Медленная смерть

Весь день Драко не видел Грейнджер. Вообще. Ни в Большом Зале, ни в коридорах на переменах. Даже на спаренных Зельях её не было. По правде говоря, он начал волноваться, хотя и виду не подавал. Руки так и чесались подойти к её тупым дружкам и спросить где она. Но нет! Он держался. Блейз видел, что Малфой напряжён и знал из-за чего. Ему хотелось сказать другу, что всё хорошо и она просто решила прогулять. Но нет, блять! Это же Грейнджер! Какое прогулять? Ещё и Уизлетта доконала своими «случайными» взглядами. Драко понял, что Грейнджер рассказала ей. Похуй. Сейчас не до неё. «Где. Носит. Грейнджер?» Вечер понедельника подходил к концу. Малфой сидел в гостиной на диване и нервно постукивал носком ботинка по полу. Губы были плотно сжаты, а руки сложены в замок перед собой. «Где тебя носит Грейнджер? Ну же!» Он встал и начал ходить по комнате туда-сюда. Цоканье часов и тишина только выводили его из себя. Драко обдумывал, где же она может быть. «Вряд ли она в опасности: Хогвартс защищён. Может, она просто не хочет видеть меня после вчерашнего? Ей стыдно? Обидно? Больно?» Пауза. «Так, всё, хватит! Ты переживаешь за неё? Нет! Ну тогда иди спать, ведь уже поздно. Завтра она точно объявится. Тебе ж плевать на неё, так ведь?» Пауза. — Я тебя, блять, ненавижу, Грейнджер! — рычит Драко в пустоту. Он бросается к двери. Он... что? Пойдёт искать... её? Драко знал, что должен. Должен найти её. Чего бы это ни стоило. Как только скрипит дверь портрета - он вылетает из комнаты и чуть не сбивает с ног... Грейнджер. Дура! Она потеряла равновесие и начала падать, но Драко вовремя подхватил её за талию. Она посмотрела ему в глаза, а потом отвела взгляд. Малфой всё ещё держал её. Гермиона кашлянула немного и он отскочил от неё, как ошпаренный. Драко удивился её реакции. Даже не покраснела, не улыбнулась, ни один мускул на её лице не дрогнул. «Что-то не так! Что с тобой, Грейнджер?» — он так хотел спросить, но не решился. Гермиона ещё раз посмотрела на него, с таким же безразличием, и зашла внутрь. Драко пошёл за ней. «Чего он хочет? Он что, хотел идти искать меня? Зачем? Он, наверное, просто шёл куда-то. Но если так, то он бы пошёл по своим делам дальше, а не зашёл за мной в гостиную.» Драко остался стоять у двери, а Гермиона прошла дальше и начала собирать свои вещи по комнате. Он следил за её движениями. Ещё снаружи она показалась ему очень уставшей. Красные глаза и вялая походка выдавали её. «Что же произошло?» Она закончила собирать вещи и направилась к лестнице. Драко не знал зачем, но остановил её: — Грейнджер, — тихо сказал он и подошёл чуть ближе. — Что? — рявкнула она и обернулась к нему. — Не ори на меня! — Драко тоже повысил голос. Она закрыла глаза и начала тяжело дышать. Не сдержалась и закрыла лицо руками, склонив голову. Драко удивился такой быстрой смене настроения. Может у неё то время месяца? Драко подошёл ещё ближе и хотел дотронуться до её плеча, как вдруг увидел, что она содрогается. «Она что, плачет?» Гермиона убрала руки от лица и Драко увидел, что она… Смеётся. Видимо, всё настолько плохо. Она успокаивается и бросает тихое: «Извини…». Теперь Малфой вообще в шоке. Что это только что было? Он подходит ещё ближе и старается быть спокойным, но не получается: — Что с тобой? Она долго смотрит в пол, потом поднимает взгляд и смотрит прямо Драко в глаза: — Ничего, — потом немного кривится и трёт переносицу: — Малфой, говори, что ты хотел. Я очень устала и хочу прилечь. Драко не заставляет её долго ждать: — Где ты была весь день? Я.., — «места себе не находил», но он не сказал этого вслух. — Это так важно? — она снова скривилась, видимо, действительно очень устала. У Драко в голове просто прокручиваются какие-то непонятные мысли: расхождение между его реакцией и словами Грейнджер. «Конечно, блять, важно! Разве ты не понимаешь? Тебя не было целый день! Твои тупоголовые не догадались, что что-то не так? Где тебя вообще носило и почему не хочешь отвечать?» Но он спокойно сказал: — Просто ответь, — изнутри Драко уже закипал и его глаза непроизвольно закрывались. — Зачем? Я не обязана отчитываться перед тобой. Или я что-то путаю? — она сощурилась. — Тебе, блять, сложно ответить? — он говорил спокойно, но нервы его были уже на пределе. Гермиона вздохнула и сдалась. Она сказала: — Дай руку. Малфой удивился. Зачем? Что происходит? Он непроизвольно протянул руку. Он... доверяет ей? Гермиона вынула что-то из мантии и положила ему в руку. Кожу обожгло чем-то холодным и её теплой ладонью. Она убрала руку и он посмотрел на то, что она ему дала. Глаза широко открылись от изумления. Антидот. «Она закончила его. Без меня. Но зачем? Она явно очень устала. Весь день сидела с этой психованной Миртл? Господи, да она же, наверное, с ног валится!» Драко хочется что-то ей сказать: — Но… Почему ты?.. — он пытался спросить её, почему она не предупредила его. — Уже ноябрь, Малфой. Твоей матери нужно это и побыстрее, — она ухмыльнулась. Первая улыбка за день. — Почему ты мне не сказала, что собираешься сделать? — он явно был встревожен. — А зачем? Как видишь, я сама справилась, — тут она увидела, что он нахмурился и решила, что он обиделся на эти слова. Поэтому решила сказать правду: — Тем более, я всё ещё на тебя обижена. Малфой опешил. «Ой дура-а-а! Зачем она это сказала? Теперь от вопросов не отвяжешься.» Она смотрела на него и ждала реакции. А Малфой думал о своём. «Обижена? Чего? На что? Что я сделал? Нет! Мне плевать! Наверное. Чёрт!» — Чего? — он старался быть невозмутимым, чтобы она не думала, что его волнуют её обиды. — Неважно. Забудь, — кинула она и удрала вверх по лестнице. — Грейнджер, стой! — Драко крикнул. Он хотел объяснений, твою мать! Она не ответила и лишь послышался звук закрывающейся двери. «Проклятье! Грейнджер, я убью тебя!» Он понял, что бесполезно сейчас идти к ней и выяснять отношения. Пусть отдохнёт, всё-таки она хотела помочь и старалась. А ведь действительно. Она сделала это для него. Мог бы и поблагодарить. Ему казалось, что внутри него сидели два существа и они явно были разного мнения. Потому что ссорились. — Драко, тебе плевать на неё! — О не-ет! Не смей врать себе, Драко! Ты же Малфой! Малфои не врут себе! — Да плевать ему. Он ненавидит её! — Нет! Он её… Драко прервал эти внутренние терзания. Ему хотелось взвыть от напряжения. Мысли бились в агонии в его белобрысой голове. Малфой решил, что обдумает этот вопрос позже. А сейчас мать и антидот. Он кинулся к столу, нашёл обрывок пергамента и быстро написал послание. Срочно! Совятня. Сейчас. Д. С хлопком бумажка исчезла и отправилась к получателю. Сам Драко тоже кинулся в место назначения.

