Вижу цель

      Первое, что он ощутил, выйдя из ванной, — прохладу и яркий свет, неприятно бьющий в глаза. Тони прошёл гостиную и уже направился в сторону гардеробной, но тут до него донёсся голос Пеппер. Похоже, она говорила по телефону.       — Милая, когда ты вернулась? — Тони уставился на Пеппер так, словно в её появлении было что-то удивительное.       Она убрала телефон и улыбнулась. На волосах Пеппер блестели капли дождя, а плащ на плечах казался насквозь промокшим.       — Минуты три назад, из-за жуткого ливня встречу с заказчиками пришлось перенести, — она принялась торопливо расстёгивать пуговицы. — Ты собирался принять ванну?       Быстро сообразив, что стоит перед ней разопревший и без майки, Тони рассеянно кивнул.       — Не я, это Питер, он замёрз, так что… пришлось привезти его силой и сунуть в кипяток. Я посидел с ним немного, там чертовски жарко.       Можно было сказать, что пока Питер грелся, он занимался на беговой дорожке, но эта мысль немного запоздала.       — Погоди, Тони, я что-то не уловила, — прищурившись, Пеппер наморщила лоб, — так вы были в ванной вместе?       Понимая, как это всё звучит, Тони старался выглядеть подчёркнуто холодно и невозмутимо.       — Да. Мы разговаривали, а что вообще тебя удивляет? — он выразительно вскинул бровь. — Девочки так не делают?       Его тон, видимо, озадачил Пеппер. Она всё ещё казалась растерянной, но глубокая складка на лбу разгладилась, а взгляд потеплел.       — По крайней мере я — нет. Просто это немного странно.       Она скинула плащ и, неловко потеребив его в руках, бросила на спинку стула.       — Странно моё второе имя, Пеппер, — Тони поднял плащ и направился в сторону прихожей. — Кстати, тебе не попадался галстук, такой серый, в стальную полоску? Я точно помню, что заказывал его у Тома Форда, а теперь нигде не могу найти.       — Поищи в гардеробной, — Пеппер вышла за ним следом. — Так Питер останется на ужин? Просто дождь всё ещё идет.       — Не знаю, — Тони остановился и небрежно пожал плечами, — возможно, если захочет.       Оставлять его у себя до самого вечера совсем не хотелось. Тони мог показать пацану дом и главное — мастерскую, от которой тот, разумеется, пришёл бы в восторг, но всё остальное время им троим пришлось бы говорить о чём-то, а подходящих и, главное, безопасных тем пока не находилось.       — Может, заказать еду из ресторана? — Пеппер мягко обняла его, встав за спиной. — Нечасто у нас бывают гости.       Тони вновь почувствовал укол совести. Уже несколько лет он почти не принимал гостей. Когда-то в его доме было многолюдно, в гостиной велись долгие разговоры, споры и обсуждения. Тони даже закатывал бурные вечеринки с пьяными танцами, прыганием гурьбой в бассейн и мордобоем. Теперь знаменитые кутежи остались в прошлом: Тони повзрослел, одумался и почти завёл семью. Вот только Пеппер, видимо, не хватало вечерних посиделок с друзьями, но она никогда не жаловалась.       — Не стоит смущать пацана, — он участливо накрыл ладонью её руку, — ещё решит, что мы стараемся ради него.       — Я бы постаралась, — теплые губы Пеппер уткнулись ему в шею.       — Тогда закажи.       В голове Тони снова возник голос совести: «Если она правда этого хочет, почему бы и нет?»

