Patrick's American Stories

      В «Туннелях» сегодня многолюдно. — Как вам вон та темненькая? — спрашивает Ван Паттен, указывая на танцующую в оживленной толпе девушку.       У нее шикарная фигура и большая грудь. Одета она в красный топ и обтягивающие джинсы. — Да шлюха какая-то, — незаинтересованно комментирует Прайс. — И это ты мне говоришь? — отвечает Ван Паттен. — Это ты постоянно ебешься со всякими шалавами. — Неправда. У меня хороший вкус на женщин, в отличие от тебя, — спокойно говорит Прайс и залпом выпивает «Абсолют». — С таким подходом, не заполучить тебе пизду. Будешь по ночам сам себе наяривать, — подключается Макдермотт, становясь на сторону Ван Паттена.       Я бы мог вступиться за Тима, ведь телка была и правда не очень: слишком большой нос и кривые колени. Возможно, из-за плохого освещения Ван Паттен не заметил этих отталкивающих в ней вещей. Однако я не хочу тратить свое время на глупые споры. Сегодня у меня совсем другие планы на вечер. Я собираюсь нюхнуть, потом закинуться еще парой стаканов с «J&B». Может быть, немного потанцую под любимые песни. Ну, а в конце выебу клевую девку.       Я осматриваю клуб, как раз-таки в поиске какой-нибудь симпатичной телки. Сегодня в «Туннелях» их очень много, что просто не может меня не радовать. Я люблю, когда мне предоставляют большой ассортимент. — Патрик, дружище, — зовет меня Прайс. — Сходи мне еще за «Абсолютом». — Возьми-ка тогда и мне чего-нибудь! — кричит Макдермотт. — Хм… «Финляндию».       Я недовольно вздыхаю и иду к барной стойке. — «Финляндии» нет, — дерзко отвечает барменша, даже не смотря в мою сторону.       Я матерюсь про себя и заказываю Макдермотту «Абсолют», как и Прайсу. Вдруг я замечаю Мэдисона. Он как раз мне и нужен. Почему-то он казался мне намного выше в прошлый раз, но все же я резко подбегаю к нему и кладу руку ему на плечо, забывая про заказанные напитки. — Мэдисон, послушай. Нам срочно нужны наркотики.       Ко мне поворачивается девушка примерно моего возраста, с короткими темными волосами и с улыбкой кричит сквозь орущую на весь клуб музыку: — Я не Мэдисон, конечно, но если уж так срочно нужен грамм другой, то с радостью помогу.       Я охуеваю. Пялюсь на девку пару секунд, потом смущенно выдаю: — Почему ты в костюме? — А почему ты не можешь отличить своего знакомого от переодетой девушки? — спрашивает она.       Девушка заставляет меня серьезно задуматься. — Ну…на тебе костюм от Canali Milano. У него точно такой же, хотя…размер у него побольше, — неуверенно отвечаю я, окончательно смутившись из-за такой нелепой ситуации.       Она не обязана ничего мне объяснять, да и мне, если честно, было плевать, во что одевается эта девка. Однако у нее реально красивые черты лица. — Пока я в костюме, ко мне не пристают извращенцы, — кратко поясняет она. — А в этом клубе много уродов, пытающихся найти себе бабу на одну ночь. — А я отношусь к такому контингенту? — улыбаясь, спрашиваю я. — Пока не поняла, — она хитро смотрит на меня, но потом спрашивает. — Ну так что? Ты все еще хочешь закинуться или как? — А у тебя будто есть? — дерзко отвечаю я, но ее уверенный взгляд говорит мне, что у нее и правда при себе наркота.       Мы подходим к барной стойке. Теперь сука-барменша смотрит на меня своим злющим взглядом, будто я только что домогался ее и спрашивает, что еще мне, блять, надо. — «J&B» со льдом, — хором с незнакомкой говорю я.       Я изумленно смотрю на нее. Она дружелюбно улыбается мне в ответ. — Ты…? — начинаю спрашивать я, беря стакан в вспотевшие руки, но она, как будто читает мои мысли и сразу же отвечает. — Да. Я часто заказываю его, — опять эта странная улыбка у нее на губах.       Она смотрит на свой «J&B» и делает маленький глоток. Потом поднимает свой внимательный взгляд на меня. Я начинаю думать о своих волосах, и хотя, я проверял свою прическу пару минут назад, сейчас у меня такое ощущение, что на моей башке птичье гнездо. Вдруг я думаю, что после того, как со спины я спутал ее с широкоплечим мужиком, то глупее уже выглядеть в ее глазах не стану. — Грамм? Два? — спрашивает девушка, сразу переходя к делу.       Я же, почему-то, хочу отсрочить наше скорое расставание, поэтому спрашиваю: — Эм…Ты даже не скажешь мне свое имя? — заинтересованно спрашиваю я. — Меня, вот, зовут…Патрик.       Девушка приподнимает одну бровь и изучающе разглядывает мое лицо, от чего к моему горлу подступает теплая тошнота. Неужели она ищет во мне какие-то изъяны? Она не очарована моей красотой? Ей не нравится мой костюм от Alan Flusser? Или может…у меня что-то торчит из носа? — Вижу, твое внимание привлекло кое-что другое. Понимаю, — вдруг говорит она. — Кэролайн. Потанцуем?       Чувствую, как все плывет перед глазами. Меня, блять, всего трясет. Я опираюсь на барную стойку и говорю: — Конечно. Только…секундочку.       Я достаю из кармана пару таблеток валиума и проглатываю их, запивая своим «J&B». Ощущая пустоту в голове, я наклоняюсь к ебанутой барменше и грубо кричу ей: — Ты блядская шлюха. Тебе бы сделать свою мудацкую рожу попроще, пока я не сделал это за тебя. У меня как раз в кармане хорошо заточенный карманный нож. Я с радостью готов нарисовать на твоем дохуя высокомерном лице счастливую улыбку.       Барменша с привычным ей отвращением смотрит на меня, и никак не прокомментировав мои слова, начинает обслуживать какого-то мужика в смокинге.       Кэролайн начинает смеяться. Так громко, что, кажется, ее звонкий смех перекрывает орущую на весь клуб музыку. Я чувствую, как мои руки начинают дрожать, но она берет меня за вспотевшую ладонь и ведет вглубь танцпола. — Эй, ребята, посмотрите! Это разве не Патрик там? — спрашивает Ван Паттен. — И правда, — отвечает Макдермотт. — Вот, почему он так долго. Уже успел подцепить себе цыпочку. Ой! Подождите. Это разве…не Маркус Холберстам? — Да ты что! — кричит Ван Паттен. — Это же Пол Оуэн. — Сегодня он кинул нас, ребята, — вздыхает Прайс. — Пойдемте, что ли, к Мэдисону, а то, мне кажется, я сдохну, если сейчас же не нюхну.

