Путеводитель

POV Хиро

— Он не дышит. Эти слова отбросили меня в состояние, в котором я никогда не был. Я даже подумать не мог, что такое, когда-то со мной могло случиться. Сердце колотится, как сумасшедшее, а адреналин подскакивает до предела. Кровь бурлит внутри, но я не чувствую ничего, абсолютная пустота. Никакой боли, ничего. Лишь страх за то, что это сделал именно я. Раньше я дрался, конечно, но это было либо по приколу, либо незначительно. Максимум разбитая губа или сломанный нос, однако сейчас недалеко от меня лежит раздробленное тело, истекающее кровью, и я просто не мог вовремя остановиться. Я бил, что есть силы, куда попало: в лицо, в грудь, в почки, в голову. Мои руки одеревенели и из костяшек сочится кровь, но мое подвешенное состояние даже не может  это осознать. Я лишь сижу на асфальте и втыкаю в пространство. Сплёвываю собравшуюся кровь во рту, и провожу рукой по губам, вытирая красную жидкость. Видимо он разбил мне губу, но это не сравнится с тем, что сделал я. Смотрю на свои руки, их полностью окутала кровь от того парня и моей с костяшек. Самое смешное, так это то, что мне даже не больно. Точнее у меня ничего не зудит, а наоборот какое-то тепло проходит внутри. По телу пробегает мелкая дрожь, подбадривая меня ещё больше. Страх окутывает все тело от того, что я убил человека. Вот так просто, взял и избил до смерти. Я же видел, как он извивался подо мной и вопил от боли, а я продолжал наносить удары. Меня это даже забавляло, потому что он казался беспомощным и не мог ничего сделать. Я не знаю, что со мной было. И как такое могло произойти, ведь я совсем не такой человек. Со мной никогда такого не было. Я испытывал агрессию к окружающим и мог вспылить, но чтобы я избивал до такой степени, что человек теперь без сознания... Нет, такого не могло произойти. Я не мог, просто не мог. Это выше моих сил. А как мне с этим жить? Как я буду смотреть в глаза людям, когда на моих руках будет кровь? А в душе останется осадок, который полностью изменит меня. Ведь после такого я не смогу жить нормально. Чувство вины начинает полностью меня съедать изнутри, показывая насколько я ужасен. А мама? Как я посмотрю ей в глаза? А если узнает? Она этого просто не переживёт. А Эви? Она после этого начнёт меня бояться? Закроется от меня и будет смотреть, как на убийцу, который до смерти избил парня за какие-то глупые слова? Пальцы зарываются в волосы, потягивая их у корней, пытаясь сделать себе так же больно, но ничего. Я ничего не чувствую, как будто у меня онемело все тело, и я не могу пошевелиться. Чьи-то руки хватают меня за плечи и начинают трясти меня с силой, чтобы, наверное, я пришёл в себя, но бесполезно. Я даже поднять голову не могу. Меня будто покинули все силы, которые несколько минут назад вырывались наружу, без каких либо преград. — Хиро, посмотри на меня, – ладони Уилла поднимают моё лицо, и я вижу, что он тоже очень напуган. — Хиро, пожалуйста, приди в себя, – удар рукой отражается на моей щеке, но это снова не помогает. — Хиро, твою ж мать! Следующие удары поочередно идут по двум сторонам моего лица, где, мне кажется, не осталось простого белого цвета кожи, ведь они красные. — Я убил его. Я убил его. Я убил его. Эти слова выходят из моего рта с сумасшедшей скоростью, что я сам не осознаю, что говорю. — Я монстр, посмотри на меня! Я поднимаю свои глаза на него, а затем указываю своими руками на свою одежду, чтобы он видел в каком это состоянии. — Он мёртв. Что я наделал? Голова снова опускается, и друг ничего не может с этим поделать. Силы с каждой секундой покидали меня всё сильнее, и я даже не могу представить, что посодействует тому, чтобы я встал. Чей-то шорох я слышу сбоку, будто кто-то пошевелился или хочет встать, но не получается. Поднимаю свой взгляд и вижу, что Джек, который только что лежал без признаков жизни, пытается что-то сделать. То ли встать, то ли пошевелится, не понятно. Меня как будто пробивает током, а по телу проходит волна спокойствия. Значит я его все таки не убил. Адреналин снова подскочил, и во мне начала с новой силой бушевать кровь. — Ты каким местом пульс щупал? – обращаюсь я к человеку, стоящему напротив. — Эм, а я не знаю, я...