Моя милая дурочка Хельга.

      Снег лениво и неспешно падал с неба. Он тихонько оседал на шапках сонных прохожих, на крышах полупустых домов и на велосипеде, который кто-то забыл завезти в гараж. Не было никакой суматохи, ни громких выстрелов, ни криков, ни поражающих сердце слов. Просто тишина, уоторую ждали многие. Темно-голубые лучи скользили по заснеженным тротуарам, усердно напоминая о себе. Они легким касанием утешали подростоков, что любят сидеть дома в теплых носках и пить горячий какао под негромкое бормотание телевизора в гостиной. Все это кажется таким прекрасным, но увы, недостижимым. Электрический чайник уже закипел и громко засвистел, напоминая о себе. Арнольд заварил себе травяной чай, чтобы успокоить нервы. Хотелось уже скорее отойти от всего этого, но как, если оно буквально преследует его каждый день на протяжении нескольких недель, а может и месяцев. Какое сегодня число? Арни до сих пор не нашел способ отслеживать время, ведь даже чертовы часы на стене не шли. Руки до сих пор тряслись, а правый глаз иногда дергался. Он чувствовал себя участником цирка уродов, в котором твоя цель просто выжить или протянуть как можно дольше. С того дня прошло довольно много времени, а легче не становилось. Только вот отчего именно. От разлуки или от несвободы.Подросток невольно коснулся своих и приулыбнулся, ощутив тот самый вкус вишни. На подоконнике сидела его подруга ворона. Она клевала печеньки, время от времени бегая туда-сюда. Иногда останавливалась и стучала по окну. Словно волновалась. — Хельга, ты чего? — Спросил блондин, заметив эту суету. Та повернула голову и гаркнула. Парень подошел к ней и осторожно погладил. Теперь она его единственное утишение. Непонятно, как она нашла Арнольда, но он благодарен ей за это. Ворона приластилась к нему и продолжила свою трапезу. За стеной в соседней комнаты доносились негромкие мужские стоны и мерзкий скрип койки. Это вызывало отвращение. И оно ни на секунду не покидало его. Хотелось просто сбежать отсюда, как можно дальше, но если он это сделает, то эти олухи найдут Хельгу и... От этих мыслей по рукам побежали мурашки. Нет, сейчас нельзя сдаваться. Сорняк вырывают с корнем. Вдруг послышось громкие хлопки, словно аплодисменты. Арни подскочил на месте от неожиданности. — Да чтоб не только язык умудрился себе откусить, — Прошипел подросток и вернулся к небольшому квадратному. столику, что стоял в плотную к стене. Облезлые и грязные обои давили на парня, заставляя невольно вспоминать то время, когда все было хорошо. Это хуже наркотической ломки, которая мучает Шотмена довольно давно. Сейчас его опьянение это прошлое. Арнольд позволил себе окунуться туда и прикрыл глаза. Сразу же почудился аромат печенек бабули Пуки, вечное ворчание Фила, который был недоволен счетом в матче по гольфу. Почудилось тепло родных рук. Девушка смотрела на него с огромной нежностью и гладила по волосам. Аромат ее шампуня казался более чем реальным. — Уснул что ли? — Спросила она грубым мужским голосом и кто-то дернул Шотмена за плечо. Перед ним стоял Джей. Весь потрепанный и вспотевший. От него несло страшно. Пришлось задержать дыхание. — "Уснешь тут, конечно", — пронеслось в мыслях. — Если бы Фиби знала, какой ты конечный ублюдок, — Выплюнул Арни и встал. Захватив кружку с чам, он прошел мимо темнокожего, сильно задев его плечом. Тот покачнулся и придержался за стену, чтобы не упасть. В ответ было молчание, видимо он сам понимал, каким дерьмом является. Если бы Арни узнал об этом раньше... Хотя, кто бы мог подумать, что все будет именно так. Что придется прятаться от полиции, каждую неделю меняя жилье, что придется бояться за жизнь своих родных, как со стороны этих двоих, так и со стороны Гарольда. Про последнего неизвестно ничего. До сих пор много вопросов, но очень мало ответов. Шотмен повернулся в сторону спальни Джеральда и Стинки. Сжав кулак в груди заклокотала ненависть, которую он старательно подавлял. Зубы заскрипели, как только Арнольд вспоминал, что живет с убийцей их друга. — "Ничего, скоро я исправлю это", — Подумал про себя Арни и пошел в свою комнатушку. Единственный уголок, куда не сует нос никто из той парочки геев-садистов. Ворона уже сидела в комнате и стучала в окно — Хочешь прогуляться? — Спросил у нее Шотмен и открыл ей окошко как можно шире. Та благодарно гаркнула и улетела куда-то в неизвестном направлении. — Я тоже хочу, — Шепотом проговорил тот и сел на подоконник. Он наблюдал за редкими машинами, которые проезжали мимо, за снегом, что ложился на асфальт и больше не таял. Он наблюдал за тем, чего раньше не замечал. Если бы ему дали немного больше времени на беззаботную подростковую жизнь. — Интересно, как ты там, простила меня или может нашла кого-нибудь, — Спросил он, чувствуя, как ветер скользит по его бледной коже и студит его чай. На автобусной остановке вышла девушка с черными волосами и одной красной прядкой. Она кого-то искала.

