В тихом омуте...

Наруто стоял и широко распахнутыми глазами смотрел на гостя. — О, Наруто-кун, привет, — в проёме появился старший Узумаки с подносом в руках. Наруто закопошился, доставая блокнот из рюкзака, но его остановил голос брата, — Этого не нужно. Он знает. Медленно убрав вещь обратно в портфель, голубоглазый посмотрел сначала на брюнета, затем на брата и обратно. В голове крутились вопросы «Он рассказал?» и «А может это старый знакомый, которого я не помню?». — Меня зовут Итачи, не припоминаешь? — спросил гость, на что Наруто отрицательно качнул головой, — Прямо как Дей-кун, — по-доброму ухмыльнулся мужчина и забрал у блондина поднос в качестве помощи, — Тогда я не буду тебе и отото рассказывать о вас же. Дам вам возможность вспомнить самим. — Ничего не понимаю… — тихо произнёс Наруто. Странный человек, знающий его имя, голос, прошлое. Слишком непонятно. Единственное, что дошло до Наруто, Дейдара доверял этому человеку, а тот внушал это самое доверие и не вызывал ни грамма подозрения. Была уверенность в том, что он никому и ничего не расскажет. — Однако, — Итачи серьёзно взглянул на Наруто, — хочу тебя ввести, так сказать, в курс дела. Я буду приходить к вам теперь каждый день, Джирайя-сан уже в курсе, чтобы помочь тем, чем не смог раньше. Для меня это важно, — длинноволосый брюнет взглянул на Дейдару с неприкрытым румянцем, на что тот резко отвернул лицо от гостя, показушно обижаясь. Улыбнувшись жесту блондина, Итачи вернул себе умиротворённое выражение и продолжил свой монолог, — имя моё ты уже знаешь, моя фамилия — Учиха. Да, я брат твоего одноклассника. Рассказываю я это для того, чтобы ты молчал до того момента, пока не убедишься, что я пришёл в гости один. Отото вполне может навязаться со мной. На лице Наруто так и было написано: "Что, блять?". — Извините, Итачи-сан, но я не понимаю, зачем вы будете скрывать от Саске, пусть уж знает… — А это, Наруто-кун, нужно для того, чтобы ваша… — запнулся было Итачи, но быстро спохватился, — дружба была крепкой и настоящей, а не построенной на прошлом, в котором Отото не уверен, а ты и вовсе не помнишь. Узумаки младший нахмурил брови и, сев в кресло, взял кружку чая. — Дружба? Вряд-ли. Если человек хочет подружиться, он подойдёт и найдёт общий интерес, а не будет против воли сидеть рядом с тобой, наблюдать за твоими движениямм змеинным взглядом и сталкерить на каждой перемене. И замечу! Это только первый день. Да и воду вы какую-то мутите... — У моего маленького глупого братца проблемы с выражением эмоций, не злись на него, - про "муть" Итачи решил промолчать, ведь это была правда, но подростку об этом знать не обязательно. Наруто хмурился, Итачи спокойно попивал чай, а Дейдара даже не имел представления, что можно было бы сказать в данной ситуации. На какое-то время повисла вязкая и тягучая тишина. Наруто решил спросить из множества лишь один самый главный для него вопрос. — Чего вы добиваетесь? — серьёзно посмотрев на мужчину, Наруто отпил чай. — Когда всё вспомнишь, осознание придёт само, — лукаво улыбнулся Учиха. Не любил голубоглазый все эти загадки. Разгадывать их тоже не горел желанием. Итачи специально не собирался рассказывать ни младшему брату Дейдары, ни своему Отото, чтобы молодёжь сама разобралась. Он видел… нет, он знал, что детишки чувствуют друг к другу. Знал, что они будут вместе, но он хотел, чтобы чувства обоих подростков были взаимны, а не навязаны одному другим, если бы он рассказал кому-то из них про второго. Он не мог представить, что ощущал бы Наруто, но знал, что с весом смерти родителей на душе, узнать о чувствах другого человека будет для него апогеем дурдома. Ни к чему хорошему это не приведёт. А вот что чувствовал бы Саске, Итачи знал наверняка. Боль от того, что любимый человек, о котором ты всю жизнь хранил воспоминания, которому хранил верность, ждал и, дождавшись, получил ответ в виде «Я тебя не помню», была бы невыносимой. Да, старший Учиха любил Дейдару и взял с того обещание в девятилетнем возрасте, когда тот уезжал с родителями, что они в будущем встретятся и не разлучатся никогда. Он был счастлив, когда узнал, что тот пришёл к нему работать, но в ходе незамысловатого разговора выяснилось, что тот Учиху не помнит. Внутри брюнета всё, что только могло, рухнуло. Разбилось. Но Учиха не опустит руки, ведь видит, что тот ему доверяет, хоть и отнекивается от этого под предлогом «Тебе показалось!». А тут Наруто, что был ещё младше. Он и подавно ничего не помнит. Пусть уж Саске сам всё поймёт. Он уже долго ищет Кураму. Ищет, потому что знает, что это Наруто. Потому что он помнит его голос. Потому что он хранит чувства к своему Добе. Он слушал все эфиры, дабы зацепиться за что-то, что укажет местоположение Наруто, что последний тщательно скрывал из-за образа. Искал зацепки, ведь коварные братья Узумаки не проронились Учихам, куда они уезжают. Саске научился понимать настроение своей любви только по голосу. Он мог различить все эмоции в интонации, которая остальным покажется спокойной, если не жизнерадостной. Ему осталось лишь понять, что тот, кого он ищет всю свою сознательную жизнь… сидит рядом с ним за партой. И уж тем более, он точно не собирался рассказывать им двоим, тогда их отношения будут навязаны прошлым, а это ещё хуже, чем первое. Пусть отношения детишек развиваются постепенно, самостоятельно. Он мешать не будет, лишь изредка направлять.