я не знаю, в панике не мог сообразить. Я пытаюсь встать на ноги, параллельно теряя равновесие, в глазах начинает темнеть, и на мгновение я перестаю видеть, но беру себя в руки и маленькими шагами стараюсь передвигаться, приближаясь к окровавленному телу. Моим глазам открывается вид на человека, который еле дышит. Его лицо полностью в крови, и я даже не могу распознать, где и что находится. Все это напоминает одно сплошное месиво, где ничего не видно. — Гребанный день! Какого черта ты натворил? – произносит мне на ухо Уилл. — Понятия не имею, но ему нужно в больницу. — Это понятно. Но ты понимаешь, что если мы его привезём в больницу, то у нас спросят, что с ним произошло? А мы что ответим? На дороге нашли? – парень проводит по своим волосам, обдумывая все. — Даже если мы что-то и придумаем, где мы его нашли, то он все равно скажет, что с ним произошло. — И, что ты предлагаешь? Уилл снимает свои очки, потирая свою переносицу, думая над дальнейшими событиями, а я просто продолжаю смотреть на Джейка и не знаю, что мне делать и как ему помочь. — Предлагаю запихнуть его в машину и отвезти к папе. Он пробьёт нам врача, что б сделать все по - тихому. Если он вообще выживет... – говорит он, почесав затылок. Паника начинает немного отступать, и я берусь за голову. Нужно срочно предпринимать меры, иначе кто-то точно скоро выйдет на улицу и все увидит. Его надо отсюда забрать, как можно скорее. Уилл идёт к своей машине, чтобы подогнать её сюда, и нам не пришлось его тащить, да и мало ли, может у него что-то сломано. И если мы его поднимем и пронесём дальше, может стать ещё хуже. Автомобиль паркуется рядом, и из него выходит парень, подходя к нам. Я беру Джека за руки, а Уилл хватает его ноги, и мы пытаемся перенести его аккуратно, чтобы ничего не повредить и не сделать хуже. С грохотом опускаем его в багажник, а он издаёт стон из-за того, что ему больно. Господи, как же сейчас паршиво на душе из-за одной мысли, что во всем виноват я. Уилл пытается закрыть дверцу, но ничего не получается, потому что парень оказался массивным, а машина спортивная, поэтому пространства мало. — Гребанный бегемот! Нельзя было поменьше зад отъедать? Я что теперь его положить в салон должен, что б он мне все сиденья испачкал?! – вопит Уилл и ловит мой смешок. — И почему я вообще за тебя впрягаюсь, боже! — Потому что это из-за тебя все началось! Я тебя стал защищать и отстаивать, а потом этот придурок начал про меня нести хрень! — Какое благородство! — Фу,  черт, ладно, запихивай его назад! - продолжает парень. Мы вновь хватаем его и переносим на заднее сидение, чтобы мы наконец уехали отсюда. Автомобиль двигается резко с места, будто оставляя за собой чёрные отметины от шин. Уилл давит на педаль в пол, несясь по дороге с бешеной скоростью. Голова снова начинает гудеть от воспоминаний и от любой мысли, связывающая нас с тем парнем, лежащим на сзади. Смотрю на свои руки и замечаю, что их немного начинает трясти. Быстро складываю их в кулак и с силой сжимаю пальцы, чтобы оказать вес, и они перестали колыхаться от напряжения. Ногой начинаю отбивать непонятный мне ритм, который меня только раздражает. В любой момент, когда меня настигает любое волнение, то мои ноги начинают