Цена магии

Чимин резко вздрогнул, когда из воспоминаний его буквально выбросило тем, что кто-то грубо одёрнул ручку принца в сторону. Парень широко распахнул глаза, глядя на проснувшегося Юнги, который смотрел на него… Словно бы из тех воспоминаний. Безразличие, являющееся маской для ярости… — Почему?.. — спросил он, продолжая буравить донсена изумрудным взглядом и не позволяя отвести от себя глаз. — Зачем ты это сделал? — Я… — растерялся Пак, неосознанно делая попытки вырваться из хватки мужчины, но, как и ожидалось, всё было тщетно. Даже без магии Юнги был сильнее… — Хён, прости… Но ты там… — Не напоминай мне об этом! — резко вспылил Мин, поднимаясь на ноги и отбрасывая руку Чимина так, что тот повалился на землю. — Я столько лет пытался стереть эти проклятые вспоминания, столько лет старался перекрыть их, забыть их, уничтожить! Я хотел сделать всё, чтобы об этой странице моего прошлого никто не мог узнать, даже я сам! И для чего всё это? Чтобы ты сейчас всё испортил? Большое тебе спасибо! — Юнги… — донсен вжал голову в плечи, как бы пытаясь укрыться от чужого гнева. Хён страшен в ярости, уж это парень понять успел давно. А сейчас эта самая ярость направлена не на кого-нибудь, а на него самого… Волшебник стиснул зубы, отворачивая голову и резко выдыхая, в надежде успокоиться… Но ха! Когда это сознание Юнги волновалось за его психику? Да не было такого, иначе бы в его биографии не отметились вот такие вот моменты. Даже этот малыш… Теперь будет его бояться… — Дьявол… — выругался колдун и двинулся к нарисованным деревьям. Хоть среди них можно укрыться от этого безобразия, что творится и вокруг него, и в собственной душе… Чимин проводил старшего взглядом, глотая слёзы страха и стыда. Проклятье, ну кто его просил?! Любопытство — самый страшный порок и оно когда-нибудь точно Пака погубит! А теперь Юнги-хён обиделся… Он теперь не будет с ним разговаривать?.. Справа от мальчишки сверкнула яркая вспышка света и на траву опустился Сокджин, откладывая палитру на большой камень, чтобы та не потерялась. Размяв плечи и пересчитав попутчиков, он удивлённо вскинул бровь, обращаясь к Чимину, как к единственному не спящему на этой полянке: — Мин-и, а где Юнги? И чего у тебя глаза красные? — Парень подошёл ближе, присаживаясь на корточки рядом с братом. — Хэй, малыш, ты чего?.. Вы успели поссориться, пока меня не было? — Я слишком любопытный… — шмыгнул носиком принц, прикрывая глаза ладошкой. — Хён теперь со мной даже разговаривать не захооочееет… — Ох, Боги, — закатил глаза мужчина, присаживаясь на траву и поглаживая донсена по лопаткам. — Мин-и, зайка, не расстраивайся ты так. Ты же знаешь, Юнги отходчивый, когда это касается друзей. Он не станет на тебя долго злиться. — Я задел его прошлое, хён… — всхлипывал малыш, утыкаясь в чужое широкое плечо. — Задел то, что он пытался забыть. Я заставил его это вспомнить и теперь он меня ненавидит! Джин захохотал, качая головой и обнимая братика за плечи. Ох, Чимин-Чимин… Какой же ты до сих пор ребёнок. Казалось бы, двадцать лет! А ощущение, что этому малышу и шестнадцати ещё не стукнуло. — Мин-и, — ласково произнёс Сокджин, целуя донсена в макушку. — Что бы тут ни произошло, я уверен, Юнги на тебя не станет долго сердиться. Он куда-то ушёл, вероятно, чтобы просто выпустить пар. Да, может быть, он и разозлился, но вспомни, как он обычно поступает в таких случаях? Всегда пытается куда-то сбежать, спрятаться от всех, чтобы его никто не трогал. Хотя на самом деле ему правда важно в такие моменты не оставаться одному, чтобы не впасть в депрессию. Хоби ведь нам когда-то уже рассказывал об этом, разве нет? Пак потёр глазки, медленно кивая и припоминая слова старшего почти в самом начале их путешествия. Когда Юнги злился, он и правда уходил куда-то, и обычно Хосок давал ему около двадцати минут, чтобы побыть одному, а после кто-то из их компании отправлялся его искать. И чаще всего это был либо сам Хоби, либо слишком любопытный Чимин. Он же сам, своими силами всегда его успокаивал. И сейчас… Нужно извиниться. — Я пойду к хёну, — решительно кивнул Мин-и, поднимаясь с травы и поглаживая зевающего Сокджина по волосам. — Хён, мы вернёмся явно не скоро, ты бы тоже поспал. С Намджуном ведь всё будет хорошо, ты же знаешь. Он военный, он накрепко запомнил все твои инструкции. — Конечно запомнил… — сонно кивнул старший принц. — Я ему это так крепко вдолбил в голову, что он эти инструкции под страхом смерти не забудет… Ты меня знаешь… — Вот именно, — хихикнул Пак, направляясь по следам мага. — Приятных снов, братишка! — Удачи с нашим магом, — помахал ручкой Джин, укладываясь на ацин и почти сразу проваливаясь в сон. Он хорошо постарался. Мягкая трава, солнышко светит, но при этом, если глаза закрыть, то оно совершенно не мешает. И тепло… А главное — солнце не пропадёт, забирая с собой комфортную для существования температуру. Это только если солнце закрасить… Чимин шёл в глубь леса, ориентируясь исключительно на собственное чутьё. Картину ведь не изменить так просто, а значит трава от следов не будет помятой. И деревья здесь не обрушить, если они только уже не были такими нарисованы. А Джин вряд ли бы так заморочился, чтобы где-то в глубине чащи были поломанные деревья. Парень пробирался сквозь кусты, жалея, что на них нет ягодок. Вернее, они были, но вот можно ли их, нарисованных, есть? Никто не уточнял, а отравиться парнишка всё-таки не хотел. Зачем? Чтобы потом по шапке от взрослых получить? Сквозь деревья парень приметил тёмную фигуру, ходящую по относительно свободному от деревьев участку. Успокоиться пытается, но ещё не сидит. И флейту не достал… Пока рано. Нужно подождать ещё совсем немножко, иначе… Попадаться под горячую руку магу просто смерти подобно. Малыш обнял одно из деревьев, прислоняясь к нему щекой, и стал ждать, безмолвно наблюдая за нервным хёном. Сколько боли и страха было на его лице… Казалось бы, это уже не ярость и не гнев, но они могут вернуться в любую секунду, если показаться ему сейчас и раскрыть тот факт, что всё видел… Но даже в смятении Юнги был поэтично прекрасен… И что, что рост не высокий? Чимин тоже едва достаёт своему брату до плеча. Зато его телосложение… Для мага, которому, в принципе, с такой силой ни один мускул можно было бы не напрягать, он был в отличной форме. По нему действительно нельзя было сказать, какого он возраста. А его волосы, когда он нервно убирает их с лица, пятернёй зачёсывая непослушные пряди назад. А глаза… Изумрудные глаза, прекраснее любого драгоценного камня. Те самые, что околдовали Чимина ещё в день их первой встречи… Наконец, Юнги опустился на траву, запуская руки в волосы и упираясь локтями в колени. Осталось немного. Сейчас он выдохнет… И находиться рядом с ним станет полностью безопасно. Чимин отстранился от дерева, стараясь привести свою щеку в порядок. Сколько он так стоял, что рисунок древесной коры на коже отпечатался? Мальчик-дерево, посмотрите… — Я знаю, что ты там… — выдохнул мужчина, опуская руки и поворачивая голову на принца. — Ты слишком громко дышишь для того, кто хочет остаться незамеченным. — Ой, — почесал затылок малыш, несмело приближаясь к другу, но останавливаясь в нескольких шагах от своей цели. — Извини, Юнги… Я не хотел тебе мешать. И тогда, когда я… Просто Чжулю… — Я слышал, что сказал тебе Чжулю, — перебил донсена волшебник, срывая зелёную травинку и вертя её в руках. Спасибо, Сокджин, что хоть не везде ацин нарисовал, а попытался соответствовать реальности. — Слышал, как