И вспыхнет пламя

Семь лет спустя. Королевская Гавань. Новый деревянный стол, новые фрески и картины, красные шторы и красный диван. Кабинет десницы было практически не узнать. Всё здесь напоминало о том, кто его хозяин. Вырезанный лев на ножках стола и стульев, золотой хищник на огромной фреске почти на всю стену. С левой стороны разместился новый большой шкаф, полностью забитый книгами и свитками. Обитель знаний и решений, обитель льва Ланнистеров. Здесь больше не пахло вином, как при Тирионе, не пахло похотью и горелой плотью, как при Дейроне, здесь пахло старыми пожелтевшими страницами и воском. При всей вычурности кабинета его хозяин не был самовлюблённым, но был очень гордым и ответственным. На его плечах лежал не только Запад, а целые Семь Королевств. Эта обстановка была создана неспроста. Находясь здесь, десница чувствовал себя сильнее, он чувствовал себя истинным львом. И при каждом удобном случае он напоминал своим детям, кто они на самом деле. С самого утра Томмен сидел за столом и разгребал многочисленные письма и прошения. Какие-то он сразу сжигал, понимая, что королеве это будет совершенно не интересно, а какие-то откладывал в сторону. Его два сына, Тайвин и Реджинальд сидели с правой стороны и послушно читали. Ланнистер вкладывал очень многое в образование своих детей. Он всегда лично контролировал их обучение, а порой и преподавал сам. Тайвин беспощадно листал старые страницы, не задерживаясь на каждой подолгу, у мальчика совершенно не было к этому интереса. Он периодически вздыхал, будто от усталости, и нервно постукивал ногой. В свои девять лет Тайвин уже успел доставить немало хлопот родителям своим поведением. В нём проскальзывали нотки жестокости и хитрости. Началось всё с безобидных насекомых, которых мальчик бесчувственно давил пальцами, но с возрастом его жертвы стали более серьёзными. Он с презрением смотрел на низшие сословия, публично мог оскорбить их, не боясь понести за это наказания. Книги Тайвин считал пустой тратой времени, максимум, что его могло заинтересовать, так это истории о короле Джоффри или Эйрисе Безумном. И как бы Томмен и Кейт не наказывали его, всё было безуспешно. Реджинальд был совершенно другим. Его чрезмерное спокойствие порой напрягало, но таковой была его сущность. Обучение мальчику давалось очень легко, и он с удовольствием поглощал одну книгу за другой. В свободное время он предпочитал проводить время с родителями, а особенно с матерью. От её юбки он просто не отлипал, из-за чего часто слышал смешки в свою сторону. Реджи был добрым, милым и чересчур мягким. Ему не удавались уроки владения мечом или луком, он не мог постоять за себя и поэтому старался редко выходить за пределы Башни десницы, потому что знал, что там его снова ждут насмешливые лица. Дверь в кабинет очень резко распахнулась, заставляя Томмена подпрыгнуть на месте. В горницу влетели два рыженьких урагана. Джеральд и Джоанна родились близнецами и в буквальном смысле шокировали своих родителей. Живот у Кейт был сравнительно небольшим, так что появление сразу двоих детей стало приятным сюрпризом. Сейчас близнецам шёл шестой год, и они были просто неразлучны. Всегда и везде вместе, рука об руку. Они не были самыми примерными детьми. Частые шалости заставляли Томмена и Кейтилин краснеть за них обоих. Они были схожи практически во всём и порой десницу это сильно напрягало. Он помнил историю дяди Джейме и тётки Серсеи, и ему не хотелось повторения событий. Пока Томмен не уличил за близнецами ничего преступного, их любовь была скорее платонической. Два связующих звена, которые просто не могли существовать поодиночке. Следом в кабинет влетела Кейт с ещё одним сыном на руках. Её волосы изрядно растрепались, а платье всё перекосилось. Двухлетний Гарольд повис на шее матери и в буквальном смысле не хотел отлипать. — Извини, — жалобно простонала Кейтилин, — мне показалось, что дать няньке пару дней отдыха будет прекрасной идеей! Томмен отложил все письма в сторону и откинулся на спинку стула. Он уже привык к вечному шуму, крикам и детскому смеху. Он не представлял, как бы мог жить по-другому. Ланнистер любил каждого своего львёнка и каждый день благодарил Богов и Кейтилин за такие чудные подарки. — Джоанна! Перестань немедленно! — вскрикнула девушка. Она опустила Гарольда на пол, чтобы остановить дочь, которая уже намеревалась порвать шторы. Мальчик сразу захныкал, разлучившись с матерью. Тайвин прикрыл уши и озлобленно фыркнул, а вот Реджи, кажется, было абсолютно всё равно, он был погружён в чтение. Томмен громко постучал по столу, привлекая внимание абсолютно всех. — Идёмте все сюда! — он похлопал по своей ноге. Гарольд тут же занял самое вакантное место, Джоанна тоже взобралась на отца. Джеральд просто прислонился к Томмену с той