стучать по поверхности, издавая звуки биения. Оборачиваюсь назад и вижу, как практически безжизненное тело лежит, изображая стоны, показывающую боль. Я не знаю, что делать и как ему помочь, ведь эта моя вина, и я её не снимаю с себя. Мне сейчас очень хреново, даже не знаю, как описать это состояние, когда ты не в силах что-то контролировать, а люди пострадали из-за тебя. Я действительно не понимаю, как такое могло произойти? Меня никогда нельзя было вывести на эмоции с помощью дурацких слов, которые меня могут задеть. Свои чувства и эмоции я держу под замком, пытаясь их не показывать, особенно на публике. А тут меня словно начали специально провоцировать, будто кто-то хотел, чтоб случилась какая-либо драка. — Приехали. Уилл резко заворачивает к дому и входная дверь открывается. На пороге замечаю мужчину в белой рубашке и просторных штанах. На вид ему лет 45. Я не знаю, как выглядел отец Уилла, но судя по очертаниям его лица, четко напоминающие внешность друга, ответ был очевиден. Мы открываем двери и выходим из машины в тот момент, когда отец Уилла начал спускать по ступенькам дома. — Уилл, я, конечно, все понимаю, но ты можешь, когда мне звонить объяснять внятнее, что произошло, а то из всего сказанного я только понял «мы в дерьме». – меня немного смешит эта формулировка, но я понимаю, что нужно откидывать все шутки на второй план. — Ну по сути это так, – выдавливаю я себя, и мистер Уильямс поворачивается ко мне. — Если говорить коротко, то я избил человека до полусмерти, и он еле живой, и я не знаю что делать. — Что...что ты сделал? – его лицо начинает издавать шок, а я начинаю переминаться с ноги на ноги, думая что делать дальше, если нам не помогут. Ехать в лес и добить его лопатой, а потом закопать? Но за вариант взять, конечно, можно. — И как вы хотите, чтобы я вам помог? — Пап, ну у тебя же есть связи. Ты можешь с ними связаться и попросить, чтобы его определили в больницу без лишних вопросов? – говорит Уилл, снимая с себя очки, потирая глаза. — Ребят, вы же понимаете, что вся эта ситуация - не шутка. Все очень серьезно. Ты совершил покушение на убийство, – мужчина указывает пальцем на меня. — Поэтому, я даже не знаю, как правильно поступить. — Представь, что это не Хиро сделал, а я. Твой сын избил человека, и он еле дышит. И помоги мне, а не ему, – мои глаза выкатываются из орбит, не понимая к чему это сказано, а его отец, стоит как статуя. — То есть, сделай так, будто это я накосячил, и ты помогаешь своему сыну. Ты же понимаешь, что я не могу бросить его, ибо сейчас он мне очень близкий человек, и я не оставлю его в трудную минуту. Мой рот открывается от всех сказанных слов. Я представить себе не мог, что он так считает, потому что я бы не сказал, что мы прям слишком близкие друзья, но я абсолютно чувствую от него поддержку, которую от издаёт от себя. Мистер Уильямс подходит к машине, открывая заднюю дверь, где лежит Джек. Он прикладывает свою руку к его шее, прижимая к ней свои пальцы. — Пульс есть, но он очень слабый, – он потирает свой подбородок, обдумывая все происходящее. — Ладно, черт с вами, я вам помогу, но если у меня из-за вас обоих будут проблемы, то я вас придушу на месте. — Спасибо, – говорим мы одновременно с другом и переглядываемся. Мужчина отходит на небольшое расстояние и начинает водить пальцем по телефону, ища что-то. Он прикладывает к уху мобильный и ждёт ответа на той стороне. Когда он начинает шевелить губами, говоря что-то в трубку, внутри скручивается огромный узел, который не дает мне дышать. Я очень сильно переживаю. Но даже не за себя, а за того парня, который издает звуки боли. Мистер возвращается к нам, держа телефон у себя в руке, почесывая волосы у себя на