Для обитающих во тьме

Эмма смахивает со столика крошки, передвигает салфетницу ровно в центр, при этом мурлыкая под нос незатейливую песенку. Ноги в туфельках на низком каблуке так и норовят начать пританцовывать, любимый мотив звучит в голове. Звенит колокольчик над дверью, но девушка не оборачивается, до странного увлеченная своим занятием. Столики остаются чистыми, хаос отступает перед порядком. Потом она относит тряпку в подсобку, вытряхивает крошки в старую раковину с рыжими следами у стока, упорядочивает стоящие на полочке сверху чистящие средства по цвету. Напоследок брызгает себе в лицо прохладной водой и поправляет красный ободок на голове, часть униформы. Выуживает блокнот из кармана, приближаясь к занятому столику. — Добрый вечер, — посетитель приветствует ее первым, у него низкий бархатистый голос, в котором все равно чудится рычание. Незнакомец высок и широкоплеч, хоть это и незаметно, когда он просто сидит перед девушкой. Черная мотоциклетная куртка расстегнута, под ней рваная майка с эмблемой какой-то рок-группы, шлем лежит на соседнем стуле — блестящий и с изображением волчьей морды. Эмма нервно сглатывает. — Что будете заказывать? — необычно тоненьким голоском интересуется официантка, и парень небрежно пробегает меню глазами. — У нас сегодня блюдо дня пирог с малиной, — добавляет Эмма. — Тогда мне кусок пирога и кофе. — Американо? — предполагает девушка, не сводя глаза с мотоциклетного шлема. Ей почти мерещится, как волк подмигивает. — Двойной. — Хорошо, — кивает Эмма.

***

На улице прохладно, и девушка запахивает любимую куртку поплотнее, щурится на ветру и долго оглядывается перед тем, как закрыть дверь кафе. Ключ не сразу попадает в замочную скважину в подрагивающих пальцах. Наконец девушка запирает дверь и спускается на тротуар. Город вокруг мигает многочисленным фонарями, откуда-то издали слышится лающий смех. Компания подростков на углу задирает разодетого в клоуна парня. — Подвезти? — интересуется незнакомец. Шлем поблескивает в свете фонарей, из сложенных у лица ладоней вырываются клубы сигаретного дыма. — Тут всего несколько кварталов, — тянет Эмма, заметно нервничая и поправляя рюкзак на плече. — Это за Стылым мостом? Я знаю короткую дорогу, — улыбается парень, бросая окурок на тротуар и приступая тяжелым ботинком. Эмма неловко оглядывается. Город вокруг холодный и пасмурный, влажные улочки уже поблескивают первым инеем, руки зябнут на ветру. А у незнакомца длинноватые русые волосы со странными проблесками серебра, небрежная щетина на подбородке и совершенно безумные голодные глаза. Эмма вспоминает, что ее ждут дома, что нужно приготовить еды, а завтра перед сменой не забыть купить пирожков в ближайшей пекарне. — Ладно, — улыбается она вдруг. Незнакомец скалится в ответ и, наклонившись, любовно протирает рисунок когтистой лапы на своем мотоцикле. Потом проворачивает ручку и вскидывает голову в приглашающем кивке под сытый рев мотора. Эмма в последний раз колеблется, а потом подходит, перекидывает ногу через мотоцикл и усаживается позади парня, послушно обвивает руки вокруг его пояса, прижимается щекой к кожаной куртке и чувствует горячее обжигающее тепло. Мотоцикл вибрирует и срывается вперед.