***

— Малфой, какого чёрта? — Блейз получил записку и сразу прибежал к месту встречи. — Забини, у нас получилось, — Драко проигнорировал вопрос друга. — В смысле? — Блейз сощурился. Драко хотел подразнить друга, но не сдержался и вытащил из кармана стеклянную баночку. Глаза Блейза расширились от удивления. — Это то, что я думаю? Но... Когда? — спросил Блейз. — Да, это антидот. Грейнджер только что принесла, — он махнул рукой. — Это из-за него её не было целый день? Ты хоть поблагодарил её? — Наверное из-за этого. Я не спрашивал и не поблагодарил, — после этих слов Блейз уставился на Драко злым взглядом, — Она сказала, что устала и ушла. Я потом ей всё скажу. — Она пытается помочь, а ты ведёшь себя, как высокомерный индюк, — Блейз выдержал паузу, но не сдержался и добавил то, о чем думал: — Подпусти её ближе к себе. — Закрой рот! Ты ничего не знаешь! — сорвался на крик Драко. — Ладно, всё. Я не хочу ссориться. Если ты меня не слушаешь, то я и не буду пытаться. Драко ничего не ответил. И Блейз продолжил: — Так зачем ты позвал меня? — Разве не ясно? Рассказать об антидоте, потому что я его сейчас же отправлю матери. Я не позволю, чтоб он попал в руки к кому-то неправильному. — Ладно. И что дальше будет? Ну, после того, как Нарцисса пройдёт слушание. — Не знаю. Моя мать не останется в долгу, так что будем ждать. Блейз выдохнул и кивнул. Драко наколдовал бирку к баночке и написал на ней «Напишешь, когда всё закончится». Закрепил бирку на банке, встал и подошёл к своей сове. Драко положил антидот к ей в маленький мешок и дал угощение, которое захватил по пути. — Не подведи, — тихо сказал он птице и через мгновение смотрел в окно, как его филин машет крыльями в небе. Сзади подошёл Забини и положил руку на плечо друга. — Всё будет хорошо. Я уверен, — Драко не видел, но знал, что Блейз сочувствует ему. — Я знаю, — спокойно ответил Малфой. Он действительно знает, что всё будет хорошо.