***

      Остаток дня прошёл вполне предсказуемо. Сначала Тони показал Питеру дом и мастерскую, совмещённую с небольшой лабораторией. Питера интересовали роботы, поэтому он провозился с ними несколько часов, изучая, трогая и рассматривая. После они спустились в гараж. Тони и сам питал слабость к машинам, особенно к коллекционным и дорогим, так что им с Питером было что обсудить. Пеппер сначала пыталась составить им компанию, но поняв, что перебирание железок затянется до самого вечера, ушла в кабинет, сославшись на кучу дел. С одной стороны, это было правдой, с другой — торчать в гараже ей просто наскучило.       Тони прямо спросил у Питера про ужин, и тот согласился не раздумывая. Всё это время Питер казался вполне довольным и расслабленным, но в его поведении было нечто, выводившее Тони из себя. Когда они оставались наедине, Питер охотно поддерживал разговор, от души смеялся над шутками Тони и даже неплохо острил сам, но стоило появиться Пеппер, как его хорошее настроение улетучивалось, а ответы становились подчёркнуто односложными.       За ужином повторилась та же картина. Еда оказалась изумительно вкусной — повар из любимого итальянского ресторана превзошёл сам себя — но настроение Питера оставляло желать лучшего. Ел он с аппетитом, был вежлив, но почти не участвовал в разговоре. Бедняжка Пеппер как могла поддерживала беседу, без конца задавала ему какие-то вопросы, улыбалась и всячески проявляла расположение, однако всё было тщетно. В конце концов Тони надоело делать вид, что он не понимает, отчего это Питер вдруг стал таким мрачным. Он тоже уткнулся в свою тарелку и до конца ужина фактически просидел молча. Единственным его желанием было поскорее отправить Питера на базу и покончить со всей этой игрой в гостеприимного босса и робкого подчинённого.       Тони ожидал, что сразу после десерта Питер засобирается к себе, но его и тут ждал сюрприз. Когда Пеппер, разумеется, из вежливости, предложила немного посидеть в гостиной, Питер зачем-то согласился, и Тони разозлился ещё больше. Говорить им троим было не о чем, а молча смотреть новости по телику Тони вполне мог и в одиночку, без угрюмых взглядов зацикленного на нём пацана.       — Может, сыграем во что-нибудь? — Пеппер прервала затянувшуюся паузу.       — Как насчёт покера на раздевание или бутылочки? — не сдержавшись, зло съязвил Тони.       В ответ Пеппер укоризненно поджала губы, а на кислой физиономии Питера мелькнуло подобие усмешки.       — Есть одна очень простая игра из моего детства, — устраиваясь поудобнее, она обхватила руками колени. — Некто загадывает человека или предмет, находящийся в его поле зрения. Потом он говорит, глядя при этом строго перед собой: «Я смотрю на что-то, похожее на что-то». А все другие, услышав его ассоциацию, угадывают игрока или объект.       Тони подумал, что если бы Пеппер не пришла в «Старк Индастриз», со своим жизнелюбием и оптимизмом она могла бы работать где угодно, даже в лагере скаутов.       — Давайте начнём с простого и банального? — Пеппер обвела комнату лукавым взглядом. — Я смотрю на что-то, напоминающее зеркало.       Зачем-то вспомнив о родинке Питера, Тони мысленно закатил глаза, хлопнув себя по лбу.       — Оконное стекло, — он с шумом выдохнул, — это слишком просто.       — А может, мисс Поттс говорит о стеклянной вазе на каминной полке? — неожиданно подал голос Питер.       — Да, Питер, именно ваза! — Пеппер неестественно радостно всплеснула руками. — Теперь твоя очередь.       — Я не знаю, что загадать, — Питер покосился на Тони, — можно пропустить ход?       Встав с дивана, Тони подошёл к окну. Было около десяти часов вечера, проклятый ливень никак не унимался, на улице давно стемнело.       — Питер, ну же, загадай самое очевидное. Тут все свои, — продолжала настаивать Пеппер.       Заметив, что тот уткнулся в телефон, Тони решил действовать напрямую.       — Если Паучок не хочет, тогда загадаю я, — он сел на столешницу и скрестил руки на груди. — Я смотрю на что-то, напоминающее о бренности всего сущего.       