Любимая гарпия

Джинни проснулась от стука крыльев о стекло. — Антарес? Девушка подскочила к окну и распахнула его, но протерев глаза, и немного избавившись от сонной пелены поняла, что это сова близнецов. Письмо было красным. Чем она могла разгневать братьев она не имела ни малейшего представления, потому с опаской отвязала его. Но письмо затараторило весёлыми голосами Фреда и Джорджа. — Доброе утро, сестрёнка! Испугалась? Конверт залился заразительным смехом. - Как ты могла скрыть от нас? Мы же не мама — семейный совет собирать не станем! Могла бы и поделиться такими новостями. Деккер конечно не Виктор Крам, которого охомутала Гермиона, но ты тоже наделала шороху. Жди письма от маман! Письмо взмыло к потолку и, очередной раз захохотав, лопнуло в воздухе, осыпав ошарашенную Гарпию конфетти из алых сердечек. — ЧТО. ЭТО. БЫЛО? Сонная девушка стояла посередине комнаты и пыталась прийти в себя. Дверь без стука распахнулась. На пороге стояла Гвен. — И давно это у вас? — Джонс кинула выпуск Ежедневного Пророка на письменный стол перед Джинни. — И тебе доброе утро! Появление капитана команды озадачило рыжую ещё больше. За время прибывания в тренировочном лагере они обмолвились с ней максимум дюжиной слов, не связанных с квиддичем. Уизли схватила газету. Быстро пробежав глазами по полосам Ежедневного Пророка Джинни ахнула. — О, Мерлин, Гвен! Я не встречаюсь с Деккером. Это ложь! Лицо капитана команды было подчёркнуто строгим, и его выражение не изменилось, когда она услышала нужную ей информацию. — Тогда прошу не медлить с опровержением. Не хватало мне еще, чтобы Стрелы подали апелляцию в спортивный департамент. С этими словами Джонс вышла, захлопнув за собой дверь. Джинни ещё раз перечитала статью. После короткого описания матча было напечатано интервью нового игрока Британской Лиги ....Е.П: Тейлор, мы счастливы приветствовать вас в магической Британии! — Спасибо, я тоже очень рад что нахожусь тут! Е.П: Вы расстроены сегодняшним поражением? — Конечно, досада присутствует! Но я приложу все силы, чтобы наша команда выиграла последующие матчи! Е.П: О, мы Вас понимаем!Мы можем задать Вам несколько личных вопросов? — Я не против! Е.П: Мы думаем после Вашего сегодняшнего дебюта всем поклонницам квиддича интересно, состоите ли вы в отношениях? — Скажем так, я влюблен! Е.П: При этом Тейлор так мечтательно улыбнулся, что стало понятно- надежды новых фанаток рухнули, не успев даже появиться. — Е.П: О, это так мило! Ваша дама сердца находится в Британии? — Да, она играла сегодня со мной на поле! Е.П: Как неожиданно! Расскройте же имя своей возлюбленной! Она играет с Вами в одной команде? — Нет, она играет за Гарпий. Это Джиневра Уизли. Е.П: Вот это поворот.  Е.П: Джинни? Какая новость! Вы давно знакомы? — Мы познакомились около двух месяцев назад. Е.П: А вы знаете, что она помолвлена с известным в Британии волшебником Гарри Поттером? — Нет, я не знал! Я никогда не видел на ее руке кольца! Е.П: Лицо мистера Деккера выглядело изумлённым, когда он узнал о помолвке своей возлюбленной. Надеюсь мы не сильно ранили его сердце. Вот и разгадка возвращения Золотой Гарпии в команду. У охотницы новое увлечение - заморский красавчик Тейлор, отношения с которым она скрывает от глаз общественности который месяц. Тем не менее мы стали догадываться о чем-то подобном ещё на стадионе. Эти перекидывания фразами, эти несмелые улыбки  и переглядывания говорили сами за себя. Это любовь! Интересно знает ли об этом Гарри Поттер или его невеста водила за нос обоих? А может пары Поттер-Уизли уже и не существует вовсе? Мы постараемся получить ответ от самой Джинни в ближайшее время. Девушка обхватила голову руками. Какого Тролля? И ладно Скиттер! В конце концов это ее профессия! Пока что. Но Деккер? Что он творит? И главное зачем? Это месть за сломанную руку? Или продуманный ход после поражения в матче? Ведь Джонс была права, конфликт интересов - весомый аргумент для того, чтобы апротестовать результаты матча. Влюбленный игрок подыгрывал любимой. Хотя зачем ей мотивы Тейлора? То что он вряд ли влюблен в нее, Джинни знала наверняка. Как ей сейчас казалось, этого было достаточно, чтобы при личной встрече применить к нему все три непростительных заклинания. Его длинный язык выдал Скиттер информацию, о которой Уизли предпочитала бы умолчать, а теперь ей придеться дать согласие на интервью этой старой карге. И к этому диалогу надо было основательно подготовиться, чтобы не попасть впросак. Да и времени у нее было немного. Скиттер захлопнула ловушку. Джинни как никогда нужна была поддержка. Дома ее ждали одни вопросы. Подруги по команде наверняка уже обсуждали на кухне новые сплетни, и, девушка не была уверена, что они будут на ее стороне. Малфои и так помогли ей достаточно. Рыжей не хотелось втягивать будущих родителей в этот скандал. Блейз вот которую неделю молчал. Это терзало Джинни. За несколько месяцев эти двое сблизились. Их письма друг другу были отдушиной. Личные переживания и мысли были записаны на бумаге словно в дневник, но уносились на крыльях совы, ставшему таким близким, другу. Между ними по кирпичикам выстраивался мост доверия и понимания, которых девушке так долго не хватало. Она уже с трудом могла представить то время, когда могла совсем не вспоминать о Забини. Сейчас его образ незримо всегда был рядом. Хотя Джинни так давно не видела его, что, если бы не письма Блейза, которые она перечитывала вечерами, то можно было подумать, что она живёт в воображаемом ею мире. Забини был интересным собеседником. С ним можно было разговаривать обо всем подряд и наверное днями напролет если бы разговор не ограничивался пергаментом. Он интересовался всем, что происходило в жизни Джинни, помогал с рецептами мазей от болей в ногах, и давал дурацкие советы по поводу квиддича. Причем Блейз явно понимал, что его наставления были обывательскими, потому непременно приправлял их смешной шуткой или комплиментом, заставляя девушку неприменно улыбнуться. Но сейчас писем не было. Рыжая переживала, что парень даже не сообщил ей о том, что болен. После разговора с Драко она вообще почувствовала, что блондин что-то не договаривает. Неужели обычная простуда могла подкосить мулата так, что он был не способен даже отправить сову. Девушке не хотелось верить, что ее отношение к Забини тоже становилось однобокими. Антарес была единственной возможностью написать письмо Блейзу, поэтому Джинни ничего не оставалось как ждать ее. А если она совсем не прилетит? Что если… О, Мерлин!!! Забини же не читал Еженедельный Пророк сегодня? В глазах рыжей потемнело от ощущения неминуемой катастрофы. — Я должна все объяснить ему!

