Friendzone

You said you don't have to speak I can hear you I can't feel all the things you've ever felt before

Прошлое, как бы ни хотелось иногда сбежать навсегда, наступает на пятки почти каждому. У всех было то, о чем никто не должен был узнать, о чем и самому хотелось забыть. У Итачи и Шисуи, например, прошлое было практически одно на двоих, но некоторые фрагменты очень хотелось из памяти вычеркнуть. И у Ино было прошлое, развратное и унизительное.       — Да ладно тебе, — блондинка махнула рукой, — я уже не раз пользовалась ей, — помахала зажатой между пальцами карточкой, удостоверяющей личность. Поддельной. Сакура вздохнула. Она часто была в компании главным моралистом, а то, что алкоголь девушку не особо привлекал, добавляло адекватности.       — Я, конечно, понимаю, у полиции сейчас много других дел, — розоволосая шла чуть позади Ино, которой посреди ночи взбрело выбраться за элем, — но лучше не испытывать судьбу.       — Я мастер своего дела, — заверила Ино, когда они прошли очередной тускло светивший фонарь. Погода была уже откровенно холодной, заставляя менять ветровки на полноценные куртки с соответствующей условиям прослойке. Сакура в очередной раз ударила себя по лбу, пронаблюдав, как Яманака во время подбора гардероба заботится лишь о верхней части тела. Бедра были обтянуты в джинсовые шорты. Так она и вышла на улицу, попутно рассказывая, что зимой тоже частенько выбегает до ближайшего круглосуточного. Харуно, полноценно одетой в свободные штаны и кофту с курткой, оставалось только удивляться.       — Эй! — мужской голос. Ино обернулась и застыла. Парень, с виду лет двадцати пяти, а может чуть старше, стоял где-то в десятке метров от них.       — Ино? Сакура насторожилась. Она знала всех знакомых своей девушки, как ей казалось. Яманака поспешила натянуть капюшон, но было уже поздно. Партнеров у девушки за годы довольно разгульной для подростка жизни было не два и не три, но тем не менее, запоминала она всех. В конце концов, шлюхой не была, и просто соблюдала хотя бы отдаленно правила приличия.       — Жестоко так с людьми поступать, — парень быстро преодолел разделявшее их расстояние, — номер-то хоть сейчас дай настоящий. Позвоню, как освобожусь на днях.       — Зачем звонить? — спросила Ино, скрещивая на груди руки.       — Ну, как же, — собеседник усмехнулся, подходя еще ближе и мельком глядя на Сакуру, — пройдемся до клуба, а там в коридоре, ведущем до туалетов… или в комнате для персонала, — ухмылка тронула его губы, — как в прошлый раз. Я, признаться, даже не пытался искать после кого-то, кто так же отпадно трахается. Вот и все. Он это сказал. Ино с ужасом услышала относящиеся к ней слова и закусила губу. Убегать сейчас бесполезно — во-первых, захочет — догонит, во-вторых, Сакура. Сакура раскрыла свои зеленые глаза и перевела взгляд со странного прохожего на Ино. Бывший? Яманака не рассказывала. Клуб..?       — О, кстати, — парень положил руку на плечо блондинки, которая забыла о сопротивлении, застыв на месте, и выудил из кармана телефон, заходя в список контактов, — тут не я один желающий… как там того мужика звали? А! Сай, что ли… пугающий, пиздец, но подтвердил мои опасения, — рассмеялся, как показалось, пьяно, — ты частый гость. Ночная ты наша бабочка. Ну? Яманака кинула гневный взгляд на держащего ее парня и поспешила откинуть руку.       — Отстань.       — Воу, — он отшатнулся. Они «застряли» в темном переулке, и до следующего фонаря нужно было еще пробежаться. Скорее всего, об этом и подумал парень, перехватывая Ино и прижимая лицом к ближайшему сплошному забору чьего-то участка.       — Не сопротивляйся, — шепнул ей на ухо, наваливаясь сзади всем телом, — точно! — вспомнил о существовании наблюдателя, — ты бы ушла, что ли, а то я не эксгибиционист. Чего о твоей подружке не ска- Договорить не дали. Удар у Сакуры был сильный. Парень расцепил руки, удерживающие блондинку, и взялся за скулу.       — Ах ты сука! — взревел он, кидаясь на девушку. Ино вскрикнула, но Харуно, кажется, потеряла страх еще в начале этого сюрреалистичного разговора. Блокируя левой рукой, она нырнула в сторону. Удар правой, вложилась полностью. У парня сломан нос. Сакура била прицельно, не заботясь о том, насколько разбиты будут собственные кулаки. Зеленые глаза потемнели, розовые волосы выбились из хвостика на затылке. Пока несчастный пытался рассмотреть хотя бы асфальт сквозь кровь и слезы, Сакура подошла вплотную к нему и заставила того смотреть на себя, оттягивая голову за каштановые волосы. Она была красива, даже в темноте, даже с растрепанными волосами, даже с кровью на руках.       — Еще хоть раз, — почти одними губами, — здесь или где-то еще, хоть кто-то из вас, — взгляд на Ино, вжавшуюся в стену, — заговорит с ней, тронет, да что угодно. И сломанным носом дело не ограничится. Она отпустила голову парня только за тем, чтобы тот, спотыкаясь и роняя телефон на асфальт, побежал, держась за лицо, в направлении ближайшей круглосуточной аптеки.       — До нее около километра, — вслух подумала Сакура, — сознание потеряет. Она развернулась на Ино, которая, как только встреченный псих скрылся из вида, сползла по стене, прислонившись затылком к ней.       — Прости, пожалу-уйста, — шепотом и заикаясь. Она спрятала лицо в ладонях и зарыдала. У Сакуры была одна довольно значительная слабость: неуверенность. Она съедала амбиции девушки изнутри с самого детства, не давая нормально вдохнуть. Лицо не такое, характер не такой, да все в ней было плохо — так Харуно с детства и думала, пока в первый раз ни увидела, как дерутся Наруто и Саске. Конкретно в их драке не было категоричности к себе, да и друг к другу редко — было только соревнование, только тяга к сражению. И Сакура начала копировать. Поначалу просто смотрела на движения мальчишек, а потом тренировалась в своей комнате, повторяя за каждым из них то, что запомнила. Тактика не работала, и тогда Харуно выбрала для себя одного — Саске. Его движения были выверены, потому что его этому учили, Наруто же действовал по ситуации, и его импровизация была слишком сложна для повторения. Сакура ходила за Учихой в школе, по улицам; во время стычек Наруто и Саске запоминала то, как и куда приходятся удары брюнета. Записалась в атлетический кружок — начала соревноваться с другими ребятами, начала носить бриджи и свободные футболки, сдружилась с двумя противоположностями. Естественно, никто с ней не дрался, но по нескольким случаям сначала в средней, а потом и старшей школе народ знал — экспрессия розоволосой носит характер насильственный. Пока Сакура в свои четырнадцать бегала длинные дистанции и учебниками угрожала норовившим сесть на ее место одноклассникам, Ино ходила в танцевальный кружок, потом — на чирлидинг. Она с недоумением и некоторым восхищением поглядывала на подругу, а та смотрела только на Учиху.       — Почему ты не носишь юбки? У тебя такие ноги… — Ино догнала Сакуру по пути домой.       — Думаешь, если стану более «женственной», Саске с Наруто не прогонят меня из своей компании? — посмеялась та.       — Ты шутишь, правда? Харуно остановилась.       — Шучу, — вздохнула, — несколько месяцев прошло с того момента… — вспоминать не хотелось, — как я Саске призналась… снова, — в который раз уже, — он снова ничего не ответил. Как будто не слышит. Яманака поморщилась. Не хотелось ей, чтобы Сакура продолжала бегать за черноволосым ублюдком; учитывая, как Харуно выглядела, это Учиха должен был за ней бегать.       — Может, открыв его взору свои прелестные ноги, — подмигнула блондинка подруге, — ты притянешь все его внимание. Сакура хмыкнула.       — Точно! А потом было половое созревание, новый виток самокритики и куча ободков-сережек. Сакура больше не нарывалась на драки, играя роль примирителя, когда Наруто в очередной раз «случайно» задевал Учиху. До этого момента.       — Прости, — пришла очередь розоволосой неловко перекатиться с носок на пятки и извиниться, — испугалась? Ответа не последовало. Ино прятала лицо в руках. Уши и щеки горели, она хотела провалиться сквозь землю и заставить Сакуру забыть о том, что произошло. Или хотя бы отмотать время минут на десять назад, чтобы не стоять истуканом перед потенциальным насильником, а дать нормальный отпор, как обычно и делала. А еще лучше — на двадцать минут назад, чтобы остаться дома и никуда больше не выходить, лежать на кровати с Харуно и говорить об идиотских вещах. Что теперь вряд ли будет возможно. Сакуре сложно было понять этот стыд, думала Ино, Сакура не глушила боль в барах и стрип-клубах. Сакуре стало не по себе от одного поцелуя с Учихой, Ино перетрахалась с половиной района.       — Ты хотела эль купить? — из транса вывел голос Харуно, немного ниже, чем обычно, — бери два, и возвращаемся. А… и захвати воду, — она подняла окровавленные в некоторых местах руки. Яманака отняла руки от лица, фокусируя взгляд на своей — пока еще — девушке, и по лицу той сложно было что-либо понять. Она могла строить дуру, и то редко, перед Учихой, с Ино она была уверенной и спокойной, за исключением некоторых моментов.       — Да… Она медленно развернулась на носках и пошла в сторону магазина. Сакура вынула из кармана телефон, и, пользуясь подсветкой фронтальной камеры, стала поправлять волосы, что ранее выбились из прически.       — Нужно было сказать мне, — произнесла она, не надеясь, что входящая в раздвижные двери круглосутки Ино услышит. Но та услышала и закусила губу. Нужно было, но по какой-то причине рассказала она Наруто. По крайней мере, был плюс — теперь Ино была как ни в ком уверена в парне — тот не растрепал даже Сакуре. Ино прошлась между прилавками, наугад схватила две бутылки из соответствующего отдела и прошла к кассе, указав там на воду из холодильника. Продавец подозрительно смотрел на блондинку, явно не в себе, потом спросил что-то, но Яманака только показала ему подтверждающую личность карточку и мотнула головой, мол, все нормально.       — Я же говорила, — она протянула Харуно бутылку, держа ту горизонтально и боясь коснуться пальцами ее пальцев, — сколько раз так делала. Всегда срабатывает. Сакура открутила крышку, начав мыть руки, и улыбнулась — для себя Ино отметила, что улыбнулась вполне обыденно, но достоверно ничего не было известно.       — Тебе не холодно? Блондинка помотала головой. Сакура забрала у нее эль, выкидывая опустевший пластик. Так и пошли, изредка отпивая алкоголь и смотря под ноги.       — Слушай, — Ино остановилась под одним из фонарей, — я очень не люблю такие эм… такие сцены и недосказанность. Так что давай ты спросишь меня, и я отвечу на все вопросы. Без банального «правда ли это?», сама понимаешь, что да. Имени не помню. Бар, тот, что на углу у торгового центра. Не так часто, как можно было бы представить с его слов… В защите, естественно… — затараторила Ино, пытаясь предугадать пришедшие первыми на ум вопросы. Сакура сделала глоток эля.       — Воу, не так резко, — девушка сделала жест рукой, — я, вообще-то, не собиралась устраивать допрос. Какого хрена вообще? — она наклонила голову, зрачки расширились, — или ты уже после того, как мы с тобой…       — Нет! — это было громко, — Нет-нет… последний раз вообще давно, я бы никогда, в отношениях, — сердце билось, как бешеное, Ино готова была сейчас же пойти под детектор лжи, только бы предположения Сакуры улетучились у той из головы. Яманака плохой человек, она так и сказала Наруто на вечеринке в начале осени, но не совсем гнилой.       — Я верю тебе, — улыбнулась Харуно, — но ты все равно расскажешь мне все, не так ли..? — светлая бровь взметнулась вверх, как бы намекая, что отрицательного ответа не ожидается. Ино округлила глаза. Сакуру это не задевало? Первый шок уже прошел, и Яманака мыслила более-менее здраво, в голове не укладывалось: такая, казалось бы, моралистка может спокойно отнестись к подобному?       — Но… Ах, да. Ну конечно же, «но».       — …ты скажи мне сразу, почему вела ну… такой образ жизни? Я думала, ты состояла несколько раз в официальных отношениях, а не цепляла первых встречных в клубах, — тут Сакура задумалась, — хотя, ты всегда привлекала массу парней. Ино молчала, забыв о ночной прохладе. Бутылка эля холодила ладонь.       — Я не злюсь, — добавила Харуно, подходя ближе, — просто мне очень обидно, ты не посвящала меня в подробности своей жизни так долго, оказывается! Не знаю, кого винить — себя или тебя, не знаю… Кожа блондинки покрылась мурашками, от холода ли? Стало не по себе, Сакура действительно всегда рассказывала всё, в отличие от Ино. Могут ли отношения, построенные в отсутствие доверия, стать настоящими?       — Было больно, — выдавила из себя блондинка, смотря в глаза напротив, — очень. И эту боль я глушила радикальными методами, — она положила голову на плечо Сакуры, — я смотрела на тебя в школе, когда ты заходила в гости, когда мы гуляли… потом шла в клуб и проводила там ночь. А потом снова смотрела… Было неудобно, потому то стеклянная бутылка мешалась, но Яманака порывисто обняла девушку, не говоря больше ни слова. Харуно провела рукой по блондинистому затылку, второй — по плечу девушки, замыкая объятия.       — Если бы ты сказала мне, я бы больше и взгляда на Саске не кинула, — хмыкнула она, заставляя Ино шокировано поднять на нее взгляд голубых глаз, — что?       — Т-ты… да какой нормальный человек после…       — Ненормальный, значит, — перебила Сакура, — станешь тут с мозгами дружить, — она щелкнула пальцами лоб Яманака, — свинина, блин. Я была в отношениях с Учихой, кто я вообще, чтобы осуждать тебя за то, что было ДО меня? Ино нервно усмехнулась, чувствуя, что, для обычно не самой эмоциональной ее, снова подступающие слезы будут лишними. Сакура выкрутила руку, приблизив бутылку к губам и, сделав несколько глотков, поцеловала блондинку в горячие мягкие губы, разделяя алкогольный вкус. Ино с готовностью ответила на поцелуй, цепляясь за плечи и подбородок Сакуры пальцами, желая заткнуть свои мысли.       — Не наглей, — отстранилась розоволосая, — тебя ждет ночь разговоров по душам, — она подмигнула и протянула свободную руку. Саске, последние несколько минут наблюдавший за подругами из-за угла плотного забора одного из участков, резко завернул в темноту и опустил голову. Ладонь сама потянулась прикрыть рот, потому что парень не знал, чему только что стал свидетелем, но точно понимал, что видеть этого не должен был. Злость — первое, что он почувствовал. Пазл моментально сложился в голове: его обманывали все это время, сразу трое человек играли с Саске, пока он мучился, не находя объяснения собственным чувствам. Мотивы Сакуры и Ино пока были непонятны Учихе, но Наруто он выделил сразу же — того наверняка подговорил Итачи, отсюда и скомканность объяснений. Отсюда и разговоры про чувства. Катана со свистом рассекла воздух.       — Хорошо, — садистски усмехнулся парень. Он в любом случае собирался к Наруто.

***

Минато сын дома не дождался, и на его вопросительный взгляд Кушина лишь улыбнулась.       — Мам, — Наруто приблизился к женщине, посреди ночи сидевшей на кухне с чашкой красного чая, — у вас с отцом все в порядке… в браке? Улыбка стала шире.       — Я знала, что ты спросишь, — она взглядом пригласила сына сесть рядом, — ты мало общался с Минато, поэтому он кажется тебе немного отчужденным. Просто он такой человек, Наруто. Ему, с его характером и установками, в политику бы, а он заделался юристом, но зато каким… — мечтательно вздохнула она.       — Какой именно он человек? — спросил блондин, взъерошив рукой волосы. Кушина рукой тронула лицо парня, аккуратно проходясь от пирсинга в брови до губ. Ей необычные украшения нравились. Наруто смутился.       — Ты на него похож, — она отпила чая, закидывая ногу на ногу, — я часто это говорю, а ты не понимаешь. Только в политику ни ногой! Я не об этом, — рассмеялась, и рыжеватые прядки у лица подрагивали, — вы поэтому и ладите со скрипом. Но у нас с ним все прекрасно, почаще бы дома бывал только. Тоски в ее словах Наруто не услышал. Со стороны брак его родителей и правда выглядел идеальным. Но он наблюдал не со стороны, а еще было одно «но».       — А что Фугаку? — осмелился задать вопрос, мучавший довольно давно. Кушина удивилась.       — Он тебе рассказал? — женщина задумалась на некоторое время, помешала ложкой чаинки, — мы говорим про сейчас?       — Да, — кивнул Наруто, — про то «сейчас», когда отец Саске сел, а мой…       — Почему ты спрашиваешь у меня? — Кушина хлопнула ресницами, — это же их дело. Парень впал в ступор.       — Ты точно понимаешь, о чем именно я говорю? — сощурил он голубые глаза. Не хотелось бы мусолить тему, если матери было не по себе. Но ему повезло.       — Точно, — заверила Кушина, — поэтому и предлагаю: спроси у отца. Но мой тебе совет — лучше забудь. Минато сам забыл, и фотографию ту он отдал… — пронаблюдала за расширившимися глазами сына, — что? Неужели ты думал, что мой муж бы от меня что-то скрыл? — она заговорчески ухмыльнулась, заставляя Наруто хмыкнуть. — Брак у меня прекрасный, и проблем у нас нет. Это дало ответ на твой вопрос?       — Понятно, — Наруто стукнул пальцами по столу и поднялся, — спасибо. Жить легче стало, серьезно…       — Ничего больше не хочешь мне рассказать? — склонила Кушина голову, наблюдая, как ребенок снова сбегает с поля дискуссионных битв.       — Неужели ты думаешь, что твой сын бы от тебя что-то скрыл? — подмигнул он матери, и шагнул на первую ступеньку лестницы. Кушина отправила тому вслед кухонную прихватку и выразительный взгляд синих глаз.

