СТРАННАЯ ЛЮБОВЬ.

POV. ДРАКО МАЛФОЙ. ☆ На следующий день Гарри стало достаточно хорошо, и он уговорил меня (что только не сделаешь для любимого мальчика!), чтобы я дозволил ему участвовать в третьем раунде показа мод в национальном театре моды и красоты. Ладно, я согласился. Завтра последний день осени, а послезавтра — начало зимы. Сегодня на закате солнца выпал снег, и Поттер захотел погулять возле дома. Гарри, как ребёнок, носился по территории и играл в снежки, кидал в меня шарики из снега и бегал, смеясь, а потом он чуть не упал, но я подхватил его на руки, но он снова проворно спрыгнул на землю. — Гарри, ну чего ты так резвишься, у тебя сил ещё нет достаточных. Поттер? — воскликнул я. — Давай, Драко, ещё немного побудем на улице, пожалуйста, а? Так красиво, сам посмотри. Закат и снег в ветвях деревьев, — попросил супруг. — Красиво, ты прав, Гарри. Нарисуешь потом этот пейзаж? — улыбнулся я. — Конечно, Зазнайка мой! — рассмеялся брюнет и запрыгнул мне на спину. — В Эл-Эй я нарисую, обещаю тебе. Ой, что-то у меня опять голова кружится. Наверное, ты прав, Драко, отнеси меня в дом, — вдруг произнес муж, перестав дурачиться. Я подхватил мое сокровище под колени покрепче, и понес в дом. Я положил мужа на диван в гостиной, снял с нас пуховики и сел рядом. — Как ты, Поттер? — спросил я. -- Хочешь, я приготовлю что-нибудь на ужин, или закажем в ресторане? — Лучше сам приготовь, Драко, — улыбнулся он, — если тебе не трудно. Когда я ем то, что тобой приготовлено, мне становится хорошо. — Ну, тогда, — улыбнулся я, — закажи, чтобы ты хотел на ужин? — Крылышки куриные в мёде и в соусе, салат греческий с сыром и длинную пасту со сливочным маслом и кетчупом. — Хорошо, мой родной, — ответил я. — Ты полежи, а я приготовлю. — Нет, — нахмурился супруг, — я посижу с тобой на кухонном диванчике, хочу смотреть, как ты творишь свое волшебство у плиты. Я хотел поднять на руки Гарри, но он воспротивился и сам пошел на кухню. Полчаса и крылышки в медовом соусе готовы. Гарри сам нашинковал салат из овощей, маслин, зелени и сыра, добавил сырного соуса, перемешенного с хумусом и перцем, посолил и облизнулся. А я, тем временем, отварил тонкую пасту и добавил сливочного масла в неё, потом поставил турку на плиту, чтобы сварить кофе. — Ты у меня, Драко, — настоящий маг, запахи по всему дому волшебные. Ням-ням, Зазнайка. Мы сели ужинать и Гарри наяривал, поедая крылышки и пасту, а я с удовольствием ел греческий салат и пил кофе. Мальчик впервые за два дня съел шесть крылышек в медовом соусе, немного пасты и попросил парочку вчерашних пирожных. Малыш мой явно идёт на поправку. В дверь позвонили — это приехал доктор Беловски. Мы пригласили его за стол. — Сначала я поставлю вашему мужу капельницу, проверю давление и пульс, проведу тест на наличие яда в крови, только после этого я смогу попить чай, мистер Драко, — ответил врач. — Как всегда, Августин, ты как и всегда в своём репертуаре! Хорошо, друг, приступай, — улыбнулся я. Беловски помыл руки и приступил к обязанностям врача. Он измерил давление, проверил пульс и довольно кивнул головой, мол, все хорошо, а потом приготовил капельницу с двумя бутылками растворов: с витаминами и общеукрепляющий. Перед тем как увести Августина ужинать, я включил медитативную музыку, чтобы Поттер не скучал. — После процедуры я сниму ещё кардиограмму, — произнес доктор, — а пока, Гарри, лежите, можете спокойно и вздремнуть. Я увел друга-медика ужинать, пока из капельницы в вену Поттера поступал раствор. — Как думаешь, Августин, память у моего мужа вернётся, он вспомнит, кто подходил к нему вчера перед выходом на подиум? — тихо спросил я доктора. — Яд паука был сильный. Такие твари водятся в Африке, в