По лицу Пеппер он понял, что намёк на время прозвучал чересчур грубо. Но Тони не подал вида, что это его смутило. Питеру в любом случае пора было ехать домой, завтра всех ждала работа и учёба, а значит, не стоило засиживаться до глубокой ночи.       — Это часы, — Питер спрятал телефон в карман. Судя по карте города с маячком, мелькнувшим на экране, машину он всё же вызвал сам. — Ладно, раз уж я отгадал два раза подряд… Я смотрю на что-то, что никогда не будет принадлежать мне.       Тони физически ощутил, как комнату заполняет густая вязкая тишина. Весь день и весь вечер Тони опасался чего-то подобного, и вот он — неловкий момент истины.       — И что это? — он даже не стал делать вид, что удивлён. — Домашний кинотеатр за десять тысяч баксов? Не стоит унывать, Питер, если это так, я легко могу внести тебя в завещание.       Тони осторожно перевёл взгляд на Пеппер, по лицу которой было заметно, что её посетила неприятная догадка. Разговоры в ванной, упорное молчание за ужином и этот странный выпад вместе могли бы намекнуть ей о многом.       — Да, мистер Старк, и как вы догадались? — Питер нервно улыбнулся и быстро встал с дивана.       — Интуиция. Кто в восемнадцать не хотел такой же? — Тони сделал театрально широкий жест. — Если так нравятся мои вещи, можешь оставить себе бельё и носки, всё лучше, чем ничего. Проводить тебя до машины?       Питер покачал головой.       — Благодарю, мистер Старк. Даже не знаю, чем вернуть долг.       Сейчас на его лице читались досада и раздражение, хотя сам Тони вряд ли выглядел счастливее. До своего признания Питер был для него эдаким хорошим мальчиком, немного восторженным и наивным. Теперь же Тони больше не видел перед собой того славного простачка: любовь, ревность или желание говорить на равных сделали Питера другим человеком. Хотя приобретённая уверенность иногда всё ещё его подводила.       — Брось, Питер, это же просто трусы, — внимательно его разглядывая, Тони склонил голову на бок. — Подари мне тёплые кальсоны на Рождество и будем квиты. В моём возрасте, знаешь ли, начинаешь ценить уют и практичность.       — Милый, мне кажется, мы совсем заговорили Питера, — Пеппер спасла их от новой неуклюжей паузы. — Спасибо за чудесный вечер, в самом деле, мы всегда рады друзьям.       Она улыбнулась, но как-то грустно, будто через силу. Тони знал: если Пеппер волнуется, она начинает вертеть в пальцах первое, что попало под руку, в данном случае карандаш. Похоже, Питеру всё ещё трудно было выносить её взгляд. Он быстро отвернулся и пробормотал, заметно краснея:       — Мисс Поттс, простите, что за столом, да и вообще, вёл себя как придурок, на меня находит иногда. Ужин и игра, они правда были классные.       Телефон в его кармане пискнул, оповещая, что внизу ждёт такси.       — Ничего страшного, Питер, заходи, когда пожелаешь, — Пеппер быстро поднялась с дивана, — мы с То… мистером Старком будем очень рады.       Она протянула руку, которую Питер тут же пожал, немного нервно и порывисто.       — Да, Питер, ждём тебя в любой день, — Тони взял со стола графин и небрежно плеснул себе виски. — Ты же просто восхитительный собеседник. Деньги есть?       Питер показал бумажник вместо ответа.       — До свидания, мистер Старк, — он поспешно развернулся и вышел.       Когда дверь за Питером закрылась, Тони с Пеппер остались вдвоём, но ни о какой романтической атмосфере не могло быть и речи. Тони просто пил и наблюдал, как Пеппер рассеянно смотрит на свой бокал с вином. Вздохнув, он приказал роботам убрать посуду в столовой и присел рядом с ней на диван.       — Вот же наглец, — проворчал Тони, будто обращаясь к самому себе, — а ведь раньше был шилом в заднице, заснял бы тут каждый миллиметр для своего дурацкого видеоблога и не затыкался бы ни на секунду.       — Знаешь, издёвка была лишней, — развернувшись, Пеппер укоризненно на него взглянула. — Питеру и так непросто.       — Издёвка, от меня? — Тони изобразил искреннее недоумение. — Ну что ты, милая, я был сама любезность… Кстати, напомни, отчего Питеру непросто, много уроков задают?       