***

Саске заучил этот путь с детства: ветки дерева, перекладина балкончика, крыша дома Узумаки. Научился взбираться бесшумно, как кот. Повезло, что ветровка была непромокаемой — крыша покрылась предутренней росой, да и прохладно было, то и дело моросил дождь. Саске лежал, уперев ноги в укрепление водостока, хотя наклон был не такой, чтобы можно было запросто скатиться вниз. Не то, чтобы сейчас у парня не было желания так и сделать. Двадцать минут. Тридцать. Он думал, тщательно проворачивал в мозгу слова, которые скажет и вопросы, которые задаст. Может быть. Может, и не сможет задать; еще несколько десятков минут назад его трясло от злости, теперь же парень начал сомневаться: что вообще произошло? Захотелось сейчас же спрыгнуть вниз и пойти домой — там нереально веселая тусовка из Итачи и матери, и, скорее всего, Шисуи. Последнего он бы точно приложил оружием — если не лезвием, то хотя бы рукояткой. Саске согнул ноги и поднялся, очень осторожно. Подполз к краю крыши, посмотрел вниз — он находился прямо над комнатой Наруто, а, значит, и его окном.       — Ну и что, Джеймс Бонд? — внезапный голос почти спровоцировал падение вниз. Наруто высунулся из окна, цепляясь ногами за конструкцию подоконника — не сломать бы.       — Откуда ты..? — все вопросы разом забылись, был только Узумаки и его светящиеся в темноте глаза. «Почувствовал» — мог бы ответить тот, и не соврал бы даже. Всегда почти чувствовал, если Саске поблизости.       — Ты еще и с оружием, — оценил перекинутую через грудь лямку, — по мою душу?       — По чью же еще? — отозвался Учиха, исполняя почти акробатические махинации, чтобы с крыши переместиться в оконный проем без ущерба себе и стеклу. Наруто залез обратно в комнату, разминая затекшие ноги и прыгая на месте — не привлечь бы внимание матери, хотя, возможно, та уже ушла спать. Саске закрыл окно, поставил на пол катану и обувь, и сел на подоконник, облокачиваясь о стекло. Устало, как показалось блондину.       — Что-то случилось?       — Много чего, — сухо ответил Учиха. Наруто сел на кровать, взглядом приглашая Саске последовать его примеру. Тот только мотнул головой.       — Рассказывай, раз уж решил посреди ночи припереться, — хмыкнул Узумаки. Они давно не разговаривали в спокойной обстановке, действительно давно. Саске подумал, как собрать в кучу все то, что уже решил для себя.       — Я видел Сакуру и Ино, — кивнул за окно, — там, рядом с супермаркетом.       — И? — изогнул бровь Наруто.       — Они целовались, — невесело усмехнулся Учиха, — так, просто, посреди улицы. Две девушки. Узумаки затаил дыхание, в секунду температура в комнате, казалось, опустилась на несколько градусов. Виной тому почти загробный голос Саске. Наруто смотрел перед собой. Они с Ино как-то не продумывали пока план «знакомства» своих партнеров друг с другом. Ино, думалось ему, заберет Сакуру себе и закроет от внешнего мира и, особенно, от Саске, так что в исполнение все было бы привести в разы сложнее. Но, как оказалось, у судьбы были другие планы.       — Ты не отвечаешь, — тихо сказал Учиха, покусывая внутреннюю сторону щеки, — а значит я был прав. Его усталость, на которую списал состояние друга Наруто, испарилась вмиг. Так же быстро он оказался рядом, предплечьем фиксируя горло и придавливая парня к кровати.       — Блять, — шикнул Наруто, опомнившись, — что? В чем прав? — пути отхода не наблюдалось, а драться с Саске он сейчас не собирался, вообще не понимая, что тому нужно.       — Можешь больше не играть, — хмыкнул Учиха, но эмоции на его лице совсем не выражали веселья, он был на грани, — вы же специально, втроем. Сакура и Ино всегда вместе терлись, а ты предложил… Или Итачи, там не разберешь. Непонятно только, какого черта Сакура с детства рядом со мной шлялась… совпадение? Последняя клетка мозга Наруто умерла после этой тирады. Он старался не начать нервно смеяться, но просто не мог, поэтому пару раз хихикнул от абсурдности ситуации, и заткнулся.       — Теперь ты смеешься, — очень тихо сказал Саске и, внезапно, отступил, — мне плохо. Парень опустился на пол и уронил лицо в упертые в колени руки. Ему правда было плохо, он уже не знал по истечении этого года, кому и чему верить. Наруто резко переместился с кровати, садясь рядом и касаясь руками рук Учихи.       — Послушай, — руку резко отдернули, — да послушай ты! Ты издеваешься, что ли?! Что за бред ты только что нес? Какой Итачи? Что за симуляцию нашей жизни ты создал в своем мозгу? Саске прислушался. Может, и не все было так.       — И в чем я ошибся? — глухо спросил он, зыркая черными глазами исподлобья.       — Да во всем! Как вообще связаны отношения Ино и Сакуры и… ты. Наруто осекся. Вообще-то, они были очень даже связаны, но уж точно не в том смысле, в котором подумал Саске.       — Они еще и в отношениях? — парень выгнул бровь.       — Я тебя сейчас ударю, — предостерег Наруто, — хули ты на меня кидаешься, если ни в чем не разобрался?!       — Тогда почему ты знаешь, а я — нет?! — наступила очередь Саске возмущаться, он даже смог подняться на ноги.       — Да блять! — в сердцах выкрикнул Наруто, — это долго рассказывать. Учиха сложил руки на груди.       — Ближайшие несколько часов я не занят. Считай это свиданием, — коротко глянул на Узумаки после этих слов — изменится в лице или нет? Тот улыбнулся, как обычно. Наруто сказал, хорошо, только спокойно. Рассказал про Ино, про Сакуру, что знал. Пару раз вставал и начинал ходить взад-вперед по комнате, засовывая руки в карманы шорт. Вспомнил, как Яманака описывала свои чувства, и попытался процитировать; рассказал про первую осеннюю вечеринку у Тен-Тен, поделился переживаниями по поводу игры в кругу.       — Подожди, — прервал Саске, — а у них было что-то до?       — Это не мой секрет, — пожал плечами Наруто, — хочешь, спроси у Ино. Только береги глаза — выцарапает. Дальше Узумаки посетовал на приплетение Итачи, аргументировав тем, что номера брата Саске у него отродясь не было, а в городе тот совсем недавно. Достал мобильник даже, чтобы продемонстрировать. Саске отказался: звучало убедительно. Сказал также, что было больно наблюдать за отношениями друзей, когда каждый из них — Наруто и Ино — испытывал чувства к одному из. Замолчал.       — Поэтому ты отдалился? — спросил Учиха.       — Я не отдалялся, — вздохнул Наруто, — вообще никогда. Я бы рядом был, даже если бы вы свадьбу сыграли, наверное. Тебе так казалось, потому что погряз в отношениях. Это часто так, у меня тоже девушки были. Саске раскрыл глаза на словах про свадьбу. Если Наруто говорил всерьез, то он точно ненормальный.       — Это все?       — Вообще, там еще столько всего, — Узумаки показательно взмахнул рукой в воздухе, — но если кратко, то все, — согласился он, — спрашивай. Учиха подумал.       — Сакура про тебя знает?.. про нас, — добавил тише.       — Не-а, — улыбнулся Наруто, — она бы прилетела тут же и убила меня. Из соревновательного принципа. Саске слабо усмехнулся и качнул головой.       — Что с лицом? — Узумаки тронул пальцами царапины на скулах, многозначительно указал взглядом на гематомы ниже. Учиха убрал его руку от себя.       — Итачи, — одно слово, а как много смысла. Саске отправился в мимолетное свободное падение и приземлился на кровать, зажимая собственные виски пальцами.       — Какой я идиот, — редкое признание для него, — прости, Наруто. Я так заебался за эти дни. Я уже ничего не понимаю. Пока я сюда шел, я несколько раз смотрел на контакты Карин и Суйгецу, почти позвонил ведь… Наруто если и был очень удивлен, виду не показал. Он забрался на кровать, садясь рядом и смотря сверху на бледное лицо Саске.       — Говорю же, спрашивай, — он улыбнулся, — может, хоть так меньше сходить с ума будешь.       — Да не схожу я! — тут же поднялся черноволосый, глядя исподлобья, — кстати, о сумасшедших, ты же принимаешь какие-то лекарства? Наруто цыкнул, однако взглядом указал на тумбочку: там стояло несколько нетронутых баночек.       — Говорил с Шикамару?       — Пришлось.       — А говорил, что и сам все знаешь, — ухмыльнулся Узумаки, — блефовать любишь. В ответ на дерзость Учиха мгновенно оседлал бедра того привычным с детства движением, прижимая руки Наруто к кровати за предплечья.       — Уверен? — почти грозно.       — Ты мне нравишься, — ответил Наруто, наблюдая, как Саске снова реагирует на эти слова слишком экспрессивно, — а таблетки я ненавижу, и не пью почти. Теперь точно брошу. Саске знал, что переходить в полноценный спарринг сейчас будет невыгодно — даже если комната блондина уже не раз страдала от побоищ, тот не успел снять пирсинг, а, значит, крови не оберешься, если в полную силу. А вполовину никто из них не умел. А Саске, кажется, вообще ничего не умел, решив прикрыть глаза и почти наугад поцеловать лежащего под ним парня. На поцелуй тут же ответили, и Наруто развел ноги, притягивая Учиху ближе, параллельно молясь всем богам, чтобы мать точно ушла спать, а отец задержался там, где бы то ни был.       — Ты ветровку-то сними, придурок, — тихо сказал парень, цепляясь за молнию.       — Без тебя разберусь, — шикнул Саске, но ветровку все же снял и кинул куда-то на пол. Наруто воспользовался этим отвлечением внимания, чтобы перекатиться и подмять под себя черноволосого, недовольно смотревшего теперь снизу. Недовольство, впрочем, было недолгим, потому как Узумаки снова прильнул к губам своего парня. Своего же?       — Ты ведь помнишь, — дышал он рвано, — что согласился со мной встречаться?       — С тобой забудешь, — закатил глаза Саске. Когда они целовались с языком, тому нравилось больше всего: холодный титан в языке Наруто приятно контрастировал с мягкостью рта. Внезапно пришли мысли о минете на Хэллоуин. Организм сыграл злую шутку, вспомнив все красочно и довольно быстро. Наруто старался ухмыляться не так явно.       — Только не думай, что забыл я, — заговорческий вид не предвещал ничего хорошего. Чертов лис. Узумаки медленно прижался бедрами к бедрам Учихи, так же медленно отстраняясь.       — Что за флешка, Саске? — практически мурлыкал он, облизывая тонкую шею, — о какой флешке ты мне тогда говорил? Саске потерялся в ощущениях. Технически, он был девственником, а потому инициативой обладал меньшей, что бесило. Но Наруто перекрывал бешенство десятикратным возбуждением.       — Э-это, — пальцы Узумаки орудовали в опасной близости от резинки трусов, уже обойдя преграду в виде темных штанов, — отца, сука, — Наруто приблизился к очагу его желания, — там информация, да бля… — Саске прикрыл рот жилистой ладонью, чтобы не стонать, когда Узумаки все же взял в рот. После пары незамысловатых движений Учиха уже жмурился, как будто его убивали.       — Ты не договорил…? — Узумаки на секунду отвлекся, издеваясь. И тут же вернулся к ублажению парня.       — Там… мм, — Саске резко отвернулся, чтобы не видеть, и закусил губу, но ноги развел, — твои… перемещения по городу, ах! Из-за этого и… — он не закончил, откидывая голову назад и надеясь, что в этот раз Наруто мучить его сильно не будет. Блондин прищурился на словах о себе, но в общем-то решил сначала дать Учихе расслабиться. Саске прикусил несколько пальцев, когда кончил. Наруто сплюнул себе в ладонь, тут же удаляясь в ванную — привыкнуть глотать сразу же сложно, но со временем планировал научиться. Учиха сгорел со стыда и умер у Узумаки на кровати. Так ему казалось после того, как он воспользовался салфетками и натянул одежду обратно. И его труп уже не был его проблемой.       — А теперь поподробней, — Наруто вернулся как ни в чем не бывало, еще мокрой рукой взъерошив свои волосы, — что там, по поводу моих перемещений? Саске бы побился головой обо что-нибудь, но под ним только мягкая постель.       — Перемещения твои, по городу, — как можно более безэмоционально проговорил Учиха, — ты ведь не в больницу ездил с Яманака. Но мы договорились это не обсуждать, — быстрый взгляд на Наруто в поисках возражений, — я порылся в компьютере отца…       — Уроки Ируки не прошли даром, — усмешка.       — …похоже. Так вот, как ты мог, надеюсь, заметить, нашлось там намного более интересная информация. Наруто был поражен. Он иногда забывал, на что был способен Учиха. Когда ситуация позволяла, тот становился опасным в своем желании контроля.       — И извинений ты не дождешься, — строго уточнил он, — ты тоже соврал мне. Один-один. Узумаки не мог не согласиться. Это было его ошибкой.       — Спасибо, что рассказал, — улыбнулся он, но Саске все еще выглядел каким-то недовольным. Он поднялся с кровати и подошел почти вплотную к Наруто, упирая свои длинные тонкие пальцы тому в грудь и больно тыкая.       — Не ври мне больше, Наруто, — сказал он. Даже не просил, а перед фактом ставил.       — Ай! — возмутился блондин, отскакивая от парня. Полоски на его щеках исказились вслед за мимическими мышцами.       — Дыру мне пробил в груди, — можно было счесть почти за метафору, — злобный. Тебя правильно Ино называет ублюдком! Саске выгнул бровь.       — О-о, — протянул он, почти улыбаясь.       — Нет-нет, я не имел ввиду, что полностью принимаю ее точку зрения, — замахал руками Наруто, — но иногда… — он выразительно глянул на Учиху своими голубыми глазами. Тот шуточно слегка поднял руки в сдающемся жесте.