затылке. — В общем, я позвонил своему врачу, и он согласен принять его без каких либо объяснений, а я прослежу за тем, чтобы эта ситуация не потянула за собой другие органы. Я подхожу ближе и протягиваю ему свою руку, чтобы пожать ему запястье и поблагодарить за это, а он отвечает на мой жест, сдавливая мою ладонь. — Спасибо, я правда не знаю, чтобы делал... — Скажи спасибо моему сыну, потому что если бы не он, то я вряд ли бы стал помогать, – он прожигает глазами Уилла, а тот начинает кашлять. — Это все очень трогательно, но может вы уже отвезёте этого слона, а то он мне и так весь салон запачкал, – друг указывает на машину, продолжая возмущаться. — Ему придётся ещё у тебя полежать, потому что я его повезу на твоей машине, сынок, – его отец подходит и вырывает ключи из его рук. — В смысле? Какого черта, пап! — Ну ты пожалей человека, куда его тащить, если он и так еле живой. Уилл начинает перебирать ногами землю, наверное, думая обо всем и кивает в знак согласия. Мистер Уильямс садится в авто и быстро срывается с места, скрываясь за поворотом. Возможно, что кого-то сейчас бы отпустило, потому что проблема как бы решена, только мне вот вообще не весело. Я начал переживать ещё больше, ибо теперь, если что-то всплывёт, то пострадаю не только я, но и другие люди. — Ну, давай надеяться на лучшее, бро, – Уилл кладёт свою руку мне на плечо, выводя меня из своих мыслей. — Издеваешься? Какое лучшее? Все очень плохо, понимаешь? — Да, успокойся ты, все обошлось, никто не будет у тебя ничего спрашивать, папа договорится. — При чём тут это вообще? Сам факт того, что я чуть не убил человека, тебя не смущает? — Подумаешь. Не убил же. Его спокойствие меня порой поражает, ведь из нас двоих Уилл является истеричкой, которая всегда разводит панику, а я более спокойным остаюсь в любой экстренной ситуации, но не сейчас. — Ладно, хорошо, если что держи меня в курсе событий, а я пошёл домой, – я делаю шаг вперёд, но тут парень хватает меня за плечо, возвращая на место. — Ты чего? — С ума сошёл? Посмотри на себя, Хиро. Ты весь в крови и грязи! Хочешь чтоб твоя мама получила сердечный приступ от твоего вида? – после этих слов я оглядываю себя, понимая, что он прав, ведь вся моя белая толстовка покрыта красными пятнами. — И что ты предлагаешь? — Останешься сегодня у меня и переночуешь в гостевой комнате, а завтра пойдёшь домой. Его предложение меня смущает, но я понимаю, что это правильное решение, ведь, если Мама увидит меня в таком состояние, то полезет куча вопросов, на которые я сегодня точно не в состояние ответить. Я киваю в ответ, и мы направляемся к его дому. Войдя внутрь в нос сразу бросается резкий запах лаванды, которым пропитан, видимо, весь дом. Интерьер выполнен в современном стиле. Серые стены, белая мебель, камень на стенах, да и вообще, все очень уютно. Уилл сразу же направляется на второй этаж, а я следую за ним по темной лестнице, которая немного поскрипывает от нашего нахождения на ней. Заходим в какую-то комнату, скорее всего Уилла, где он начинает копаться в шкафу. Комната выполнена в серо-чёрных тонах. На одной из стен висит красная гитара. На другой большой плазменный телевизор, а под ним стоит винтажный комод из темного дерева. Над головой висит античная люстра, с множеством канделябров серебряного цвета. Друг протягивает мне стопку с какими-то вещами, а я перехватываю её, уже держа у себя. — Спасибо. — Ванная комната прямо по коридору, когда приведёшь себя в порядок, то зайдёшь в комнату напротив. После этих слов я следую по указанному маршруту, находя ту дверь, которая меня нужна. Включаю свет, а мои глаза начинают щуриться от яркого потока. Подхожу к зеркалу, где виднеется мой побитый вид. Я не могу