***

— У тебя роскошная квартира, Пат, — говорит Кэролайн, без стеснения усаживаясь на диван. — Да…обычная, я думаю… — отвечаю я, доставая два стакана для шампанского и бутылку «Кристала».       Пока я наполняю бокалы, она встает и подходит к музыкальному автомату Wurlitzer и проводит по нему изящным движением. — Включишь…что-нибудь? — тихо предлагает Кэролайн, стреляя в меня своими хитрыми глазами.       Я не люблю слишком умных и загадочных девиц, но она…другая. Эти черты идеально дополняют ее соблазнительный образ.       Я подаю ей бокал с шампанским. Она благодарит меня и возвращается на диван. Пока я ставлю одну из моих любимых песен из тринадцатого студийного альбома Genesis «Invisible Touch», Кэролайн снимает с себя пиджак и вешает его на спинку дивана. Несмотря на то, что одета она в мужской костюм, на ней все же есть женский элемент одежды — шелковая блузка от Andra Gabrielle. Теперь я могу лучше рассмотреть ее узкие плечи и аккуратную немаленькую грудь.       Я смотрю на ее короткую стрижку, которая безупречно подходила ее овалу лица. Сажусь рядом с ней. Она мечтательно прикрывает глаза, напевая строчки из песни. Она выглядит потрясающе. Не как модель. Не как актриса. Совершенно необычная, но от этого только более притягательная.       Вдруг меня прошибает какое-то непонятное беспокойство, и я бездумно говорю: — У меня в комоде пневматический пистолет.       Она открывает глаза. Смотрит на меня серьезным взглядом, но буквально через мгновение снова мне улыбается и весело отвечает: — У меня он тоже есть. У нас с тобой столько общего, не находишь?       Я утвердительно киваю, чувствуя, как меня начинает трясти, щеки горят. Я нервно подскакиваю с дивана, словно ужаленный, и смущенно опускаю глаза. Кэролайн делает пару глотков «Кристала», облизывает розовые губы, тоже поднимается и подходит ко мне, отдавая мне в руки маленький пакетик с порошком. — Как и просил. Ровно грамм.