Бразилии, в Израиле, во многих жарких странах. Это просто чудо, что у меня оказалось противоядие от укуса именно этого вида araneorum (паука). Вашему мужу очень повезло. Сегодня я запасся ещё десятью видами противоядий, мало ли что. Беловски поблагодарил за ужин и прекрасный кофе, после чего мы перешли в гостиную, где врач сменил инъекционный раствор. Гарри мой уснул под музыку и мы с доком поговорили о видах галлюцинаций, я рассказал намеками о снах Поттера и о том, что он якобы видит на яву. — Хочешь, я выпишу ему препараты, но они седативные, я не уверен, что это нужно твоему мужу, Драко. Я думаю, что отдых у моря поможет. После презентации увези мальчика подальше от холодного и сырого Туманного Альбиона туда, где сейчас тепло. Отдых, хороший сон, твоё внимание — это будет для Гарри лекарством. Я не хочу, чтобы здоровый человек принимал лекарства, которые мы прописываем людям с психическими расстройствами. Понимаешь? Для нормального организма они вредны. Парень впечатлительный у тебя и ранимый. — Хорошо, я тоже думаю, что сильные седативные средства ему не нужны. Мы поедем в Калифорнию уже послезавтра. Там у меня бизнес, а Гарри займемся своим любимым делом — проектированием. Мистер Беловски уехал в девять часов вечера, я ему хорошо заплатил за визит, он пообещал завтра подъехать в национальный театр моды, где мы с Гарри будем, и док после презентации поставит третий раз капельницу. С мужем мы рано отправились в спальню. Я закрыл хорошо все двери и окна по приказу Поттера, который настоял на этом, а потом я поднял Гарри на руки и понес в спальню. Около полуночи супруг по своим внутренним часам поднялся (а я-то понадеялся, что он проспит и мне не придётся пить мерзкое зелье Катерины Джонсон, но не тут-то было!) и напоил меня по традиции пойлом. Я ворчал, но под хмурым взором мужа пил зелье, а потом жевал финики и закусил свежим плодом хурмы, она как раз была в изобилии в продаже на рынке. Вкусная хурмушечка. Я и Гарри заставил её съесть на ночь, а потом долго целовал моё сокровище, пока он не уснул крепко на моей груди. Он сегодня просил меня отлюбить его по-нашему-тому-самому-любимому способу, когда Поттер растворяется в оргазме, полностью удовлетворенный, но я сказал — нет, потому что он пока очень слаб у меня. Мы решили ограничиться поцелуями. Мой мальчик уснул в моих объятиях, а за окном бушевала непогода: мокрый снег с дождём стучал по стеклам, дул противный ветер, а в доме было тепло и уютно, мы под пуховым одеялом. Гарри потянулся во сне и обнял меня, произнес моё имя тихо, но отчётливо. — Спи, мой хороший, отдыхай, больше я ни на минуту тебя не оставлю. Я чуть вчера тебя не потерял, чуть сам не умер от ужаса, когда твои губы почернели, а тело стало холодным. Я крепче и нежнее обнял Гарри, заключив его в кольце своих рук. Не отпущу моего мальчика никуда. ☆ POV. ГАРРИ ПОТТЕР. ☆ На следующий день мы подъехали к полудню в лондонский национальный театр моды. Драко устроил фейс-контроль так, что у всех входов-выходов стояли полицейские. Постарался директор Забини, он выпросил у знакомого генерала ФБР четырёх сотрудников, прочих — Малфой поставил в зале из своей охраны. Вход только по пригласительным пропускам и со сверением в списке, есть ли данный человек в базе приглашенных. Теперь только так. Сурово, жёстко, зато безопасно. «Второго несчастного случая нам не надо»,— так говорит президент холдинга. В зале собралось очень много народа, но все они из приглашенных. — Драко, не переживай, — произнес я, — все со мной хорошо. Ты иди в зал, думаю, никто больше не рискнет навредить мне и сорвать мероприятие. — Меньше думай, Поттер, и не беси меня, ты уже час конючишь, чтобы я не переживал, — рявкнул