он пытался задеть тебя… Но я не думал, что ты отреагируешь на его слова подобными действиями с нарушением личного пространства. — Мне стыдно… — повинился юный маг, опуская голову как можно ниже. — Я не хотел тебя огорчать, Юнги… Мне очень хотелось узнать, что тебя тревожит и… В общем… Увидев всё это, я нашёл ответы на очень многие вопросы, что терзали меня. — Рад за тебя, — фыркнул Мин, отбрасывая в сторону обезвоженную травинку. — Н-но я клянусь, что об этом от меня никто не узнает! — сложил ручки вместе Пак. — Я никому не расскажу, никому не доверю твои тайны. Правда, Юнги, ты… ох, я знаю, что сейчас ты не поверишь мне. Я пошёл против твоей воли, да ещё и вспомнить заставил то, что ты так жаждал забыть. Я понимаю, что не заслужи- — Я верю тебе, Чимин. Парень замер на секунду, не сразу понимая, что его перебили на полуслове. Он ему верит? Вот так… просто? Серьёзно?.. — Хён… — Я знаю, как тебе тяжело общаться с тем, чьего прошлого ты не знаешь, — усмехнулся Юнги, позволяя малышу приблизиться к себе и сесть рядом. — У всех остальных всё всегда на лице написано, а я для тебя был словно тёмная загадочная фигура. И ты точно не надеялся под покровом тайны увидеть тот ужас, что тебе… пришлось лицезреть. Я удивлён, как ты до сих пор в страхе не прячешься от меня за Сокджином. — Ну что ты, хён… — смутился принц, обнимая друга за руку и кладя подбородок на его плечо, немножко улыбаясь. — То есть, да, было страшновато узнать потенциал твоей силы… И понимать, что за столько лет ты ещё больше его развил, хах… Но всё же я тебя не боюсь. Я боюсь лишь твоей обиды. Ярость и гнев… Сейчас я понимаю, что это мне не страшно. Ты можешь злиться на меня сколько угодно, если это заслуженно, но я стерплю, переживу. Однако, обида… Я не хочу, чтобы ты думал, будто я не уважаю тебя и твою личную жизнь. Я больше ни за что не полезу в твою голову, клянусь… Хочешь, я сломаю это око? Чтобы не было даже соблазна. — Не стоит, Яблочко, — усмехнулся старший, потрепав донсена по волосам. — Твой амулет нам может ещё пригодиться. К тому же, если мы с тобой разбежимся после того, как уладим все проблемы с твоей магией и Советом, то… пусть хоть что-то будет тебе напоминать обо мне. Чимин поджал губы, отводя взгляд в сторону и неосознанно начиная наматывать растущую травинку на указательный палец, не вырывая её из земли. Вот… Всё и правда звучит так, словно совсем скоро это прекратится. Столько месяцев их дружного похода останутся лишь приятным воспоминанием. Их посиделки у костра, битвы с лесными разбойниками, уроки магии, когда та ещё была при Паке. И уроки музыки… Мелодии, что никогда не покинут его сердце… Как же хочется… Но как он посмеет?.. Прошло столько времени, потрачено столько сил… Всё изначально было исключительно по его прихоти… И сейчас, только сейчас Чимин окончательно понял, насколько же его желание было глупым. — Ты научил меня играть на флейте… — прошептал малыш, укладывая голову на хёне поудобнее. — Показал множество разных мелодий. Сам сделал инструмент для меня… Я много что могу забыть, но помимо ока Лиама… У меня останется множество напоминаний о тебе. В том числе и те, о которых знать буду только я… Мужчина усмехнулся, оставляя мягкий поцелуй на чужой макушке и глядя на резвящихся белок, что носились у корней дерева и пытались собрать орехи. Сейчас ещё подерутся из-за несчастного кедра… Ох уж эти звери, на пустом месте могут такую драму устроить! Тэхён точно как они. Спектакль из ничего! Хах… Да и не только Тэ такой… — Как вернёшься в замок, передай от меня привет Даниэлю, хорошо? — заулыбался Мин, опираясь одной рукой на землю. — И обязательно шлёпни по заднице, это часть особого ритуала. Чимин едва не подавился собственным смехом. Уж что-что, а вот