Он поставил стакан на подлокотник дивана, внимательно разглядывая профиль Пеппер. Её лицо было красивым и нежным, но мысли Тони упорно витали где-то в другом месте. Хотел ли он сейчас раздеть её и отнести в спальню, Тони никак не мог определиться.       — Ты же не мог не заметить, — вздохнула Пеппер и немного смутилась. — Вы с Питером так здорово ладите, общаетесь на равных, но стоит мне попробовать заговорить с ним или даже просто войти в комнату, как он замыкается и уходит в себя, старается лишний раз не смотреть в мою сторону… Понимаешь, Тони, Питер, кажется, ревнует…       Тони сначала застыл как изваяние, а затем начал машинально вертеть в руках стакан, едва не расплескав недопитый виски. Проницательность Пеппер его совсем не радовала — откровенного разговора теперь было не избежать. Придётся выложить всё про дурацкое признание, правда, о поцелуе он бы Пеппер никогда не сказал, к тому же, он и впрямь случился на эмоциях.       — В его возрасте многие через это проходят, я имею в виду, влюблённость в кого-то старше. Питер равняется на тебя, хочет быть как ты, возможно, твоя женщина — просто некий недостижимый идеал.       — Моя женщина… — не понимая, тупо повторил Тони. — Погоди, хочешь сказать, Питер ревнует тебя ко мне?       — Ну да, — Пеппер слегка удивлённо на него взглянула, — может, мальчик запутался и сам не понимает, что испытывает, ему просто одиноко, и…       Тони хмыкнул, мысленно переведя дух. Настроение у него тут же улучшилось. Знала бы милая Пеппер, насколько трезво этот пацан мыслил, совершенно осознанно выбрав свою «цель».       — Губа у него точно не дура.       Он подумал, что теперь Пеппер сама решит держаться подальше, пока «бедный мальчик» не выкинет её из головы. Так или иначе, на безнадёжную влюбленность Питера можно было списать многие его странности.       — Не стоит издеваться над ним из-за этого и устраивать соревнования. Ты тоже был юным. Я бы хотела как-то помочь Питеру…       У Тони мелькнула мысль, что с настойчивостью мелкого засранца в помощи нуждался скорее объект его воздыханий, но, разумеется, промолчал.       — Подари ему свою фотку с выпускного, ту, с кудряшками, — он сделал неуклюжую попытку отшутиться.       — Я серьёзно, Тони, — Пеппер строго на него взглянула. — Пожалуй, мне нужно выкроить время на неделе, хочу записаться на приём к своему психотерапевту, немного разобраться в себе.       — А-а, к доктору Франкенштейн? — кисло улыбнулся Тони, откидываясь на спинку дивана.       — Бронштейн, вообще-то, Сара Бронштейн, — невозмутимо ответила Пеппер и отпила из бокала. — И она действительно очень мне помогла.       За столько лет непростых отношений с Пеппер у Тони сложилось стойкое впечатление, что её докторша ненавидит мужиков как вид. Что бы ни делал Тони, Бронштейн жёстко критиковала его, анализируя и раскладывая перед Пеппер по полочкам каждую мелочь, нарочно или невольно выставляя его инфантильным эгоистом. Пеппер удалось затащить Тони на совместный приём только раз, и это были едва ли не самые неприятные два часа в его жизни.       — По-моему, она тоже на тебя запала. В следующий раз попросит список моих недостатков заламинировать и повесить в нашей спальне.       В случае с Пеппер ирония не особо спасала, когда речь шла о самопознании и личностном росте.       — Не стоит смотреть на всё свысока, дорогой, — она заметно насупилась. — В восемнадцать для тебя могло не быть ничего важнее любви. Что касается Сары, у неё свои, вполне эффективные методы работы. Не забывай, что она такой же учёный, как и ты.       — Да, и для меня, как и для твоей церберши, в возрасте Питера не было ничего важнее науки. Школьники нынче другие, — пожал плечами Тони, отпивая виски.       — Это ты всегда был другим, — почему-то грустно улыбнулась ему Пеппер и подарила целомудренный поцелуй в висок.       Она встала и, оставив недопитый бокал, пошла в сторону спальни. Завтра Пеппер предстоял очередной трудный день, да и график самого Тони был плотным, как всегда.