***

      Я просыпаюсь с ужасной головной болью и ноющей поясницей. Первое, на что я обращаю внимание — Кэролайн не в постели. Я с большим усилием поднимаюсь с кровати, уверенный в том, что, скорее всего, ее труп с выжженным лицом и отрубленными пальцами лежит где-то рядом. Однако обойдя всю квартиру, я так и не нашел ее. Ни мертвой, ни живой. Пока я искал ее по всему дому, я успел выпить целую бутылку минеральной воды Envian. Только спустя пару часов я замечаю на прикроватной тумбочке записку от Кэролайн, где она написала: «Спасибо за то, что провел эту безумную ночь в моей скромной компании. Если захочешь повторить этот сумасшедший секс, я обязательно найду тебя. Целую, Кэролайн».       Я падаю обратно, на до сих пор не застеленную кровать, и провожу рукой по вспотевшему лицу, пытаясь вспомнить вчерашнюю ночь.       Я помню, что мы нюхнули зачетной накроты, потом долго и страстно целовались на диване. Помню, что хотел показать ей свой пневматический пистолет. Показать, насколько сильно он стреляет, но она лишь звонко засмеялась, как тогда, в «Туннелях», сказав, что я знаю, как развеселить девушку.       Лучше всего я запомнил ее красивое лицо. Особенно, властный и такой похотливо-доминантный взгляд ее загадочных и выразительных глаз. Она с безумным наслаждением насаживалась на мой член, однако мне все казалось, что это меня не по-детски трахали. Я прекрасно помню ее слова, перед тем, как я кончил: «Мы с тобой так похожи, Патрик».       Я чувствую, как в трусах-боксерах от Ralph Lauren становится тесно и мокро. Я блаженно прикрываю глаза, дрожащей рукой тянусь вниз и оттягиваю мешающую ткань. Я не понимаю, что мной движет. Почему я это делаю. В голове туманно. Даже не могу отвлечься. Не могу даже думать о расчлененной девушке в моем морозильнике, выбитых зубах в цветочной вазе или лобковых волосах какой-то шлюхи в ванной. Меня накрывает один из самых ярких оргазмов в моей жизни. Перед глазами все плывет. Я вижу вспышки. Я думаю, что сегодня точно выброшу всю эту херню из своей квартиры.

***

      Сегодня я нахожусь в другом мире. Я пару раз столкнулся в коридоре со своими коллегами, чем превысил лимит своего повседневного «извините». Джин пыталась узнать, что со мной, но я игнорировал ее. Она мне не нужна. Целый гребанный день я думал лишь о Кэролайн.       Я ухожу с работы пораньше, чтобы заскочить в видеопрокат. Сегодня людей не так много, поэтому я иду в свой любимый отдел — порнухи. Хочу набрать самого извращенного дерьма, чтобы выбросить образ Кэролайн из головы. Но я как назло, словно ощущаю запах ее парфюма. — Привет, Пат. Какое совпадение встретить тебя здесь, — Кэролайн кладет на место какой-то диск и подходит ко мне. — П-привет… — запинаюсь я.       Я слишком ошеломлен нашей встречей. Но я чувствую, что целый день именно этого и хотел. — Пришел за чем-то конкретным или просто так? Могу посоветовать тебе парочку интересных фильмов, — она дружелюбно улыбается, без капли смущения или отчужденности, словно вчера между нами ничего и не было.       Мне становится немного обидно. — Да нет… Я пришел сдать кассеты. Уже ухожу, — я опускаю взгляд на свои наручные часы. — У меня…через час назначена встреча. — Понятно… — понимающие кивает Кэролайн и неожиданно берет меня за руку, от чего у меня начинаются спазмы в животе, становится невероятно жарко. — Очень жаль. Я хотела пригласить тебя на обед, раз мы с тобой так удачно встретились. Скажи…ты свободен сегодня вечером? Часов…в десять? — спрашивает она и с надеждой смотрит на меня.       Я горячо выдыхаю, заставляя себя успокоиться и спокойно отвечаю: — Кажется…да. — Как здорово! — улыбается Кэролайн и вкладывает мне в ладонь сложенную бумажку. — Тогда… До встречи Патрик, — она быстро целует меня в щеку и исчезает за стеллажами магазина.       Меня лихорадит. Место, которого коснулись губы Кэролайн, горело так, будто мне прожигают кожу. Голос, произносящий мое имя, до сих пор звучит в моей совсем пустой голове.       Я захожу в ближайший магазин, чтобы купить себе диетической пепси. Достаю пару таблеток валиума и проглатываю, запивая холодным напитком. Чувствую, как у меня снова встает член.

