Медленная смерть

В комнате царила тишина. У Гермионы не было слов. Она хлопала глазками и не понимала, что Малфой хочет сказать. Гриффиндорка ещё раз уставилась в письмо, словно не верила своим глазам. Дорогой Драко, Я не могу не сообщить тебе такие новости. Мне повезло, что легилименцию не разрешили. Но Веритасерума никто не отменял. Я не знаю, смогу ли выдержать такую нагрузку на разум. Тем более, мне писал Кингсли и он что-то задумал. Поэтому я прошу тебя! Сама я этого сделать не могу: за всеми моими действиями следят, в особенности за тем, что я делаю с помощью палочки и магии. Слушание дела пройдёт в первых числах ноября. У тебя есть время! Рецепт антидота в конверте, Твоя мать, Нарцисса Гермиона помотала головой и взяла в руки рецепт. Он оказался несложным, но варить его долго. Однако время есть, и надежда тоже! — Но как ты себе это представляешь? — Гермиона задалась вопросом. — Ну что тут непонятного, Грейнджер? Мы сварим этот антидот и после Хэллоуина я передам его матери, — улыбнулся Драко. — Делов-то! — это был сарказм. — Ну, сварить я это, конечно, смогу, но где ты возьмёшь ингредиенты? — Гермиона потрясла перед ним рецептом. — О, об этом ты не беспокойся! У меня есть деньги и Блейз со связями, — намекнул он. Гермиона задумалась. Это ведь правда может сработать и его мать останется на свободе. А что он там говорил про второй "плюс" всего этого? — А второе что? — она подняла голову и посмотрела ему в глаза. — А я думал ты умнее, — Гермиона от этих слов опешила, — Да ладно, Грейнджер, не удивляйся! — Да что ты говоришь! — Грейнджер взмахнула руками. — Я говорю, что знаю свою мать. И знаю на что она способна. Ты не заметила ничего в письме? — Драко наклонил голову и прищурился. — Давай, говори уже, — она не выдерживала. Драко посмеялся и продолжил: — Она знает, где он, — пауза, — Если проще говорить, — Драко ухмыльнулся. Гермиона свела брови и шире распахнула глаза: — А если не проще? Драко возвёл глаза к потолку и начал ей объяснять: — Ну не тупи, а? Она бы не стала так переживать, это и дураку понятно. Значит, она что-то скрывает. И пишет мне, потому что я ей точно в помощи не откажу и всегда поддержу, даже если вдруг она скрывает преступника. Гермиона поняла, кивнула и добавила: — Или двух преступников! — Бинго, Грейнджер! До тебя дошло! — Драко демонстративно похлопал в ладоши. Гермиона скривилась, мол: "не начинай, а?". Она задумалась. Грейнджер закусила губу и положила палец на щеку, постукивая. Драко смотрел на неё; вспомнил, когда она последний раз так закусила губу: кажется... на нём! Малфой мысленно взвыл: "Грейнджер, не заставляй меня идти в холодный душ. В который раз... после твоих выходок." — Но постой! — Грейнджер что-то задумала. — Что ещё? — лениво ответил Драко. — А как ты собираешься добыть информацию у матери? Ты же не будешь её шантажировать? — Гермиона покосилась на него. — Господи, нет, Грейнджер! Я что, по-твоему, идиот? Я знаю маму: она просто не сможет остаться в долгу. Вот и всё! Гермиона кивнула. Это действительно их шанс. Она была в этом деле с самого начала. Уже была пропитана им, когда только его письмо прочитала. Хоть он и попросил её о помощи гораздо позже. Ей от чего-то хотелось ему помочь. И не потому, что это он, а потому, что это, в первую очередь, человек, который беспокоится о своей семье. Какая бы она ни была. Ей ли не знать, что такое — беспокоиться о близких. А сейчас есть главное задание, которое решит всё: Сварить антидот. Чего бы это ни стоило.

