Любимая гарпия

Как бы не хотелось Джинни избежать этих моментов, но разговор с мамой должен был состояться. И что- то подсказывало девушке, что он будет не из приятных. Нет, вряд ли Молли начала бы обвинять дочь в том, что та не смогла сохранить отношения, но наверняка углубилась бы в ее любимую тему о женской мудрости. Сова постучалась в окно комнаты рыжей накануне. Мать просила прибыть в Нору не позже обеда, потому что дома собирался семейный совет. Сегодня девушка, уже было собравшись к родным, рухнула на кровать. Неужели нельзя было обойтись без семейного совета в такой личной теме? Да, и что там собственно обсуждать? Разошлись. С кем не бывает? Чувства? Что ж теперь? Не привяжешь же Поттера к себе веревками. Да, и в конце концов, Джинни — взрослая девочка. Переживет. И вроде неплохо справляется даже. Почти не плачет ночами в подушку. Почти не вспоминает. Но письмо мамы было не просьбой, а скорее безоговорочным уведомлением. Уизли была напряжена. Эмоциональная разрядка в виде разгрома квартиры была действенной. Она весь следующий день ощущала себя живой. Но нельзя же разрушать каждый день по квартире. Сейчас бы помог хороший секс. Но тот, с кем она делала это последние три года слинял от нее в Венгрию. Ублюдок. Джинни закрыла глаза и начала водить кончиками пальцев по внутренней поверхности бедра, отчаянно пытаясь представить Гарри. Но его образ никак не хотел появляться в ее фантазиях. Промаявшись несколько минут, рыжая разочарованно выдохнула. Близость с ним была настолько давно, что она видимо уже забыла как это — спать с Мальчиком-Который-Выжил-и -Победил. Ну, и Мерлин с этим. Ладонью проводя по животу вверх к своей груди, Уизли пыталась найти в памяти, то что ее будоражило. Блейз? Его карие глаза, как топленный шоколад. Те пьяные поцелуи. Горячо. Уже лучше, но не то. Хотя пульсация внизу однозначно усилилась, но напоминала томную негу нежели, то, чего сейчас хотела рыжая. А хотела она чего- то дерзкого, быстрого и неожиданного. Джинни не сразу и поняла как ее память выдала ей одно очень приятное воспоминание. Не совсем обычное. Которое казалось ей раньше просто подростковой шалостью, но раздразнившее сейчас девушку до предела. Гермиона. Все началось в женской спортивной раздевалке Гриффиндора в 1997 году. После игры в полуфинале туда зашла подруга, чтобы поздравить Джинни с победой. Уже тогда Грейнджер стала выглядеть не как заучка. Юбка стала короче, разрез на блузке смелее. Она явно старалась для кого-то, но видимо "послание" не долетело до адресата, а пролетев мимо, как будто бладжером попало в рыжую. Когда в раздевалке кроме них никого не осталась, Джинни осмелилась предложить Гермионе расслабиться, а та взяла и согласилась. Так легко, будто рыжая звала ее за конфетами в "Сладкое Королевство». С тех пор такие встречи стали у подруг регулярными, но не носили под собой какого либо статуса. Потому, как только Уизли стала встречаться с Поттером, а у Гермионы все наладилось с Роном о своем тайном увлечении девчонки не вспоминали. Сейчас же в голове Джинни вспыхнул фонтан эмоций и рука медленно поползла вниз под кружевную ткань трусиков. Холодными тонкими пальцами она коснулась клитора и начала медленно массировать его, вспоминая как делала это для шатенки. Желание нарастало. Смазка начала медленно течь из нее, от чего скольжение пальцев становилось более плавным и приятным. И вот Гермиона отодвигает мокрую ткань трусиков Уизли и запускает внутрь два пальца, насаживая ее на них с каждым движением все глубже. Джинни еле дышит от своих ощущений, а в ее фантазиях уже не Грейнджер, а миссис Малфой, которая проводит языком по ее розовой киске и... Рыжая взрывается мощнейшим оргазмом, изгибаясь в спине от разлившегося тепла внутри. Сладкие вибрации стихают через минуту. Отдышавшись и уняв учащенное сердцебиение, девушка улыбнулась внезапно нахлынувшему умиротворению и открыла глаза. — Могла бы и меня позвать! У кровати стояла Гермиона. Джинни подпрыгнула от неожиданности. — Миона, как ты вошла? Я не слышала! — Ещё бы! Ты была занята! — лукаво улыбнулась Малфой. — Предупредила меня, чтобы я к тебе без стука не заходила, а сама передвигаешься словно привидение — возмущение переполнило Уизли. Хозяйка дома пересекла комнату и, сев в кресло, спокойно ответила: — Прости, уже поздно было стучать! Не хотела тебя отвлекать! Постараюсь так больше не делать. Гермиона смотрела на Джинни с неподдельным интересом. — Кого представляла? Забини или Поттера? Рыжая густо покраснела. — Ты бестактна!