красными разрядами, без единой эмоции. Ее кожа двигалась независимо от тела, словно желая сорвать путы. Это пугало не на шутку. Зрелище не из приятных.       — Отмени заклинание, — голос звучал предупреждающе. — Ты в опасности.       Парень и не думал отменять заклинание. Он даже не знал как ему удалось его наложить, а о том чтобы снять ее и речи быть не могло. Отпустить ее означало бы выпустить овчарку на детской площадке.       — Ой, — удивилась незнакомка, оторвав палец от ожога. — А это кто?       Парень обернулся, притворившись, что не знаком с этим чудовищем. Он часто играл чужие роли, так почему сегодня должно быть исключение? Он сгорбился, приняв свой самый испуганный вид.       — Понятия не имею! Оно бежало за мной следом! — парень кашлянул, горло хрипело от наигранного голоса. — Но теперь все позади, оно не может больше двигаться.       Девушка поправила лямку от походной сумки, освободив зажатую косу. Ее замызганные сапоги отбивали нетерпеливую дробь, отчего налипшие пласты грязи летели в сторону Малахуса.       — Вау, это ты сделал? Ты маг?       Неумелый актер скривил глупое лицо, вытянул руки и замахал ими в протесте.       — Вовсе нет! Незаконная магия запрещена! Тем более откуда мне получить нужные знания? Я простой работник, который хочет отдохнуть после тяжелого дня!       И это было правдой. Редкое явление для Малахуса. Правда.       Парня прошибло потом. По ту сторону узкой дороги пробежала тень, быстрая как рыба. Юноша потер глаза, но нечто все еще плавало в тенях, нарезая круги вокруг этих троих. Бесшумная, как акула в море. С каждым новым кругом фонари взрывались искрами, погружая кусок мостовой во тьму. Затем все погрузилось во мрак, оставив светиться лишь фонарь над парнем и незнакомкой. Это было похоже на необитаемый остров света в океане мрака, в котором обитал кровожадный монстр.       — Что происходит? — парень ошалело огляделся, его не покидало чувство, что должно произойти нечто ужасное. Точно такое же чувство было тогда, когда он попал в кораблекрушение возле Сумрачных Островов.       Девушка схватила его за руку мертвой хваткой. Парень попытался вырваться, но безуспешно. Она тем временем подняла его татуированную кисть к единственному источнику света и прищурила глаза, словно изучая. Затем цокнула языком, исказившись в улыбке.       Малахус словно окоченел, не в силах даже пошевелить пальцем. Вся его кровь неожиданно замедлила свой бег. Сердце еле стучало, колени подгибались. Он погрузился в полубессознательное состояние, борясь с обмороком.       — Значит, ты потратил одну руну? — девушка хихикнула, Малахус не понял, что в этом смешного. — Арчер настолько неугомонный? Давай я избавлю тебя от твоей ноши. Ты же кричал, что не хочешь выступать в цирке?       Ее жилистая рука вытащила кинжал, сталь сверкнула от света последнего фонаря. Парень был не в состоянии даже испытать ужас или сжаться в напряжении. Его выпученные глаза замерли на заточенном куске железа, где-то в глубине, остатки угасающего сознания все еще боролись за жизнь, но этого явно было мало.       — Я вырежу твои командные заклинания, и ты заживешь спокойной жизнью. Правда я не настолько сильна в магии для таких тонких процедур, — она почесала кулаком шрам. — Так что придется тебе привыкать жить с одной рукой. Но не волнуйся, моя магия крови избавит тебя от боли… Наверное…       Малахусу было тошно. Он ощущал себя одной ногой в могиле. Словно хватка незнакомки выкачивает из него все силы. Сердце еле работает. Пульс падает. Все звуки приглушены, словно он упал под воду и тонет. Никаких чувств, только холод.       — Отпусти его! — чей-то голос прорвался через толстый слой апатии.       — Он не хочет быть твоим мастером! Пойми уже! Просто не повезло! Ему так будет лучше! — прогремел ответ, возле самого уха.       «Мне так будет лучше? Опять все решают все за меня… Как же я ненавижу… Это»       В глазах почернело, тело не слушается, он уже не был уверен, есть ли у него вообще тело.       — Инстинкт убийцы! — чей-то ясный голос прогремел прямо у него в голове, как будто мысль, заложенная в его разум.       Арчерка что секунду назад не могла сдвинуться с места, совершила стремительный рывок. Ее кулак, покрытый странной кожей, врезал незнакомке под дых, настолько быстро, что глаз не успевал улавливать движения. На месте, где она стояла ранее, рассеивался силуэт остаточного изображения.       — Хууух! — вырвался воздух из легких девушки, изо рта вырвались струи алой крови отбрасывая блики под светом лампы.       