***

Прошло две недели. Гермиона и Драко часто прогуливали патрулирование. Они сидели и варили зелье. Если Грейнджер замечала, что его нет на уроке, значит пошёл за каким-нибудь ингредиентом. Блейз тоже активно помогал. Более того, он тоже начал кивать Грейнджер за завтраком. Всё-таки, как говорится, совместное дело сближает. Джинни каждый раз вздыхала, как только Гермиона смотрела на Драко в Большом зале. Она пообещала Гермионе не рассказывать Гарри и Рону об их странных отношениях. Грейнджер была очень благодарна ей за это. И сейчас, в пятницу, вместо патрулирования Грейнджер и Малфой сидят в кабинете Снейпа. Им нужен ещё один ингредиент. Его не было в рецепте, но Гермиона знала, что он ускорит процесс. Зелье было почти готово, но ему надо настояться. А антидот сам не успеет довариться до окончания лунного цикла. Драко стоял около двери и прислушивался идёт ли кто-нибудь. Гермиона быстро проверяла все стеллажи и коробки в поисках нужного ингредиента. — Господи, Грейнджер, Снейп меня убьёт за это! Давай быстрее! — он начинал нервничать. — Неужели Драко Малфой боится своего декана? — протянула Гермиона и усмехнулась. Драко бросил тихое: "ничего я не боюсь!" И Гермиона ответила: — Да всё будет нормально. У меня есть мантия. Я у Гарри одолжила. — Золотой мальчик расстался с любимой игрушкой? Похвально, Грейнджер! Как ты его уговорила? — Драко начинал шутить. — Не язви, а стой на шухере! — быстро кинула Гермиона. — На шу.. что? — Неважно, просто стой там! Драко фыркнул и задался вопросом: — А почему мантия, а не дезиллюминационное заклинание? Гермиона закатила глаза, но ответила: — Потому что, Малфой, чары можно снять взмахом палочки, а мантию только стянуть физически. И то если знаешь, что кто-то прячется, — она выдержала паузу и крикнула: — Нашла! — Вот теперь твоя мантия и пригодится. — Что? — она вышла из подсобки. — Вытаскивай, говорю! Там идёт кто-то! По шагам слышу: Снейп, — он закрыл дверь в кабинет взмахом палочки и затолкал Грейнджер обратно в подсобку. — Но зачем ему ночью идти в свой кабинет? — сказала Гермиона спотыкаясь о коробки, — Ай, больно! Не толкайся! — Сможешь говорить так, когда будешь подо мной, — спокойно ответил Драко. — Малфой! — она, топнув ногой, злобно на него покосилась. — Что? — он улыбнулся. — Ты неисправим! Вот что! — после этих слов они "исчезли" из кабинета Снейпа. Из-за того, что под мантией было мало места, Драко стоял сзади и держал Гермиону за плечо. Как только их тела соприкоснулись она вздрогнула, а Драко ухмыльнулся. Потом послышался тихий щелчок и топот. Это действительно был Снейп. Он ходил по кабинету, но в подсобку не заходил. Сердце Гермионы билось в агонии в грудной клетке. Драко видел как она напряжена рядом с ним: тело неподвижно, дыхание сбилось и сердце трепещет. Он решил снять её напряжение. И своё в придачу. Потому что у него уже — мать твою! — стоял! Как только она это почувствовала - попыталась отодвинуться, но он не позволил и схватил её за талию обеими руками. Она хотела что-то сказать: — Малфой, нет.., — шепнула и закрыла глаза. А он только приложил ладонь к её рту, наклонился над ухом, медленно и соблазнительно прошептал: — Тсс... Ты же не хочешь чтобы он услышал?.. — он взял её руку и указал на дверь. Гермиона сглотнула ком в горле и закрыла глаза. Драко одной рукой держал её за талию, а другой убрал волосы в одну сторону и поцеловал её шею. Он знал, что она любит это. Уже знал. Из её рта вырвался хриплый стон, когда он проложил дорожку из поцелуев от шеи к плечу и обратно. — Я ещё ничего не сделал, а ты уже вся горишь.., — прошептал Драко ей в ухо. А она от этого вся покрылась мурашками. За стеной были слышны какие-то шорохи пергаментов, открывались и закрывались дверцы шкафов, стук стекла бутылок. Но сейчас им было не до этого. Сейчас для Гермионы существовали лишь его губы на её шее, горячее дыхание и руки блуждающие по хрупкому телу. Она повернула голову вбок и искала его губы своими, но он не поддавался. Поцеловал только в щёку. Его руки опустились ниже и он рывком выдернул полы её блузки из юбки. Руки полезли под ткань. Как только его ладони коснулись уже разгоряченной кожи, Гермиона выдала полноценный стон. Драко поцеловал её в щёку и начал подниматься выше. Когда руки достигли своей цели, он сжал её напряжённые соски. В этот момент Гермиона выдала ещё один стон и выгнулась, тем самым прижимаясь сильнее ягодицами в бёдра Драко. Он тихо рыкнул от этого действия. Он наслаждался. Гермиона была такой податливой. Сама выгибалась и шла навстречу его рукам. Её нежная кожа пылала, а сердце выскакивало из груди. Драко вынул одну руку из-под её блузки и медленно опустил её на бедро. Гермиона закинула голову. Драко начал медленно поднимать подол её, на удивление, недлинной юбки. Он гладил кожу её бёдер, а она тяжело и горячо дышала. Драко не останавливался: положил руку на внутреннюю сторону бедра и начал подниматься выше. Медленно. Плавно. Осторожно. Будто дразнил. Но даже не дотронувшись до заветного места, он чувствовал. Чувствовал её влагу. Горячую влагу. Он знал... Она хочет его. Она хочет не Малфоя, она хочет Драко. И он это понимает. И принимает. А губы сами говорят... нет, ласково шепчут: — Мерлин, да ты уже вся мокрая.., — так тихо, на ушко. — Зат... кнись.., — хриплый стон и улыбка выдают её: это сарказм. Из соседней комнаты послышался тихий щелчок. Значит, Снейп ушёл и закрыл дверь. Драко уже расслабился и потянулся к белью Гермионы, но она схватила его за руку. Скинула с них мантию, резко обернулась и, поймав за зелёно-серебристый галстук, потянула на себя. Да так резко, что брошь в форме змеи слетела с его галстука на пол. Но Драко не заметил этого, так занят он был. Гермиона заглянула в глаза и медленно протянула: — Не делай так больше.., — она не злилась, нет. Она дразнила. Потому что... Поцеловала. Страстно и глубоко, проникая внутрь. Их языки и тела столкнулись. Гермиона прижалась к нему всем своим телом, чувствуя его, напряжённый от возбуждения, член. Она мягко и медленно отпрянула от него, улыбнулась и сказала: — Пошли, герой-любовник. У нас ещё зелье не готово, — и вытолкала Драко из подсобки, не дав даже слова ему сказать. А сама вернулась и осмотрела комнату. Взмахнула палочкой и сказала: "Люмос". Нагнулась и подняла с пола его брошь. Посмотрела на неё, ухмыльнулась и убрала её к себе в маленький карман юбки. "Слизеринец до мозга костей!" — подумала она и вышла из подсобки.

