Заложник.

POV Саске Надо ли говорить о том, что я чувствовал в тот момент, когда мой брат сел в машину и уехал? Можно сказать, что я был удивлен и взволнован, но... Что же почувствовал я на самом деле? Если представить мое сердце не как орган в теле человека, а как нечто живое, словно живой организм внутри моего тела, душа которого намного глубже моей. Ее чувства и переживания настолько велики, настолько это существо впитывает в себя происходящее, что волны позитивных и негативных чувств распространяются по всему моему телу, расплываются, затопляя все на своем пути. В зависимости от чувств моего сердца я существую или нет. Так что же я почувствовал? Какие волны прошлись по моему телу от существа "сердце"? Первое - непонимание. Чтобы осознать момент, когда мой брат покинул меня, мне понадобилось некоторое время. Это было первое чувство, которое впустило в себя мое сердце, переваривая и усиливая его. Оно распространилось по всему моему телу, словно впав в ступор, мои мышцы одеревенели, а мысли словно замерли в моей голове. И только чувство непонимания все еще кружило в ней, отгоняя все иное, как ненужное, заставляя задуматься, а почему так а не иначе? Второе - грусть. Словно мимолетно пришло осознание произошедшего и вот я уже на диване в зале, смотрю в никуда. Непонимание не покинуло мое сердце, это мое сердце вдруг увеличилось в размерах, чтобы поглотить не менее яркое чувство. Снова живое существо "сердце" пропустило через все свои крохотные сосуды и капилляры новое чувство. Оно замедлило ход крови, забрало энергию, мое тело превратилось в куклу, а мысли очернил цвет тьмы и скуки. Словно потерявшись, я искал в своем воспаленном мозгу ответы на вопросы, но внутри лишь непонимание и грусть, забирающая силы, отключающая внимание и позиционирую мозг впитывать с удвоенной силой негативную информацию. Вновь и вновь подкидывая образ брата. Третье - отчаяние. Самое сильное чувство. Мое сердце увеличилось до таких размеров, что сосуды начали трещать, словно готовые разорваться, и кровь и боль, которые сосредоточены в них выйдут наружу и затопят мое бренное тело. Сейчас оно напоминает тряпичную куклу: мышцы из ваты, кости из стекла и глины, кровь дегтем и лавой движется по венам, изнутри уродливая кукла моего тела напоминала черную тварь, которая словно мечется, контролируемая существом "сердцем". Мысли продолжали свой ток, но словно проскальзывали мимо. Я думал, но терял мысль в тот момент, когда до меня доходил ее смысл. А сердце трещало по швам, все продолжая распространять волны эмоций по телу, поглощая все, уничтожая меня. Я просидел несколько часов, не понимая себя и где нахожусь, потерявшись во времени, а перед глазами стоял образ брата. Сердце ухало в груди. Отчаяние высосало из меня столько сил, что я буквально валился с ног, ведь врачи доказали, что эмоции влияют на наше физическое состояние. Координация движений нарушена, я будто потерял способность говорить и думать адекватно, никогда такого еще не было. Не думал, что потеря брата заберет мой разум и вызовет столько глубоких чувств. Ночь принесла с собой тьму, чувства усилились, наушники в ушах, музыка лишь одна, записанная на диктофон игра моего брата на фортепиано. Мысленно я рисовал брата, смотрел на него, улыбался ему, разговаривал с ним, но стоило подключить орган зрения и возникала моя комната, вместо утонченного и элегантного тела моего брата. Его лицо, красивое, но холодное, словно выточенное из камня, в то же время цвета белого мрамора и холода горного хрусталя. Думал я лишь об одном, пока... Не может быть! Я не хотел такого! Рядом с красивейшим лицом моего брата, мое воображение начало новый эскиз и это точно был не мой брат. Да... Это красивое лицо, с правильными чертами лица, большими голубыми глазами и смольно-черными кудрявыми волосами, обрамляющими лицо. Мне не нужно вспоминать кто это, кажется, будто это лицо уже высечено в моей памяти острым кинжалом, а следы, оставляемые им залиты кровью, от порезанной тонкой и чувствительной ткани моей памяти. Что же теперь? Эти два лица, они полу-повернуты, но они не смотрят на меня, они смотрят друг на друга,их глаза устремлены друг на друга, а я, словно превращаясь для них в маленькую муху, которая недостойна их внимания, кричу им: "Ну посмотрите же на меня!". А они, словно хладные изваяния смотрят друг на друга и не единой эмоции на их лицах. Я смотрю на брата, его мраморно-хрустальная красота недоступна для меня. Он не смотрит... Почему он никогда на меня не смотрит? Он никогда не смотрит мне прямо в глаза, будто я что-то там увижу, что-то такое, что знать и видеть я не должен никогда. Я хочу увидеть твои глаза! Посмотри же на меня!Я хочу знать, что творится в черной обсидиановой бездне! Без масок и лжи, только наши глаза, наши взгляды. Посмотри же на меня!.. Моя голова падает на грудь и я просыпаюсь, а за окном первые ростки рассвета, музыка все еще звучит, напоминая о вчерашнем дне, сердце, все еще увеличенное до огромных размеров, мешает глубоко вдохнуть свежий запах утреней росы. И стоя здесь на балконе и смотря на сонный, лишь начинающий просыпаться лес, я понимаю одну вещь. И когда я найду тебя, ты посмотришь на меня, тогда я скажу, что я...