***

— Милая, ты не проголодалась? — Женщина, словно тень, выглянула из-за двери. —Нет, спасибо, — Отмахнулась девушка, плотнее укутываясь в большую черную кофту, которую ей когда-то дал Арнольд*. На ней до сих пор оставались легкие отголоски его парфюма. — Если что-то нужно, я на кухне, кроха, — Заботливо сказала Мириам и ушла. Хельга сидела на подоконнике и смотрела в окно на дерево, почему-то надеясь на то, что увидит знакомый ей силует. Он бы раскачивал ногами, сидя на ветке и внимательно слушал блондинку. Но вместо него, там была ворона. Эта проказница часто сюда прелетала за печеньем. Ей не верилось, что всё так кончится и в глубине души знала, что тут всё неправильно, не сходится. Он не мог вот бросить на полуслове. Патаки провела пальцами по холодному стеклу и прикрыла глаза. — Я батончик "Сникерс", — Тепло улыбаясь, прошептала она*. В голове возникла гостиная в мягком полумраке ночи. Арнольд, сидящий с небольшой книжкой стихов. Он внимательно всматривался в каждую букву и иногда шевелил губами, неслышно поторял некоторые строки. — " Можешь вернуться ко мне домой, когда будешь готов. Я оставила для тебя дверь открытой."* Всё это прервали резким стуком в дверь. Мысли рассыпались и осколками лежали где-то на полу. Девушка выругалась про себя и неохотно слезла с места, на котором караулит уже несколько недель. За дверью стояла её мама и Игги с коробкой конфет в руках. Хельга опешила и не знала что сказать. — К тебе гости, солнышко, — Лицо ее сияло от облегчения и радости. Наконец кто-то сможет вывести её дочь из этого ужасного депрессивного состояния. Ее можно понять, она осень волнуетмя и переживает. — Привет, я могу войти? — С улыбкой спросил подросток, кивая в сторону комнаты. Блондинка медленно кивнула и отошла немного в сторону, давая пройти. В голове не было ни одной мысли, только воспоминания о другом. — Не буду вам мешать, — Отозвалась Мириам и показала своей дочери два одобрительных пальца вверх. После чего тихонько убежала вниз, видимо на кухню. Игги прошел в комнату и мимолетом оглядел её. Вся в нежно-розовых тонах, чистая и пахнет сладкой вишней, так ненавязчиво, так легко. Он заметил, что телефон с одного конца комнаты, переложен на столик у кровати, как и куча газет, открытые на тех страницах, где публикуют либо пропавших, либо найденных, но уже мертвыми. Это немного удивило его, но виду лучше не подавать. Затем он посмотрел на Хельгу. Она потеряла в весе, бледная, с кругами под глазами и с растрепанными распущенными волосами, но ее взгляд был ясным, не пустым или потухшим. Вспомнился недавний разговор с быашей девушкой во время прогулки. Надин сказала, что будет поддерживать с ним дружеские отношения. Несмотрч на то, что до сих пор любит. В груди закололо, но возможности отступить уже нет. — Я принес, вот, думаю, тебе понравятся, — Игги протянул красную и намокшую из-за снега коробку с