Драко. — С этого дня я ни на шаг тебя не отпущу. Будешь пререкаться, Гарри, я увезу тебя сейчас домой. — Противный ты у меня Зазнайка. Ладно, можешь даже со мной на подиум выйти, я согласен, — подмигнул я. — Сейчас ваш выход! — услышали мы голос менеджера по показам и я обнял мужа, а потом вышел на подиум. Грохот музыки, вспышки фотокамер, крики и авации. Так, смотреть в одну точку, идти вперед, в зал не смотреть. Все хорошо, а теперь разворот и назад, где меня ждёт любимый муж. Срочно переодеваться. Стилист Петра Новачек уже стоит на готове, я переодеваюсь, она меня расчесывает, укладывая волосы в нужную прическу. — Сапоги, Гарри! — останавливает она, когда я было помчался вперед. Я надеваю сапоги, а девушка мне их быстро шнурует — они по типу армейских. Я снова обнимаю супруга и выхожу на красную дорожку. На мне костюм, на запястье браслет. Этой рукой я держу пальто и демонстрирую аксессуар. На шее шарф, глаза горят. В конце дорожки я должен пальто надеть, покружиться и пойти назад — таков план. Чуть позже меня выходят ещё модели нашего холдинга, демонстрирую другую одежду и ювелирные изделия. Таким образом работаем уже два часа. После показа мод, который прошёл, слава Богу, без ЧП, Драко повел меня в машину и сказал, что мы прокатимся в НиУ (в Научно-исследовательский Университет генной инженерии), где в данный момент трудится доктор Беловски, читая лекции студентам-аспирантам. Основная его работа в частной клинике, но он ещё и в универе трудится, а еще мистер Беловски работает в клинике планирования семьи. Академик, умнейший доктор, профессор-генетик англичанин с польской родословной, хотя у него и евреи в роду, и украинцы, не обошлось и без немецкой крови. Вобщем, каждой твари по паре и получился гений. В свои тридцать с хвостиком (точно не знаю, сколько ему лет конкретно) Августин Беловски уже профессор и доктор каких-то там наук (Бог весть — каких!) Мистер Беловски ждёт нас на пятом этаже, куда меня под белый рученьки доставил мой супруг. Августин попросил меня снять рубашку и велел лечь на кушетку. Жгутом завязал руку выше локтя и ввёл уже готовую иглу в вену, развязал жгут и зафиксировал пластырем иглу, потом повернул колесико капельницы и раствор потек в вену. — Ну, как все прошло? — поинтересовался доктор, глядя на Драко. — Все нормально, холдинг набрал 85% голосов и сегодня у меня встреча с пятью потенциальными клиентами, — ответил президент холдинга. — Так ты иди… — начал было я. — Я приму всех сразу в «Экскалибуре» через два часа, в 17.00. Гарри, не перебивай, радость моя. Августин, что с моим мужем, он в порядке, мы можем полететь в Штаты завтра? — спросил мой архи-босс. — Мистер Малфой-Поттер в порядке, я, как врач, патологии в нем не вижу. Сейчас я ещё раз сделаю тест на содержание ядов в крови или в органах для вашего спокойствия. Больше отдыхайте в Калифорнии, высыпайтесь — это важно, — посоветовал Беловски. — А сексом я могу заниматься? — задал я очень интересующий меня вопрос. Я два дня хочу моего Зазнайку, а он отказывает мне. — Сколько раз в день можно? Августин не выдержал официального общения и просто рассмеялся, положив на кровать рядом с подушкой скарификатор. — Поттер! — рыкнул противный Ди-Эл-Эм (я его так давно не называл, но вдруг вспомнил кличку архи-босса), сверкнув своим грозным взглядом. — Можешь, мальчик, но поосторожнее, раз в день с недели две, пока силы прибавятся. — ответил профессор и уже Малфою добавил: — Ну, ты понял меня, Драко? Больше оральных ласк, поменьше настоящего соития. Твой муж хорохорится, но на самом деле он ещё слаб. — Я понял, друг мой! — кивнул серьёзно блондин. — До 15 декабря — ни-ни! Я найду способ удовлетворить моего малыша. — Я и