Слишком хороший парень

      Над Тэхёном издевались всегда и чуть ли не с самого его рождения. Нет, он не был уродливым, толстым, внешне вообще не очень-то выделялся среди других детей. Да и скверным характером не славился. Удивительным образом он всегда был и оставался хорошим и правильным. Всё дело было в его семье. Конечно, дети сами по себе ничего и никогда бы не узнали, если бы не их отвратительные родители, которые настраивали детей против бедолаги. Мама Тэхёна не была коренной кореянкой, и приехала в страну, когда стала совершеннолетней. Когда люди не знают друг друга, они могут придумать что угодно про того, кто им не совсем по вкусу. Так случилось и с мамой Тэхёна. Гребаный расизм. Пока она была молодой, то естественно, что никто не воспринимал ее всерьез, и отношение было типичным как ко всем иностранкам. Однако стоило ей выйти замуж за корейца, как началось… Люди навыдумывали историй про то, что она якобы работала проституткой, а в Корею приехала, чтобы подцепить богатенького наследника. Это и было главной проблемой в семье Кима, которая отражалась на всех ее членах: у его отца возникали неприятные ситуации на работе, мама часто нарывалась на грубости в свой адрес, а Тэхён стал изгоем среди сверстников, ведь его мама была не кореянкой, да еще и якобы представительницей древнейшей профессии.       Я всегда была сама по себе в своей семье, поэтому никто не воздействовал на меня и мою дружбу с мальчиком, которого нужно было всем ненавидеть. И мы стали изгоями вместе. Порой я позволяла себе грубости и издевательства в отношении него, но никогда не делала этого на людях, просто используя его для самоутверждения. Он всегда оставался со мной, ведь я была единственной, кто его держал за руку, когда сыпались ругательства, угрозы и кулаки. И так было до тех пор, пока в нашей жизни не появился Сон Чжэрим, — отъявленный хулиган и просто самый мерзкий тип, которого для чего-то носила на себе земля. Это был очень жестокий ребенок, которому было чуждо хоть что-то светлое и доброе. Чудесным образом я и Тэхён приглянулись ему в качестве живых игрушек, поэтому он натравливал на нас всех своих дружков, они ловили нас и издевались: испорченные вещи, обрезанные волосы, синяки и ссадины, — стали вечными атрибутами этих встреч. Тэхёну вечно доставало от отца за то, в каком он виде приходил домой, а мои родители просто не видели, наверное, поэтому я снова-таки не была подвержена влиянию воспитанию того, что это не совсем правильно и хорошо.       Так бы всё и длилось дальше, если бы не госпожа природа: мы взрослели, видоизменялись, а у этого подлеца Чжэрима заиграли гормоны. Ни одна девочка в округе ни за что бы с ним по своей воле не связалась, а умения нормально общаться у него не появилось, поэтому он решил, что для первой девушки я вполне сойду. Точнее, мне выпал выбор: встречаться с ним, и он не будет больше трогать ни меня, ни Тэхёна; либо издевательства продолжаться, но будут носить еще более ужасный характер. Наверное, именно с того момента моя жизнь обрела вполне конкретный путь — в самое дно, а чувства к Киму окрасились в черный цвет, ведь я посчитала его главным виновником того, что мне приходилось терпеть общество этого ублюдка. Конечно, Тэхён не был ни в чем виноват, но тогда всё казалось иначе, и всю ненависть я стала выливать тоннами грязи на Тэхёна и его семью, ударяя по самым больным местам, ведь кто, как не я, знал его лучше всех. И мне казалось нормальным ненавидеть его…       — Да твою мать! — сорвалось с моих губ, и я запоздало приложила ладонь к губам, не веря своим глазам: мерзавец Сон Чжэрим стоял перед Тэхёном в окружении парочки молодых ребят.       Меня охватила дрожь, внутри всё похолодело, стало трудно дышать, легкие словно сковало, а сердце замедлило свой ход. Зонт выпал из рук, когда, наконец, увидела лицо Тэхёна: царапины, кровоподтеки, разбитая губа и нос, припухшие, — будут синяки. Он сплевывал кровь и скалился, вызывая бешенство у Сона. Гребаное дежавю жестко ударило по нервам. Несмотря на оцепенение мозг начал активно работать, пытаясь придумать пути спасения. Слишком хорошо помнила, чем заканчивались встречи с этим человеком.       — Какая удача, — он был удивлен и развел руки. — Сольхи, давно не виделись, — его мерзкая улыбка вызвала приступ тошноты, а шрам на виске встревожил память, отчего меня всю парализовало. — Честно говоря, удивлен видеть вас вместе…       — Мы не вместе, — фыркнул Ким, но его придержал один из ребят, а я, воспользовавшись несколькими секундами, быстро набрала сообщение одной рукой: «Помоги», не способная пока от шока произнести хоть что-то.       — Не верю, что это совпадение. Снова прибежала спасать своего дружочка? — он открыто издевался, как раньше, только я почему-то думала, что с возрастом ему должно было надоесть или хотя бы наскучить, — да, блять, я даже думать не могла, что когда-либо придется встретиться с этой мразью. — Боюсь, с тебя больше нечего взять, — он приблизился, разглядывая оценивающим и презрительным взглядом, а у меня коленки стали подкашиваться от страха при ужасающих воспоминаниях.       Тэхён посмотрел в мою сторону вопросительно, а я отвела взгляд, находясь совсем не в том состоянии, чтобы вдаваться в подробности. Зато Сона эта ситуация только забавляла. Он засмеялся и толкнул меня в плечо, с удовольствием наблюдая, как Ким рванул, чтобы подняться, но его вновь остановили подопечные Сона. Меня бесило это оцепенение: слезы, вставшие в глазах, и ком, застрявший в горле. Я могла со всем справиться, но с накатившим прошлым было сложно совладать: оно было сильнее.       — Не трогай ее, — с вызовом воскликнул Тэхён, и у меня сердце в пятки ушло: мы были совсем не в выигрышной ситуации, а он тут геройствовать решил.       — Смотри-ка, Сольхи, этот щенок научился огрызаться, — прокомментировал Сон, резко схватив меня за запястье, с силой сжимая его. — Ему просто стоило извиниться, но он не захотел…       — Оставь нас, Сон Чжэрим, — прошептала, стискивая руки в кулаки, тщетно пытаясь найти в себе силы противостоять напору собственного ничтожества.       — Что ты там бормочешь?       — Оставь нас по-хорошему, — слабая попытка, но мозг ухватился за нее, как за единственный спасательный круг.       — Ты мне пытаешься угрожать? Смело, — он замахнулся, и я набрала воздуха в легкие, чувствуя, как собственный язык заплетается, и замечая блестящую рукоятку ножа за пазухой Сона, — черт бы тебя побрал, Сольхи, разве ты такая ничтожная лужица?!       — Не трогай ее, ублюдок! — воскликнул Тэхён, вновь пытаясь вырваться.       — Хм, чего же ты так за нее переживаешь, Ким? Думаешь, я сделаю с ней что-то, чего раньше не делал? — я молила Бога, чтобы этот урод ничего не говорил дальше, но он словно знал, куда бить, скручивая мои руки, не давая возможности сопротивляться, влепляя звонкую пощечину, которая подействовала на удивление отрезвляюще. — Ничуть не изменился, наивный Ким. Эта потаскуха чего только не вытворяла, чтобы, — он ослабил хватку, и я мгновенно воспользовалась моментом, вырвавшись и выхватив его нож, успев полоснуть его запястье. — Ах, сучка!       — Стоять! Приблизишься, зарежу тебя, ублюдок! — меня всю трясло, а от вида чужой крови на ноже стало подташнивать.       — Сольхи, остановись, — голос Джуна за спиной показался каким-то чужим, и я не спускала глаз с обезумевшего от произошедшего Сона, который сжимал кровоточащую рану. — Так, ребят, отпускайте нас по-хорошему, иначе полиция быстро разберется со всеми сразу…       Оценив обстановку, двое подопечных Сона отпустили Тэхёна, решив наброситься на Намджуна, который с легкостью увернулся от их кулаков, быстро и четко нокаутировав обоих.       — Думаю, хватит на этом, — он подошел к Тэхёну, который пытался подняться сам и отказывался от его помощи, но всё же позволил подставить плечо. — Хи, ты меня слышишь? — в моих глазах стояли слёзы, а внутри всё кипело и бурлило: желание прибить этого червяка Сона разгорелось как никогда раньше, всё тело этого жаждало, каждая клеточка, которой он когда-то коснулся.       