***

Малфой вернулся в башню. Он решил переодется и сходить в душ. Сегодня действительно был тяжёлый и довольно странный день. Он вышел из душа, надел футболку и пижамные штаны. Подошёл к умывальнику и посмотрел в зеркало. Повернул голову чуть вбок и заметил красную отметину на шее. Грейнджер. И опять все мысли заняты ею. Она повсюду. Воспоминания о ней живут внутри Драко. Её мягкие губы, вьющиеся волосы, маленький нос, тёплые ладони, хрупкое и аккуратное тело с идеальными изгибами. И сознание опять разделилось на две части и начало спорить. — Посмотри на себя. Ты жалок! Твоё высокомерие тебя в гроб заведёт. Иди и скажи ей что-нибудь! Хотя бы «Спасибо». — Нет! Зачем? Тебе плевать на неё! Ты не будешь пресмыкаться перед грязнокровкой! Ты Малфой или кто? — Не слушай. В первую очередь ты - человек. Поэтому ты подойдёшь и поговоришь с ней. И Малфой принял решение. Он поговорит с ней. Правда. Но завтра. Или когда-нибудь, но поговорит. А сейчас - спать. Драко хотел уже уходить, но увидел, что дверь в её комнату приоткрыта. Она что, подглядывала? Нет, он не пойдёт к ней. Не сейчас. Но ноги не слушались и Драко уже стоял на пороге к ней в комнату. Как это случилось? Он ведь не хотел идти. Но что сделано - то сделано. Гермиона не услышала, как он зашёл. Она сидела за столом и что-то быстро писала. У неё были влажные волосы. Видимо, недавно была в душе. Одета была в тонкую пижаму: футболка и шорты из хлопка. Драко подошёл ближе и увидел, что она заполняет какой-то график. Он положил руку ей на плечо и спокойно сказал: — Грейнджер. Гермиона громко вскрикнула от неожиданности и когда быстро оборачивалась, нечаянно ударила Драко по руке. — Ай, Грейнджер! Полегче! — Что ты здесь делаешь? Убирайся! — она указала рукой на дверь. — Нет, — так спокойно, будто это он живёт в этой комнате. Гермиона сильно удивилась такому хамству, поэтому поднялась со стула и встала впритык к Драко. Только сейчас она заметила во что он одет. Так по-домашнему. Так не по-малфоевски. Её это удивило, но она не подала виду. Гермиона всё также стояла очень близко к нему и почти прошипела ему в лицо: — Убирайся, говорю! — её указательный палец снова направлен на дверь. Он только отрицательно качает головой и Гермиона продолжает: — Чего ты хочешь, Малфой? А действительно. Чего он пришёл? Что он ей скажет и почему так не хочет уходить? Но у неё нет времени на рассуждения, потому что Драко уже что-то говорит: — Я встретился с Блейзом в совятне. Потом отправил матери антидот. Думаю, утром он уже будет у неё. — Хорошо. Это всё? — Да. Драко отправился к двери, но замер и повернулся к Гермионе. — Нет, не всё. Гермиона снова удивилась. Она ничего не говорила, а просто ждала. — Я... я хотел сказать.., — Драко замешкался. Эти слова ему трудно даются, — Спасибо, Грейнджер. На одном выдохе и с небольшой улыбкой на губах. Драко видел, как на её лице быстро меняются эмоции: недоумение, неуверенность, а потом резко появилась лёгкая улыбка. Драко не знал почему, но его это успокоило. Гермиону это тронуло. Тронуло за живое. Ему точно не наплевать. Она легко кивнула, с той же улыбкой. Потом услышала звук закрывающейся двери. Это значит, что он ушёл. Лёгкая улыбка теперь расплылась почти до ушей. Точно не наплевать.