не сомневаюсь в тебе, Драко. Ты умеешь одним своим присутствием заставить человека кончить. И не важно — женщина это или мужчина. Я посмотрел на доктора и прищурился. Неужели и он был любовником Малфоя? — Не переживайте так, мистер Малфой-Поттер, — улыбнулся примирительно Беловски, поняв, отчего у меня хмурый вид, — я не влюблен в вашего мужа, мы с Драко просто друзья — не более. — Нравится мне, когда мой малыш ревнует, Августин, зачем ты ему признался так быстро, пусть бы побесился. А-то ты своего мужа не так выбешиваешь? Я знаю, как твой супруг ревнует. — Зазнайка, да я тебя… Я тебе бойкот объявлю, ты ко мне месяц не подойдёшь! — возмутился я. — Зазнайка?! — Тут уже доктор в голос заржал на весь кабинет. — Верное название вы ему дали, Гарри! Мой поклон вам за это. А я все думал, какое прозвище дать моему давнему другу? Августин проколол мне палец скарификатором-копьем одноразовым очень безболезненно и взял кровь из пальца, потом поднялся и пошел к столу. Пара минут и док вынес вердикт: в крови нет больше яда паука, а мой муж, тем временем, показал мне кулак и нахмурил грозно брови. Что, ты до 15 декабря не будешь меня трахать? Да я тебя в два счета соблазню и сегодня же, или я не Гарри Поттер! Профессор поменял бутылку с раствором на штативе и надел мне на голову наушники, потом сел в кресло возле меня и открыл свой ноутбук. Беловски щелкал кнопками, хмурился и снова щелкал. Это продолжалось двадцать минут, при этом он жестом подозвал моего мужа и они вместе хмурились, вместе жевали губы — синхронно. — Эй, — не выдержал я, — что вы там хмуритесь? Я умираю, да? Доктор снял с меня наушники и ответил: — Вы не умрете, но в вашем желудке имеются мелкие язвочки, видимо, это сделал яд в крови. Я выпишу вам Де-Нол и Альмагель, надо пропить их с месяц по инструкции. Хорошо? В основном, ваш организм в норме и все органы в порядке, сосуды головного мозга не пострадали. Прекрасно. После этого Беловски вынул иглу из вены и велел полежать, прижав ватку к ранке, а руку — к груди, чтобы кровь остановилась. Минут через пять я поднялся с кушетки, а Драко помог мне. — Облокотись на меня, Гарри, и скажи, если голова закружится, — велел блондин. — Я голоден и у меня уже кружится голова, — ответил я. Мы простились с доктором и Драко повел меня в обнимку к лифту. — Он правда не был твоим любовником, Малфой? — поинтересовался я, когда мы ехали в лифте вниз. — Никогда, Поттер! — фыркнул президент. — Я ещё раз спрашиваю тебя, малыш, неужели ты думаешь, что я в своей жизни только и делал, что трахал все, что движется около меня? Ты так обо мне думаешь? Я много лет имел только одного Забини, ну в редких случаях, по пьяни, мог трахнуть мальчика в баре, но это бывало не так часто. Все это в прошлой жизни было — до тебя, любимый, до нашего брака. — Прости, — ответил я и уткнулся в плечо супруга, — я с ума по тебе схожу и безумно ревную ко всем твоим друзьям и знакомым. — Я такой же, Гарри, и сегодня я ревновал безумно, когда все пялились на тебя, поедая своими глазами, фотокамерами, видеокамерами, телефонами и Бог знает, чем ещё. Был бы я суперменом или магом, я бы взглядом или взмахом руки вырубил все эти чертовы штучки. Поттер, ты любовь моя и проклятье моё. За тебя я готов любого уничтожить, если будут угрожать. Я нажал на стоп и лифт на втором этаже остановился. — Драко, поцелуй меня. Я хочу тебя, любимый, — прошептал я и потянулся к мужу. Президент обнял меня и поцеловал жадно, глубоко и горячо. — Да, родной мой, пожалуйста, хочу тебя во мне. Малфой целовал мои губы, веки, щеки, шею, вылизал весь мой рот, а я терся об него и стонал в голос, растегнув ему пару пуговиц на рубашке и, развязав галстук на шее. Блондин вздрогнул