Friendzone

Половое созревание ударило по Ино особенно сильно лет так в четырнадцать или пятнадцать. Девушка смотрелась в зеркало часами, тщательно выбирала одежду и духи, засматривалась на парней. Вообще, так она делала довольно долго: примерно до того момента, как врезалась в стеклянную дверь столовой, залипнув на Сакуру, что в тот день была в облегающих шортах. Да, может, с точки зрения парней ее возраста розоволосая и была доской в плане груди, но ниже… ниже все было более чем прекрасно. Тот вечер Ино провела со льдом у лба и в полной прострации из-за смятения. Возможно, она и замечала что-то еще с детства, когда к Харуно относилась совсем отлично от других ребят, но после ведь у Яманака были парни. Точнее, парней было слишком много для ее возраста, что, кстати, со взрослением не изменилось. Пятнадцатилетняя Яманака провожала обожателей надменным взглядом голубых глаз, но искренне радовалась подаркам и вниманию. Семнадцатилетняя Ино сидела в клубе полуголая, закинув ногу на ногу и облизывала коктейльную трубочку, эта же Ино соблазнительно ухмылялась, без стеснения раздеваясь в чужой постели. И эта же Яманака после часами проводила в ванной, ничего не видя и не слыша, слепо мастурбируя на светлый образ лучшей подруги. Так было, наверное, слишком долго, потому что появление Наруто повлияло на девушку как шоковая терапия: знать, что кто-то, так же как ты, может страдать от неопределенности и чувств к кому-то… Это было своеобразным ограничителем действий. Если бы Ино попросили описать смысл этого понятия, то ответом было бы что-то по типу: «Теперь меня понимает не только мой испорченный организм». Гроза не прекращалась, но вот алкоголь кончился уже давно. Сухих мест на одежде не осталось в принципе, но ребятам было слишком весело, поэтому Наруто рассказывал что-то о средней школе, а Ино слушала и кивала, быстро шагая вслед за парнем. Молния несколько раз ударила, кажется, в фонарь через несколько кварталов от небольшой асфальтированной площади, по которой они шли, поэтому Узумаки решил, что самое время найти укрытие. Частный сектор, из которого состоял район, был достаточно редок в плане расположения домов, поэтому плутать не приходилось. Только вот что до дома Наруто, что до Яманака, идти нужно было еще очень долго, так что приходилось рассматривать варианты получше.       — Итак, — Наруто остановил девушку, что шла сбоку, — у нас из вариантов только туда, — он мотнул головой с мокрыми прядями в сторону нескольких домов недалеко от магазина.       — Почему мы не можем постоять под козырьком у него? — кивок все на тот же магазин. Узумаки посмотрел на промокшую девушку, выпрямленные водой светлые волосы которой доходили разве что не до колен.       — Во-первых, — он пригляделся, — тут рядом фонарь, и мне это не нравится, — послышался смешок Ино, — заткнись, — скептично, — во-вторых, его, походу, ремонтируют, — и правда, на крыше и сбоку колонн, поддерживающих магазин, по конструкции похожий на заправку, лежали лестницы и, скорее всего, пластик, что не успели убрать, — конструкция не крепкая, не хочу сдохнуть от фанеры, что проткнет меня из-за ветра.       — Окей, — закатила глаза Ино, зевнув, — и куда? В дом постучаться, мол, ну мы тут рядом бухали, пустите? — выгнула девушка бровь, — а, кстати, мы несовершеннолетние, так, что ли? Наруто все же направился к нескольким домам с пристроенными гаражами.       — Нет, но иногда на ночь не задвигают крышу гаража, а то и сам гараж, — пожал плечами Узумаки и тут же поежился: мокрая одежда неприятно липла к телу, — все равно, если назад попремся — утонем. Яманака зевнула еще раз, но вариантов не оставалось: после алкоголя ее редко клонило в сон, да и дождь помогал, но что-то подсказывало, что организму не очень нравится это погодное явление, тем более ночью. Когда фонари остались позади, и единственным источником света стало окно какого-то бедняги, что не спал в два ночи, оставалось довериться ночному зрению, что в условиях отсутствия фокусировки из-за алкоголя было сложновато. Но Наруто все же дошел до какого-то дома, что выглядел полузаброшенным и стоял в паре домов от трассы.       — Кажется, этот вариант единственный, — указал парень, то и дело посматривая на Яманака, что плелась рядом в своем обычном настроении и которой, по-видимому, идея не очень нравилась, — подождем до утра, сама устроила пьянку!       — Сам согласился! — передразнила Ино, но дальше двинулась первая. Гараж оказался не просто открыт, но и с тускло горящим светом, который исходил от какого-то старинного светильника сбоку расшатанного стола. Машины не наблюдалось, как и каких-либо признаков состоятельности владельцев дома: просто заваленный гараж, хотя места даже так было достаточно.       — Ну, — хмыкнул Наруто, зайдя чуть под козырек, дабы не наглеть, — сидим здесь до утра, а потом валим домой.       — Хорошая идея, — Яманака отжала волосы, с которых тут же полилась вода, и зашла вслед за парнем, — меня отец, блять, убьет, если поймет, что я шляюсь где-то в такое время. У следователей вообще какой-то фетиш на издевательства над детьми. Узумаки усмехнулся, но, вспомнив Фугаку, мысленно все же согласился. В тусклом свете лампы видимости прибавилось не больше, чем процентов на двадцать, потому что казалось, будто тот априори здесь расположен специально, не чтобы освещать само помещение, а для чего-то другого. В дальнем углу что-то скрипнуло, и у Наруто с Ино сердца в пятки ушли.       — Знаешь, — шепнула блондинка, пытаясь вглядеться в темноту, — этот гараж похож на гараж какого-то злобного старикашки, который еще с дробовиком соседей гоняет… ну, как из фильмов.       — Хах, — усмехнулся на фоне бешено бьющегося сердца Узумаки, — и правд- Звук передергивания затвора раздался подозрительно рядом с ухом, а светлый висок почувствовал холод металла. Тот же холод отразили мгновенно сузившиеся глаза Ино, что замерла, чуть приоткрыв рот.       — Ну, я, конечно, не «злобный старикашка», — послышался жесткий женский голос чуть за спиной, — но вам, ребятки, пиздец. Скосив голубые глаза вбок, Наруто смог разглядеть разве что яркие красные волосы, что виднелись в свете лампы. Семью Карин никогда нельзя было назвать любящей, что вполне очевидно: отец погиб в полицейской перестрелке, когда девочке было года три. Его она не помнила, но по ненависти матери к этому человеку можно было понять, что примерным семьянином он не был, поэтому настроение относительно покойника передалось и Карин. В школу, когда пришло время, идти желания не было, но у матери и так было полно проблем, поэтому пришлось подчиниться. Единственное, что радовало во время обучения, так это отсутствие школьной формы, из-за чего ученики не особо престижной школы и стебали проходящих иногда мимо пугливых мажоров в наглаженных рубашках, которые на детях выглядели слегка нелепо. Не то чтобы Карин росла в районе, который можно было назвать гетто, но благополучным тот не был точно. А на последнем году младшего звена, когда ей было лет одиннадцать, девочка покрасила темно-рыжие волосы в ярко-красный, чего мать даже не заметила в тот день. Карин тогда скурила сигарету, одолженную у какого-то задиры, высунувшись в окно своей небольшой комнатки. Но, в общем-то, она понимала, что матери не до нее и что после смерти отца та все еще разгребала за ним все дерьмо. Очевидно, характер девушки тоже пошел в отца, потому что иногда мать позволяла себе рукоприкладство, обвиняя Карин в том, к чему та даже не была причастна. В средней школе все стало лучше для красноволосой, но хуже для окружающих. На все школьные предметы, разве что кроме химии и физкультуры, Карин забила еще в начале года, вечно отговариваясь и сбегая с занятий. Под угрозу исключения девушку ставили, наверное, раз пять, но мест в школе было предостаточно, а химик и спортивный тренер хвалили ее за успехи, поэтому директор не мог просто исключить Карин, а та ухмылялась и показывала мужчине средний палец каждый раз, проходя мимо. Ее мать не пришла ни разу на вызов учителя, поэтому в школе единогласно решили, что «бедной девочке просто не хватает родительского внимания и воспитания». А «бедная девочка» тем временем, выбивала с группой ребят деньги у очередного ботаника, бегала ночью от патруля, сбивала в кровь костяшки и оставляла синяки на тех, кто ей уже осточертел за годы учебы. Несколько раз она закрывала какую-то особо бесящую ее стерву в подсобке за то, что та указывала на ее красные волосы. Одевалась Карин, в принципе, достаточно приемлемо: белая или бежевая блузка и черная юбка, которая, однако, была намного короче обычных школьных юбок. Правда, совсем не женская походка и привычка заливать одежду каплями крови не делали из нее пример для подражания. На ногах постоянно красовались кроссовки, используемые и для повседневного ношения, и для тренировок, также каждый день Карин натягивала гольфы. Ее физические данные позволяли не только иногда участвовать в соревнованиях, но и помогать местным вышибалам. Возможно, девушка и не была совсем садисткой, но на углу школьного кирпичного здания до сих пор красовался скол от особо сильного удара арматурой однажды. Тогда крови было много, была и полиция, но «друзья» Карин не выдали. Кстати, не говоря о парнях, девчонки общались с ней и иногда давали списывать разве что из-за страха стать жертвами насилия, хотя сама красноволосая и не понимала этого: без дела она над людьми не издевалась… Ну, может, только когда денег совсем не хватало. Тогда она познакомилась с Суйгетсу. В тот день, хотя до этого солнечно было почти всегда, было очень пасмурно, с дождем и грозой. Карин не испытывала особо романтичного настроя ни в один сезон и ни к одному погодному явлению, поэтому и этот день казался ей тогда обычным днем. После третьего урока желание учиться пропало, и она вышла на улицу в перерыв, проскользнув мимо охранника. Обратно она так и не зашла, с сумкой наперевес пробежавшись до здания спортивного бассейна, который находился за школой и использовался только для соревнований: физкультура в нем была доступна только старшим классам или секции пловцов. Однако Ноксвилл, где они жили, будучи третьим крупным городом Теннеси, славился обилием спортклубов, так что проблем с доступом к бассейнам не было. Карин залезла по пожарной лестнице, держа сумку чуть ли не в зубах, и девушку совсем не заботило, что она была в юбке. Забравшись внутрь светлого просторного здания, уже улавливая запах хлорки, который здесь маскировали не слишком старательно, красноволосая прошлась сбоку крайней дорожки, держа равновесие, чтобы кроссовки не соскользнули. Было очень просторно и мокро, но Карин нравилось. В какой-то момент она остановилась на середине длинной дорожки и посмотрела вбок: чуть раскинув конечности на спине плавал светловолосый парень. Точнее, не то чтобы плавал, но не тонул точно — просто держался на воде неподвижно.       — Эй! — Карин окликнула незнакомца, который на это только чуть скосил глаза.       — А, Карин, — хмыкнул парень, продолжив смотреть в высокий купол бассейна, — чего приперлась? Девушка порылась в закромах своей памяти, но этого парня все равно вспомнить не смогла.       — Кто ты? Откуда меня знаешь? — мотнув красными волосами, она села на корточки, почти открывая обзор на свое нижнее белье, и внимательно оглядела плавающее тело. Белая полу расстегнутая рубашка была залита каплями крови, но половина тела уходило под воду, что не давало достаточно информации о каких-либо ссадинах или травмах.       — Тебя все знают, — спокойно ответил парень, перевернувшись в воде и подплыв к краю, — я Суйгетсу, — и подтянулся на руках, вылезая из воды. И да, черт возьми, если до этого Карин могла предположить, что это очередной неудачник, чьи вещи вытрясли из рюкзака, предварительно избив и скинув в воду его самого, то теперь, смотря на то, как мокрая рубашка облепила мышцы груди и пресса Суйгетсу, она больше так не думала.       — Во-первых, — Хозуки отжал рубашку на кафель, — ты так и не сказала, что здесь делаешь, а, во-вторых, ты что, — взгляд тусклых глаз на юбку девушки, — подбираешь белье в цвет волос? У Карин от такой наглости отвисла челюсть, Суйгетсу только гаденько усмехнулся.       — Не могу сказать, что рад знакомству, но мне пора, — отсалютовал парень, уже разворачиваясь по направлению к окну, через которое залез.       — А ну стоять, — хватка у девушки была совсем не женская, что соответствовало тем слухам, что ходили о Карин, — поверни-ка свою мордашку сюда, я дам тебе запомнить нашу встречу, — послышался хруст костяшек. Хозуки довольно быстро понял, что сейчас ему втащат… раз, наверное, четвертый за день, чего он категорически не хотел, поэтому решение пришло, хоть и тупое, но быстро. Они все еще стояли на краю бассейна, поэтому прыткости парня хватило, чтобы быстро перехватить руки Карин, хотя вырывалась та с рвением, присущим парню массой больше самого Суйгетсу.       — Плавать умеешь? — бледные губы растеклись в улыбке, а рука крепко обхватила талию девушки, прижав Карин спиной к себе, — сейчас проверим.       — Тупой ублюдок! — в ход пошли ноги, — я убью тебя, — голос становился жестче по мере приближения к краю водной дорожки.       — Знаешь, может, в драках ты мастер, — хихикнул Хозуки, вставая на край спиной к воде и крепко держа вырывающуюся девушку, — но, сучка, ты же легкая.       — Суйгетсу! — стоять прижатой к кому-то спиной и к тому же в близости воды было намного страшнее, чем можно было представить, а боли от ударов парень будто не чувствовал.       — Люблю, когда девушки выкрикивают мое имя, — расплылся в акульей ухмылке парень, поднимая вторую руку на уровень лица Карин.       — Смотри, чтобы у тебя не встал, уебок- И крепкая ладонь зажала ей рот и нос, а в следующую секунду они с немым криком девушки погрузились под воду. Бледная жилистая рука держала ствол достаточно уверенно, чтобы дать понять, что девушка не шутит.       — Имя, возраст, — спокойно, но с нотками жесткости произнесла девушка над ухом Наруто, хотя, кажется, была одного с ним роста, а, может, и ниже.       — Узумаки Наруто, семнадцать лет, — у парня глаза были стеклянные, но не испуганные: как-то в детстве уже попадал во что-то подобное, поэтому пушка рядом с лицом сюрпризом не была.       — Теперь девчонка, — красновато-карие глаза, что были слегка освещены лампой, посмотрели на Ино.       — И-ино Яманака, — девушка забыла, как дышать, и, если бы не спокойствие в глазах Наруто, не знала бы, что делать, — тоже семнадцать… мы уйдем! Мы сейчас же свалим, правда! — трезвость пришла разом.       — Заткнись, — цокнула красноволосая девушка, — детишки, а вам спать-то не пора, м? — на улице все еще шумел дождь, — какого хрена шляетесь здесь?       — Она же сказала, что мы сейчас уйдем, — Наруто вернул голосу четкость, — мы случайно зашли, сама видишь, какая там погода, — слабый кивок головой на открытую улицу, в ответ на движение ствол прижался сильнее к виску.       — О, хочешь сказать, вы сюда просто так зашли? — хватка, однако, чуть ослабла, — м, Наруто?       — Именно, — вступилась Ино, сглотнув и засунув руки в слегка промокшие карманы ветровки под плащом, — отпусти его. Узумаки поджал губу. Красноволосая сузила глаза, отчего те стали почти лисьими, в похожей манере любил так делать разве что Наруто.       — Эй, Ино, — развязно протянула она, — а не могла бы ты высунуть правую руку из кармана? — прицел навелся на блондинку, из-за чего Наруто показалось, что тошнота подкатила к горлу, — а то что-то мне кажется, что сейчас ты пытаешься набрать кого-то быстрым набором. Яманака застыла с ужасом в глазах.       — Кто это? 911? Нет, это на быстрый набор вряд ли поставишь… — девушка хмыкнула, следя за реакцией и не отводя ствола от Ино, а вторую руку от плеча парня, — кто-то из семьи? Но как они тебе помогут… хотя- Ино сглотнула еще раз, окончательно высунув руки из кармана и уже готовясь просто поднять их рядом с головой.       — Нет, кто-то из твоей семьи в департаменте, — усмехнулась красноволосая, и прядки упали ей на лицо, — кто это, Ино? Брат, может… может, отец? Твой отец — полицейский, а, девчонка? — голос стал жестче, как и хватка.       — Н-нет, нет-нет, — Яманака чуть мотнула головой, и это даже не было ложью: Иноичи, хоть и был связан с полицией, работал именно следователем, не имея должности непосредственно в департаменте. Девушка лжи в словах, и правда, не увидела, зато почувствовала напряжение под пальцами, исходившее от Наруто.       — Вижу, что ты достаточно атлетичного телосложения, но, давай так, — голос уже почти казался спокойным, хотя сложно было воспринимать его, учитывая, что полностью лица говорящей они еще не видели, разве что волосы, — если ты дернешься, одно движение — и я порву тебе, скажем, мышцу плеча. Узумаки, в силу психического расстройства, угрозу понимал не в полной мере, но Ино, будучи почти обычным человеком, поняла все прекрасно.       — А, и ты, — красные волосы снова чуть шелохнулись, — хоть одно чертово движение — какое угодно — стреляю в лодыжку, — взгляд прошелся по оголенным шортами ногам. Ино слабо кивнула, но вдруг послышался скрип двери, что до этого в принципе была не особо заметна из-за хлама в гараже. Светловолосый парень, на вид немногим старше самих ребят, как призрак, возник прямо перед лампой.       — Бля, Карин, — голос был настолько уставшим, что захотелось спать, — я только пошел в кровать, ты че, ебнулась? — парень включил основной свет, тыкнув куда-то в стену гаража. Красноволосая тут же резко отстранилась от Наруто, все еще не отводя пистолета от парня. Свет явил понимание для обоих ребят одновременно: девушка выглядела именно так, как звучал ее голос, с резкими чертами, но безумно красивая. И опасная, учитывая оружие в ее руках и какой-то невероятный талант к анализу. Одета она была в черные облегающие джинсы, по материалу напоминающие латекс, и кожаную куртку с множеством мелких элементов. Ино тут же сократила расстояние между ними с Наруто, и они переглянулись.       — Карин, — в блекло-фиолетовом взгляде читалась такая гамма эмоций, что передать словами ее просто нельзя было, — отдай пистолет, я тебя сейчас сам застрелю… или лучше себя. Девушка вздохнула, но подняла курок и вынула магазин.       — Доволен, гений? — съязвила она, кидая оружие на стол, — нас загребут, и виноват будешь ты! Хозуки хотел что-то ответить, но за него голос подал Наруто.       — Извините, конечно, но, — парень ткнул на улицу, где все еще бушевала стихия, — мы пойдем?       — Валите.       — Стойте! Карин зло посмотрела на Суйгетсу, тот пожал плечами. Ино с Узумаки застыли в полном непонимании, переводя взгляды с одного на другую и пытаясь отойти от шока.       — Хер с вами, — вздохнул Хозуки, — пошли в дом, поговорим. Наруто с Ино одновременно мотнули головами, Карин даже усмехнулась.       — Мать, ты че натворила, — светловолосый парень ткнул пальцем в ребят, — они дети еще, а ты с пушкой, — он посмотрел на Наруто, — не волнуйтесь, я не такой отбитый, как эта, — кивок в сторону Карин, — так, пошли. Домой им было, как назло, в одну сторону, поэтому Карин, выжав свои красные достаточно длинные волосы и злобно перекинув сумку через плечо, топала по другую сторону тротуара, пока, по-видимому, привыкший к водным процедурам подобного рода Суйгетсу спокойно шел где-то позади.       — Ты сама докопалась до меня, а теперь обижаешься, — протянул он, — ну хоть не достаешь. Девушка резко остановилась и развернулась на него.       — Ты, ублюдок, еще пожалеешь, — и снова пошла вперед.       — О да-да, конечно, ты ж у нас легенда школы, — парень прибавил шагу, чтобы подоставать Карин, — красноволосая бестия, хм, пожалуй, такое прозвище тебе бы пошло.       — Тебе бы пошел фингал под глазом, — парировала девушка, снова останавливаясь, из-за чего парень чуть не врезался в ту.       — О, правда? — Суйгетсу прикрыл глаза. Ответом ему был резкий удар в лицо, и парень отшатнулся к стене ближайшего строения. В глазах на миг потемнело, но дань уважения с виду хрупкой девушке все равно нужно было отдать.       — Бля, — из носа полилась кровь, и парень сел на корточки, а Карин так и стояла над ним, не предпринимая особых действий для продолжения драки.       — Снова кровь? Теперь твоя рубашка будет еще наряднее, — хмыкнула она, вспомнив красные капли на белой ткани, — чао, придурок, мне в другую сторону, — и двинулась дальше уже с приподнятым настроением. Суйгетсу осторожно выпрямился только для того, чтобы Карин услышала его голос.       — А кто сказал, что кровь на рубашке была моя?! Наруто незнакомым людям доверял с трудом, особенно после того, как им угрожали пистолетом - это было априори не лучшим началом общения - но в дом они с Ино все же вошли, потому что странный светловолосый парень, и правда, казался адекватнее той девушки.       — Вы мокрые пиздец, — прокомментировала Карин, сложив руки под грудью, — разденьтесь, что ли, а то зальете тут все. Гостиная, если это была она, отличалась от тех гостиных, в которых ребятам приходилось за свою жизнь бывать: не было даже намека на столик, только ветхая тумба, ободранные диваны и голый пол. Свет тускло, но чуть ярче, чем в гараже, освещал небольшое помещение, откуда двери, помимо самого гаража, вели еще в, по-видимому, спальню и туалет: кухня была совмещена с гостиной.       — Так там дождь, слепая? — съязвил Наруто, толком даже не зная имя красноволосой, — думаешь, мы с собой сменную одежду таскаем?       — Узумаки, — шикнула Ино, тыкнув парня под бок: все еще было опасно находиться в обществе этих двух, — заткнись. Светловолосый закатил глаза, все равно они еще держались на расстоянии.       — Окей, я достану че есть из тряпья Карин-       — Эй!       — Завали, — огрызнулся Хозуки, — они реально промокли до нитки, особенно блондинка, — оценивающий взгляд, — блондинка женского пола, — смешок. Узумаки дернул рукой, Яманака сдержалась.       — А ты, хер его знает, как тебя там, — он махнул рукой в сторону Наруто, — я тебе штаны какие-нибудь принесу, похуй, полуголым посидишь, — и развязной походкой, как будто тот был под чем-то, Суйгетсу прошел в спальную. Послышался скрежет молнии: Карин сняла с себя куртку, под которой красовалась того же цвета легкая футболка. Зато взору предстали вытатуированная на правой руке змея, что уходила хвостом куда-то за рукав. Наруто и Ино одновременно прошлись взглядами по татуировке, и Карин, заметив это, хмыкнула.       — Короче, ребятки, — она села на потертое кресло, расставив ноги и склонившись чуть вперед, что ярко-красные волосы упали по обе стороны от ее лица, — как можно было понять, я Карин, а тот вон, — кивок в сторону двери, за которой находился светловолосый парень, — Суйгетсу.       — Наши ты уже знаешь, — невесело усмехнулась Ино, кажется, на фоне шока впервые почувствовав себя более-менее уверенной, — и что дальше? Наруто аж рот открыл от такой дерзости, все же неизвестно, какие еще виды оружия скрывала за собой эта дамочка.       — Так вот, сейчас он принесет вам одежду, и, пока ваша будет сохнуть, — Карин откинулась назад в кресло, чуть прикрыв глаза, — вы будете медленно вдалбливать в себя то, что о произошедшем никому и слова не скажете, — красновато-карие глаза прошлись по Ино, — особенно ты. Ваши имена я знаю, возраст тоже: и если сюда придет полиция, то кто-то, пробивший вас по базе, придет уже к вам, - девушка улыбнулась, но повеяло угрозой.       — Ты сама начала с оружия, мы ничего не делали, — вступился Наруто, хоть и не планировавший ничего рассказывать, но внутри сгорающий от несправедливости, — мы не виноваты в том, что ты истеричка.       — Оу, — издал слабый звук вошедший обратно со стопкой одежды Хозуки, — ты не видел ее истерик, и вообще-то не советую.       — Заткнись, — бросила Карин, - издержки профессии. Суйгетсу кинул почти всю одежду Ино, а штаны отдал Наруто, дождавшись, пока оба переоденутся по разные углы не особо то и большого дома. Пока Хозуки дожидался готовности к продолжению разговора, Карин встала и включила обогреватель, на котором после расположились промокшие вещи ребят. Яманака, переодевшись в ночнушку, что была ей чуть велика, встала рядом с потрепанным диваном напротив кресла красноволосой, не решаясь сесть, да и брезгуя, зато Наруто, которого ситуация в край измотала, уселся туда с размаху, расставив ноги и повторив предыдущую позу Карин. Ее взгляд пробежался по довольно накаченному торсу парня и линии плеч, и девушка сделала вывод, что не ошиблась в предположениях о спортивном телосложении того.       — Окей, — попытался начать Суйгетсу, — не знаю, чего наговорила вам она, — кивок в сторону прыснувшей девушки, — но я скажу так: никто не должен знать, что, во-первых, вы здесь были, а, во-вторых, кого вы здесь видели. И я имею в виду не только личности, но и внешность, окей? Узумаки сузил голубые глаза, но кивнул, чуть шевельнув отросшими светлыми прядками, Ино тоже прикрыла глаза.       — Вы в розыске? — спокойно спросила блондинка, пряди волос которой еще были мокрыми. Карин и Суйгетсу переглянулись, и последний указал глазами на ребят.       — Мы сейчас оставили вас в живых не для того, чтобы вы задавали вопросы, — отчеканила красноволосая, — а для того, чтобы вы не побежали сразу рассказывать о том, как испугались пистолета. Скажем так, у всех бывают враги, наши же не побрезгуют убить нас, а его, — кивок на Хозуки, — в первую очередь, так что извиняться за свою осторожность не буду, — девушка пожала плечами и сложила руки под грудью, татуировка змеи будто на секунду ожила. Наруто сглотнул: конечно, новые знакомства он любил, но… но не такие. Внутренне он хотел верить, что Карин с Суйгетсу не в розыске за что-то типа убийства, но их внешность и манера поведения говорила о том, что они вполне могли пойти на такое — как по отдельности, так и вместе.       — О, ты обо мне заботишься? — нарушил воцарившуюся тишину Хозуки, за что вместо ответа получил пинок по ноге. Узумаки со скепсисом вспомнил себя и Сакуру, Ино, судя по смешку, тоже.       — Надеюсь, вы поняли меня, — с нажимом произнесла Карин. Наруто и Яманака пришлось согласиться — подвергать опасности они себя не хотели.       — Хорошо, — вздохнул Хозуки, запустив руку в свои светлые волосы, — тогда сейчас ваша одежда высохнет, и вы по-тихому, как мыши, свалите отсюда по домам, — он зевнул, — я валю спать, в роли аниматора для детей — Карин.       — Мы не дети! — возмутился Наруто, сжав кулаки.       — Вообще плевать, — пожал плечами парень, закрывая за собой дверь. Снова воцарилась тишина, что было неудивительно, ведь поведение Карин в последний час дало ясно понять, что роль «аниматора» она отыгрывать уж точно не собиралась. Часов здесь не было, так что даже нарушать покой, кроме еле слышного дыхания, было нечему. Дом был почти пустой, не обжитый, так что Ино подумала, что это что-то вроде «временного убежища» или типа того: поспешных выводов девушка не делала, потому что все еще не знала область деятельности новых знакомых. Хотя лицо Карин и казалось ей смутно знакомым, Яманака просто списала это на остатки алкогольного опьянения.       — Я, конечно, дико извиняюсь за вопрос, — нарушил тишину Наруто, уже и сам понимая, что ни к чему хорошему это не приведет, и все еще смотря вслед ушедшему Суйгетсу, — но вы, типа… вместе? Ну, с Суйгетсу. Ино не сдержалась и ударила себе по лицу, Карин дернула губой и слегка непонимающе посмотрела на Узумаки, ради такого даже приняв позу, что была больше похожа на позу бодрствующего человека.       — С кем? — спросила она таким тоном, будто реально не понимала, о чем речь. Ино, как бы прослеживая взгляд Наруто на дверь, чуть мотнула головой туда, потому что в какой-то момент ей тоже стало интересно. Карин выгнула темно-каштановую бровь.       — Че, с Хозуки? — лицо девушки в этот момент явно говорило о том, что именно такие кошмары ей и снились, — не в этой жизни, хах! — Карин задумалась, чуть опустив глаза и ухмыльнувшись, — там другая хрень, он… он мой… Кто? Друг — смешно, приятель — еще смешнее. Для команды они недостаточно… команда. «Спутник» звучит мерзко. Так кто они? На следующий день после их знакомства Карин особо мнения о Суйгетсу не изменила, сам же парень тем ударом только для себя подтвердил слухи о ней. Красноволосая бестия продолжала прогуливать занятия, прожигая часы за школой или со стаканчиком кофе где-нибудь в кафе неподалеку. Учитывая, что учились они на одном потоке, только в разных классах, Карин была удивлена, что не замечала Суйгетсу раньше, ведь тот достаточно выделялся среди толпы. Они почти не пересекались и не общались, за исключением тех раз, когда Хозуки видел Карин в компании с парнями, что вновь выбивали дурь из кого-то, кто не умел следить за языком. Как-то девушка решила задержаться в школе аж до трех часов дня ради электива по химии, ведь этот урок ей нравился. Доска была исписана структурными формулами и некоторыми катализаторами, и в уме Карин уже давно поняла, что за вещества представлены, так что просто переписала все в тетрадь, и ее скучающий вид дал учителю намек на то, что она может решить это и у доски.       — Покажешь классу, как решать? — спросил мужчина средних лет, посмотрев на нее.       — Извините, — зевнула Карин, — но я что, похожа на того, кто хочет выйти к доске? — возможно, это и было неуважительно, но, что важнее, ей было плевать на школу. Учитель вздохнул, но не особо расстроился: про ситуацию с этой ученицей он знал, и, покуда его предмет был чуть ли не единственным, что еще как-то поднимал средний балл ее табеля, смысла злиться не было.       — Я могу, — раздался знакомый голос сзади, и Карин даже оборачиваться не надо было, чтобы понять, кому он принадлежал. Суйгетсу встал с места, не дожидаясь разрешения учителя, и прошел к доске, засунув руки в карманы штанов. Парень, цвет волос которого поразительно точно отражал цвет мела, быстро и четко выводил названия и формулы на доске. Когда он закончил, то только чуть повернулся к учителю и улыбнулся своей акульей улыбкой, чего, однако, хватило, чтобы Карин сломала карандаш, который до этого держала в руке. После школы девушка могла только порадоваться, что этот год закончится, и, вполне вероятно, в старшее звено она уже не попадет, а пойдет сразу работать: правда, еще не решила — шлюхой, или, может, в обслуживающий персонал в замызганной кофейне. На Хозуки, что решил ее, по-видимому, выбесить, она решила не обращать внимания: ну неудачник и неудачник, что с него взять? Полно таких, может, тело у Суйгетсу и неплохое, но слабоват он для ее круга общения. А через несколько дней, проходя между зданиями школы и бассейна, она увидела, как парень, заклейменный ею «неудачником», приставляет нож к горлу другого. Второй был старше и даже больше по комплекции, но настолько выдохшимся и потрепанным, что, казалось, его избивали несколько минут подряд, тогда как на Суйгетсу не было ни царапинки. Карин стояла совсем близко, за небольшой пристройкой, и могла разглядеть ножик, что парень держал в жилистых пальцах: это был такой тонкий канцелярский нож, что обычно используют в библиотеке или для бытовых мелких нужд. Хозуки же одним взмахом ножа рассек другому парню хрящ уха.       — Давай будем считать, — он прижал старшего к стене, — что сейчас я промахнулся, — тот сглотнул, Суйгетсу рассмеялся, — но кто знает, может в следующий раз я убью тебя. Из его уст это могло звучать как шутка, что ею скорее и было, ведь Карин научилась понимать интонации за несколько лет общения с «плохими ребятами», но все равно этот парень создавал ауру опасности вокруг себя. Да и взмах ножом на такой скорости и с такой точностью она видела впервые: как будто Суйгетсу априори хорошо управляется с холодным оружием. В старшую школу они попали вместе: Карин какого-то черта написали хорошую рекомендацию, чему девушка не верила долго, а Суйгетсу просто пошел туда, куда было ближе. Так что на линейке старшеклассников они просто косились друг на друга, как два идиота, пока не пришли к решению, что, раз уж они такие по-своему неуравновешенные оба, то стоит пустить это в нужное русло, из-за чего уже через несколько месяцев обучения в старших классах пили они вместе и на деньги, что выбивали