***

Наруто пришёл в школу рано утром, понимая какую ошибку совершил. Когда Узумаки проснулся, он чувствовал себя вполне бодро. Однако сейчас сонливость одолевала организм подростка. Голубоглазый рассчитывал поспать на парте до начала урока, но… — Добе, какой твой любимый цвет? — спросил сидящий рядом Учиха. «Отстань» — Узумаки лениво шкарябал шариковой ручкой по бумаге. — А какую еду ты любишь? «Отвали» — Может, тебе нравится рамен? — «Вот же мразь, в яблочко…» — подумал сонный подросток, но написал на бумаге лишь: «Завались». — Да поговори ты со мной! — тихо, но грозно проговорил Учиха. «Я немой.» — и скептический взгляд голубых глаз. Учиха закатил глаза. Если бы он подошёл с таким напором к кому-то, любой бы уже сдался под ним. Но этот… изворотливый, как лиса. — Хорошо, скажу так. По-пи-ши со мной. «Сам пиши, я отказываюсь от подобной перспективы» — Наруто хотел сейчас лишь того, чтобы надоедливый сосед по парте отстал от него и дал, наконец, поспать. Учиха же издал тихий, отчаянный рёв и упал лицом в деревянную поверхность. Подняв на голубоглазого злой взгляд, Учиха заговорил сквозь зубы: — Тебя родители не учили, что грубить другим, если те тебе ничего не сделали, плохо? По щеке брюнета прошлась пощечина, а синие омуты посмотрели на Учиху настолько ледяным взглядом, что у того по спине прошёлся табун мурашек. Спрятав под чёрной чёлкой глаза, Наруто сжал в руке карандаш до боли. Тот, ожидаемо, сломался пополам от такого напора. Наруто начал быстро скидывать вещи в сумку. — Хей, Менма… чт..? — речь Учихи прервало резкое движение Узумаки. Он встал из-за парты так быстро, что стул, на котором тот сидел, с грохотом свалился на пол. Через мгновение голубоглазого уже не было в классе, а Учиха остался сидеть со смешанными чувствами. Узумаки твёрдой походкой быстро выбежал из здания, срываясь на бег. Он бежал домой, смотря только под ноги. Забежав в обитель, Наруто, в коридоре, чуть не врезался в обувавшегося брата. Тот хотел спросить, что случилось, но Узумаки младший отмахнулся, мол, всё нормально, пусть идёт на работу. Дейдара упирался, дабы остаться и выслушать брата, но последний оказался убедительнее, поэтому блондин направился на работу, попутно размышляя над состоянием родственника. Когда за Наруто закрылась уже последняя дверь, что вела в его комнату и из неё, голубоглазый дал волю эмоциям, что захлестнули его волной, выливаясь в горькие слёзы отчаяния. — Мудло… — хрипло прозвучал между всхлипами. Узумаки давал себе отчёт в том, что Учиха не знал, что говорит. Понимал, что тот был обижен. Осознавал, что агрессия была необоснованна. Но… ничего с собой поделать не мог. В груди неприятно щемило, а на лице сразу появлялись слёзы. Он хотел взять себя в руки. Перестать быть таким сентиментальным. Но не мог. И пусть замолчат все те, кто ему говорил, что нет того, чего мы не можем, мы просто этого не хотим. Враньё. Есть вещи, которые нам неподвластны. Боль — одно из них. В любых её воплощениях. Комната была заполнена всхлипами и мычаниями от долгого рыдания. Слёзы катились по лицу градом. Глубоко вдохнув и выдохнув, Наруто перестал всхлипывать, хоть слёзы текли и плечи дрожали, и подтянул к себе гитару. Одни пальцы зажали струны, а другие прошлись по ним плавным движением. Песня должна была быть подарком родителям на годовщину свадьбы… должна была. Почти всё время Узумаки просто играл мелодию, а запел лишь под конец. Хриплым и тихим голосом. Своих родителей в детской, Париж на холсте… Подавив очередной поток слёз, Наруто медленно запел дальше всё тем же тихим хрипом. Ведь я мечтаю о том, что и ты тоже, Чтобы журавль в руках, а клинок в ножнах… И быть не просто отцом, а быть примером. Доиграв пару последних аккордов, голубоглазый обнял колени настолько сильно, насколько это позволяла лежащая в этих объятиях гитара. Из-за утренней сонливости и продолжительных рыданий сил не осталось, практически, совсем. Наруто так и уснул, сидя на холодном полу.