стороны, где села его сестра. Реджинальд отложил книгу и развернулся в сторону семьи, Тайвин сделал то же самое, только книга его отлетела на другой край стола. — Что я вам всегда говорю? — Томмен прошёлся взглядом по всем детям. — Что мы семья, — пролепетала Джоанна. — Верно. Мы семья, а семья должна держаться вместе и помогать друг другу во всём. В каждом из вас должно быть чувство уважения. Посмотрите на свою маму, — дети одновременно повернули головы в сторону Кейтилин, — ей очень непросто справляться со всеми вами. Проявите уважение к ней и старайтесь помогать во всём. Хорошо? — Все послушно закивали. — Ну папа, мама заставляет меня вышивать! Я не хочу-у-у, — простонала Джоанна. — Ты же леди и должна уметь вышивать. Ты же не хочешь разочаровать своего будущего мужа? — Зачем мне этот глупый муж! — недовольно проговорила девочка. — Я не хочу замуж! Я останусь здесь и буду жить с Джери! — Ты слишком мала, чтобы так говорить, — строго проговорил Томмен. Он уловил обеспокоенный взгляд Кейт. Им нужно было что-то делать с этим. Разлучить близнецов, пока всё не вышло из-под контроля. — Ха! Женишься на Джери? Фу… — Тайвин громко и очень злобно рассмеялся. — Отстань! — вступил на защиту сестры Джеральд. — А ты замолчи, малявка! — кинул в ответ Тайвин. — Тихо! — грозный голос Томмена быстро разрешил очередной конфликт. — Так нельзя! Вы Ланнистеры, в вас течёт кровь великих людей. И каждый из вас может прославить наш благородный дом. Но если вы будете постоянно ругаться, то ни к чему хорошему это не приведёт. А теперь идите и поиграйте, нам с мамой нужно поговорить. Тайвин, ты остаёшься за главного. — Опять? Ах! — мальчик недовольно стукнул кулаком по столешнице, но всё же встал со стула и повёл за собой братьев и сестру. Томмен помассировал свои виски и прикрыл глаза. Кейтилин подошла сзади и обняла мужа со спины. Такие минуты тишины и спокойствия были очень редки. Они всё меньше и меньше времени проводили рядом друг с другом. Десница постоянно был занят государственными делами, ну, а леди Ланнистер возилась с детьми. — Джеральда стоит отправить на воспитание куда-нибудь, — произнёс Томмен. — Куда? — Кейт затаила дыхание. — Например, к Хайтауэрам. Ему понравится Старомест. Я напишу лорду Бейлору. — Ланнистеру не хотелось расставаться с сыном, но иначе всё могло пойти по наклонной. Пока близнецы ещё малы, нужно предпринимать меры, а дальше будет уже слишком поздно. Кейтилин не могла спорить с мужем. Она просто промолчала, борясь с подступавшими слезами. Томмен очень ласково погладил её по руке и оставил на ладони лёгкий поцелуй. — Ты выглядишь очень напряжённым, — проговорила девушка. Она чувствовала, что её муж чем-то обеспокоен, и дело было не только в детях. — Пришло письмо из Ночного Дозора, — десница сглотнул, — Джеймс пропал. — Кейт обошла мужа с правой стороны и присела на ближайший стул. — Как это пропал? — Был очередной рейд за Стену. Из восьми человек вернулось только четверо. — Ты сообщил Эллен? — Нет, — Томмен отрицательно покачал головой. — Пока рано делать выводы. Дождёмся окончательных новостей. Она, кстати, написала королеве, — Ланнистер быстро нашёл письмо с отпечатанным львом на красном воске. — Просит одобрить помолвку младшего сына Томаса с дочерью Хостера Талли. — Ему же всего шесть! А девочке? Пять? — Как бы там ни было, королева не позволит. У неё и без этого достаточно проблем. — Томмен снова стал очень серьёзным. Кейтилин не стала спрашивать ничего о Лианне. Весь двор был в курсе последних новостей касательно короля и королевы. — А от отца? Никаких вестей нет? Томмен снова отрицательно покачал головой. Последнее письмо от Тириона приходило два года назад, и после этого — полнейшая тишина. Даже пташки Ланнистера ничего не могли выяснить. В последний раз маленький лорд находился в городе Орос — новом отстроенном городе Новой Валирии. Кажется, он писал, что ему там вполне хорошо и что королева к нему чрезмерно добра. Это и напрягало Томмена. Насколько рассказывала Лианна о своей матери, доброта в Дейенерис давно умерла, а если она и проявлялась, то только в самых корыстных целях. — Ещё этот Железный банк! — выругался десница. — Что-то серьёзное? — У короны большой долг. — Разве Ренли не справляется? — Ренли тут не при чём. Этот долг висит с правления короля Сэмвелла, насколько мне известно. Если этот вопрос не разрешится в ближайшие месяцы, боюсь, Железный банк нас просто уничтожит. Кейтилин мало что смыслила во всех этих государственных делах. — Мы справимся, — девушка по-доброму улыбнулась. — Иногда я обожаю твою наивность! — Томмен усмехнулся. Он понял, что больше не хочет сегодня утомлять жену государственными проблемами. Мужчина привстал со стула и склонился над Кейт. — Я люблю тебя, — прошептал он, а затем прильнул к её губам.