шоколадными конфетами хозяйке комнаты. — Не люблю шоколад, но большое спасибо, ты пришел, потому что узнал, куда ушла Ронда? Нашел Джеральда или Арнольда? — Вопросы шли одни за другими, но он отрицательно помотал головой. — Решил тебя навестить и сказть кое-что немного другое, но для меня не менее важное — Подросток заметно покраснел, неизвестно, от мороза или смущения. Сердце неровно забилось. Дыхание участилось и весь мир стал намного тише. — Что случилось? — Девушка попраила воротник кофты и села на подоконник. Она разглядывала парня в этих прохладных оттенках дня. Его челка мешала разглядеть как следует глаза, которые явно бы выдали тему разговора. — Я расстался с Надин, мы как-то остыли друг к другу, — Начал он, плюхнувшись на кровать. Из-за чего на пол упало несколько газет. — Мне так жаль, мне казалось, вы любите друг друга, я понимаю как тебе больно — Эти слова остро врезались в грудь. Из-за них запершило в горле, а на глаза вот-вот накатят слезы. — Я влюбился в другую, — На выдохе проговорил Игги, чувствуя, как волнение нарастало с каждой секундой. — В кого же? — Патаки обняла себя за колени и посмотрела мельком на телефон. — Хельга, кажется я люблю тебя, — Эти слова звонко бились о стены и потолок. — Я не могу забыть Арнольда, прости, — Почти сразу ответила она, но почувствовала теплые руки на своих покатистых плечах. Подняв вгляд, она наконец встретилась с его глазами. — Понимаю, но чем я хуже? Нужно двигаться дальше, прошу, дай мне шанс, — Парень говорил совсем тихо, настолько, что дыхание казалось громче низкого тембра его голоса. Добрая тоска осела на светлых ресницах девушки. Как же сильно он был непохож на Арнольда. — Не знаю, я люблю его, — Отозвалась она. Лицо собеседника было ближе и теперь дыхание притаилось на губах, обдав их трепетным жаром, в отличии от дыхания Арнольда. Там чувствовалась прохлада. Такая бывает в лесу осенней ночью, а тут жар, как летним днем. — Всего шанс, — Прошетал он и уже прикрыл глаза для поцелуя, как дверь комнаты резко распахнулась и на пороге стояла мама девушки с горячей выпечкой в тарелке и какао на подносе. — О мой Бог, простите, не хотела мешать, — Женщина перепугалась, чуть не уронив все на пол. — Ничего, я уже ходил, миссис Патаки, — Лучезарно улыбнулся Игги и выпрямился. Блондинка схватила его за край рубашки. Тот остановился и посмотрел на неё. — Обещай, что не бросишь, — Она смотрела не в глаза, а в душу. Так пронзительно. — Обещаю, — Ответил он и поцеловал Хельгу в щечку, после чего поблагодарил за теплый прием и её маму. — Он милашка, — Шепетом сказала Мириам своей дочке, когда тот спустися на второй этаж. — Наверно, — Ответила блондинка и кинула взгляд на стопки газет у кровати. Прошел час, а она так и не двинулась с места. Ей казвлось все это неправильным, но тогда что это было? Мимолетная слабость? Слова Игги не выходили из головы, превращаясь в гул.