***

Сознание прояснилось от того, что кто-то мягко потрепал Наруто по плечу. С большой силой открыв глаза, Узумаки увидел брата в темноте комнаты. За окном, по-видимому, уже был поздний вечер. Протерев глаза, дабы видеть всё более чётко, Наруто провёл по чёрным волосам и шмыгнул носом. — Наруто… что случилось? — тихо спросил Дейдара. — Ничего, мне просто нужно свыкнуться с мыслью о их… о них, — после небольшой паузы, Наруто добавил, — а ты совсем расклеился, раньше ты бы никогда не говорил с интонацией «ти-ти-ти» — он грустно улыбнулся. Блондин сначала насупился, прописав младшему брату подзатыльник, а потом аккуратно прижал его голову к своей груди и положил на его затылок свою щёку. — Всё хорошо, они рядом, в твоём и моём сердце. А если тебе нужна будет помощь, я и дедушка всегда здесь. — Спасибо. Погладив младшего по волосам, Дейдара поднялся на ноги, поднимая за руку и Наруто. Отправив последнего умываться, блондин предупредил его о том, что внизу сидит снова пришедший Итачи и отправился заваривать чай. Спустившись в гостиную, Наруто первым делом поинтересовался отсутствием дедули, на что получил ответ в виде: «Сейчас придёт. Вышел в магазин.». И действительно, чуть позже пришёл Джирайя с полным пакетом вкусностей. Поинтересовавшись состояние внуков и поздоровавшись с Учихой, Джирайя направился к себе в комнату дописывать своё очередное произведение. — Наруто-кун, что такого тебе сказал мой глупый отото, что ты так взбесился? Он аж волосы на себе рвал… — Итачи сидел в кресле и пил чай, вспоминая взволнованный голос Саске: Черноглазый подросток ходил из стороны в стороны по своей спальне, убирая с лица нависающую чёлку ладонями. На очередном кругу ходьбы по комнате, Саске схватил телефон, набирая номер старшего брата. — Да? — послышалось в трубке. — Аники, почему человек может так легко взбесится из-за простого упрёка? — быстро проговорил подросток на одном дыхании. — А теперь медленно и по порядку? Закатив глаза, Саске вдохнул в лёгкие побольше воздуха. — Я… я пытался поговорить с Менмой, а тот опять игнорировал и грубил, я не выдержал и рявкнул на него, а он посмотрел на меня так злостно, сломав карандаш, я даже напугался, и потом он вылетел из класса, так и не вернувшись. На другом конце устало вздохнули. — Отото, какой же ты глупый… скорее всего, в своей речи ты задел тему, которая для твоего одноклассника очень болезненна. Не говори с ним, пока тот первым не подойдёт, а затем извинись. — Ясно… спасибо, Аники, — получив в ответ: «Не за что, до вечера.» - Саске сбросил вызов. Обессиленно упав на кровать, брюнет стал размышлять, что могло обидеть соседа по парте и как бы перед ним извиниться. -… Всего лишь неаккуратно брошенные слова и моё эмоциональное переживание. Ничего более, — Итачи удивлённо посмотрел на подростка. Он знал, что в семье Намикадзе-Узумаки была проблема, но какая именно, Итачи не спрашивал. Думал, может, это что-то слишком личное. — У нас неделю назад погибли родители… Наруто сейчас тяжелее всех, — ответил за брата Дейдара, на что Итачи сочувствующе вздохнул. — У нас с Саске тоже нет родителей. Они погибли семь лет назад из-за тёрок компании. Отец защищал мать, что в свою очередь обеспечила безопасность нам с Отото. Жили мы под опекой дяди, но родственно близки с ним никогда не были, в отличии от вас с Джирайей-саном. Поддерживаем сугубо клановые отношения. Когда Саске узнал о смерти родителей, разгромил весь дом, находясь в жуткой депрессии, — Итачи всё так же сочувствующе улыбался, держа в руках кружку и смотря куда-то в пол. Наруто, внимательно выслушав Учиху, почувствовал укол вины. Узумаки свято верил, что тот просто избалованный подросток и ничего не понимает в человеческих чувствах, а оказалось, что они с черноглазым вполне похожи. Он обязательно извинится перед Саске. Но это уже будет завтра.