***

Гермиона стояла перед зеркалом в спальне Джинни. Она всё ещё сомневалась, стоит ли ей идти в этом платье на бал или нет. Джинни всё скакала около неё и говорила, что Гермиона божественна в нём. Да, оно красивое, и она была в нём о-очень красивая. Но Гермиона думала, что оно слишком откровенное. А образ её был действительно шикарен. Шёлковое, цвета неба, платье в пол обтягивало её тело, но не слишком: не выглядело вульгарно. Были видны прелести девичьего тела: небольшая грудь, выглядывавшая из-под шёлковой ткани, тонкая талия и не очень широкие бёдра. Платье висело на тонких бретелях на плечах, открывая изящную шею и ключицы. Волосы ниспадали на плечи и спину большими локонами. Сегодня Гермиона не была лохматой. Серебряные серьги и такого же цвета босоножки подчёркивали и дополняли её образ. И главный атрибут бала-маскарада — маска. Она была под цвет обуви и с голубой лентой. Маска была маленькой и лёгкой, Гермиону сразу узнают за ней. — Джинни, я не зна-аю.., — протянула Гермиона. Младшая Уизли только вздохнула и возвела глаза к потолку. Она уже не знала, как можно уговорить её, поэтому пошла на хитрость: — Если ты не знаешь, понравишься ли ему, то уверяю тебя: точно понравишься. Ты даже слепому, блин, понравишься! — Никому я не хочу понравиться, — Гермиона зарделась. — Ага, конечно! Так я и поверила, — Джинни поставила руки по бокам, как делала только миссис Уизли. Всё-таки яблоко от яблони. Джинни выдержала паузу и добавила: — Ты всё-таки главная староста и должна выглядеть потрясно! Гермиона только вздохнула и кивнула. Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться. Посмотрим, что из этого выйдет.

***

Драко стоял перед зеркалом в спальне Блейза (какое интересное совпадение!). Он решил особо не выражаться в одежде в этом году. У него была одна цель: чтоб его сегодня не узнали. Все, кроме Блейза. Драко ещё раз поправил лацканы белого пиджака. Черная рубашка и такого же цвета брюки сидели идеально. Бабочка украшала шею,а начищенные туфли подчёркивали образ. Но это всё было неважно. Главное — маска. Она не была большой или тяжелой. Она просто сделала так, чтоб его не узнали. Блейз не вытерпел этого созерцания себя любимого и скривился: — Ты как баба, ей-Мерлин! Мисс Малфой, заканчивайте прихорашиваться, принц на белом коне ждет у входа, — съязвил Забини и рассмеялся. — Всё сказал, умник? — ответил Драко, поправляя бабочку. — Ну вообще-то нет. С кем-нибудь идешь? Я с Дафной, например, — он явно на что-то намекал. — Нет, я одинокий волк, — Малфой тоже съехидничал. — Ты всё-таки отшил Пэнси? — Блейз удивился. — Я ей сказал правду: это был просто секс, — Драко развёл руками. — Э-эх, Малфой, Малфой, не умеешь ты с девушками обращаться, — Забини покачал головой. — Ты про тех, кто стонет моё имя во время оргазма? — Драко съязвил, но потом добавил: — А что я должен был ей сказать? Извини Пэнс, я разлюбил тебя, так и не полюбив? Нет! Я сказал ей правду! — сказал, как отрезал. — Да ладно, не заводись ты, — сказал Блейз, ухмыльнулся и уже тише добавил: — А что там Грейнджер? — Ничего! — Драко разозлился; ему не нравились такие вопросы. — Да-да, конечно! Тебе разве не интересно как она одета будет? — Блейз заиграл бровями. — Мне интересней, как она раздета будет, — сказал Драко и стукнул себя по лбу за то, что не думает, что говорит. Глаза Блейза полезли вверх, а Драко быстро кинул: — Забудь! — Такое не забудешь! Да что ты, как маленький? Возьми уже быка за рога, — сказал Блейз, а одна бровь Драко поднялась вверх; он не понял к чему клонит друг, — Ну, в твоём случае Грейнджер за... — Заткнись! Не хочу слышать этого! — скривился Драко. — Да чего вы бегаете друг от друга? Вроде не на третьем курсе. Думаешь я не вижу ничего? Как она смотрит, как ты смотришь. Нашим-то я могу пудрить мозги, говоря что это всё им мерещится, а что делать с бóльшей частью Хогвартса? Драко это осточертело. Он подошёл впритык к Забини и прошипел ему в лицо: — Заткнись! Я ещё раз повторяю, для тугодоходящих. Это. Не твоё. Дело! Уяснил? — Ты неисправим, Малфой, — Забини снова покачал головой. — Я тебе говорю: заткнись. Иначе - пожалеешь, — Драко отошёл от него и сказал: — Лучше помоги мне. — С чем? — У меня есть одна идейка, — ухмыльнулся тот. — Просвети меня. — Ты знаешь заклинание по изменению цвета волос?