***

Этим вечером пергаменты покрывали всю комнату Джинни. Она металась по комнате. Что-то писала, рвала, комкала. И снова писала. Письмо давалось ей нелегко. Рыжая должна была объяснить и объясниться. Хотя зачем и почему она должна была это сделать девушка не могла сказать. Наверное потому что он всегда был честен с ней. Наверное потому что она была кем угодно, но не обманщицей. Наверное потому что он очень давно молчал, а газеты врали и усложняли ее жизнь. Заголовки выбивали ту почву под ногами, которую она ощущала в последнее время. Разрывали ее спокойствие, пробуждая ярость, которую, как ей казалось она наконец научилась контролировать. Но сейчас даже собственные эмоции были не важны. Сейчас она должна была написать ему. Джинни все ещё не любила Блейза. Скучала безумно. Всматривалась в горизонт в надежде увидеть там его сову. Переживала. Хотела находиться рядом и лечить его простуду. Хотела готовить ему травяной чай. Нет, не любила. Но он снился ей почти каждую ночь. Так бывает, когда думаешь лишь об одном человеке. Читал ли Блейз эту статью в Ежедневном Пророке? Наверняка. Поверил ли интервью Деккера? Джинни злилась. Капли чернил падали на пергамент в новой попытке начать письмо, и она, забыв о чарах, кидала пергамент в огонь. Как написать письмо без единого вопроса, если в голове их миллион? Раньше она не задумывалась об этом. Правило письма, озвученное когда-то ее бабушкой, она приняла за аксиому и никогда не нарушала его. А теперь? Ответит ли он ей на незаданный вопрос? Здравствуй, Блейз! Я слышала, что ты нездоров в последнее время. Мне грустно осознавать, что я ничем не могу тебе помочь, но надеюсь на твое скорое выздоровление. Желаю тебе этого всей душой. Я немного грущу от отсутствия вестей от тебя. И эта холодная осень не даёт поводов для радости. Я ненавижу ноябрь. Он мерзкий. Если в октябре можно верить в то, что теплые осенние лучи солнца ещё успеют согреть тебя, то в ноябре надежды нет. Хотя мне кажется я такая не одна. К концу осени люди устают от серости, промозглости и слякоти и безумно ждут снега. Нет ничего хуже мучительного ожидания. Этот ноябрь стал именно таким. Солнца нет. Оно больше не балует меня своим светом. И я теряю надежду на то, что оно согреет меня снова. Над Гервеном сгущаются тучи. И остаётся только отапливать комнату, сжигая в камине страницы Еженедельного пророка. Ложь горит превосходно. Когда она горит, в комнате как будто бы становится теплее. Но знаешь, этот чад - он невыносим. Давно надо было прочистить печную трубу. Советую тебе попробовать сжечь в своем камине пару последних выпусков этой бесчестной газетенки и надеюсь ты поймёшь о чем я говорю. Многие верят газетам. Основной массе плевать, что скажет первоисточник, главное чтобы это было хорошо приправлено грязной фальшью. Да попикантнее, поострее.Так интереснее. Не поспоришь. Мы сами даём свободу действия. Вот я например давно могла открыть правду. Но я боюсь. Боюсь что осудят, боюсь внимания и получается, что я боюсь правды. Я всегда верила в то, что я сильная и храбрая. Так мне говорили все вокруг. И я не спорила. А теперь я даже не знаю могу ли я назвать себя таковой. И вообще, каким становится человек, от которого ушла вторая половинка? Половинкой, пытающейся найти новую половинку или становится человеком целым? Вот уже который месяц я задаюсь этим вопросом. Потому как никак не могу ощутить себя целой. Я какая-то с виду целая, сильная, храбрая, самодостаточная, но с трещинкой. В области сердца. И совсем не уверена, что озвученная мною вслух правда и общественное мнение не сломают меня. Останусь ли я той самой Джинни и нужно ли мне таковой оставаться? Важно ли это кому- нибудь кроме меня? Кажется я несколько раз нарушила собственные правила. Ну, что ж! Чтобы было честно, тебе разрешено не замечать моих вопросов. Пусть они станут риторическими, а потому не требующими ответа. Твоя Дж. Девушка встала изо стола и подошла к окну. На улице было темно и по стёклам колотил дождь. Очередная безлунная ночь укутала побережье. Совы Блейза можно было не ждать.