***

Зайдя в класс, Наруто взглянул на свою парту, за которой уже сидел Учиха и хмуро смотрел в окно. Бесшумно обойдя ряд, Узумаки расположился на своём месте, привлекая к себе внимание чёрных глаз. — Менма, я… — начал было Учиха, но замолчал, когда к нему пододвинули маленький листочек, на котором было написано одно слово: «Прости». Учиха непонимающе посмотрел на одноклассника. Тот, предвидя такую ситуацию, достал блокнот и открыл ранее заготовленный текст: «Я вчера поступил неправильно. Безоснованно на тебя разозлился, даже ударил... даже не объяснив толком ничего... Прости, пожалуйста.» — сам Узумаки виновато смотрел на Саске. Это был первый раз за пару дней их знакомства, когда голубоглазый, обычно брезгливо избегающий смотреть на Учиху или одаривающий того злым взором, добровольно взглянул на него. Мило улыбнувшись, Саске протянул Наруто руку для рукопожатия. У него как будто камень с души упал. А когда Узумаки пожал её, да ещё и улыбнулся в ответ, сердце замерло и перед глазами всплыл образ маленького блондинистого чуда, которого Саске ищет уже так давно. Зажмурив глаза и помотав головой, отгоняя воспоминания, Учиха наткнулся на удивление на лице Узумаки. — Ничего, просто… ты сейчас напомнил мне кое-кого, — смущённо сказал Учиха, отводя взгляд, а Наруто лишь равнодушно пожал плечами, начиная рисовать очередную лису. — «Не может же он быть им… правда? Или…» — Учиха скосил глаза, рассматривая умиротворённое лицо голубоглазого, — «Нет, Наруто обещал вернуться в эфиры, а значит говорит, а Менма не может. Да, именно. Но почему тогда…» — размышления Саске прервал звонок, оповещающий о начале урока. После этого разговора Наруто стал меньше грубить и начал отвечать на простые вопросы. Это, несомненно, не могло не радовать Саске и заставляло Узумаки задаваться вопросом, как он мог поменять мнение о человеке всего за один разговор со старшим братом этого Учихи. И даже улыбнулся, хотя был уверен, что не сможет ещё, как минимум, целый месяц. За пару дней у Саске и Наруто нашлись общие интересы и даже появились свои шуточки. Узумаки так же сдружился ближе с одноклассниками. Теперь он мог обратиться к любому за помощью и также к нему подходили за тем же. В столовой они ели все за одним столом. Наруто даже смог уговорить Учиху есть с остальными, что никому не удавалось уже очень давно. Конечно, черноглазый брюнет квасил морду и, в основном, молчал за столом, но покорно садился рядом с Узумаки. Девушки из других классов продолжали так же завистливо поглядывать на голубоглазого, но он не выражал никакого недовольства или, уж тем более, страха. Ему было на них глубоко плевать. У него теперь есть не только любимые брат и дедушка, но и друзья. Да и Сакура перебьёт любого, вне зависимости, парень это или девушка, если тот «Покусится на душеньку её маленького Менму-куна». Она стала себя вести, подобно старшей заботливой сестре, когда узнала о смерти родителей Узумаки от него самого, спрашивая у каждого из класса отдельно о том, где работают матери и отцы учеников и заполняя документ, который заполнял каждый староста старшей школы, после чего относил учителю. Наруто находил такую заботу довольно забавной, но ничего против не имел. Чёрная полоса потихоньку приобретала белые краски.