***

Пятница - тяжёлый день. Во вторник Драко пришлось патрулировать самому. Макгонагалл попросила Грейнджер помочь с чем-то. Он обошёл основную часть замка за полчаса и вернулся в башню. Ему не хотелось патрулировать одному. Они с Грейнджер не виделись почти целую неделю - всё свободное время Драко тратил на тренировки по квиддичу. Но сейчас начнётся последний урок. Спаренные Прорицания. Обычно такое никогда не заканчивалось чем-то хорошем, потому что Трелони умела подлить масла в огонь между факультетами. И, видимо, этот раз не исключение. Все уже были на своих местах. Драко сидел за одним столом с Блейзом и Грэхэмом. Обычно, вместо Монтегю, с ними сидел Нотт, но тот старается не попадаться на глаза Малфою в последнее время. Интересно почему? В классе было очень душно и тепло. В придачу, ещё и в камине горел огонь. Гермиона немного ослабила свой галстук и сняла мантию. Своим копошением она привлекла внимание Малфоя. Он посмотрел на неё и заметил, что они с Поттером и Уизли сидят прямо напротив них. Чёрт! Гермиона посмотрела Драко в глаза. Он тоже смотрел. Пространство сжалось в мячик для пинг-понга, когда уголки его губ дрогнули, напоминая улыбку. Гермиона зарделась и отвела взгляд. Потом услышала, что он хмыкнул. Видимо, не так далеко они сидят. Чёрт бы побрал расположение столов в классе Прорицаний! И всё бы ничего, но вдруг голос Гарри вытянул Гермиону из своих мыслей. Он склонился к ней и шепнул: — Гермиона, что это было? — голос казался спокойным, но она знала, что друг ничуть не спокоен. — Я.. я.. ничего, Гарри, — она начала оправдываться. — Гермиона, я же видел.., — он не успел договорить, как прозвенел звонок и в класс, запыхавшись, залетела Сивилла Трелони. — Простите, студенты. Важное поручение от директора Дамблдора, — начала оправдываться она и подходить к своему рабочему столу. Гермиона не могла поднять взгляд. Ей стыдно смотреть и на Малфоя, и на Гарри. Поттер шепнул ей на ухо: — Мы потом об этом поговорим, — и начал записывать тему с доски. Ей хотелось сказать: «нет, не поговорим», но она промолчала. Её щеки были краснее некуда, но краем глаза она заметила, что Малфой — чёрт бы его побрал! — смотрит на неё исподлобья и ухмыляется, попутно записывая конспект. Ему просто повезло, что этого никто не увидел. После пяти минут шуршаний пергаментами, профессор Трелони начинает объяснять новую тему. — Итак, сегодня у нас небольшая и несложная тема. Мы научимся узнавать самые заветные желания человека. Сейчас только по хрустальному шару, но если вы захотите углубиться в эту тему - книги и дополнительные занятия вам в помощь, — после этих слов она улыбнулась и продолжила: — Так как тема маленькая и простая - мы попрактикуем это сегодня. А сейчас попрошу открыть свои конспекты и записывать за мной. Все внимательно слушали, даже слизеринцы. Наверное, тема была действительно интересной. Ведь можно узнать желание человека, можно узнать, что он хочет без надобности спрашивать. Это ведь круто. Прошло примерно минут двадцать. За это время Сивилла успела продиктовать весь материал, попутно рассказывая какие-то истории и предсказания. Она всегда так делала, поэтому на писанину уходило много времени. — Ну что, пришло время попрактиковаться? — она улыбнулась и встала со своего места. Трелони начала ходить вокруг студентов и думать кого бы выбрать, — Ну! Кто хочет попробовать? Молчание. Всем интересно, но страшно. Подумать только! Кто-то узнает твоё заветное желание. И он увидит правду, потому что шар никак не обмануть. Сивилла продолжает: — Никто не хочет узнать желание кого-то из друзей или даже.., — она запнулась в поиске подходящего слова, — врага, например? — снова молчание, — Ну раз никто не хочет, то я выберу сама. Она ещё раз медленно прошлась по классу, потом подошла к своему месту и села. Оглядела всех учеников и быстро сказала: — Пусть старосты покажут пример, — и хихикнула. Блейз едва сдержал смешок. Всё. Конец. Это конец. Зачем? Почему? За что? Гермиона сглотнула и бросила взгляд на Малфоя. На его лице даже мускул не дрогнул. Как он это делает? Сейчас либо он узнает её желание, либо она его. Какой глупый урок. — Ну же, вперёд. Мисс Грейнджер, положите руки на шар, сконцентрируйтесь и узнайте желание мистера Малфоя, — потом она обернулась к Малфою, — Мистер Малфой, без глупостей. — Разумеется, профессор, — с ухмылкой ответил тот. Блейз склонился к Драко и спросил: — Что ты ей собираешься показать? Шар же не обманешь. — Значит покажу правду, Блейз, — ответил тот, не отводя взгляд от глаз Грейнджер. Гермиона нервно сглотнула и осторожно положила руки на шар. Закрыла глаза и сконцентрировалась на сознании Малфоя. Первое время ничего не происходило. Она знала, как нервничают Гарри с Роном рядом и испепеляют взглядами Малфоя. Она уже начинала думать, что что-то не так и захотела открыть глаза, так как ничего не происходило. А потом - бу-уум! Как вспышка. Гермиона увидела комнату. Чья она? Чуть дальше. Зелёные цвета говорят о том, что это комната слизеринца. Видимо, Малфоя, если это его желание. Она окунается ещё глубже в его сознание и начинает слышать звуки. Что это? О нет! Нет, только не это. Угол меняется и Гермиона видит. Видит себя. Под Малфоем. Его кровать. О, Мерлин! Он в ней. Мокрые шлепки раздаются по всей комнате. Стоны и вскрики. Гермиона напряглась. Руки вспотели, а внизу живота начало тянуть. Он склоняется к её уху и что-то шепчет: — Не сдерживайся, я хочу слышать твой голос… И она подчиняется. Начинает кричать от удовольствия. Их тела полностью соединены. Она целует его в шею, оставляя красные отметины. Он наклоняется к её груди, начинает покусывать и посасывать твердые соски. Гермиона вскрикивает, а он ухмыляется. — Глубже... Драко... Но он останавливается и Гермиона издаёт стон разочарования. Он шепчет: — Потрогай себя. Я хочу видеть. И она - дура! — слушается и подчиняется. Так вот какие у него желания. Гермиона протискивается между их телами, попутно поглаживая торс Драко. Гермиона начинает массировать свой клитор, тем самым вызывая у себя стоны ещё громче. Драко это заводит и он начинает двигаться быстрее. Ноги Гермионы плотно сжаты от возбуждения. Губа закушена и между бровей появилась морщинка. Блейз поворачивается к другу, а тот даже не замечает его: слишком уж он занят. — Эй, Драко, прекращай. Я не знаю, что она сейчас видит, но догадываюсь. Поэтому говорю тебе: прекращай. Драко не слышит. И не хочет слышать. Единственное, что он сделал, так это мантией прикрыл стояк, который уже топорщил брюки. Краем глаза замечает, что Поттер и Уизел, буквально, убивают его взглядом. По всей комнате раздаются последние, самые сильные толчки. Гермиона уже стонет и вскрикивает во всю глотку, а Драко только накрывает её губы своими. С приглушёнными стонами они кончают. Одновременно. Погружаются в мир эйфории вместе. Драко обмякает и ложится Гермионе на грудь, поглаживая её бока. Она гладит его волосы и целует в щёку. А потом снова вспышка. Гермиона резко оторвала руки от шара и открыла глаза. Её щёки покрылись румянцем. И от смущения, и от злости. О, она была зла. Очень. Зачем он показал ей это? — Мерзавец! — вскрикнула Гермиона и вылетела вихрем из класса. — Мисс Грейнджер! — Сивилла встала со своего места, чтобы её задержать, но было уже поздно. Все до единого уставились на Малфоя в недоумении. Лишь трое были злыми. Профессор Трелони и, конечно же, Поттер с Уизелом. — Мистер Малфой, я просила вас: без глупостей! — Трелони подошла к нему ближе. — Что ты ей показал? — Блейз снова наклонился к другу. — Правду, Забини. И чтоб ты знал - это не я, а моё сознание. И ещё, чтоб ты знал- я в дерьме. Глубоко-о. — Это я понял ещё с того случая в библиотеке, — Блейз усмехнулся. Драко действительно в дерьме. Глубоко. И не может выбраться оттуда. Что-то его держит. Но это что-то очень приятное, сладкое и хорошее. Под названием Грейнджер. Блять. Действительно - блять. Он уже даже не отрицает, что что-то происходит. И это пиздец. — Поднимитесь и пойдите проверьте всё ли у неё нормально и возвращайтесь на урок, пожалуйста, — Блейз слишком громко ухмыльнулся и следом она уже обратилась к нему, — Мистер Забини, случилось что-то смешное? Расскажите всем! — Нет. Простите, профессор, — Забини успокоился. — Мистер Малфой, я дважды повторять не стану, — и указала на выход. — Почему я? А она сама не справится? Она не увидела ничего такого, что бы ей не понравилось, — Малфой лениво скривился. — Вы староста или кто? Я сказала: на выход! И не смейте препираться со мной! Драко выдохнул и встал со своего места. Кивнул Блейзу и пошёл к выходу. По пути он услышал голос Уизела: — Я тебя убью, Малфой! — прошипел Рон от злости. Драко ничего не ответил, а только фыркнул. Когда он вышел, за дверью снова послышался голос Трелони, которая продолжила вести урок.

