Здесь слишком жарко из-за тебя

Тонкими лучами свет сквозь шторы проникал в мою комнату. Раннее утро, вставать нет смысла. Глядя в потолок, я лежу на кровати и думаю о завтрашнем дне. В последнее время они быстро сменяли друг друга, превратившись в серую рутину. Ночи были долгими: либо длинные и тяжёлые сны, либо бессоница. По утрам я встаю сонным и уставшим, что сказывается на моей учёбе, из-за чего профессора ненавязчиво интересуются, всё ли со мной хорошо. Нет. Многие люди говорят о том, что первая любовь самая сильная и долгая. Когда я был младше, то много думал о том, что буду чувствовать сам, полюбив кого-то. Представлял взаимные чувства, красивые и чистые, как в сказках и фильмах. В жизни всё вышло совсем не так, как думал маленький наивный темноволосый мальчик, сидя у окна. Повзрослев, этот мальчик получил лишь страх и стыд за то, что полюбил. Я никогда не думал о любви к человеку, готовому всегда первым отпустить в мой адрес колкость или неуместную шутку. Драко Малфой слишком хорош. Его блондинистую макушку я узнаю из тысячи. Поттер никогда себе не признается, но в душе ему нравится, когда Малфой обращает своё внимание на него, чтобы попытаться задеть. Смотреть на его лицо, сменяющее эмоции одну за другой, было интересно и завораживающе. Слушать приятный, бархатистый голос было раем для ушей. Наслаждаться присутствием слизеринца рядом было непозволительной роскошью и проблемой, ведь каждый раз держать свои чувства при себе было трудно. Словно внутри что-то сгорало в адском пламени, а потом возрождалось, чтобы опять умереть. Я твёрдо решил спрятать внутри себя всё то, что заставлял меня испытывать Малфой. Если у людей получается скрывать свои чувства на протяжении долгого времени, а потом жить, словно ничего и не было, то и у меня получится. С глаз долой — из сердца вон. И всё само пройдёт. Должно пройти. А если нет?... Иногда мне кажется, будто на меня кто-то пристально смотрит, я почти оборачиваюсь в надежде увидеть знакомые глаза, а потом одëргиваю себя, осознавая свою паранойю. С чего вдруг ему, принцу всея слизерина, который никогда не остаётся без внимания, нужно смотреть в мою сторону? Разве что изредка, чтобы потом подтрунить. Он не стал бы смотреть на меня просто так. Ведь не стал бы? Это чувство меня сжирает изнутри, словно смертоносный паразит, от которого нельзя спастись, проигнорировав или введя лекарство. Не сработает. Слушать разговоры Рона и Гермионы о причине моих проблем было невыносимо, но если я хочу оставить свою влюблённость в тайне, то придётся потерпеть. Даже самым близким друзьям я не могу сказать об этом — приходится копить в себе. Копить глупую привязанность, желание притянуть его к себе за галстук и впиться своими губами в его, а потом придушить за чрезмерную притягательность и за то, что он опьянил меня. А что, если в один день моя копилка разобьётся, переполнившись? Пункт, о котором я стараюсь не думать, потому что боюсь. Я буду стараться жить так, как раньше, радоваться, улыбаться серьёзной Гермионе, смеяться с доброго Рона и его шуток, но не смотреть в его сторону. Пусть сердце разрывается на мелкие кусочки, доставляя невыносимую боль, но об этом никто не узнает. Никогда. Он, как моя болезнь, опасная и непредсказуемая, готовая в любой момент убить, но почему-то выжидающая. Будь Малфой действительно смертельным вирусом в шприце, я бы ввёл его без промедления, наслаждаясь болью и приятным чувством, заполняющим всё тело. Моя бессоница, моя печаль, сидящая глубоко в душе, моя головная боль, отравляющая разум и не дающая мыслить здраво. Это всё из-за тебя, самовлюблённый Драко Малфой.