***

Алкоголь развязывал Ино язык, Сакура развязывала резинку на затылке. Она слушала внимательно, каждое слово. Ино решила отступить от хронологии, сначала рассказав про то, как почти сошла с ума, узнав о начале отношений Саске и Харуно. Потом углубилась в прошлое, рассказывала про клубы и про то, как вливала в себя алкоголь. Сакуре тяжело было слушать, это Ино видела, как бы сильно не скрывала то розоволосая: все же научилась читать девушку по малейшим жестам и изменениях во взгляде.       — А что с Наруто, — следующее далось сложнее, — с ним… тоже?       — Да что ты заладила про Узумаки! Не было с ним ничего, я уже говорила же. Сакура склонила голову. Задумалась.       — Но вы так резко сошлись, я уж подумала… Ино закатила голубые глаза, дотронулась до лба рукой.       — Не было ничего и точка. — она не могла рассказать про Саске, это была не ее жизнь.       — Ты чего-то не договариваешь мне, — прищурилась Харуно. «Тут «договоришь» блять!» — подумала Ино. Так много всего произошло за эти полгода, что, казалось, за жизнь столько не происходило.       — Тогда спроси у Наруто, — спокойно произнесла она, — и если он захочет, то многое прояснит тебе. Ну… на этом, пока, все. Сакура подошла к Ино и порывисто обняла ее, стискивая почти до боли.       — Ино, — в голосе сквозило раскаяние, которое по логике вещей должно было принадлежать сейчас не ей, — я не знала, что такой сильный эффект возымеет мое согласие встречаться с Учихой. Правда, мне кажется, я бы миллион раз пересмотрела свои взгляды на жизнь, если бы ты сказала раньше. Яманака покачала головой. Она вряд ли о чем-то жалела по истечении этого времени; в конце концов, у нее появилась неожиданная дружба.       — Твой ромб на лбу подписывать надо. — усмехнулась она, — чтобы люди знали, с кем опасно связываться. Сакура слегка изменилась в лице.       — Я повторюсь, это мог быть не нос. Скрестила руки на груди, смотря почти с вызовом.       — Ладно-ладно, я поняла, — успокоила ее Ино, — теперь-то спать? Сакура сняла кофту, оставаясь только в топе и штанах, и кивнула на кровать. Взгляд Яманака слегка потемнел, пока она наблюдала.       — Ты давай, а мне еще допивать, — кивнула Сакура в сторону, половина эля находилось внутри бутылки, стоящей на компьютерном столе.       — К черту эль, — Ино шагнула к своей девушке, оттесняя ту прямо на вышеупомянутую кровать. Обе знали, что просто так эта ночь не закончится.

***

Ночь действительно была долгой. Когда Наруто расчистил место на рабочем столе, чтобы они с Саске смогли хотя бы видеть монитор, пока играют в приставку, Учиха вдруг вспомнил, что ему нежелательно надолго оставлять дом. Взгляд метнулся на стоящую у окна катану. «Думаю, Итачи взбесится, если узнает, что я действительно свалил», — усмехнулся он. Итачи бесился, правда. Только не из-за Саске. Он метался под сильным телом Шисуи, когда тот подхватил парня под бедра и уложил на опечатанный стол в одной из комнат.       — Не здесь же, — пытался отбиться Итачи, то и дело шикая от укусов.       — Здесь, — улыбался кузен, — и сейчас. Я больше ждать не намерен. Поцелуи получались слишком быстрыми и рваными, Итачи задыхался, а Шисуи то и дело вплетал свои руки тому в распущенные волосы.       — А если Микото… — успел проговорить младший, когда его парень опустился на колени.       — И что она? — ухмыльнулся он, языком скользя по внутренней стороне бедра Итачи, — снова достанет пистолет? Замолчи уже… Длинные черные волосы разметались по столу, когда Итачи выгнулся, прикусывая губу, что почти заглушало стоны.       — В чем дело? — Шисуи резко поднялся, прижимаясь всем телом к возлюбленному, — ты какой-то… более чувствительный… — сильные руки практически в захвате держали парня под ним, заставляя подчиняться беспрекословно. Учиха жмурился и ахал, не в силах связать слова в ответ. Ноги скользили по чужим бедрам.       — Я решил пока остановиться с нейролептиками, — шепнул он, — они глушат не только эмоции, а тебя я хочу… чувствовать, — Итачи посмотрел прямо, прекрасно зная, что заводит мужчину напротив. И не ошибся. Шисуи почти зарычал, хватая того за горло — почти на грани реальной боли — и придавливая к столу. Он Итачи очень любил, долго. А Итачи любил, когда его любят, грубо и в самых неожиданных местах. Прохладный ночной кабинет прекрасно подходил.