Незнакомка отлетела в сторону, сделав оборот в воздухе, рухнула на гору мусора, подобно брошенной, тряпичной кукле.       Сердце бешено заколотилось, словно решая наверстать упущенное. Парень постепенно приходил в себя, пока слуга, содрогаясь от красных разрядов, хрипела от боли.       — Отмени заклинание, — прошипела Арчерка, все ее тело скрипело, а кожа издавала писк, будто живое существо. Ее маска растаяла в воздухе, оголив бледное лицо. Она сжимала зубы, с гримасой отчаяния.Кто-то успел ранить ее в лицо, оставив яркий след. Когда это произошло? А главное кто?       — Я не знаю, как…       В темноте послышался надменный смех. Все тени задрожали словно в ужасе перед обладателем голоса. Над пораженной незнакомой, прямо из стены, медленно вышел молодой мужчина с длинной косой, его голый торс блестел на фоне серой стены. Казалось, что в темной части стены открыт тайный проход, которого не было ранее. Малахус протер глаза, и стена снова стала цельной.       — Акрила, Акрила, — покачал головой незнакомец, присев на корточки перед девушкой, затем раздался неприятный щелчок. — На сколько мы спорили? Ах да! Пять!       Арчерка все так же стояла напряженная, словно несла на спине непомерный груз. Ее бедра дрожали, казалось, еще немного и они сломаются.       — Моя голова взорвется! Каин! Я ранена придурок! Хватит!       Он пять раз звонко щелкнул недовольно кричащую девушку по лбу. Характерный звук пронесся по пустым улицам. Затем настала тишина. Только в ушах отдавался стук сердца и скрипы доспехов слуги.       — Отмени заклинание, иначе мы умрем, — повторила Арчерка.       — Я не могу, не знаю как... — Малахус был в панике.       Человек из стены отобрал у девушки кинжал и медленно направился в сторону парализованной слуги. Его походка была легкой и вальяжной, его одеяние сияло чистотой. На этой грязной улице он выглядел неуместно.       — Использовала Благородный Фантазм! И даже не смогла убить моего непутевого мастера! Неужели твой мастер настолько труслив? Сопротивляться командному заклинанию та еще пытка, — Каин принял боевую стойку, прижав кинжал к предплечью. — Сейчас я покажу вас настоящий Благородный Фантазм слуги Асассина! И избавлю вас от страданий!       — Не воруй мои реплики… Кхе… — выплюнула Акрилла, она попыталась подняться на ноги, но упала на четвереньки.       Словно вторя его словам все тени вокруг начали сгущаться, словно тучи во время грозы или урагана. Где эпицентром стали несчастная Арчер и ее трусливый мастер. Каждая клетка теле парня сжалась от ужаса. Даже Арчерка ощутила тревогу. Акрилла удивленно застыла на горе мусора, из ее открытого рта тянулась нить красной слюны. Все вокруг ощутили присутствие смерти, и этой смертью был Каин. Каждый понимал, что смерть может забрать любого из них или же взять в охапку всех вместе.       — Я могу убить своим благородным фантазмом любого, кого смогу ранить, — парень оскалился. — Я ранил твою слугу, неудачник, она уже мертва. Я и не верил, что моя дурнушка мастер на что-то годится.       — Убегай, мастер, — только и произнесла Арчерка, из последних сил закрывая собой своего мастера.       Парень сделал несколько шагов в сторону, но затем замер.       «Снова мне приказывают. Снова отодвигают куда им вздумается. Я больше не хочу так жить!»       Пока он размышлял о своих желаниях, вражеский слуга прокричал название своей самой сильной способности. Арчер не в силах сдвинуться из-за него, значит, ему и расхлебывать кашу, кто бы там что ни говорил.       Каин оторвался с места, обращаясь по пути в теневую пыль, смертоносную, как молния. Один удар, пара секунд ожидания смерти. И конец.       Он не успел до конца подготовить свою способность, когда кто-то напоролся на его кинжал раньше времени. Кинжал пробил ребра и вылетел из спины разлетевшись на осколки. Тело не издало ни звука, только рваный трески разрываемой плоти. Заклинание было прервано, мастер, считай, уже мертв.       — Ты что творишь? — Каин вытаращил глаза, Малахус сам бросился на нож в попытке защитить своего слугу. — Это бессмысленно! Если ты умрешь, то ей тоже конец! Ты же мастер, дебил!       «Я просто хотел сделать хоть что-то по своей воле».       Мир постепенно растворялся. Он снова тонул в толще воды, уже не в силах выбраться. Его кровь окрашивала серый камень вымощенной дороги. Он слышал яростный вопль своей слуги.       «Звуки битвы, похоже, Арчерка наконец избавилась от балласта и сможет сражаться в полную силу.»