из особо неудачливых. Матери Карин было давно плевать на то, где и с кем дочь, она часто уезжала в командировки, оставляя только немного денег и неуверенность в завтрашнем дне, а у Хозуки из семьи был один старший брат, который закрывал глаза на поведение младшего. Так они, в общем, и сошлись, всегда контрастируя на фоне друг друга: Карин не прекращала подкрашивать волосы красной краской, Суйгетсу, наоборот, волосы обесцвечивал. Карин носила яркую одежду, ярко красила глаза; Хозуки же носил, в основном, белый или светло-лиловый цвет. Но боялись их одинаково, что ученики, что учителя, хотя и вызывали пару раз на разговор с директором. Конечно, друзья у них тоже были, в том числе и не из плохишей, просто сойтись было сложновато. Поэтому, когда в конце старшей школы, где все события текли своим чередом, пришло время каждого ученика выходить на сцену перед всем выпуском и говорить торжественную речь, Карин подготовила огромную стебную записку с использованием химических и биологических терминов, объясняющих ее «неприемлемое» поведения во время учебы. Эффект был потрясающем, на самом деле, усмехнулся даже Хозуки, сам вместо речи громко кашлянувший в микрофон и показавший аудитории средний палец. В тот день по возвращении домой Карин ждала мать, чему девушка удивилась.       — Я знаю, что у тебя сегодня выпускной, — устало улыбнулась женщина, за последнее десятилетие постаревшая лет на тридцать, — я сделаю тебе подарок, который, наверное, отец тоже захотел бы тебе преподнести, — с этими словами она достала пистолет из своей сумочки, — научу тебя стрелять. Карин в растерянности бросила свой рюкзак на пол, разом забыв обо всем, потому что, несмотря на то, что она повидала за свою школьную жизнь, девушка никогда не бралась за огнестрельное. В тот вечер у нее тряслись руки, но под четким руководством матери она все же научилась держать ствол в руках с достаточной уверенностью. На утро Карин нашла только записку с просьбой не искать и не гнаться за приключениями. В рюкзаке все еще лежал табель об успеваемости девушки и ее рекомендация в колледж, но оценить это было некому. Ярко-красные волосы висели по обе стороны от бледного лица, и девушка поджимала губы, раз за разом перечитывая записку и чувствуя, как глаза наполняются слезами. В столь юном возрасте за дом она все равно не смогла бы платить, но зато у Карин был пистолет с двумя полными магазинами в рюкзаке. Так девушка и завалилась к Суйгетсу, внутренне разбитая, а внешне, как всегда. На все расспросы Хозуки она отмалчивалась, а потом просто завалилась спать, чтобы наутро ее разбудил Суйгетсу с каким-то азартом в обычно тусклых глазах.       — Валим из Ноксвилла, — сообщил он, пихая вещи в дорожную сумку, — брата накрыли, ну он… из этих, ты знаешь. Нам теперь всем тут через несколько часов будет херово, — хихикнул он. Реакция у Карин была отменная, так что, умывшись и быстро переодевшись, она уже была готова к выходу. Что облегчало ситуацию, так это наличие машины — и, откуда-то - прав у Суйгетсу, так что за городской чертой они были уже меньше, чем через час.       — Я ничего не понимаю, но рада свалить оттуда, — хмыкнула красноволосая, оставив время для расспросов после, — мы вообще куда?       — Да как пойдет, — хмыкнул Хозуки, — главное не назад. У брата есть связи в каком-то городке округа Мемфиса, так что туда, — парень пожал плечами. Осознание того, что он притащил Карин с собой, пришло только по приезде в город. Еще несколько дней ушло на то, чтобы обосноваться в каком-то районе, что больше был похож на гетто, и на выяснение отношений с красноволосой, что, как оказалось, еще и оружие с собой притащила. Знакомые у Хозуки занимались тем же, что и их семейка в целом: торговлей наркотиками и чем похуже, так что пройти «обряд посвящения» в виде постоянных побегов от патрулей или неблагодарных клиентов Карин с Суйгетсу пришлось в очень ускоренном ритме. Спустя несколько лет и в общем около ста дней под арестом в разное время, к такой жизни они привыкли. Карин набила себе пару татуировок и приобрела качества полнейшей стервы, Суйгетсу начал курить и научился улаживать некоторые конфликты с помощью дара убеждения. А в общем между ними осталось все по-прежнему. Наруто все еще ждал ответа, с любопытством поглядывая то за окно, где начинался рассвет, то на Карин, которая ушла в прострацию.       — Считайте, — все же пришла в себя та, откинув красные пряди назад, — что мы с ним, как Бони и Клайд, хах, только людей не убиваем и не трахаемся, — и откинулась обратно в кресло. «Круто», — про себя подумала Ино, но вслух ничего не сказала. Наблюдая за новой знакомой, она окончательно решила, что в ее вкусе именно девушки со стервозным характером и яркими волосами, хотя и попыталась выбросить эти мысли из головы как можно скорее.       — Интересно, — протянул Наруто, но больше ничего не сказал.       — Проверьте там, как вещи, — снова заговорила Карин, не открывая глаз, — на улице все стихло, а эта штука, — кивок на довольно старый обогреватель, — греет сильно, так что быстрее одевайтесь и валите отсюда. Яманака тут же подошла к обогревателю, стянув свои шорты и куртку, потихоньку начиная переодеваться обратно: не то чтобы совсем сухие, но до дома дойти можно спокойно. Наруто последовал примеру подруги. Когда они уже стояли в более-менее сухой одежде, сложив одолженную им стопкой на диване, красноволосая все же поднялась с кресла, снова накинув кожанку и кивнув на дверь в гараж, мол, туда. Яманака вышла первая, на ходу собирая еще влажные волосы в хвост, и Наруто пошел с ней, но, когда они были уже у выхода из гаража, в котором лампа больше не была нужна — начался рассвет — Узумаки резко остановился, обернувшись.       — Рад был познакомиться, — кивнул он, напоследок резанув ярко-голубым взглядом по фигуре девушки в черном. Карин криво усмехнулась, глядя им вслед.       — Я бы на твоем месте не радовалась, парень, — и ей все же хватило сил опустить крышу гаража. Ино шла, держа еще не успевшую высохнуть настолько же, настолько одежда, обувь в руках, голыми ступнями идя по мокрому асфальту и изредка посматривая на Наруто, что уже несколько раз предлагал ей помощь. Но было тепло, а асфальт был чистым и ровным, особенно после дождя.       — Не знаю, как ты, — хмыкнула Яманака, когда они дошли до ее дома, окна которого отражали лучи восходящего солнца, — но я больше не пью.       — Да я как-то тоже, — истерически усмехнулся Наруто, напоследок приобняв подругу и отправившись домой, когда Ино зашла к себе. Для себя парень уже решил, что в школу сегодня ни ногой. Яманака-то, скорее всего, прогуливать не станет, но ему одним прогулом больше — одним меньше — все равно. Зайдя в дом, блондинка, призывая все свои способности ниндзя, чтобы незаметно дойти хотя бы до лестницы на второй этаж, добралась до душа первым делом. Хотелось смыть с себя все последствия дождя и ночных посиделок у сомнительных людей. Она бы написала что-нибудь Сакуре, но одна мысль о том, что надо снова доставать телефон и печатать, заставляла веки слипаться. Дойдя до кровати, девушка рухнула, успев тыкнуть на пару будильников, хотя уверенности в походе в школу через несколько часов особо не было. «Знаешь, почему у тебя снова обострение?» Наруто перевернулся на другой бок и уставился в стену. Голос не пропал.       — Уже утро, время шизофрении - ночь, уйди, - усмехнулся сам себе. «Ты говоришь сам с собой, ты ведь понимаешь?»       — У меня справка о расстройстве личности, или как его там, хер поймешь, — устало вздохнул Узумаки, что ужасно хотел спать уже как несколько часов, но уснуть не мог. «У тебя обострение, потому что Саске теперь с Сакурой.»       — Нет, это потому что я не пью таблетки, — повторил Наруто сам себе в тысячный, наверное, раз, — ты ходишь по одному и тому же, а толку — ноль. «О-о, покуда ты говоришь с собой, ты знаешь, что может быть хуже, так к чему этот дар убеждения, который никому не нужен.»       — Дай мне уснуть, — Наруто зарылся лицом в подушку. «Ты бы убил Карин, если бы она выстрелила в Ино.» Узумаки распахнул глаза, вокруг было тихо, за окном только тихо шумел ветер. Наступление дня внесло ясность в несколько вещей: Ино, судя по количеству сна и отсутствию ответа даже Сакуре, которая, в конце концов, докопалась и до Узумаки, походу, откинулась, так и не придя в школу; Саске тоже попытался разузнать, где пропадает лучший друг, но тот спал до двух дня. Проснувшись, Наруто просто охренел от количества сообщений, пришедших на телефон, а обсуждение в общем чате развернулась вокруг того, что не было ни Узумаки, ни Яманака. «Бля, у меня отсыпной день, че пристали?»

«Отсыпной — с Ино ;)?»

«С кроватью»

«LOL, это ж Узумаки. Думаете, такая ему даст?»

«Да ну, хех»

«Эх, зависть»

«Понятия не имею, где Яманака» Ложь, конечно, но во благо. Спермотоксикоз у парней, по-видимому, прогрессировал.

«Ну разве что только с тобой. Кстати, тренер тут неистовствует — она ему для чирлидинга нужна, lol»

«Оу, блондиночка в мини-юбке * *»

Наруто отбросил телефон и поднялся с кровати, чувствуя себя куда лучше, чем до этого. При взгляде в зеркало ему, конечно, поплохело, поэтому первым делом он привел в какой-никакой порядок торчавшие в разные стороны волосы и вдел пирсинг, что было процедурой достаточно долгой. Так он, по крайней мере, вернул себе ту внешность, к которой привык за последние пару лет. Кушина не спрашивала, почему сын не в школе, но это было и к лучшему, поэтому Узумаки особо старался не докучать матери, тихонько передвигаясь по дому в поисках занятия.       — Саске обещал зайти, кстати, — протирая пыль с кухонного стола, сообщила Кушина, — звонил вот, ты спал тогда.       — Что?! — Наруто обернулся на мать, — ты чего раньше молчала? — и понесся в свою комнату, потому что, если Учиха хотел прийти, то это явно после школы, а уроки кончались минут так через десять. Поднявшись обратно к себе, Узумаки оглядел комнату, которая никогда в особом порядке не пребывала в силу того, что парням не свойственно убираться так же тщательно, как девушкам. Ну, Наруто считал именно так. «Он же был здесь на днях буквально, что я, как влюбленная школьница?!», — хотелось накричать на себя, но, пожалуй, этот разговор по душам он оставил бы на ночь. В голову пришло только позакрывать все вкладки на компьютере, чтобы — мало ли что — Саске не увидел их переписку с Ино. Во-первых, сам факт общения разнес бы новые слухи, которые никому не были нужны, а еще Учиха начал бы задавать вопросы и подкалывать, и хуже чувства, чем, когда твой любимый пытается свести тебя с кем-то другим, пожалуй, нет. Саске особого приглашения для входа в дом друга детства не ждал, стукнув чисто ради формальности и открыв дверь. Рюкзак Учиха кинул где-то в прихожей.       — А, Саске, — Кушина сидела за какой-то книгой, или фотоальбомом, особо не было видно, — он у себя, — кивок в сторону.       — Спасибо, — кивнул Саске и поднялся к Наруто. Перед самой дверью он встал, заложив руки в карманы спортивных штанов — последним блоком стояла физкультура, и даже после душа переодеваться было лень. Учиха пришел сейчас сюда… потому что Сакура не отвечала весь день? Пожаловаться или узнать, почему того не было в школе? Ни то, ни другое не было в его стиле, но почему-то без Наруто на занятиях было неуютно: одно дело, когда знаешь, что придурок снова пропадает где-то за зданием школы или намеренно прогуливает, другое же — когда тот не отвечает на звонки в тот момент, когда собственная девушка также игнорирует.       — Если что, то ты топаешь, как слон, — послышался голос из-за двери, — так что я не знаю, че ты там мнешься, входи уже! У Саске дернулась бровь, и он открыл дверь чуть ли не с ноги.       — Ты издеваешься, — закатил черные глаза парень, увидев развалившегося на кровати друга, — я узнал, что ты дрыхнешь вместо учебы только от твоей матери! Так сложно было ответить на телефон, а? — Учиха подошел к кровати Наруто и посмотрел на друга сверху вниз, сложив руки на груди.       — Волновался? — хихикнул Узумаки, блеснув глазами. И Саске бы поклялся, что в тот момент хотел выкрикнуть что-то по типу «Да! Да, черт возьми». Он волновался, и это продолжалось уже не первый день. Если до этого они с Наруто были не разлей вода, то с начала осени все изменилось. Физически Узумаки все еще был его лучшим другом, но… как будто Саске перестал быть для него… да вообще хоть кем-то! Пустые разговоры, ложь в ответ на вопросы: это все даже не было похоже на Наруто.       — Еще чего, — выдохнул Учиха, запустив руку в темные пряди и усевшись на кровать, разом теряя весь свой запал, — иди ты. Наруто даже приподнялся, потому что давно не видел Саске таким.       — Ты чего? — Узумаки всматривался в лицо друга и не мог понять, что не так.       — Все прекрасно, — хмыкнул Учиха, смотря на пол, — моя девушка меня игнорирует во всех соцсетях, а лучший друг… — Саске посмотрел на Наруто, и тот испугался этого взгляда, потому что до этого видел такой же только у Фугаку, — уже даже не знаю.       — Погоди, — Узумаки все же пришлось сесть, усиленно вспоминая события вчерашнего дня и всей недели в целом, — Харуно игнорирует тебя? Тебя?!       — По-моему у меня нет проблем с речью, — огрызнулся Саске.       — Оу, — Наруто приложил пальцы к губам, что-то вспоминая, а потом резко захотел задушить Ино, — а! Блять, окей, подожди, — Узумаки порылся в своем телефоне, в то время как Учиха со скепсисом за ним наблюдал, — а ты ничего не делал? — просто вопрос для отвода глаз. Саске выгнул черную бровь.       — Нет, в том и дело.       — Ну, может как раз в этом, — не особо внятно пробубнил Наруто, хотя и внутренне немного злорадствовал, что чести ему, однако, не делало. Внутри бушевала какая-то неопределенность, что была, Узумаки надеялся, не только с ним все это время, но и с Яманака тоже: радость из-за разлада возлюбленного с кем-либо другим и одновременно желание помочь в тех же отношениях. Наруто жалел Саске, жалел Сакуру и их отношения, и не мог сказать об этом Ино, хотя догадывался, что с ней происходит что-то похожее. Не из тех людей он был, что может без сочувствия просто рушить чужие отношения, пусть даже бездействие и не шло ему на пользу. Вроде бы, это называлось альтруизмом.       — О чем ты? — Саске сощурился и скосил черные глаза на друга. Узумаки сглотнул, отводя взгляд. У него, конечно, были когда-то отношения, и даже не одни, хоть и недолговечные, но советчика в себе он как-то не наблюдал.       — Ну, понимаешь, — он почесал светлый затылок, понимая, что сейчас делает все во вред себе, — девушки же любят внимание и… цветы? Я не знаю, ну, подарки всякие точно, — Наруто поднял голову к потолку, чуть мотнув звякнувшими друг об друга серьгами в ушах, — те, с кем я встречался, по крайней мере, любили. А Сакура, ты и сам знаешь, она… …когда-то была моей первой любовью. Показалось.       — Что? — спросил Учиха, скрестив руки на груди и заглядывая Наруто в лицо, которое тот, почему-то, старательно прятал. Если честно, то, как ему казалось, отношения были просто не для него: слишком муторно.       — Короче, — Наруто махнул руками, — просто сделай так, чтобы она поняла, что ты внимателен к ней, — «сейчас самого вырвет». Узумаки откинулся обратно на кровать, подумав, что даже объяснить нормально ничего не может, но понимая, что надавал возлюбленному советов по развитию отношений с другим человеком.       — А по поводу соцсетей не переживай, — пожал он плечами, смотря в стену, — скорее всего, с интернетом что-то, скоро наладится, — а сам уже представлял, какой способ попросить телефон у Сакуры будет самым ненавязчивым, чтобы разблокировать Учиху. Или может Ино попросить?       — Хм, — Саске мотнул черными прядями волос, качнувшись и опустившись рядом с Наруто к великому удивлению того. День был пасмурным после ночной грозы, и порывы ветра были отчетливо слышно даже с закрытыми окнами. Узумаки затаил дыхание, медленно поворачивая голову в сторону Учихи, который смотрел на него с самого начала. Сердце начало отбивать какой-то сумасшедший ритм, и сам парень, с растрепанными светлыми волосами и сбитым дыханием выглядел как-то напугано. Когда Наруто все же полностью развернул голову на Саске, их носы почти соприкасались, но черные глаза смотрели спокойно, как будто это не были глаза человека, что в жизни бы не изменил своего негативного отношения к однополым отношениям. Почему-то вспомнилось, как в классе Учиха похвалил его пирсинг. Почему-то захотелось его поцеловать. Наруто приоткрыл рот, как будто хотел что-то сказать, но сказать не смог, потому что казалось, что одно слово — любое — даст Саске намек на его чувства.       — Что, придурок? — выдохнул Учиха, чуть приоткрыв рот. Узумаки покрылся мурашками: он мог чувствовать дыхание Саске совсем рядом, такого, наверное, с детства не происходило. Учиха очень абстрагировался от близкого общения после ухода Итачи, а сейчас, скорее всего из-за усталости после школьного дня, позволял наблюдать себя в таком расслабленном виде.       — Ничего, — еле слышно, как будто вдыхая воздух в себя, ответил Наруто, сам удивившись, насколько жалко это звучало. Саске ухмыльнулся уголком губ, чуть оголяя ровный ряд зубов и так и не прерывая зрительного контакта. Узумаки на секунду — только на секунду — допустил, что, может быть, Учиха думает о том же? Что это не случайное стечение обстоятельств, и они так лежат сейчас, потому что это романтично? А потом Саске медленно закрыл глаза, скорее всего намереваясь немного подремать, и Наруто резко мотнул головой, отгоняя свои тупые мысли, что не имели за собой никакого обоснования и только причиняли боль, которую хотелось причинить в ответ. Наверное, Саске уже погрузился в сон, когда Узумаки чуть приподнялся и посмотрел на него глазами, что принадлежали будто не ему самому.       — Хотя знаешь, — еле-еле, как будто говорил сам себе, — может быть, Сакура действительно не хочет общаться? Проверь, а то рассоритесь еще, — Наруто язвительно ухмыльнулся. Учиха, если и удивился услышанному сквозь сон, то виду не подал, а с Харуно все же решил поговорить. Узумаки хватило только на то, чтобы ударить затылком в стену, поднявшись и прислонившись к ней спиной, потому что все летело к чертям, Саске спал рядом, как будто ничего и не происходило, а расстройство давало о себе знать внезапными вспышками гнева и выплесками негатива на дорогих Наруто людей. Ино проснулась от осознания, что выключила вибрирующий телефон уже раз семь за все время, а день, кажется, уже близился к завершению. Спросонья спектр ее способностей по адаптации в мире был крайне узок, поэтому из общего чата она подчеркнула только необходимость завтрашнего присутствия на тренировке. Яманака расплела волосы, что с трудом и не особо аккуратно с похмелья собрала на ночь в косичку, и посмотрела в окно, за которыми ничего, кроме тусклого неба, с такого ракурса видно не было. Вчера ее мрачные мысли отогнал своим внезапным появлением Наруто, хотя казалось, что прошел уже не один день. Сегодня Узумаки не было, зато было желание пройтись до отца под каким-нибудь предлогом, а заодно узнать, почему лицо Карин было ей так знакомо. И если бы все оказалось так, как предполагала сама Ино, это могло бы стать идеальным оружием в завоевании Сакуры: в конце концов, что может быть лучше, чем знакомые-дилеры?