***

Большой Зал всегда преображался на праздники. И этот день не стал исключением. Под потолком левитировали тыквы-светильники. В этом году урожай Хагрида был хорошим. Два больших стола, стоявшие по краям зала, уже были заполнены праздничным ужином. Ученики слонялись вокруг и что-то обсуждали. У всех были разнообразные и необычные костюмы. Кто-то опять запустил очередную игрушку из магазина Уизли и профессор Флитвик его отчитывал. Макгонагалл смеялась над чем-то с Дамблдором. Снейп стоял с ними, но на его лице и мускул не дрогнул. В этом весь Северус. С минуты на минуту должно начаться торжество. Гарри, Рон, Джинни и Луна стояли и обсуждали происходящее. Но Гарри посмотрел на часы и обратился к своей девушке: — А где?.. — он не договорил. — Она придёт, не переживай, — Джинни легко похлопала его по плечу и рассмеялась. — Господи, как ты её только терпишь? — Рон задал вопрос другу, но за него ответила Джинни: — Тоже самое могу спросить у Луны про тебя! — она нахмурилась. Они дальше продолжили спорить, а в самом углу за гриффиндорцами следили два слизеринца. Блейз спросил: — А где Грейнджер? Вы же бал открываете, нет? Танцевать научился? — в который раз он поддел Драко. — Я не буду. Я же говорил: сегодня меня никто не узнает, — Драко указал на свои волосы. Те стали каштановыми. — И как они без тебя справ.., — Блейз открыл рот от удивления и добавил: — Бог ты мой! Не оборачивайся! Но Драко не послушал. Никто в такой ситуации не слушает, согласитесь. Он повернулся. Ох, лучше бы он этого не делал. Потому что в зал зашла... нет, заплыла она. Драко обомлел. Ему показалось, что Блейз его придержал, чтобы тот не упал. — Это Грейнджер? Это Грейнджер, твою мать! — Блейз не сдержался, — Знаешь, я тебе уже завидую. Да вы гляньте только! — Ох-ре-неть! — только и мог сказать Малфой. — Это всё, что ты скажешь? — но вопрос полетел в пустоту, так как Малфоя уже не было. Макгонагалл увидела, что Грейнджер уже пришла и помахала ей рукой, чтобы та подошла к ней. Гермиона быстро поприветствовала друзей и двинулась к профессору. Пока она шла, на неё даже девушки смотрели с открытыми ртами. Она, в который раз, пожалела, что надела это платье. Гермиона слышала обрывки фраз, которые до неё долетали: "Это Грейнджер? Откуда у неё деньги на такое? Я у нас таких платьев не видела". Ещё бы не видела! Это подарок родителей, а значит маггловский. Когда Гермиона подошла к Минерве, та посмотрела на неё и бросила: "Какая ты красивая...". Гермиона вежливо улыбнулась и Макгонагалл продолжила: — А где мистер Малфой? Уже время на подходе. — Я не знаю, я его сегодня не видела, — Гермиона огляделась по сторонам и уловила взглядом глаза Блейза, а тот лишь покачал головой. "Где его носит?" — Ладно, у нас нет времени ждать, — сказала та и поднесла палочку к горлу и её голос стал громче: — Мистер Забини, идите сюда. Забини был ошарашен и этого не скрывал: — Я? Зачем? — Выручите своего лучшего друга и откройте бал с мисс Грейнджер, — Минерва улыбнулась, а Грейнджер и Забини переглянулись. С зала послышались улюлюканья и фразы: "А можно я?" и "Да, если она в этом платье, то и я не против!" Блейз понял, что если он ничего не сделает, то Драко этим хотелкам руки поотрывает. Поэтому он начал подходить к Грейнджер и буркнул себе под нос: — Вот скотство! Малфой, я тебе припомню это. Дамблдор поприветствовал всех студентов и поздравил с праздником. Заканчивая свою речь, он добавил: — А сейчас бал откроют староста девушек Хогвартса и староста факультета Слизерина. Прошу: Гермиона Грейнджер и Блейз Забини. Гермиона и Блейз встали на свои места. Забини положил одну руку на её стан, а другой придерживал её руку. Когда музыка началась они начали двигаться и Блейз бросил: — Мне Малфой за это руки оторвёт, Грейнджер. — Это ещё почему? Ему плевать на меня, можешь успокоиться, — она фыркнула. — Ты ошибаешься. Помнишь ситуацию с Ноттом? Ну, конечно, помнишь. Как можно не помнить попытку собственного изнасилования? Так вот. У бедняги Тео до сих пор челюсть болит и он обходит стороной Драко. Гермиона опешила. Так вот куда он тогда пошёл. Он защитил её и заступился. Хоть и кулаками. Приятное чувство разлилось внутри неё. — Я надеюсь об этом весь Слизерин не знает? — Гермиона сощурилась. — Нет, успокойся. Мы хоть и слизеринцы, но о таком не рассказываем, — сказал Блейз, продолжая вести Гермиону в танце. — Всё, я не хочу об этом даже вспоминать. Переведи тему, — Гермиона скривилась. — На какую, например? То, что сейчас мой дорогой друг меня подставил, а потом ещё и прибьет за это? Чёрт, решите уже наконец, что творится между вами! — Блейз сорвался. — Ничего между нами нет, — спокойно ответила она. — Ага, конечно, а трахает он тебя просто так? — Забини ухмыльнулся. — Заткнись, Забини! Он не.., — не договорила. — Не ври, ладно? И в пятницу в подсобке Снейпа это тоже - ничего? — он явно давил на Грейнджер. — Ты что, мамочка ему, что он о своих похождениях рассказывает? — Гермиона уже злилась. На Забини за то, что такое говорит. На Малфоя за то, что язык распускает. — Нет, он рассказывал, что потерял подарок матери - брошь, и проболтался. Говорил, что в пятницу она ещё была у него. И не язви, а прими за факт! — И какой же? — Гермиона уставилась на него. — Вы трахаетесь! — Нет! — отчасти это была правда, потому что после библиотеки ничего не было. — Ой, всё, Грейнджер, мне лень с тобой спорить, — он скривился, — Но запомни: ты можешь врать мне, ему, дружкам своим, но не себе! — Всё, прекрати, хватит! — Гермиона прервала его тираду. — Что, Грейнджер, правда уши режет? — Нет, ваш слизеринский снобизм! — выпалила на одном выдохе. С последними движениями музыка прекратилась и они отошли друг от друга. По залу прокатились аплодисменты.