***

Гермиона выбежала из класса и сразу побежала к туалету. Ей нужно было освежиться. Убрать из головы это. Она зашла и закрыла за собой дверь, наложив запирающее заклинание. Подбежала к умывальнику и открыла холодную воду. Руки тряслись от ярости и возбуждения. Чёртово возбуждение! Чёртов Малфой! Он виновен во всех её бедах. Что он хотел этим сказать? Почему? Зачем он её так мучает? Гермиона билась в догадках. Господи, почему всё так сложно? Волосы уже были влажными, по шее и ключицам текли холодные капельки воды. Её дыхание сбилось, а ноги подкашивались. Она так устала. От всего этого. От Малфоя в первую очередь. Через несколько минут Гермиона услышала, как дверь кто-то пытается открыть. После неудачной попытки послышался знакомый до боли голос. — Грейнджер, открой, — он казался довольно спокойным. — Уходи, Малфой! Видеть тебя не хочу, — её голос дрожал. — Грейнджер, не заставляй меня! — Попробуй только! Он что-то сказал и дверь открылась. Откуда он знает это отпирающее заклинание? И тут из-за угла вышел он. — Чего ты ещё хочешь? Уходи, прошу тебя. — Трелони сказала, чтоб я вернул тебя на урок, — он скрестил руки на груди и опёрся о колонну спиной. — Уходи и скажи ей, что я сейчас приду. Тебе и так плевать на меня и на то, что я думаю. Его взгляд стал серьезным, а с лица пропала улыбка. Он оттолкнулся от стены и медленно подошёл к Гермионе, встал впритык. Она напряглась, но не стала отступать. Драко взял её за плечи, он стоял так близко, что их носы почти соприкасались, и почти прошипел ей в лицо: — Когда до тебя дойдёт? Ты думаешь мне плевать? Думаешь мне плевать на то, что было в библиотеке? На то, что было на балу и после него, на твою помощь? Ты думаешь я просто пользуюсь тобой? — он начал трясти её за плечи, — Отвечай! — Драко, я.., — на глаза навернулись слёзы. — Отвечай! — а она всё молчит. Он продолжил с каким-то отчаянием в голосе и глазах: — Ты действительно думаешь, что я настолько ублюдок? — Нет.., — она помотала головой и он незаметно выдохнул с облегчением, — Я видела тебя настоящим. Я знаю, какой ты на самом деле. Но я одного не могу понять. Если тебе не плевать, так почему ты так себя ведёшь? Почему ты даёшь мне надежду, а потом вырываешь её с корнями? Я просто не понимаю… «Да потому, что я не знаю, что с нами происходит, Грейнджер. Я сам не понимаю, почему так себя веду. Я сам себе даю надежду, а потом сам же всё обрываю и всё рушится, к чертям, в бездну. Что-то происходит, Грейнджер. Что-то происходит.» — Я не знаю. Просто потому, что это я и по-другому я не умею. Я не умею говорить то, что думаю и чувствую на самом деле. Мне легче послать всё к чертям, отрицать и забыть, нежели разбираться в этом. Гермиона внимательно смотрела ему в глаза и заметила в радужках серых глаз нотки отчаяния, он открылся ей. От любований его глазами Гермиону отвлёк его голос. — Я не умею доказывать что-то словами, но умею действиями, — это прозвучало так уверенно. Гермиона нахмурилась, потому что не понимала о чём идёт речь. И в следующий миг она поняла. Потому что он притянул её к себе и поцеловал. Гермиона растерялась, но через какое-то время ответила на поцелуй. Она расслабилась, с глаз перестали течь слёзы, а те, что остались Драко уже сцеловывал. Гермиона положила руки ему на плечи и прижалась к нему всем телом. А через секунду почувствовала его эрекцию. Она толкнула его к стене и сама подошла ближе. Драко целовал её, одной рукой зарываясь в волосы, а другой поднимая её юбку и сжимая мягкую и приятную кожу бёдер. Сердце колотилось в груди Гермионы, угрожая выпрыгнуть. Она проклинала себя за то, что так легко ведётся на его провокации. Но чёрт возьми! Как она его хотела. Посторонние звуки слились в одно большое звуковое пятно, а Гермиона слышала только их сбившееся дыхание и стук собственного сердца. Гермиона спешно сняла с Драко мантию и начала расстёгивать рубашку. Когда её полы разошлись, она обняла Драко и начала целовать его шею, ключицы, оставляя красные отметины и царапая ногтями его спину. От этого Драко больше заводился и поощрял её, гладя по волосам и спине. Драко наклонился к её уху и начал шептать какие-то пошлости, но Гермиона его не слышала. Он облизал мочку её уха, немного прикусив, отчего Гермиона издала стон. Гермионе в голову пришла сумасшедшая мысль. Она оторвалась от его шеи и встала на цыпочки. Склонилась к его уху, медленно и горячо прошептала: — Когда в последний раз ты просил об этом девушку, а не она сама предлагала? — она подняла взгляд на него, а он хлопал глазами в недоумении, — Я уверена, что никогда. Гермиона опустила глаза и снова погладила Драко по напряжённому торсу. Он ничего не отвечал, потому что не знал, что ему, блять, ответить! Ну да, по сути все девушки сами прыгали к ему в койку и он никогда никого не