и остановился, прижав меня к себе. — Пора мне пить твоё мерзкое зелье, Поттер, — тихо и прерывисто проговорил он, показывая рукой на часы. — Пообещай, Драко, что ты трахнешь меня дома, — тихо попросил я, продолжая тереться о мужа. — Пожалуйста, я хочу тебя. — Видно будет, сладкий мой, — кивнул президент и застегнул рубашку. — Поехали, надо перекусить, а потом навстречу. Мы никогда не ходим в «Макдональдс», считая еду в таком заведении не полезной, но сейчас был тот случай, когда надо поесть быстро. Благо, он был рядом. Драко взял себе молочный коктейль с бананом и яблоком, какие-то палочки сырные и хрустящие, а я картошку-фри с курочкой в сухариках, бургер горячий и кофе с молоком. Принесли все очень быстро. Но вдруг Малфой забрал у меня кофе, а мне подвинул свой коктейль. — Когда множественные язвочки в желудке, нельзя кофе, — пояснил он, — запей еду моим коктейлем, чтобы обволокло. В соседнем здании была аптека и Драко купил мне Де-Нол в таблетках и Альмагель в жидком виде. На подписание контрактов президент взял меня с собой, где я час просидел рядом с ним, вникая в работу Малфоя. Директора отделов тоже пришли на встречу. Вроде бы ничего сложного нет, но эти в годах мужики, клиенты моего мужа, так и пялились на меня и готовы были, наверное, подписать все. Я еле выдержал эту пытку. Я чувствовал их голодные взгляды, они меня всего раздели глазами и раз десять отымели. Так противно, меня затошнило от омерзения. Когда они, наконец, ушли, я потащил президента холдинга в его кабинет и закрыл дверь. Я толкнул блондина на диван и оседлал. Драко обнял меня, а я принялся его раздевать. — Малыш, что с тобой? — спросил он. — Поттер, погоди, давай поговорим? — Бл*дь! — зарычал я. — Если ты меня сейчас не выебешь, я тебя сам изнасилую. Эти старые мужики прожигали во мне дыры, пока ты и твои директора рассказывали о холдинге. Они отымели меня мысленно раз десять. Меня тошнит, Драко. У меня ощущение, что я по кругу был пущен. Я мразью себя чувствую, оскверненной тварью с улицы красных фонарей. Понимаешь? Мне нужен ты сейчас. Во мне нужен немедленно, Малфой. Смой с меня это блядское чувство, что я — шлюха. Все во мне горит, сердце болит. Ненавижу их. Драко, пожалуйста. Прошу тебя, любимый. Малфой раздел нас окончательно и понес меня в душ, поставил под горячие струи и обнял. Меня трясло и слезы полились из глаз. Когда меня прекратило колотить и боль немного отступила, я обнял мужа. Стало легче, но не хорошо. Я хотел вырваться из рук блондина, но он не позволил. Я хотел убежать, спрятаться куда-нибудь или уехать, облиться святой водой, или чем-то ещё. — Драко, отпусти меня, — всхлипнул я, — боль снова возвращается и я на грани срыва. Отпусти. Я уеду. Я пешком пойду отсюда до твоего дома, мне надо что-то сделать, меня снова колбасит. Малфой, бл*дь, отпусти меня. — Нет, мой хороший, не отпущу. Так чувствуют себя все модели, когда их как товар оценивают. Я удивлён, что ты до этой минуты был беспечен. У всех моделей бывает очень часто такое состояние «испачканности», пока душа ещё чиста. Вот почему многие садятся на иглу, на порошки, на что-то еще, спиваются, сходят с ума, или душу продают дьяволу похоти, становясь общедоступными. Не все выдерживают. Сегодня ты почувствовал эту зловонную мерзость. Я никогда не отдам тебя на их растерзание, Гарри. Крест моделей — терновый путь страданий, и я не хочу, чтобы ты продолжал выходить на подиум. Ты у меня бриллиант, чистый, горный хрусталь. Малыш мой любимый, больше никогда ты не выйдешь на подиум. Ты не выдержишь, этот путь не твой, мальчик мой. Эйфория у тебя прошла, теперь это отходняк своего рода. Наверное, так себя чувствуют Ангелы, которые падают с небес на землю, становясь