***

Спустя пять раундов в игру, смысл которой подразумевал бои на ринге, солнце окончательно взошло. Спустя еще два — у Саске окончательно заболели глаза. Он наклонил голову вниз и достал из кармана штанов контейнер для линз.       — Как люди мучаются с однодневными? — сетовал парень на жизнь, зная, как могут сушить глаза разные виды линз. Наруто не мог припомнить, чтобы точно знал про проблемы со зрением у того, но и обратного вспомнить не мог. Просто Саске с детства то жмурился, то глаза тер — сложно было не заметить.       — Ага! Так ты мухлевал! — Наруто пальцем почти попал в глаз парню, и тот сердито дернулся.       — Ты придурок? Это обычные линзы, а не какие-нибудь лазерные лучи из глаз! — он ловким движением подцепил по очереди линзы и сложил в контейнер. Узумаки руками закрыл лицо, чтобы не видеть эти страшные, по его мнению, махинации с глазами.       — Почему просто не надеть очки? Учиха смотрел из-под спавшей на глаза челки, которая мешала и так мутному восприятию мира.       — Потому что очки мне не идут, — сказал он. Наруто удивился, приближаясь к Саске еще на несколько дециметров, всматриваясь.       — Да ладно! Есть что-то, что не идет нашему школьному идолу? Не знал, не знал, — он театрально покачал головой, и несколько сережек в ушах стукнулись друг об друга, звякнув. Учиха закатил глаза. Он не любил все это внимание в школе и не понимал его; количество людей, что пытались подружиться с ним просто «для галочки», было просто огромным, отчего пытался всегда сидеть в классе во время перерывов или находить кого-нибудь из старых знакомых, чтобы отвлечься. Когда он предложил Сакуре встречаться посреди школьного коридора, теперь он мог вспомнить точно, было только две вещи, которые его заинтересовали в ситуации: в секунду прекратившийся обычный для обеденного перерыва гул и лицо Яманака. Как будто та в момент перестала дышать, и потом она стремительно ретировалась куда-то в закоулок коридора. Сакура тогда не успела узнать, что случилось, проводила взглядом… и взяла его руку. Саске рефлекторно сжал ладонь. Странное ощущение, будто фантомное прикосновение почувствовал. Интересно, где в тот момент был Наруто? Интересно, думал Учиха, поднимая глаза на улыбчивого сейчас Узумаки, что он тогда чувствовал..?       — Ну, в меня будто выстрелили, — тот слабо пожал плечами.       — Я что, сказал это вслух? — осведомился Саске.       — Ага       — Блять… — он в какой раз уронил лицо в ладони, — мне все же нужны эти твои таблетки, от чего бы они ни были. Мне кажется, я за последнюю неделю сошел с ума. Наруто будто ждал этих слов, он снова переместился на пол рядом с Саске, отнимая руки того от бледного лица и всматриваясь в лицо.       — Ты мне нравишься без таблеток, даже если сошел с ума, — проговорил он, с садистским удовольствием наблюдая за изменениями в лице напротив, руки Учихи напряглись, — но тебе очень нужен сон. И секс, нормальный, но это уже потом, — подмигнул он. Саске остался краснеть и проклинать Наруто, пока тот занимался выключением компьютера. Стоило признать свою слабость, и Узумаки хватался за все возможности разом. И вовсе не собирался Саске становиться таким, как Итачи! И не гены это вовсе, и не подростково-максималистское желание менять ориентацию… он перевел взгляд на Наруто, футболка которого обтягивала тело и открывала взору руки, загорелые и сильные. А что вообще есть эта самая ориентация? — подумал Учиха, вспоминая контраст губ Сакуры и потом, через некоторое время, губ Наруто.       — Если тебя Итачи не придет искать прямо сюда, — вывел тот его из транса, снимая одежду, — то я готов пойти на милость — и поделиться с тобой кроватью. Половиной. Саске как-то медленно кивнул и, не задавая больше вопросов, улегся рядом, чувствуя себя полнейшим идиотом, за одну ночь успевшим и с братом подраться, и позволить Наруто себе отсосать. Взгляд снова вычленил — удивительно для столь плохого зрения — в углу комнаты катану, и мелькнула мысль закончить начатое Итачи дело. А потом Наруто приподнялся на локте и смерил того взглядом, вздохнул и приобнял, очень напряженно — Саске чувствовал мышцы.       — Тебе нужно мое разрешение на это после того, как на этой самой кровати..? — Учиха против воли снова становился саркастичным ублюдком.       — О, заткнись, — фыркнул Наруто, и полноценно обнял парня. Так и заснули — после всего и изматывающей игры в приставку — очень быстро. На лице Саске все еще подсыхали недавние царапины.

***

Когда уже рассвело, черный джип остановился у особняка, стоявшем в отдалении от города. Раньше здесь были только фермы, теперь район начали постепенно застраивать. И снова, как в замедленной съемке. Минато вышел из машины, к приборной панели которой была прикреплена фотография его жены, улыбающейся в солнечных лучах и с маленьким сыном на руках; захлопнул за собой дверь. Поздоровался с несколькими полицейскими, стоящими у входа, показал удостоверение — пропустили. Иноичи встретил его у входа в зал на первом этаже.       — Рад снова видеть, — пожали руки. А ведь, вроде бы, виделись недавно, — проходи. Фугаку сидел на диване. В доме полиции не было — был только следователь, да и тот отвлекался на документацию, не вслушиваясь в разговоры посторонних.       — Учиха, — кивнул Минато вместо приветствия. Он сел напротив, положил ногу на ногу и чуть склонил голову.       — Отлично сыграно, — позволил себе Намикадзе ремарку. Фугаку нахмурился.       — Твои схемы слишком сложные. Можно было обойтись и без этого, — Учиха устало откинулся на спинку дивана, руки его были закованы. Иноичи стоял рядом, осведомленный обо всем, но играя роль стороннего наблюдателя.       — Мог предупредить, каким именно способом собираешься «сгладить» срок, — цыкнул Учиха, и на лоб ему спали пряди черных волос. Камера временного заключения. Фугаку за решеткой.       — Я слушаю, — повторил он, когда понял, что Минато снова ушел в свои мысли, что непростительно для адвоката. Тот поднял голову.       — Ты хороший актер? — спросил он.       — У тебя не в порядке с головой? — спросили в ответ, — Минато, мы взрослые люди, не играй со мной. Тот покачал головой.       — Нет-нет, играть придется тебе, — как-то странно улыбнулся адвокат, — ты хочешь срок поменьше, а я хочу, чтоб Ибики не шел в разрез с моим желанием не вешать на меня дела моих знакомых, — эти слова он голосом выделил. — все будут в плюсе. Учиха сел на скамейку позади себя. Он ни черта не понимал, о чем говорил Намикадзе, потому что прямо тот говорить просто не умел. В какие-то моменты становилось интересно даже, какой тот отец — парень у него вырос странный, таскался за Саске с детства.       — И что мне делать? — как-то обреченно выговорил он.       — Я постараюсь «отвоевать» твоим родным имущество, в которое вложено, очевидно, достаточное количество не совсем честного заработка полиции. И я сделаю так, чтобы Микото не ходила к тебе…       — Как великодушно, — выплюнул Фугаку, — и нахуя?       — Боюсь, рано или поздно ты сломаешь ей жизнь, если уже этого не сделал. Конечно, если ты не против, но я повешу на тебя в ее глазах убийство. Она верит своему адвокату, и не будет вчитываться в пункты обвинения. Учиха выгнул бровь.       — Она не так глупа. Она моя жена… Ты же понимаешь, что убийство отличается от того, что делал я? — на всякий случай уточнил он. «Конечно, — ответил бы Намикадзе, — но приказ практически то же убийство. Своими руками. Чужими…»       — Охотно верю, — заверил Минато по поводу слов о Микото, — но она занята детьми и прочим дерьмом, что ты не удосужился разгрести сам. Оставь ее. Фугаку пожал плечами.       — Сложнее с Итачи, — имя старшего сына даже звучало, как проклятье, — поэтому и нужна твоя игра.       — И что конкретно ты хочешь?       — Все это ты и так прекрасно умеешь: ненавидеть меня, сильно. До скрипа в зубах. Я принесу судьбе неопровержимые доказательства твоей невменяемости по некоторым пунктам, и наказание сгладят. Может, где-то спишут даже на состояние аффекта… — Минато остановился в своих размышлениях, почувствовав холодок под сердцем. Неприятно.       — Состояние аффекта? Ты подо что, блять, рыть собрался?! Улики и документы уже готовы, не судье же в руки ты во время заседания пихнешь. Намикадзе внимательно посмотрел в камеру видеонаблюдения.       — Посмотрим. Будет сюрпризом даже для тебя, так, для убедительности. Фугаку снова поднялся, медленно прошелся до решетки.       — Так вот, Итачи. Слишком умный и опытный для его возраста, а с ним еще…       — Шисуи, — сухо.       — Шисуи. Заподозрят меня в чем-то, и проблем не оберусь. Нужно отвести подозрения, даже если по факту я действую почти законно.       — «Де факто», «де юре», — усмехнулся Фугаку, — навевает университетским временем.       — Херово же ты усвоил его, — не мог отказать себе в комментарии Минато, выразительно посмотрев на решетку. Молчание было ему согласием.       — Микото ты как заставишь содействовать?       — Зачем заставлять? — простой ответ, — она знает, что все это ради детей и дома. Или думает, что знает. На этом Минато кивнул и пошел к выходу, но почувствовал, что еще что-то его держит.       — Ты что-то хотел? — он повернулся и спросил.       — Да, — Фугаку смотрел прямо, — не приплетай Саске.       — Что же тобой движет? — спросил Иноичи у Минато, пока следователь в очередной раз подошел с вопросом к Фугаку.       — Не люблю, когда что-то мешает размеренной жизни, становясь клином. И вмешательство не люблю, в свою работу. На мое назначение адвокатом Микото мог повлиять кто угодно, кто знал о моей причастности к их семье. Пусть расплачивается, — спокойно ответил Минато. Он был примерным семьянином, но, когда нужно было, рвал и метал.       — Ты же понимаешь, — шепнул Иноичи, выслушав, — что у него действительно не в порядке с мозгами?       — Поэтому у него и заберут должность… и профессию, — ответил Минато, — я Фугаку не оправдываю и не защищаю. Его наказание в лучшем случае — несколько «консультаций» у мозгоправа, который вывернет его естество наружу, а он это ненавидит больше всего, — чуть улыбнулся, — сколько-то там лет наказания — проблема второстепенная. Для него. Иноичи глянул на арестанта.       — Ты, должно быть, все еще винишь себя за то…       — Уже нет, — мотнул головой Намикадзе, — то, во что он превратился, только его вина. Теперь я это понял. Фугаку прокашлялся.       — Последний раз видимся, можете не шептаться. Кортеж заберет меня минут через тридцать отсюда. Минато одним глазом глянул на принесенные Фугаку бумаги. Обреченность.       — Дело Аум синрикё*, технически процесс тянулся больше двадцати лет. — начал объяснять он, — у Сёко Асахара был адвокат, который потом издал свою книгу. Гениальный и известный человек, как по мне, единственный, кто по своей воле пошел защищать больного на голову сектанта. Что он искал в этой защите? Проверку своих возможностей, наверное. Иноичи поправил свои светлые волосы, не считая нужным пока комментировать.       — Причисляешь меня к религиозным сектантам? — черные глаза смеялись.       — Нет. Сравниваю себя с тем адвокатом, — Минато прищурил голубые глаза, — но он отказался от участия в судебном процессе позже, после собственного ареста. На него что-то там нарыли. Так вот, он сказал, что это бессмысленно. — мужчина выпрямился и посмотрел на Фугаку сверху вниз. — А я довел бы дело до конца. И не просто «бы», я этим и занимаюсь, даже не будучи твоим адвокатом. Это мое право на здоровый интерес к ситуации. А твое право — на жизнь**. Какаши ждал около машины, за время отсутствия Минато успев переговорить с несколькими полицейскими чисто из исследовательского интереса. Подумал, может, устроить как-нибудь ученикам практику в органах или типа того. Все же молодежь интересовалась.       — И как прошло? — поинтересовался он у Минато, когда мужчина уже садился за руль.       — Сказал ему то же, что тебе тогда, — неопределенно ответил он, заводя машину. Какаши пристегнулся и прикрыл глаза. Он был лет на десять младше, поэтому и интересовался у опытных людей, что и как обстоит в реальном мире, не том, который преподавался в школе на основе статей и сторонних исследований.       — Позволь заметить, — сказал он, — ты выглядишь так серьезно со стороны, а спросишь твои мотивы — и не отличишь от сына, Намикадзе. Оба вы… Тот смерил Какаши голубым взглядом и усмехнулся.       — Меньше трать время на попытки понять мотивы того, кто и сам не до конца себя понимает, — он вырулил на оживленную трассу. — сочти за совет старшего. У Хатаке впервые с подросткового возраста возникло желание закатить глаза.       — Однако, думаю, тебе можно верить, учитель. Ты уж следи за Наруто. Какаши обреченно посмотрел перед собой. М-да, за Наруто следить — легко сказать.