просил. — Молчишь? Ну ладно, я заставлю тебя попросить, — мурлыкнула она ещё раз на ухо. Драко всё ещё стоял в недоумении и ждал её последующих действий. И их надо было опасаться. Потому что - это она. Ох, чёрт! Она начала опускаться на колени. Сказать, что Драко был удивлён - это ничего не сказать. Он был ошарашен. Нет! Она не будет так унижаться. Малфой резко схватил её за локоть. — Грейнджер, нет! Встань! Она убрала его руку и полностью опустилась на колени. Руки ещё раз погладили напряжённый живот и потянулись к пряжке ремня. — Грейнджер, нет! — его голос незаметно, но дрожал. — Я сказала: да! — ей надоело его упрямство, — Я не сделаю ничего, чего ты не попросишь. И теперь Драко понял, что она имела ввиду. Господи, неужели она действительно сделает это? Как она собирается заставить его просить? Гермиона с ухмылкой на лице расстегнула пряжку ремня и пуговицу на брюках. Драко глубоко вздохнул. Она смотрела на него снизу вверх и ещё не знала, как Драко возбуждает этот вид. Она видела, как ему тяжело, как он напряжён и как сдерживается. Неумелые руки расстегнули молнию брюк. Драко задыхался от нехватки воздуха и предвкушения. «Вдох. Выдох. Держись, Малфой!» Грейнджер сейчас вообще не соображала, что делает. Но понимала, что ей хочется этого. Она положила одну руку ему на живот, а второй стянула брюки. Когда последний предмет одежды повторил судьбу брюк, Гермиона вздрогнула. Драко смотрел на неё и ухмылялся. «Такая смелая, но такая робкая.» Она закусила губу, состроила самое невинное и смущённое лицо и снова посмотрела на него. Малфой понял, что он готов кончить только от одного взгляда на это лицо. Она схватила член у основания, чуть наклонилась и поцеловала живот Драко, а потом провела по нему языком. Рука сделала медленное движение вверх-вниз и Драко не сдержался: закрыл глаза, запрокинул голову назад и со стоном произнёс: — Блять… Гермиона ухмыльнулась. Она дразнила его: темп то ускорялся, то замедлялся, не позволяя Драко насладиться процессом. Она медленно прошептала: — Всего одно слово, Драко… Он молчал, а она дальше дразнила его. Он перестал отвечать, когда Гермиона что-то говорила и она остановилась. Из его уст вырвался стон разочарования и он рыкнул: — Да! Пожалуйста… — Так бы и сразу. Хороший мальчик. Драко открыл глаза, смотрел на неё и ждал. Он положил руку на её щеку и стал поглаживать, поощряя. Гермиона прижалась к его ладони, будто не хотела отпускать. Но понимала, что сейчас он точно не уйдёт. Сердце Драко пропустило пару ударов, когда вокруг его члена сомкнулись её губы, а потом и весь рот. Драко тяжело выдохнул и откинул голову. — Бля-ять., — только и протянул он. Ему очень хотелось толкнуться вперёд, но он держался. Гермиона начала двигаться быстрее, а Драко стонать и громче выдавать звуки наслаждения. Малфой зарылся в её волосы и намотал их на кулак. Он начал ощущать стенки её горла и заставил её чуть сбавить темп. Ему сосали раньше, и хорошо сосали. Только все эти девушки были либо однокурсницы с опытом, либо шлюхи из баров с Лютного. Сейчас же у него было ощущение чего-то нового и запретного, что-ли. Хоть он и проиграл себе и попросил её, но начала она всё это сама. И это ещё больше ему льстило. Она не была одной из его шлюх. Грейнджер была чем-то большим. Да, чёрт возьми! Он вообще не хотел её называть одной из своих шлюх, с которыми у них просто секс. Это далеко не просто секс. Драко начал направлять её в нужном направлении, с нужным темпом. Гермиона послушно подчинялась и это ещё больше его заводило. Она хотела сделать ему приятно, чтобы он понял, что ей тоже не плевать. Свободной рукой Драко поправлял влажную от пота чёлку. Он опустил взгляд и смотрел на неё. Наслаждался ею. Его рубашка уже была насквозь мокрая, а по животу текли капли пота. Малфой понял, что уже на пределе, поэтому сам начал двигаться грубыми толчками. Гермиона начала давиться. «Потерпи, Грейнджер, пожалуйста. Дай мне тобою насладиться.» Ещё! Чуть-чуть. Совсем немного. Драко рвано дышал и хрипло стонал. Он задерживал дыхание, а потом шумно выдыхал. Совсем немножко осталось. Пару движений. Ещё! Глубже. Да! Чуть-… чуть! — О, да!.. Блять… Грейнджер! — громко вскрикнул он. Гермиона почувствовала, как горячая струя разлилась по её горлу. Он кончил. Кончил с её именем на губах. Кончил ей в рот. Драко громко, рвано дышал и гладил Гермиону по волосам. Она поднялась с колен, смотрела, как Драко отходит от оргазма и краснела. Он открыл глаза и, улыбаясь, посмотрел на неё. — Поздно краснеть, — протянул он и обнял её за плечи, притягивая к себе. Гермиона положила голову ему на плечо, её руки обвили его за талию и скрепились в замок за спиной. Драко поднял её голову за подбородок и поцеловал. Долго целовал. — Спасибо тебе, — прошептал он, и от этого она ещё больше зарделась.