такое сейчас он услышать был явно не готов! Все грустные мысли как рукой сняло и малыш оторвался от плеча хёна, изумлённо глядя на него. — Ты… Это… Про Кана говоришь? — изо всех сил старался не захохотать принц. — Всё никак не пойму, почему ты зовёшь его Даниэлем? Ему это, кажется, не нравится… — Да потому что Даниэль — это его имя, — закатил глаза мужчина, откидываясь на спину и убирая руки под голову, удобно устраиваясь на мягкой травке. — И вы все об этом знаете, да-да. Но он похоронил для себя кое-что, что я разрыл точно также, как ты… ну, сегодня. Мальчишка чуть покраснел, но был несказанно рад, что теперь о недавнем инциденте хён говорит с улыбкой. Пристроившись рядом, Чимин перевернулся на живот, поднимаясь на локтях и всем своим видом показывая, что готов послушать что-то интересное. — Расскажиии! Почему он так не любит своё имя? — заболтал ногами в воздухе маленький любопытный негодник. — И как вы познакомились? Мне сперва показалось, что это было на наших глазах. Вы тогда так официально разговаривали, и ты, и он… Но когда мы пришли в замок, вы словно стали лучшими друзьями, прожившими в гармонии более десятка лет. — Да потому что так и было на самом деле, — усмехнулся Юнги, прикрывая глаза и окунаясь в воспоминания. — Не скажу, что мы были прямо уж лучшими друзьями… Но всё же очень крепко приятельствовали. На тот момент он не просто любил своё имя, а гордился им, говоря, что ни у одного из «великих магов» не будет такого же запоминающегося имени, как у него. Ну, тогда он надеялся стать великим колдуном и тому подобное. Мы с ним познакомились после того, как я вышел из тюрьмы в первый раз, ещё до моей встречи с Хоби и ребятами. Он в какой-то мере помогал мне учиться смотреть на мир с более позитивной точки зрения. Когда я ему рассказал, каким был раньше, он поставил себе цель снова сделать из меня того прохвоста, что жил в деревне и помогал смертным по всему миру. Собственно, по тому, что ты успел увидеть, ты сам можешь судить, получилось у него или же нет. Но порядка двадцати лет мы жили с ним по соседству, много времени проводили вместе, у нас была компания общих знакомых. Но всё изменилось, когда этот идиот женился. — Женился? — удивлённо распахнул глаза Чимин, чуть приоткрывая рот. — Но хён никогда не говорил, что был женат… Трагично овдовел, да?.. — Если бы! — покачал головой мужчина. — Тогда бы эта история не была такой забавной для меня. Нет, он не трагично овдовел, хотя его жена, как смертная, уже давно умерла естественной смертью, что вполне логично. Дело в том, что Даниэль неплохо разбирался в друзьях, но совершенно ничего не понимал в женщинах. По характеру его жёнушка… Хм… С чем бы сравнить, чтобы ты точно понял… О! — маг щёлкнул пальцами, поворачивая голову на Пака. — Линцзяо! Вот по характеру почти один в один. Только жаль, что ты её не видел, когда она пыталась к кому-то подлизаться, вот тогда ты бы точно понял, какая была та стервочка… Кхм, так вот. Даниэль у меня изначально был из такого типа мужчин, который «трахает всё, что двигается, и двигает всё, что трахается», — мужчина благородно сделал паузу, чтобы покрасневшее Яблочко пришло в себя от смеха. И этот волшебник его с пелёнок воспитывал! — Да-да, я не преуменьшаю. Он был великим бабником и просто млел, когда женщины звали его по имени. Но благородно присмирел, когда остепенился. Его перестали интересовать минутные связи, он полностью отдавал весь свой потенциал мужчины любимой жене. Но как-то раз, как в старых добрых байках… — Он вернулся раньше и застукал её с другим?.. — сделал предположение принц. — Именно! — вновь щёлкнул пальцами Юнги, стараясь не хохотать. — Оооо, для бедолаги это была настоящая трагедия. Любовь, естественно, тут же сгорела и на смену