***

После праздничного ужина начались танцы. Даже профессора веселились. Гермиону много раз приглашали разные парни и она не смогла отказать, так как она староста. Но было одно но. Она весь вечер не видела Малфоя. Гермиона хотела уже пойти и спросить кого-то или поискать самой, но не хотела, чтоб все узнали, что он её волнует. За это время Гермиона успела потанцевать с Роном, Гарри, парой однокурсников и с ребятами с младших курсов, даже Кормак выпросил один танец. Сказал, мол: "Подари мне этот танец и я тебя отпущу". Врёт! Он и дальше будет бегать за ней. Ну и пусть! Гермиона согласилась на танец и всё прошло хорошо. Так, как сегодня, Гермионе не было весело уже очень давно. Они с Джинни хохотали так, что все ученики оборачивались посмотреть, что же там такое смешное. К ней подходили многие девушки и говорили — "платье отпад!", парни — "ты очень в нём красивая!", а Гермиона всё улыбалась и благодарила. Вот и потихоньку подходил к концу праздник и оставался последний танец. Минерва поднесла палочку к горлу и её голос снова стал громче: — Ну что, остался последний танец. Прошу, парни приглашают девушек на медленный танец! — и аплодисменты вновь волной прошлись по залу. Гарри сразу потащил Джинни на танцпол. Рон с Луной подтянулись следом. Вдалеке Гермиона увидела Забини и старшую Гринграсс. Даже Дамблдор пригласил Макгонагалл, что стало открытием вечера. Симус пытался уговорить Лаванду, но она и сама была не против. Гермиона стояла около стола и что-то пила. Ей было всё равно. Она смотрела на Джинни и улыбалась. Она радовалась за подругу, ведь у той есть любящий человек. И сама Гермиона понимала, что ей тоже этого не хватает. Она могла, конечно, забыть про всё это и обложить себя книгами с ног до головы, как делала это раньше. Но она повзрослела. Она смотрела на все эти парочки и не заметила, как по щекам потекли слёзы. Она смахнула их рукой и потянулась за очередной порцией выпивки. С первым глотком она скривилась. Видимо, в пунш подлили алкоголь. Ну и пусть! Пускай напьется! Может легче станет? Гермиона не знала сколько выпила и сколько слёз пролила к тому моменту, как к ней подошёл какой-то парень. Она посмотрела на него и не могла понять, кто это. Попыталась сморгнуть слёзы, но даже это не помогло. Он протянул ей руку и указал на танцпол. Она начал махать головой в отрицательном ответе. Парень не выдержал и сказал: — Пошли, хватит напиваться, — и не дожидаясь ответа, взял её за руку и потащил почти на середину танцпола. Гермиона пыталась узнать его по голосу, но лишний алкоголь и музыка не дали ей этого сделать. Он положил её руки себе на плечи, а сам взял её за талию. Как только Гермиона подошла ближе она всё поняла. Всё! Этот запах не спутать ни с чем. Эти плечи, ритм дыхания, эти руки на её талии. Она никогда не перепутает его. Драко. Из глаз полилось ещё больше слёз и она припала к его груди щекой. Он не понял, что случилось, но виду не подавал. И тут она прошептала: — Я знаю, что это ты... Он ничего не ответил, только притянул её ближе. Так, как только он делал. Ей казалось, что мир остановился, что здесь больше никого нет и они здесь одни. — Но откуда? — Драко задался вопросом. "Ещё спрашиваешь? Да я тебя везде узнаю! И плевать на маску и волосы другого цвета. Этот запах я ни с чем не спутаю. Эти касания. Движения. Походка. Умелые руки. Широкие плечи. Я узнаю тебя из тысячи!" — хотелось ей ответить. Но она просто сказала: — Просто знаю, — и улыбнулась. Мозг Драко отказывался в это верить. Он, посреди Большого Зала, перед всем Хогвартсом, танцует медленный танец с Грейнджер. Вау! Кому расскажешь — не поверят. Они ещё немного так помолчали, наслаждаясь друг другом, когда Гермиона подняла голову и посмотрела ему в глаза: — Где ты был? — так тихо и спокойно спросила. — Неважно. Сейчас я здесь, — также тихо и спокойно ответил Драко. Сейчас они больше походили на влюблённую парочку, нежели на школьных врагов. И это забавляло Гермиону, но беспокоило Драко. Но что сделано, то сделано. И он ни о чём не жалеет. Драко притянул Гермиону ближе к себе и обнял её. Она снова положила голову ему на грудь и они продолжали медленно покачиваться в такт музыке. Гермиона видела, как на них смотрят. Все были в недоумении с кем она танцует. Только Блейз и Джинни знали правду. Да, Джинни сразу поняла всё. Гарри её спросил: — Эй, а кто это с Гермионой? — и указал подбородком в её сторону. — Не знаю даже, — Джинни соврала и выдохнула: — Может это её тайный поклонник? Гарри пожал плечами и пообещал Джинни спросить Гермиону об этом. Больше они не возвращались к этому вопросу. Гермиона наслаждалась. Это, наверное, лучший вечер в её жизни. На душе так спокойно, а сердце бьётся быстрее от его близости. Он крепко её обнимает, не боясь, что она оттолкнёт его. А она и не хочет этого. Она заслужила это. Она заслужила спокойствие и тишину. Драко знал, что такого момента больше не будет. Что всё это когда-нибудь прекратится. Он уткнулся носом в её волосы и вдыхал этот аромат. Она пахла сладостью. Чем-то вкусным, но не слишком приторным. От неё не исходил аромат дорогих душных духов, от которого плеваться хотелось. Так пахли его бывшие: резко и вызывающе. А вот Гермиона пахла невинностью. И Драко это притягивало. Ему захотелось что-то ей сказать: — Тебе очень идёт это платье, — прошептал он ей на ухо и почувствовал, как она покрылась мурашками и покраснела. — Спасибо, — она улыбалась, как дурочка. Она никогда не видела Драко таким. Гермиона знала, что сейчас прекратится музыка и он уйдёт. Поэтому прижалась к нему ещё сильнее: она не хотела его отпускать. — Лучше не делай так, Грейнджер, — эта фраза была двузначной. Гермиона только хихикнула, но ни на миллиметр не отошла. Ему тоже хотелось, чтобы она не отходила.

