Арка

Следовало отдать Беллатрикс должное – женщина достаточно быстро обработала раны Мальчика-Который-Выжил, пока тот, лёжа бревном на чужом старинном, покрытом пылью диване, переваривал услышанное. Параллельная вселенная… Ха-ха. Надо же. Параллельная вселенная. Это ведь шутка, так? Просто ужасно глупая шутка! Но мадам Лестрейндж, по крайней мере та, которую Гарри знал ранее, уж точно не стала бы шутить. И разговаривать бы с ним не стала, и уж тем более не склонялась бы над Героем, обрабатывая все, даже самые мелкие, царапины. Приложила бы Авадой, если не Круциатусом – вот и всё знакомство. А значит, либо Гарри ошибся на счёт её одержимости Тёмным Лордом (а вместе с ним и остальные люди, включая мистера и миссис Уизли, и Сириуса, впервые поведавшего ему о своей чёкнутой кузине, и остальных), либо… Либо сам Гарри просто сбрендил после, конечно же, смерти, в которую, без сомнений, погрузила его Арка, потому что попасть в параллельный мир– это же глупость! Самая глупая глупость, которую кто-либо когда-либо вообще придумывал! Такого не может быть! — Я закончила, — спокойно произнесла между тем Лестрейндж, будто ничего и не произошло, вынуждая Поттера перевести на неё ошарашенный, немного даже безумный, взгляд. — Кончай отлёживать бока и идём на кухню, все уже заждались наверное. Не такой уж ты и бедный, пацан. Беллатрикс разогнулась, тяжело вздохнув, лёгким движением руки отбросила назад спутанные смольные пряди, лезущие в глаза, и лишь затем направилась к выходу из комнаты– резной двери, краска с которой начала слазить лет, наверное, двести назад. — Ну? — требовательно и немного раздражённо окликнула тёмная ведьма, заметив, что Герой не собирается двигаться с места, — Я не собираюсь тебя ждать три часа, мелочь. Она остановилась в дверях, сложив руки на груди, и Поттер наконец вскочил со столь мягкого, удобного дивана, сразу же чувствуя, как саднят разбитые колени– хотя всё-таки меньше, чем могли бы, благодаря заботе мадам Лестрейндж. Беллатрикс удовлетворённо кивнула, и повела Гарри за собой в коридор, выглядящий точно так же плачевно, как и гостиная. Древние половицы, щедро усыпанные пылью и каким-то мусором вроде щепок и осколков стекла, скрипели под ногами от каждого шага, штукатурка осыпалась с резных стен и потолка, выцвела давным-давно роспись, а тонкие нити паутины, сплетающиеся в плотное кружево, «украшали» перила уходящей куда-то на верхний этаж лестницы, обплетали углы, и ножки маленького столика, вероятно, предназначавшегося для вазы с цветами, но сейчас державшего на своей столешнице лишь какой-то то ли артефакт то ли просто забытый браслет. Конечно, можно было предположить, что семья Лестрейндж жила небогато после ареста, из-за, допустим, конфискации имущества или материальных выплат из их сейфов, и реконструкцию позволить они себе не могли. Но, к примеру, Уизли тоже были бедны, но в Норе всегда царил порядок и уют, пусть она и была захламлена различными, на первый взгляд, никому не нужными предметами. Здесь же, казалось, в жизни никто не убирал. Этот особняк выглядел забытым и недружелюбным. Разве здесь не должно быть домовиков? Беллатрикс не казалась особой противницей рабского труда этих невинных существ, хотя кто её знает, на самом-то деле… Пока подросток рассматривал некогда щедрое и величественное, ныне же вызывающее лишь жалость убранство дома, он не заметил, как насторожилась идущая рядом с ним Беллатрикс. Её мягкие тёмно-зелёные домашние туфли ступали по дощатому полу так тихо, будто она шла босая по ковру– ни скрипа не слышно, ни банально ударов подошв о половицы! На подходе к приоткрытой резной двери из светлого дерева, виднеющегося из-под облупившейся белой краски, она и вовсе вытащила из кармана палочку, кончиком которой чуть толкнула дверную ставню, заглядывая внутрь комнаты и при этом медленно и осторожно задвигая Гарри себе за спину, будто боясь, что из этой самой комнаты на них может что-нибудь напасть. Или кто-нибудь, что было бы отнюдь не лучше, но логично, учитывая, что Леди Лестрейндж упоминала «всех», которые «заждались» юного Поттера в столовой. «Басти?» — позвала она тихо, и лишь затем толкнула заскрипевшую недовольно дверь, ступая в собственную столовую с палочкой наизготовку и Мальчиком-Который-Выжил за спиной. Первым делом Гарри, конечно же, осмотрелся. Даа, столовая выглядела ещё более плачевно, нежели коридор. Штукатурка из осыпающегося потолка с лепниной лежала целыми кусками на пыльном полу, желтоватые стены с резными панелями на них покрыты какой-то грязью или копотью, паутина щедро «украшает» каждый сантиметр наверняка дорогого резного ольхового серванта, а люстра, которая вместо лампочек должна была освещать комнату с помощью свечей, держалась на последнем издыхании прямо над сделанным под стать серванту столом, за которым… Боже правый! Все те, кто прыгнул за ними с Сириусом в Арку Смерти! Гарри аккуратно выглянул из-за спины Беллатрикс, дабы лучше рассмотреть эту, безусловно, странную картину. Ближе всего к двери сидели двое: профессор Снейп и Римус. Первый спиной к серванту, второй– спиной к стене, украшенной пыльным выцветшим гобеленом. За Римусом, конечно же, Тонкс, возле которой оставалось пустующим одно место, видимо, оставленное для него, судя по тому, что именно рядом с незанятым стулом предпочёл сесть его лучший друг, улыбнувшийся Герою широко и открыто, хотя на его светлом веснушчатом лице отражалась усталость, а в светло-голубых, с примесью зелёного, глазах весьма явно видна была растерянность, что не удивительно, если считать слова «местной» мадам Лестрейндж правдой. За спиной Рона прятались девушки: обеспокоенная Гермиона, явно выдохнувшая с облегчением, увидев Поттера живым и невредимым, и Луна. Та, как всегда, витала в облаках. На её бледном личике, в отличии от смуглого лица Гермионы, не отражалось беспокойство или напряжение, улыбка, как всегда, была тёплой и мягкой, а светлые-светлые глаза не выражали совсем никакого удивления, будто она знала о существовании мира за Аркой, будто знала, что они все окажутся здесь. Мальчик-который-выжил даже не был бы изумлён, узнай он, что Луна не хваталась за него, когда он падал за завесу смерти, а просто шагнула следом за остальными. