Самое чужое

Арсений в жизни больше дурачок, чем серьезный мужчина. За исключением моментов, когда он превращается в секс-машину. Если это происходит на сцене - Антон от смеха голос срывает и пополам складывается, как и все вокруг. Но когда они наедине и Арсений включает режим «е б а т ь» Антону уже не до шуток. Так что, таким каким его представляют все - он бывает только наедине и только с Антоном. Чем сам Антон был польщён, проследив эту историю. - Сука, да где я оставил свою куртку. - Мою возьми - доноситься с кухни. Арсений накинул на себя большую, пропахшую сигаретным дымом, кожаную куртку. Выйдя на лестничную клетку, отвечает на звонок. Куртка осталась в зале, на диване, и он поймёт это позже. Потому что ранее входя в квартиру к Антону, успев только снять обувь, его быстро утянули в глубь квартиры быстрые поцелуи от «кого-то» очень соскучившегося. Всё меняется в лучшую сторону. Ну как, для них определённо; все спокойно провожают их легкими ухмылками, когда они уходят из офиса вдвоём: «Ей богу! Ещё бы за ручки взялись» буквально доноситься от кого-то каждый раз. Они ведь всегда в шаге от того, чтобы взяться. Или, допустим, после концерта в Питере, кое-кто просит взять обратный билет в Москву на день позже: «Ну съёмки всё равно в понедельник» - «Тебе тогда нужен отель?» - «Нет» - за него отвечает Арс, и все согласно кивают. Ведь они взрослые люди, кому до них какое дело. - Кто звонил? - Стас, говорит, опять на лестничной клетке поселился - И в правду зачем выходить - Телек - работает, ты - жаришь мясо и то и дело тебя брызгает горячим маслом, и каждый раз - Да бляЯтЬ! - Ага - Оно готово уже, я выключил огонь, но оно всё равно, падла, брызгается - Если бы я тебе не сказал надеть фартук, вся твоя футболка была бы в жире.. Ты, кстати, достаточно мило в нём выглядишь - Ага. - Антон говорит с очень большими паузами между словами - Ты. Ещё. - так как очень занят делом - Скажи. Чтобы. Я. - он выкладывает мясо на противень - Одел. Его. - что бы довести его - На. Голое. - до готовности - Тело. - Надел. - Ой да иди ты, я вообще-то мясо готовлю, мне не до этого Он стоит и любуется двумя стейками под желтым светом духовки, как будто только что отправил детей в первый класс. - А помнишь что ты говорил минутой ранее - Неа - всё ещё любуясь своими «детишками» в духовке Арс протискивается между Антоном и духовкой, пока тот стоит как вкопанный, с улыбкой на лице, и складывает в посудомоечную машину немногочисленную грязную посуду; затем моет руки и не вытирая просовывает их под футболку главного повара этого вечера. - Ааайй, ссука, Арс, что ты Он наконец-то устремляет внимание на что-то помимо еды. - Ты поставил таймер? - Арс водит чуть холодными и всё ещё влажными ладонями по спине, а Антон уже разворачивается и тянется за поцелуем - Да - и Арсений успокаивается, что они не забудут про мясо, и растворяется в Антоне. Тот прижимает его к невысокой барной стойке и целует, медленно и весомо; расположив руки на тазобедренных косточках. После того как они слышат сигнал о готовности, Антон быстро и крепко обхватывает талию Арса, целует в губы ещё один раз и возвращает своё внимание к мясу. Арс ещё какое-то время стоит неподвижно и думает: «Какое там я живу в Питере, я живу рядом с ним».