***

После того, как музыка закончилась они мягко отстранились друг от друга, Драко кивнул и скрылся. Гермиона смотрела ему вслед и легко улыбалась, когда подошла Джинни. Гермиона первой нарушила тишину между ними: — Джинни, я.. — Ничего не говори, — Джинни перебила её. — Джинни... — Я им не скажу, — она выдохнула и улыбнулась. — Спасибо, — Гермиона посмотрела подруге в глаза, а потом обняла её. Джинни ответила на объятие, похлопав Гермиону по спине. Торжество закончилось, Дамблдор поблагодарил всех за присутствие и пожелал всем доброй ночи. — Ну что, идём? Я так устала. Наверное у тебя сегодня останусь, — Гермиона скривилась, она действительно устала. — Хорошо, конечно, — стоило им выйти из зала, как Гермиона вздрогнула: — Вот блин, я сумочку забыла! Иди, а я потом догоню, — Гермиона махнула рукой. — Ладно, — Джинни повела плечами и ушла. Гермиона вошла обратно в зал. Никого уже не было, почти. Эльфы помогали убираться и снимать украшения. Она отыскала свою сумку и поспешила удалиться. Грейнджер шла по коридорам Хогвартса и забрела в коридор с кабинетами для занятий. Послышался какой-то шорох. Всё произошло очень быстро и она даже не поняла, что случилось. Открылась дверь одного из классов, её схватили за руку и закрыли рот, чьи-то руки потянули её на себя и она оказалась в кабинете. — Какого чёрта? — вырвалось у неё изо рта, а когда появилось хоть немного света она вздрогнула: — Малфой, что ты хочешь? Ну кто бы сомневался? Драко Малфой - собственной персоной. И что ему от неё нужно? — Тебя! — его глаза заблестели. — Чего? Ты с ума сошёл? Открой дверь немедленно! — Гермиона пошла к двери. — Это ты ко мне прижималась, как сука течная, а не я! — он крикнул и приблизился к ней. Гермиона опешила от этих слов. — Малфой, не забывайся! И открой дверь, в конце концов! — злость искрилась в её глазах. Он смотрел на неё и удивлялся. Удивлялся тому, какая она красивая даже когда злится. Как вздымается её грудь от сбитого дыхания. Щёки наливаются румянцем. Ему хотелось зацеловать её до потери сознания. Или затрахать, что лучше в его ситуации, потому что он еле сдерживался. Но ему так надоели эти игры, которые она с ним вела, что он тоже решил поиграть с ней. Поэтому он поднял руки в знак капитуляции, открыл дверь и сказал: — Прошу, мисс, — чуть наклонился и махнул рукой. — Спасибо, — Гермиона ушла, даже не оборачиваясь. Драко улыбнулся и остался стоять в кабинете. Он отсчитывал секунды, минуты. Он делал это неосознанно. Малфой опёрся на одну из парт, сложил руки на груди и закусил губу. Но ждать пришлось недолго. Через пару минут в кабинет влетела Грейнджер и почти что прошипела: — Я тебя ненавижу! — и накинулась на него в жадном поцелуе. Он только хмыкнул, поднял Грейнджер за талию и усадил на стол. Драко обхватил её лицо руками и начал целовать губы, нос, щёки, а потом начал спускаться к шее. Гермиона запрокинула голову, оголяя больше участков кожи для него. — Подожди, — она отстранилась, достала палочку и взмахнула ею. Волосы Драко опять стали светлыми и с лица пропала маска. Свою она уже давно сбросила, — Так лучше. — Фетиши, Грейнджер? — Драко ухмыльнулся. — Нет, просто так лучше, — сказала она и он продолжил её целовать. Она каждый раз вздрагивает и улыбается, когда его губы касаются её шеи. Мурашки по всему телу это уже привычное дело, когда Драко дотрагивается до неё. Весь мир рушится и снова поднимается; и так по кругу. И так быстро, как бьются их сердца: в одном ритме. Драко начал задирать подол её платья. Он путался в нём и ругался, а Гермиона смеялась, целуя его. Когда препятствие было преодолено, он провёл руками по её бёдрам вверх, потом выше, ещё выше, аж до талии провёл и кое-что понял. Драко быстро вытащил руки из-под платья и потрогал её грудь. И теперь точно кое-что понял. Она без белья. Вообще. Драко отстранился и заглянул Гермионе в глаза: — Ты дурная, что-ли? — взгляд был не злым, но Малфой был явно недоволен её "выходкой". Гермиона виновато улыбнулась и протянула: — Ну это же шёлк: сквозь него просвечивается всё, — и потянулась к его губам, но он не позволил. — Вот именно, просвечивается всё! Теперь я понимаю Блейза, когда он сказал, что я тебя убью за это платье. Да эти глазастые ещё попляшут у меня, — Драко говорил о тех, кто танцевал с Гермионой в этот вечер. — Ну не ревнуй, лучше поцелуй меня, — Гермиона сама обхватила его за шею и поцеловала. Влажно. Глубоко. — Да Вы пьяны, мисс Грейнджер, — ухмыльнулся Малфой. И снова запустил руки ей под платье. Он начал гладить её бедра. — И от этого, мистер Малфой, у Вас стоит на меня не меньше, — ответила она и стянула с него пиджак и начала расстёгивать его рубашку. Драко уже ничего не слышал и не ответил. Он просто хотел... в нее. Сейчас и немедленно! В такую влажную и раскрытую. Для него! Вся она только для него. Там был только он. Ни Поттер, ни Уизел, ни чёртов Маклагген. Только он, Драко Малфой. Гермиона закончила расстёгивать рубашку и скинула с себя босоножки