сказать, что мое лицо особо пострадало, ведь когда была драка, то в приоритете был я, поэтому он ничего мне не задел, кроме моей губы, которую он разбил. Мои руки немного в крови, и я включаю кран, дабы отмыть все это. С огромной силой надавливаю на кожу и провожу грубо пальцами, чтобы смыть с себя все это и забыть, как страшный сон, но я понимаю, что этот день будет преследовать меня всю жизнь. Снимаю с себя всю одежду и залезаю в душ. Включаю холодную воду, чтобы, как можно сильнее, сбросить с себя это напряжение. Ледяные капли начинают касаться моей кожи, стекая с моих волос. Я облокачиваюсь лбом о холодную стену, а своей рукой упираюсь туда же. Все мои мышцы спины напряжены, а голова забита всеми проблемами, происходящие со мной. Все это слишком давит на меня, особенно эта хрень, которая была сегодня. Я не понимаю. Как? Как это могло произойти со мной? С человеком, держащий всегда свои эмоции и чувства по контролем. Перед глазами возникают эти картинки, когда я бил человека, не задумываясь о последствиях и вообще, не думая о его жизни. Я помню, каким был. Я не чувствовал боли, я не чувствовал ничего, только то, что мне нравится, когда я делаю человеку больно, применяя к этому свою же силу. Не контролируя себя, ударяю со всей силы кулаком о стену, покрытую плиткой. Бью ещё раз, чтобы моральную боль заглушить физической, но ничего не удаётся. По руке начинают скатываться капельки крови, ведь предыдущие раны не успели затянуться.

******

Сделав все свои дела, я направляюсь в комнату, в которую меня отправил Уилл. Там я нахожу и его, застилающего кровать. В этой спальне светлые тона, подчеркивающие все тона дома. — О, ты уже отмылся, красавчик, – друг подходит ко мне, стукая меня по плечу. — Короче, давай отдыхай, а завтра, я надеюсь, появятся новости о том парне, которого ты превратил в лепёшку. — Подожди, – он останавливается, смотря на меня. — Я хотел сказать тебе спасибо, что приехал тогда, правда. И то, что вообще помогаешь мне, для меня это очень важно. — Если бы не твои друзья, которые написали мне, то я бы и не приехал, – после этих слов моя улыбка спадает с лица. — Какие ещё друзья? — Ты сейчас издеваешься? Или у тебя амнезия? Твои друзья мне написали сообщение. Я, конечно, не знаю кто это, ведь у меня не отобразился контакт, но это странно, потому что у меня номера всех одногруппников вбиты в телефон. — Покажи мне, – Уилл достаёт из кармана телефон, находит в нем то, что нужно, протягивая мне. Смотрю в экран, читая то, что прислали: «Приезжай по адресу Вудбери Гров, 25 и помогай своему другу, иначе ему светит решетка» Мои глаза выпучиваются, а дар речи пропадает. Понятия не имею, кто это мог написать, кому какое дело на меня в той компании, кроме Луи, но он сидел в доме и вообще ничего не видел. — Знаешь, кто это мог написать? – задаёт вопрос Уилл. Я без ответа достаю свой мобильник, вбивая в него этот номер. Вдруг он есть у меня, но ничего нет. У меня есть номера каждого, кроме тех странных новеньких, которых я видел впервые. Но, когда мы дрались на улице никого не было. Тогда, кто это мог быть? — Я понятия не имею, честно. У меня такого контакта и близко нет. — Давай позвоним на него? — Ты серьезно? — Ну, а почему нет? Я нажимаю на кнопку «вызов» и ставлю на громкую связь, чтобы Уилл тоже все слышал. На проводе идут длинные гудки, раздражающие меня, но тут мы начинаем слышать голос. Знакомый голос. — «Ну, неужели. А я уже вас заждался. Долго думали, чтобы набрать меня?» — Кто ты, черт возьми? — «Ох, малыши, поздравляю вас! Вы приблизились к самому последнему заданию. Помните ваш первый адрес? Если нет, то напомню. Завтра в десять часов вечера на Walt.st. 666. Вы готовы узнать, кем я являюсь?»