Сон сплюнул, чертыхнулся, но кивнул своим дружкам, и они убрались с наших глаз. Я свалилась на землю, совсем не чувствуя под собой ног. Внутри будто разрезали на части, и слезы хлынули градом. Джун подлетел ко мне, но я оттолкнула его, пальцами скребя землю, пытаясь выпустить на волю свой страх и боль, охватившую меня за несколько минут, окунувшую в прошлое.       — Соль, — тихий бас Тэхён раздался где-то над ухом, и его ладонь накрыла мою кисть, перехватывая ее в попытке остановить меня. — Он ушел, всё хорошо.       Подняв на него взгляд, непроизвольно шарахнулась в сторону, отнимая руку, тут же жалея о своем поступке. Он смотрел с такой жалостью, что моё сердце готово было разорваться на тысячи мелких осколков.       — Сольхи, я заказал такси, поедем, — голос Намджуна всё еще казался каким-то отчужденным, словно он был из другого мира, который находился вдали от нашего с Тэхёном.       Быть может, потому что он казался таким отстраненным, я немного успокоилась и кивнула, утирая мокрые дорожки от слез на лице. Втроем сели в такси и отправились в квартиру Тэхёна, потому что других вариантов он не рассматривал. Всю дорогу ехали молча, а когда вошли в квартиру, Тэхён скрылся в ванной комнате. Атмосфера и произошедшее давили тяжким грузом: хотелось выпить чего-нибудь покрепче, лишь бы на время забыть об этом сковывающем ужасе.       — Что еще из вашего прошлого ты не рассказала?       Я понимала, что больше не могла ходить вокруг да около, рано или поздно нужно было хотя бы кому-то обо всём рассказать, пока окончательно не свихнулась. Трудно было подавить эмоции, когда воспоминания сами выплыли. Прислушавшись к звуку льющейся воды в ванной, убеждаясь, что Тэхён ничего не слышит, глубоко вздохнула. Тяжело было говорить, но всё же постаралась поведать Джуну краткую историю, связанную с Сон Чжэримом…       — Только прошу тебя, никому не говори, — подытожила, кусая губы, со стыдом глядя в пол. — Я бы не хотела, чтобы кто-то знал об этом…       — Соль, я даже предположить не мог, — Джун явно был удивлен и растерян, не зная, какие слова лучше подобрать после всего услышанного. — Так он… изнасиловал тебя?       — Шрам на виске его видел? Подарочек ему за то, что он со мной сделал, — попыталась усмехнуться, показаться храбрее, чем есть; показать, что этот человек не сломал меня, но получилось натянуто и грубовато, а воспоминания вновь забились противными мотыльками внутри груди, заставляя задыхаться.       Намджун подошел и обнял за плечи, прижимая к себе, а у меня слезы встали в глазах. То, что забылось и кануло в лету, что я не хотела никогда вспоминать, вдруг само явилось. Сон Чжэрим оказался нашим с Тэхёном камнем преткновения, раз и навсегда разделившим и разрушившим всякие отношения. Не сказать, что всё было так уж и прекрасно, но всё хорошее, что было, оказалось перечеркнуто появлением этого человека.       — Я бы хотела выпить, — попыталась вновь улыбнуться и оглянулась вокруг. — Сходишь? У мистера правильного точно нет алкоголя.       — Конечно, — Джун похлопал по плечу и направился к выходу, когда Тэхён вышел из ванной, уже переодетый в домашнюю белую футболку и штаны, с мокрыми волосами, безобразно торчавшими в разные стороны, но скрывавшими ссадины на лице.       — Я обработаю твои царапины, — проговорила тихо, быстро метнулась в ванную, где вымыла руки и лицо, взяла аптечку и вернулась к Тэхёну, усевшемуся на пол рядом с панорамным окном в комнате. — Тэхён…       — Соль, — он говорил медленно и вдумчиво, размышляя над каждым словом. — Почему ты оказалась там? — не это хотел спросить, я поняла по его глазам, в которых была бездна вопросов, но он не озвучил ни один из них.       — Решила переметнуться на светлую сторону, — попыталась улыбнуться, откидывая челку парня назад, задерживаясь на несколько секунд, будто разглядывая лицо, но на самом деле наслаждаясь прикосновениями. — Подумала, что стоит попробовать с вами потусить, — Тэхён поймал мой взгляд, поэтому взяла в руки антисептик и стала обрабатывать ссадины, дуя на каждую. — Мыслей не было, что вы можете быть где-то, кроме библиотек и музеев, но Намджун подсказал.       — Он — хороший парень.       — Не будь Мины, я бы с ним замутила, — засмеялась, но Тэхён почему-то не оценил мою шутку, нахмурив брови. — Да ладно тебе, ревнуешь что ли?       — Нет, — медлил. — Соль, я, — он хотел спросить, но, видимо, чего-то боялся. — О чем говорил Сон Чжэрим?       — Я почти закончила, — прикрепила парочку пластырей, дрожащими руками собирая аптечку в порядок.       — Почему ты не говорила?       — Тебе нужен отдых, — он перехватил кисть, заставляя посмотреть на него. — Тэхён, я не хочу говорить об этом. И вообще мы вроде как договаривались оставить прошлое в прошлом.       — Ты что-то скрываешь? — он прищурился, и я отвернулась, — дохера всего, Тэхён, даже не представляешь, сколько дерьма ты обо мне не знаешь.       — Отдыхай…       Я хотела добавить, что он может позвонить своей девушке, но вовремя остановилась: не стоило вплетать кого-то еще в наше уединение. Пока никого не было рядом, Тэхён принадлежал только мне, и я не должна была позволить разрушить это.       Вернулся Намджун, и Тэ оставил свои допросы, не решившись выносить это на обсуждение с кем-либо еще. Мы по-хозяйски освоились в гостиной на полу, расставив все бутылочки и закуски на низком столике. Тэхён как-то скептически отнесся к нашему пиршеству и ушел в спальню, оставив нас наедине. На телефоне была куча пропущенных звонков от мамы, старшего брата и даже сестры. Отписавшись маме, что со мной всё в порядке и я у Тэхёна, заметила одно сообщение. «Ты мне нужна срочно», — сообщение было адресовано от Чон Чонгука. Умом тронулся, не иначе, или номер попутал.       — Потеряли? — уточнил Джун, пока разливал соджу и включал какое-то шоу на телевизоре.       — Типа того, — озвучивать того, что мне написал этот хмырь, не стала. — Как Мина? Мы с ней давно не виделись.       — Она к родственникам на Чеджу улетела.       — А как же учеба?       — Да там что-то важное.       Телефон зазвонил, на экране светился номер Чонгука, и я сбросила звонок. Так было несколько раз.       — Иди и ответь уже. Мало ли что случилось.       — Сомневаюсь.       — Кто это?       — Один придурок.       — Только не говори мне, — Джун округлил глаза. — Ты же обещала не связываться с ним.       — Я и не связываюсь. Если ты не заметил, то это он мне названивает настойчиво, а я не беру трубку.       — Зачем он тебе звонит?       — Я в таком же неведении, как и ты…       Мы выпили несколько бутылок соджу, и Джун свалился спать прямо на полу, поэтому я стянула пару подушек и плед с дивана. Попытка приподнять его, чтобы подложить подушку, закончилась неудачей, поэтому оставила ее рядом и накрыла его пледом, однако решила всё-таки сходить за одеялом в спальню.       Буквально на цыпочках подошла к двери и тихонько открыла ее, оказываясь в тёмной комнате, где глаза пытались адаптироваться какое-то время. Попытка быть тихой кончилась максимально неуспешно: я споткнулась обо что-то на полу и чуть не растеклась по нему, заскулив от боли в коленке.       — Соль? — сонный голос Тэ раздался в темноте, и я запоздало сообразила, что он спал на полу. — Ты спать пришла?       — Я? Не, за одеялом для Джуна. Эта бестолочь развалилась на полу, а в той комнате прохладно, — хаотично шаря по темноте, ладошками обхватила парня за плечи, которые почему-то оказались голыми, отчего моё внутреннее Я чуть не завизжало от восторга. — Эм, ты чего это…       — Мне стало жарко, — он выдохнул, обдавая горячим дыханием мои руки, и я наклонилась ближе. — Соль, ты много выпила? — его кожа была такой приятной на ощупь, а запах тела так и манил, отчего было трудно держать себя в руках. — Соль, засыпаешь? — горячая ладонь коснулась моей щеки, что послужило толчком моих действий.       — Прости, Тэ, — прошептала почти в губы, томно выдыхая. — Я всё знаю и понимаю, но так хочу, — не дожидаясь ответа, поцеловала его. — Пожалуйста, один раз, — проговорила в губы, обхватывая руками волосы на его затылке, слегка оттягивая назад и покрывая невесомыми поцелуями шею и ключицы. — Тэхён, — вновь вернулась к манящим губам.       — Это неправильно, Соль, — надрывно прошептал он, тяжело выдыхая, лишь подтверждая, что его тело хотело. — Нехорошо так…       — Это останется между нами, это ни к чему тебя не обязывает, это не измена, — шептала, прикусывая мочку уха, чувствуя, как парень стал тяжело дышать и затаил дыхание при слове «измена». — Я же сказала, что знаю. Просто побудь для меня хорошим парнем несколько минут, — он сомневался, сжимая руки в кулаки, вероятно, в борьбе с искушением.       — Соль…       Больше не могла ждать, целуя максимально чувственно, притягивая к себе ближе. Он всё же поддался, обхватывая обеими руками за спину. Бабочки в животе забились в истерике, и время словно остановилось: ничто не было важно, только этот момент близости. Почему не сделала этого раньше? Чего же боялась?       Дверь комнаты с шумом распахнулась, и ввалился пьяный Намджун, отчего вся атмосфера полетела к чертям вместе с подушкой, которую я стащила с кровати.       — Мне надоел тот черт, что ломится в дверь квартиры, — пробормотал он сонно-пьяным голосом, скатываясь по стеночке вниз.       — Чего? — в один голос спросили я и Тэхён, искоса переглянувшись.       — Что слышали…       Мигом поднявшись, подбежала к двери и увидела в видеодомофоне Чонгука. Меня охватила паника: не хотелось, чтобы он вообще как-то взаимодействовал с Тэхёном или Намджуном, поэтому, открыв дверь, вышла наружу.       Чонгук не выглядел особо радостным при виде меня, поэтому даже не знала, к чему подготовиться, хотя готовиться к чему-либо, наверное, было бессмысленно, ведь от этой мразоты чего угодно можно было ожидать.       — Какого черта трубку не брала? — начал с наезда, — браво, мистер Чон.       — Не обязана.       — Нужно, чтобы ты устроила встречу с твоим отцом.       — Вы вроде бы хорошо общаетесь.       — Серьезно говорю.       — Так и я серьезна. Или ты наивно полагаешь, что я — любимица папочки? С твоей подачи он меня отметелил, мама не горюй.       — Это не мои проблемы.       — Попроси сестру, — пожала плечами, но не расслабляясь ни на секунду. — Она же всё для тебя сделает.       — И в жопу даст, — противно хмыкнул.       — Фу, блять! Давай без интимных подробностей.       — Твой отец не глупый, сразу поймет, что она со мной встречу ему устраивает.       — О, так ты сюрприз подготовил? Готовь свою жопку и вазелин. Он вроде не по мальчикам, но, если ты постараешься, может быть, и оценит.       — Взамен выполню любую просьбу. Обещаю.       — И я могу тебе верить?       — Обещания привык выполнять.       — А ты не мог написать, что тебе нужно? Обязательно было приезжать сюда?       — Ты сделаешь или нет?       — Прямо сейчас надо ответить, мне же время нужно…       — Сделать. Сейчас.       Исполнив просьбу Чонгука, сделала пару шагов, чтобы вернуться, как увидела Тэхёна, который выглядел хмурым и явно недовольным. Молила Бога, чтобы он не слышал всего разговора с Чоном. Быстро обернувшись, заметила гаденькую ухмылку последнего, осознавая, что он точно заметил Тэхёна раньше меня.       — Хороший песик, верный, — Чон взъерошил мои волосы на затылке, с нескрываемой издевкой в голове выделив каждое слово. — Еще увидимся.       — Тэхён, я не знаю, что ты подумал, — подошла ближе к парню, выглядевшему несколько отрешенно. — Но…       — Тебе стоит вернуться домой.       — Обиделся?       — Уже слишком поздно. Родители будут волноваться, — выдохнул он, устало протирая глаза, а мне стало до омерзения неприятно, ведь он прекрасно знал, что они никогда не переживали, где бы я не пропадала.       — Я заберу свои вещи и уйду.       — Буду тебе признателен, — холодно, почти равнодушно, разбивая на осколки, отчего хотелось выть.       Гордость? Уважение к себе? Наверное, забыла об этом, когда позволила Сон Чжэриму взять руководство над собственной жизнью в глупой «попытке спасти» Тэхёна. Ему никогда не требовалась моя помощь…