быстрыми движениями. Она обвила ногами бёдра Драко и притянула его к себе за края рубашки. Медленно и соблазнительно прошептала ему прямо в губы: — Я хочу тебя, — и впилась в него в жарком поцелуе. Драко аж оторопел. Либо это алкоголь на неё так действует, либо он сам. — Ты удивляешь меня всё больше и больше, Грейнджер, — он уже сам её целовал, а его руки теперь блуждали по внутренней части её бёдер. Когда Драко дотронулся до её клитора, Гермиона застонала и притянула его голову к себе, заставив поцеловать ложбинку на её груди. Он мягко отстранился и вошёл в неё двумя пальцами. Драко хотелось смотреть на неё такую всегда. Гермиона запрокидывала голову и кусала губы, вцепившись ногтями ему в шею, когда темп его движений рукой ускорился. Она стонала от удовольствия. От этих звуков Драко казалось, что он кончит раньше времени, прямо в штаны. Рваные вдохи и выдохи раздавались эхом по кабинету и Драко понял, что она на пределе. Гермиона опять его поцеловала в губы и прошептала быстрое, но такое заветное: "Ну же, Драко..." Её руки потянулись к пряжке ремня и ловкими движениями расстегнули его. Драко сам справился со штанами. Гермиона поцеловала его в шею и оттянула резинку трусов. Когда она схватила его возбуждённый член у основания и провела вверх-вниз, Драко не сдержался: закрыл глаза, рыкнул и прошептал ей на ухо: — Что же ты делаешь со мной?... А Гермиона просто ответила: — Всё, что хочу... Драко рывком опрокинул её на парту и Гермиона опёрлась на локти. Он придвинул её чуть ближе за бёдра и медленно вошёл в неё на всю длину. Совместный стон облегчения раздался по классу. Толчок. К Гермионе пришло понимание происходящего и это заставило её открыть глаза. Она увидела Драко, который старался изо всех сил не кончить так быстро. Она привстала, одной рукой держась за край стола, а другой потянула его на себя за шею и поцеловала. Толчок. Драко ответил на поцелуй, одной рукой держа Гермиону за талию. Ему сейчас было на всё плевать. Пусть хоть сейчас сюда ворвётся Блейз или её дружки - он от неё ни на миллиметр не отодвинется. Да хоть Дамблдор! Ему плевать, потому что сейчас он в ней. Ещё толчок. Драко начал двигаться быстрее, а Гермиона стонать громче. Он провёл пальцами по её губам, слегка задев зубы. За это Гермиона чуть прикусила его палец и улыбнулась, когда он ругнулся. Ему стало плевать на боль. Когда он смотрел на неё, любая боль пропадала, а сердце стучало чаще. Снова толчок. Гермиона целовала его, как в последний раз. Жарко, страстно и влажно. Она ощущала над ним власть, даже когда он в ней. Из его уст вылетали невнятные ругательства, вдохи, выдохи и стоны, а Гермиона наслаждалась им. Смотрела на него и не понимала, как он таким красивым родился. Опять толчок. Он двигался всё быстрее. Гермиона открывала и закрывала рот, в попытке сделать глоток воздуха и найти его губы. Ещё пару движений и всё. Всё! Гермиона кончила. Да ещё и как! Мир рухнул окончательно. А рухнул он у ног Драко, ведь такое наслаждение ещё никто ей не приносил. Волны наслаждения охватили её тело. Драко понял это сразу, так как её мышцы изнутри начали сжимать его. Она вскрикнула и закусила губу почти до крови. Она не сдержалась: — Драко! Да.. А он только улыбнулся и поцеловал её в лоб. Она обмякла, завела руки под его руки и обняла, уткнувшись лбом в его грудь и рвано дышала. Драко погладил её по волосам, продолжая двигаться в ней. Драко больше не мог сдерживаться, когда она рядом. Такая податливая и лежит на нём, пытаясь отдышаться от недавнего оргазма. Через несколько толчков и он кончил, с жадным стоном и словами на губах: — Моя.., — и ещё тише добавил: — Навсегда... Он гладил её волосы и спину. Гермиона, с румянцем на щеках, подняла голову и посмотрела ему в глаза. Он взял её за подбородок и поцеловал. Они тонули в глазах друг друга. Что-то поглощало их с головой. Их сердца бились в одном ритме. Не хотелось отпускать друг друга никуда, но стоять тут, вот так обнимаясь, тоже вечно нельзя. Драко ещё раз её поцеловал и медленно отошёл. Пока одевался, увидел, что Гермиона сидит на месте, смотрит на него и просто улыбается. Он никогда не видел, чтоб она так просто улыбалась, тем более в его присутствии. И Драко бы многое отдал за то, чтобы видеть эту улыбку чаще. Но его терзали сомнения, поэтому спросил: — Что? — и начал застёгивать рубашку. Гермиона выдохнула, слезла со стола и ответила, не прекращая улыбаться: — Ничего, — осмотрела себя и поправила подол платья. Взяла с пола свои босоножки, но не надела их. Драко пожал плечами и потянулся к пиджаку, который лежал на полу. Гермиона поправила волосы и отправилась к выходу. Положила руку на дверную ручку и замерла. Она резко обернулась и зашагала к Драко. Он в недоумении замер. Гермиона встала на цыпочки перед ним. Одной рукой погладила его щёку, а другую щёку поцеловала. Отстранилась, хихикнула и убежала из кабинета. Драко остался стоять в недоумении, но ему понравилось. И он понял: Это ещё не конец.