***

      Она живет на Манхэттене, что меня очень удивило. Я поднимаюсь на десятый этаж. Квартиры в этом здании не из дешевых. Я понимаю, что не знаю, где она работает.       Я двадцать с лишним минут тупо топчусь на месте возле ее входной двери, то приглаживаю прическу, то поправляю галстук. Сейчас я смахиваю со своего костюма прилипшие соринки и невидимую пыль.       И вот я беру себя в руки, последний раз тяжело выдыхаю и собираюсь уже звонить в дверь, как слышу: — Ебанный ублюдок! Я покажу тебе, кто здесь настоящий босс. Ты так просто у меня на тот свет не уйдешь!       Слышу орущий голос Кэролайн и еще какой-то мужской нечеловеческий вопль. Пытаюсь получше прислушаться, но случайно нажимаю на кнопку звонка. Крики прекращаются. Дверь открывает Кэролайн. — Ох, Патрик, это ты. Привет. Рано ты, — она улыбается мне своей привычной улыбкой. — У меня тут один незваный гость. Сейчас я выпровожу его, он как раз уже собирался уходить. Подождешь немного здесь?       Я молча киваю. Замечаю на ее лице и шелковом белом платье красные пятна. — Испортила такое красивое платье. Могла бы и дождевик надеть, — машинально говорю я.       Она ласково смотрит на меня и быстро целует меня в губы. — У меня его не было сегодня. Прошу… Подожди пару минут. Я быстро, правда.       Я замечаю за ее спиной окровавленный молоток. Она хихикает и скрывается в одной из комнат, кажется, в гостиной. Оттуда я слышу играющую песню Cyndi Lauper «Girls just wanna have fun». — У-умоляю…прости меня! Кэр…кх!       Тупые удары молотка о чужую плоть и бешеный стук моего сердца сошлись в идеальном дуэте. Неожиданно я осознаю жесткую правду. Меня охватывает панический страх. Я пару секунд, кажется, даже не дышу, думая, что все это лишь мои больные фантазии, однако с каждым ударом молотка, звериные вопли только усиливались. Все же осознав, что этот пиздец реален, я медленно разворачиваюсь на ватных ногах. Потом понимаю, что Кэролайн может вернуться в любой момент, уже как сумасшедший несусь сломя голову и вылетаю из здания.       Пробегаю пару кварталов вперед и останавливаюсь, переводя дыхание. Прислоняюсь к стене какого-то незнакомого мне здания. Пот водопадом стекает по моему лицу. Я судорожно облизываю губы и растираю образовавшиеся капли по и так мокрому лбу. Ослабляю галстук, чувствуя тошноту. К горлу подступает недавний ужин. Я вспоминаю блестящие и красивые, но такие безумные глаза Кэролайн и меня рвет на стоящий рядом уличный фонарь. Ко мне подходит какой-то мужчина и спрашивает, все ли со мной в порядке. Я хочу кричать о помощи, но меня снова рвет. Я сплевываю желчь на его дорогие ботинки. Голова кружится, в глазах начинает темнеть, и я хватаю мужика за лацканы его пиджака и…