людьми. Я ждал твоего пробуждения от эйфории призрачного величия. Всем рекламным агентам, всем руководителям шоу-бизнеса от красивых моделей, артистов, певцов нужно одно. Ты увидел сегодня воочию их похотливые лица и глаза, полные ненасытной жажды обладания таким телом, как твоё, Гарри. Я рядом, мой родной, и не дам тебя в обиду. — Пи*дец, как отмыться от них? Как выдрать из памяти эти мерзкие взгляды? Помоги мне, Драко, — зарыдал я, царапая в ярости спину Малфоя. Мой муж вздрогнул, но не отстранился, он положил мою голову на свое плечо. — Будь выше всего этого, Поттер, — наконец, ответил он, — переступай через из злосмрадную похоть, не впускай её в свое сердце, не поддавайся этой боли отчаяния, которая стоит за ними — это не твоё, Гарри. Презрение или лживое восхищение тобой приемли равнодушно, ибо все люди в 95% лгут. Фальш видна сразу в людях. Пообещай мне, что ты больше не выйдешь на подиум. Никогда. Мы наймем профессиональных моделей, которые на этом «собаку съели». Это не твоё призвание, малыш мой. Если я сейчас тебя трахну, тебе станет после ещё хуже, ещё депрессивнее. Понимаешь? Я обещаю, что мы займемся любовью с тобой, как супруги, но не в этот момент. Давай, примем душ, закажем сюда что-то из ресторана и поедим. Ты выпьешь виски или вина, тебе станет легче, а потом мы поедем домой. Как тебе такой расклад? Держись, не раскисай, Поттер, тренируй силу воли и выносливость. Скоро ты станешь вторым президентом холдинга и тебе нужно быть сильным, смелым, решительным, иногда суровым и даже жестоким. Ты у меня цыпленок пока, но скоро станешь сильным орлом, парящим высоко в небе над этими мелкими пресмыкающимися животными. Я научу тебя быть сильным. Я кивнул и Драко вымыл нас под душем. Мне действительно стало легче и я был благодарен мужу за то, что он не трахнул меня в этом состоянии. Всё впереди, когда депрессия пройдёт. Через час нам привезли ужин: барание ребрышки в овощах и в томате, рис к ним, шашлыки из свинины и говядины, салат «Цезарь» с креветками, яичницу с зеленью и сыром, лепешки с чесноком, ну и все, пожалуй. Ужин прошёл спокойно. Я выпил пол бокала виски и мне стало совсем хорошо. После рыданий я ещё подрагивал, но все пройдёт, все позади, депрессия ушла. Всю дорогу до дома я спал как младенц, пока муж рулил по вечернему городу, а потом по трассе. Когда мы приехали домой, я стал трезвым. Хотелось снова быть весёлым и активным. Все-таки, мы с Драко дополняем друг друга и лечим тоже друг друга. В доме мы попили чай с пирожными, которые позавчера купил муж — у них срок пять дней, а сегодня только третий. После чая я повел Малфоя за руку в нашу спальню. — Драко, — прошептал я, когда мы разделись, а блондин обнял меня и перенёс с пола на кровать, — пожалуйста. Я хочу тебя и действительно соскучился. — Хорошо, я буду очень осторожен с тобой и нежен, — ответил супруг и принялся целовать меня, подготавливая к соитию. Я не сопротивлялся его медлительности, потому что очень хотел Драко в себе, и я знаю, как муж умеет медленно и нежно довести меня до белого каления. Я не раз и не два ощущал на себе, испытывал потрясающую силу оргазма от вот такой нежности Малфоя, когда рыдал, содрагаясь и умирая, растворяясь и снова воскресая в объятиях мужа. Я знал, что и сегодня меня ждёт потрясающая нежность любимого Зазнайки. Так больше никто любить не умеет, искуссно и трепетно подводя меня к оргазму. Эти, сводящие с ума, губы, нежные пальцы, глубокие поцелую, от них одних можно кончить раз десять. Пока я думал о том, как может меня любить муж, он проник в мой анус пальцами и принялся ласкать простату. Ох, вот я и попал. Драко есколько раз заставит меня кончить прежде, чем войдёт в моё тело сам.