***

Гермиона влетела в спальню Джинни, вся запыхавшаяся, растрёпанная, с обувью в руках и, главное - с улыбкой на лице. Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Джинни вздрогнула от неожиданности и повернулась к ней. Она сразу поняла по её виду, где была её подруга. — Гермиона.., — она подошла ближе и заглянула ей в глаза. — Ничего не говори, — Гермиона махнула рукой. Джинни только вздохнула и кивнула. Потом прошла к столу, взяла какой-то пергамент и протянула его Гермионе. — Что это? — Гермиона уставилась на подругу. — Прочти, — и указала на бумажку рукой. Гермиона развернула его и прочла. После бала в Выручай-комнате состоится вечеринка для шестого и седьмого курса. Приходите все! Будет алкоголь и танцы. P.s. Профессора об этом не знают. Гермиона подняла голову и сказала подруге: — Знаешь что, Джинни? — подруга смотрела и не понимала, — Собирайся! Мы идём туда!

***

Переодевшись, они пришли и увидели, что людей собралось немного. Больше всего здесь было слизеринцев. Он тоже был. После пятнадцати минут бессмысленных разговоров Паркинсон сказала: — А давайте в правду или выпивку сыграем? — и хихикнула. Всем понравилась эта идея и большинство расположились прямо на полу, усевшись в круг. Посредине стояли бутылки с огневиски и бокалы. Гермиона и Джинни смотрели на всё это со стороны, когда вдруг Дафна крикнула: — Эй, Грейнджер и Уизли, пошли сыграем! Или вы боитесь? — и все слизеринцы начали смеяться. Все, кроме Малфоя и Забини, которые понимали, что сейчас что-то будет. Гермиона пожала плечами и потащила Джинни в круг из студентов. Они сели и подруга спросила: — Что ты делаешь? — Поиграть хочу, — она подняла голову и увидела, что сидит прямо напротив Драко. "Вот дура!" Прошло минут двадцать. Почти всех уже о чем-то спросили. Кто-то отвечал, а кто-то не хотел и вместо этого выпивал бокал огневиски. И тут Паркинсон задала вопрос: — Грейнджер! — та вздрогнула, но уставилась на Пэнси в ожидании, — Ты знаешь, с кем танцевала последний танец? Краем глаза Гермиона заметила, как напрягся Драко. Блейз переглянулся с Джинни и покачал головой. — Нет, — ответила Гермиона. — Врёшь! Ты прижималась к нему! К незнакомцам так не жмутся. — Ну может быть и знаю. И что дальше? — Отвечай! — Нет, Паркинсон, иди к чёрту! — и Гермиона залпом осушила бокал огневиски. По комнате прошлась волна возгласов. — Да как ты смеешь? — Пэнси разозлилась, — Не забывайся, грязнокровка! — последнее слово она будто выплюнула. — Закрой рот, Паркинсон! — это был Малфой. В комнате воцарилась тишина. Блейз стукнул себя по лбу. — Ты её защищаешь, Драко? — возмутилась та. — Нет! Просто закрой рот и не порть мне отдых! — Да пожалуйста! Раз защищаешь её, то может еще и трахаешь? — крикнула Пэнси. Когда Блейз едва сдержал смешок, получил тычок под рёбра от Драко. Драко ничего не ответил и Забини решил спасти ситуацию: — Всё, Пэнси, успокойся! Никто никого не трахает, — а она только фыркнула, — Чего уставились? Играем дальше. Но, кажется, слизеринские девушки затеяли свою игру и Дафна спросила: — Грейнджер, чего же ты? Расскажи, всем интересно! Кто потом снял с тебя то платье? Драко напрягся, а Джинни положила руку на колено Гермионы. Она встретилась взглядом с Малфоем и увидела беспокойство в его глазах. Все в комнате смотрели на неё. Все до единого. И Гермиона приняла правильное решение. Она выпила ещё один бокал, но не ответила. По комнате разошлись улюлюканья и Монтегю задался вопросом: — Интересно, интересно! Кто же посмел трахнуть заучку-Грейнджер? Бу-ум! Вот так вопрос! Но кто на него ответит? Никто? Ну и ладно. — Монтегю, закрой рот! — вклинилась в разборки Джинни. — Джинни, не надо, они того не стоят, — Гермиона успокоила подругу. Кто-то ещё шептался на эту тему, но Грэхэм обратился к другу: — Малфой, ты чего молчишь? Тебе разве не интересно, кто присунул зубрилке? Малфой обернулся к Грейнджер, смотрел ей в глаза, но отвечал на вопрос друга: — Да не особо. Мне интересно другое, — и теперь задал вопрос Гермионе, — Тебе понравилось? О, Мерлин! Зачем он спросил? Чтобы удовлетворить своё внутреннее эго? В комнате снова настала тишина. Все ждали ответа. Но Гермиона не растерялась и смело ответила: — Да, понравилось! — и она на миг увидела на его лице улыбку. Все парни такие? Блейз с Джинни переглядывались и им хотелось покрутить указательным пальцем у виска. Ведь только они знали, что за игры устроили Драко и Гермиона. И только они знают всю правду. — Вопросы кончились? — Гермиона оглядела глазами комнату. Никто и слова не сказал и она продолжила: — Вот и отлично! С меня хватит! Гермиона быстро встала и вихрем промчалась вон из комнаты, даже не обернувшись. Джинни проводила её взглядом, потом обернулась и встретилась глазами с Малфоем. Он махнул ей головой в сторону двери, мол: "Иди и присмотри за ней!". Джинни легко кивнула и убежала за Гермионой. Все в комнате молчали. Никто не хотел нарушать тишину, но Блейз, как всегда, пришёл на помощь: — Так, всё! Вечеринка окончена! Всем до завтра! — ребята лениво взвыли, но начали собираться. Малфой со спокойным выражением лица тоже начал собираться и уже хотел уходить, но Забини его остановил: — И теперь ты скажешь, что между вами ничего нет? — Не знаю, Блейз, не знаю, — ухмыльнулся Драко и вышел из Выручай-комнаты. Блейз вскинул руки вверх и ругнулся в пустоту.