***

      Снег шел крупными хлопьями уже несколько дней. Это вызывало праздничное настроение, но не у Хельги. Она не переставала искать парней, не переставала искать зацепки. Привлекать Фиби не было смысла, она нашла утешение в том милом мальчике. Ронда убежала куда-то, может даже бросила. Как-то резко все оборвалось для блондинки. — Может отдохнешь? — Спросил Игги, стоя в дверном проеме, наблюдая, как Хельга обзванивала все больницы, морги и мотели в их небольшом штате. Она аккуратно отмечала крестиком, куда уже звонила и обводила там, где ей не ответили. — Я должна их найти, ты обещал помочь, — Не отвлекаясь от трубки ответила девушка. Да, Игги обещал, но после звонка Арнольда, после того, как он бросил Хельгу, было понятно одно — он в этом или не нуждается, или это может быть слишком опасно. Святым долгом подростка остается уберечь эту малышку от ужасов, от которых пытается уберечь и Арни. — Еще я обещал твоей маме, что позабочусь о тебе, — Игги сел рядом на кровать и осторожно погладил по ее волосам. — Как же Фиби? — Патаки положила трубку и отодвинула блокнотик подальше. — Она сейчас с Брейни, готовят печенье и позвали на выходных в гости, — Успокаивающе отозвался парень и обнял Хельгу. Та в свою очередь провалилась в эти теплые, дышащие жизнью объятья. В них было спокойно и по-настоящему уютно. — Может ты прав, стоит отдохнуть один денек, — Спустя некоторое время сказала блондинки и прикрыла глаза. Только в мыслях перед ней возникал лишь один силует. — Мы могли бы потом поехать в одно кафе, правда оно в паре часов езды от города, — Урчаще предложил Игги, целуя затылок девушки. — Я хочу тогда еще взять Надин, купить там свитера, — После того, как Фиби пепеключила внимание на мальчика, а Ронда сбежала, неожиданно для себя она сблизилась с бывшей Игги. Подросток тихо засмеялся и прижал крепче к груди. — Как скажешь, — Он понимал, что ей нужны новые люди, новые друзья. Самое главное огородить ее от прошлого. Арнольд бы сделал точно также на его месте. — Я надеюсь, он позвонит на Рождество, — Совсем тихо, но с трепетом сказала Хельга. — Конечно он позвонит, — Игги перебирал ее длинные светлые волосы и наблюдал, как она читала газету.

***

      Парень сидел в старом кресле-качалке, выпивая уже которую кружку травяного чая с ромашкой. Это тепло согревало его изнутри также, как мысли о том, что Хельга в безопасности. — Арни? — Из-за двери выглянул Джеральд. Выглядел подросток как провинившийся щенок. Отчего Арнольд невольно напрягся. — Я не буду принимать участие в ваших грязных делах, — Шотмен не знал, откуда деньги на проживание, еду и остальное. Да и знать не хотелось вовсе. Чем бы это не оказалось, не хотелось впутываться. — Нам нужно поговорить, — Пропустив мимо ушей предыдущую фразу, сказал темнокожий. — Было бы о чем, — Из-за большого количества успокаивающего чая, Арнольд чувствовал себя очень сонно. — Ты был прав насчет Стинки, — Джей прошел в комнату и сел напротив, на не менее старый диван, у которого из подлокотника торчала пружина. — Ближе к делу, — Похоже отказаться от разговора не удастся. — Я виноват перед Фиби, перед тобой, перед всеми и хочу рассказать тебе всю правду, — Он с волнением посмотрел на бывшего друга. Тот слушал его очень внимательно. — На самом деле, Стинки младший брат Гарольда. Он помог ему сбежать из тюрьмы, организовал побег и сейчас дает нам деньги, пока мы не заляжем на дно совсем, — Выговорился парень. — То есть за всем этим стоит Гарольд? А убийство Юджина? — Сонливость как рукой сняло, на ее место пришло любопытво и неясное, но очень сильное чувство. — Да, это все Гарольд, но к убийству, — Джеральд запнулся на имени, невольно сглатывая, — он не причастен, так же как и я. — Но как ты тогда тут оказался? Думаешь я поверю в историю на подобии Бони и Клайда? — Наконец хоть что-то начало вставать на свои места. — Я должен огромные деньги одному из парней Гарольда, а он долгов не прощает. Когда я узнал, то что он брат Стинки... — Стой, — прервал его Арни, — как ты это узнал? — Когда я приходил за... — он снова запнулся и опустил глаза. — За чем ты приходил и за что ты торчал денег? — С напором начал допрос Шотмен. Сегодня он выжмет все до последней капли. — За доппингом, — на одном дыхании проговорил он, — когда у нас была игра в первом туре. Арнольд махнул рукой, давая знать, что обработал информацию и готов слушать дальше. Правда осозновать это очень трудно. — Я подслушал тех парней, которые продавали мне его, так и узнал, — На его глаза накатили слезы. Был ли это страх, раскаяние, а может безвыходность, до конца не понятно. Понятно другое - все завязано на Гарольде. — То есть, ты никогда и не любил Стинки? — Тихо спросил Шотмен. В ответ Джей кивнул и закрыл лицо ладонями. — Ну все, эй, скоро это все закончится, я тебе обещаю, — Арни отложил уже пустую кружку и обнял своего друга.