ей пришло раздражение. Он некоторое время жил у меня, пока его блудливая жёнушка не попыталась вернуть себе мужика. И знаешь как? Она залетела! Причём по срокам было понятно, что не от него, а всё равно пыталась давить на жалость! И вот представь: рынок, середина дня, мы с ним просто прогуливаемся по оживлённой местности и тут со стороны вой «ДАНИЭЭЭЭЭЛЬ!» и на нас катится этот огромный арбуз! Бооогииии… Если бы меня когда-то интересовали женщины, то вот именно в тот период своей жизни я бы навсегда от них отказался. Ну к чёрту эту трагикомедию… — Юнги снова подождал, пока Чимин отсмеётся, потому что малыш действительно покраснел уже до кончиков ушей и ему едва хватало воздуха. — В общем… После пары раз такого прилюдного унижения, Даниэль поставил в своём сознании магический блок на собственное имя, тем самым запирая в памяти все события, что связывали его с этой женщиной. В том числе подобным образом он забыл и меня. Я, как бы, знал об этом… Понимал, что теперь у меня нет друга, но не сильно возражал против такого поступка. Однако, когда мы снова встретились с ним и я его узнал, окончательно вспоминая наше совместное прошлое… Короче, Даниэль теперь явно меня ненавидит от всего чистого сердца~ Чимин перекатился на спину, прикрывая рот ладошкой, чтобы перестать хохотать. Кан Даниэль! Да ты тёмная личность, как оказалось! Ох, сколько же теперь есть на тебя компромата… Вон, целый маг! Даже два. — И после этого ты уехал из города, чтобы с ним не встречаться? — спросил малыш, укладываясь на бок. — Нет, он уехал раньше меня, — вздохнул колдун, водя рукой по траве. — В Краувол, чтобы занять должность придворного волшебника. Улыбка сошла с лица донсена. Его родина… Почему каждый раз, слыша о своей стране, он так расстраивается? Наверное, есть причины более… потаённые… — Юнги, в последнее время мне мерещится мама… — тихо прошептал Пак, сжимая кольцо на цепочке. — Какие-то фрагменты прорезаются в памяти, но я не могу сложить из них картинку. Они словно вспышки, но сегодня, в доме госпожи Су я словно… погрузился в своё прошлое на несколько секунд… — Твоя сила, — не раздумывая ни секунды сказал Юнги, садясь на траве и поворачиваясь всем телом к малышу. — Око Лиама ведь всё время при тебе находится, так? — Мхм… — Твоя сила хочет что-то тебе показать. Возможно, стоит её послушать. Посмотреть, что же такого было в твоём прошлом, — произнёс волшебник, внимательно рассматривая кольцо, что висело на шее Чимина. — Госпожа Пак… Лия… Мин-и удивлённо распахнул рот, уставившись на задумчивого колдуна. — Ты знаешь мою маму? — опешил принц. — Что? С чего бы это? — фыркнул мужчина. — Нет, я не знал твоих родителей… лично. Но до меня доходили слухи об этой паре и я, можно сказать, был счастлив, когда твой отец занял трон и они начали вместе менять королевство к лучшему. Да ещё и так аккуратно, чтобы Совет их раньше времени не поймал. — И всё же их поймали… — судорожно выдохнул Чимин, доставая из кармана амулет. — Юнги, но ведь раньше мне было плохо… Из-за моего прошлого… — Ты боялся магии, боялся огня и того, что было когда-то, — согласился Мин, опуская руку на плечо донсену. — Но это время прошло, Яблочко. Мы с тобой много работали. И смотри, ты уже спокойно можешь находиться у огня, полностью осознавая, что горит рядом с тобой, ты можешь использовать магию музыки и не только. И твоё прошлое само пытается достучаться до тебя. Не беги от него хоть сейчас. И если хочешь… Я буду рядом. Чимин кивнул, вертя в руках амулет, а после приложил его к своему лбу. Он не знает дату, не знает время. Но ему известно место и примерный год. Неважно, в какое воспоминание закинет принца… Если Юнги прав, то сила сама направит его в тот момент времени, который необходимо увидеть…