***

      Парень жадно присосался к ране на руке Акрилы. Магическая кровь прожигала его внутренности. Но даже эта агоническая боль меркла перед страхом смерти. Рана болезненно затягивалась, кости с хрустом вставали на свое место. Его глаза наливались жизнью, вопросительно смотря на свою спасительницу. Затем в юноше начал разгораться страх.       — Не надо на меня так смотреть, — девушка закатила глаза. — Это в моих интересах. Так что лучше внимательно послушай мои требования. Я дарую тебе жизнь. Но ты со своим Арчером будешь сражаться на нашей стороне.       Слуга Малахуса сидела рядом, подогнув колени и придерживая руку своего мастера с командными заклинаниями. На ощупь она была тверда как сталь, но даже так, он чувствовал тепло поддержки.       — Думаю, хватит.       Акрилла вырвала свою руку, давая понять, что он уже в безопасности. Ее палец снова принялся чесать подбородок, брови сомкнулись на переносице с видом человека, который делает вид, что размышляет о чем-то великом.       — Итак, я спасла тебя с помощью своей магии крови. Но в то же время я наложила на тебя проклятие. Стоит тебе предать нас, как заражение крови вывернет тебя наизнанку! — она горделиво щелкнула пальцами, парень вздрогнул, и тут же пожалел об этом, рана на груди взорвалась колющей болью. — В духе моего учителя!       Только сейчас Малахус вспомнил про Ассасина и его внутренности сжались от ужаса. Его глаза судорожно начали искать это исчадие ада. Но на улице стало значительно светлее. Его нигде не было, но он мог прятаться в тени.       — Спасла меня… только чтобы, использовать? — парень хрипел, содрогаясь от спазмов. — Тогда в чем смысл?       Девушка подняла свою руку к небу, окинув серый предрассветный город.       — Прожить на пару недель дольше. К тому же, если все будет хорошо, то ты не умрешь. Без слуги ты не будешь представлять опасность. Она великодушно согласилась на такие условия.       Арчерка твердо кивнула. Ее лицо сияло надеждой, даже если ее дни сочтены и нет шансов на победу в этой войне. Только сейчас при свете утренних сумерек, мастер разглядел лицо своей слуги. По-своему красивые черты и длинные темные волосы. Ее вторая кожа распадалась на куски, оголяя отдельные части ее человеческого тела.       «И снова, все решили за меня. Похоже это никогда не кончится».       — Скажи мне свое имя, мастер, — слуга Арчер сильнее сжала его руку, уже лишенная брони, мягкая сестринская рука.       — Малахус, — ответил парень, его уши горели.       — Кай'Са, — промолвила девушка, — Я согласилась на ее условия, чтобы спросить лично тебя. Хочешь ли ты продолжать бой, в такой ситуации? Я твоя слуга и сделаю так, как ты пожелаешь.       По щеке мастера покатилась горячая слеза. Впервые кто-то решил дать ему выбор. Внутри пробивался истерический плачь, сопровождаемый неведомой тоской и болью от ранения. Сколько лет он уже не плакал. Он верил, что он сильный, но это был самообман.       — Да, хочу…       Лицо Арчерки украсилось светлой улыбкой. Теперь, когда ее лицо не скрывала маска, то она была похожа на обычного человека. Парню было стыдно, что он повел себя так глупо.       Акрилла смотрела на эту сцену, борясь с желанием прервать их грязной шуточкой, но даже она не была столь жестока.       — Ассасин отправился патрулировать город в надежде подловить еще каких-нибудь непутевых мастеров, — Акрилла достала из сумки зелье, и принялась жадно глотать.       Ее разбитая губа срослась, а хромая походка выровнялась. Где то вдалеке просияли первые лучики солнца. Акрилла смотрела в даль, продолжая теребить свой старый шрам. Малахус наконец решил, что его судьба участвовать в этой Войне за Грааль.