***

До конца урока оставалось каких-то пятнадцать минут. Блейз начал волноваться и нервно постукивать ногой по полу. Он заметил, что Поттер с Уизелом метают в него молнии, но он притворился, что не знает в чём дело. — Что можно так долго делать? — спросил Рон, склонившись к другу. — Рон, успокойся! Думаешь мне это нравится? — Гарри скривился. Рон что-то фыркнул в ответ, но Гарри не услышал этого. И тут дверь в класс открылась и вошла Грейнджер, а сразу же за ней показался Малфой. Она кинула быстрое «Извините» и села на своё место, а Драко повернулся к профессору и сказал: — Вот, вернул в целости и сохранности, — и указал на Гермиону. — Хорошо, мистер Малфой, можете садиться, — она махнула рукой в сторону Забини. Драко сел за стол и заметил, что на него все смотрят. Потом Трелони задала вопрос: — А почему вас так долго не было? Мистер Малфой? Мисс Грейнджер? — она переводила взгляд с Драко на Гермиону и обратно. Когда Малфой посмотрел на Грейнджер, она покраснела и опустила голову, погружаясь в свои записи. А Драко не знал, что ответить. — А у него не встал, наверное! — крикнул кто-то. Со стороны слизеринцев послышалось хихиканье. Уже разъяренный Малфой обернулся, чтоб увидеть этого смельчака. Кто посмел это сказать вслух? Нотт. Голос прорезался. Уизли уже хотел встать, но Поттер рывком пригвоздил его к месту. Драко не сдержался и прошипел: — Закрой пасть! Тебе мало было? Могу повторить! — Молчать! — крикнула Трелони, — Минус двадцать баллов со Слизерина за нарушение дисциплины! В классе пару студентов шушукались, но большинство молчало. Гермиона уже сгорала от стыда. Через некоторое время, когда все успокоились Забини повернулся к Драко. — Нет, ну судя по её красным коленям всё-таки встал, — и усмехнулся. Он ждал, что сейчас ему прилетит за такое предположение. Драко только улыбнулся и перевёл взгляд на Блейза. Тот сперва не понял, но потом до него дошло. — Да ладно! Она... — Забини, заткнись! — прервал его Драко. И заметил, что Грейнджер смотрела на них, злилась и ещё больше краснела. — Мерлин всемогущий! — Блейз покачал головой и перевёл взгляд на Гермиону. В это время она уже закрывала лицо книгой от стыда. Через некоторое время прозвенел звонок и все начали собираться. Гермиона заметила, что Малфой пялится на неё и ухмыляется. Она снова покраснела и отвернулась. В это время Рон уже выходил из себя. — Гермиона, хорёк смотрит на тебя, — сказал Рон. — Я знаю, — спокойно ответила та. — И это нормально? Да он же пожирает тебя глазами! Похотливый идиот!— удивился тот. Гермиона вздохнула и ответила: — Мы просто поменялись местами! Тем более, после того, что я сделала, — усмехнулась она. Пауза. — Чего?! — Рон аж оторопел от такого. Гермиона запнулась и поняла, что сказала слишком много. «Господи, какая идиотка!» И мысленно ударила себя по лбу. — Ладно, всё. Рон, забудь, — она начала быстро тараторить и пятиться к выходу. — Нет, стой! Ты объяснишься сейчас же! — он повернулся к другу, — Гарри, скажи ей! — А что я ей скажу? Я не заставлю её говорить. Пока они ссорились, Гермиона успела убежать, а к выходу уже шли Малфой и Забини. Блейз решил устроить спектакль перед гриффиндорцами, чтобы отвести подозрения от того, что случилось на самом деле, превратив это в шутку. — Что, прямо так и сказала? — показушно спросил Забини. — Да! Сказала: «Возьми меня прямо здесь и сейчас, пока мои дружки там переживают за меня», — Драко изобразил голос и тон Гермионы. Они засмеялись на весь класс и ушли. А у Рона, кажется, уже из ушей пар пошёл. — Рон, успокойся! Они специально это устроили. Ничего не было! — Гарри успокоил и себя, и друга. Рон что-то ещё буркнул себе под нос про «мерзкого хорька» и они вышли из класса. Кажется, спектакль сработал.