- прошипела она — Мне просто интересно! Джинни молчала. — Ты раздразнила меня своим видом! Я залюбовалась тобой! — как ни в чем не бывало сказала шатенка. Будто это вовсе было рядовым комплиментом по отношению к рыжей. - Гермиона? Но ты же с Драко. Девушка улыбнулась и ответила. - Мой муж знает о том, что я — би. Глаза Джинни расширились от удивления. — И он не ревнует? — Так не к кому. Я не стану изменять ему. Он это знает. А секс втроем для меня неприемлим, я слишком ревнивая ведьма. Рыжая выдохнула и призналась: — Я вспомнила раздевалку в Хогвартсе. И наши с тобой встречи. — Это приятно. Приятно знать, что не только я об этом вспоминаю. Речь подруги была спокойной и тягучей, как мягкая карамель. Это успокаивало Джинни. — Гермиона, скажи, а ты для меня тогда так одевалась? Короткая юбка, чулки, расстегнутые пуговицы. Или для Рона? — Не угадала. Я одевалась так для Малфоя. А ты была моим приятным бонусом. Подруга просияла. Глаза рыжей полезли вон из орбит. — Но ты же ненавидела Драко. Сама же говорила, что не хотела становиться миссис Малфой когда-то. — Но он-то испытывал иные чувства. Я случайно это заметила. Когда я поняла, что возбуждаю Драко, то мои юбки стали короче, белье ажурнее, прогибы в спине сильнее. Пока он отрицал свои чувства — он бесился и срывался на мне. Меня же это подстегивало и я продолжала мстить ему за обиды, а потом эта игра меня так увлекла, что я сама и влюбилась. Гермиона буднично махнула рукой. — Но ты же была с Роном потом. — Да, я прокололась, засматриваясь на него немного дольше положенного. Драко раскусил меня, затащив в подсобку Снейпа. Там и случился наш первый раз. Это было не так романтично как я это себе представляла. Испугалась. Тогда, уж, пришла моя очередь отрицать свои чувства к нему. И я стала встречаться с твоим братом. Малфоя он до сих пор сильно раздражает. Джинни ухмыльнулась. — То-то мне Рон по-пьяни жаловался, что он был у тебя не первый, а я ему не поверила. — Нуууу, если тебя это задевает, то прости! Рыжая скривилась, всем видом показывая, что ее это не интересует. — Но как ты сумела признаться мужу, что тебе нравятся и девушки тоже. — Он сам узнал. Видел нас с тобой целующимися в каком-то классе. Почему не разболтал никому он и сам не знает. Щеки Джинни сейчас напоминали спелые помидоры. — Почему он до сих пор не выгнал меня? Вдруг я совратила бы тебя? Миссис Малфой засмеялась в голос. — Ну, во-первых, с тех пор это его эротическая фантазия — понаблюдать за нами, во-вторых, Драко считает, что женщины созданы исключительно для любви, а потому все без исключения бисексуальны от природы. — Вы извращенцы! - фыркнула Уизли — Ой, кто бы говорил! Это ведь ты открыла для меня ту сторону. Леди Малфой подошла и игриво поцеловала Джинни в губы. Это был шаловливый поцелуй, не принуждающий и не обещающий чего-то большего. Уизли прикрыла глаза. Она испытала неописуемое удовольствие от этого напоминания о беззаботном времени. Когда же оглянулась Гермионы уже не было в комнате. Рыжая осталась одна с этими забытыми ощущениями. Она коснулась своих губ, будто запечатывая вкус нежных губ подруги на своих. На память. В окно влетела коричневая сова с ярко-красным письмом в лапах. Кричалка. — О, Мерлин, который час? Джинни наспех поправила прическу, обновила идеальную красную помаду на своих губах, которую недавно подобрала ей Тикки, и выпорхнула в камин.