***

Нарцисса, как всегда, сидела в гостиной после обеда и разговаривала с кем-то из портретов. Пару дней назад состоялось слушание в Министерстве. За два часа до него она выпила антидот и всё прошло успешно, без всяких проблем и происшествий. Кингсли Бруствер очень тщательно следил за ней и задавал много конкретных вопросов, но Нарцисса прошла проверку. Сейчас она отдыхала и разговаривала с родственниками. Через открытое окно влетела сова. Нарцисса вздрогнула от неожиданности и чуть не захлебнулась чаем. Она откашлялась и посмотрела на сову. Такие к ней очень редко прилетали. Значит, письмо от кого-то важного. Она вышла на кухню, взяла угощение, вернулась и предложила филину, чтобы тот отдал конверт. Через несколько мгновений письмо уже лежало у Нарциссы в руках, а черный филин вылетел обратно через окно. Она распечатала и начала читать. Нарцисса, Я тебя в который раз прошу: не пиши мне. Забудь про меня. Ты же не хочешь чтобы они меня нашли. Я оставил тебе мэнор, сына и деньги. Я не вернусь! Можешь даже не просить. Ещё раз говорю: не пиши мне. Они отследят откуда и куда идут письма. Сожги это письмо после прочтения. Люциус. До неё долго доходило осознание этого. — Мерзавец неблагодарный! Ничего-ничего! Я тебе ещё покажу! Тебя найдут, Люциус! И я об этом позабочусь, — с ухмылкой протянула Нарцисса сама себе.

***

Вечер пятницы подходил к концу. Драко и Гермиона заканчивали обход и возвращались к башне старост. Звук шагов раздавался эхом по коридору и Малфоя это раздражало. Он решил завести разговор. — Слушай, Грейнджер.., — на самом деле он не знал, что сказать. Впервые Драко Малфою не было что сказать. — Что? — её голос казался спокойным. — Поттер с Уизли что-то спрашивали? — это был первый вопрос, который пришёл ему в голову. — Нет, — ответила она и добавила: — И давай переведём тему. Драко резко остановился и повернулся к ней: — Ты.. жалеешь? — спросил он. — Нет, конечно, — быстро ответила Гермиона. — Чтобы ты знала: мне понравилось. Даже очень, — сказал он и ухмыльнулся. Гермиона снова покраснела, махнула рукой и сказала: — Иди уже, — она не хотела чтобы он видел, что ей стыдно. Драко хмыкнул и продолжил идти. Гермиона шла следом и улыбалась. Если ему действительно понравилось, то ей было приятно. Через некоторое время они оказались в гостиной. Драко сразу же сел на диван, закинул ноги на стол и потёр глаза от усталости. Гермиона закатила глаза и покачала головой, но промолчала. Она уже подошла к лестнице, чтобы отправиться в ванную, а потом спать. — Спокойной ночи, — сказал Драко, даже не открывая глаз. Гермиона усмехнулась и ответила: — Спокойной, — и убежала по лестнице. Малфой остался сидеть в гостиной. Через несколько минут послышался стук в окно. Он нехотя открыл глаза и встал с дивана. «Кого в такое позднее время принесло?» Он подошёл к окну и открыл его. Сова в лапах держала маленькую записку. Даже без конверта. Он забрал её и сова сразу улетела. Драко открыл бумажку. На ней всего одно слово. Маминым почерком. Он узнает его из тысячи. — Грейнджер! — крикнул он и побежал по лестнице. Подошёл к её комнате и постучал. — Грейнджер! — Да что ещё? — спросила она, пока открывала дверь. Он протянул ей записку и сказал: — Это точно от матери. Её почерк я узнал бы точно. Только что её филин прилетел, — он начал отвечать на вопросы, которые могли появиться у Гермионы. Грейнджер открыла записку, а там красивым почерком было выведено одно слово: Италия.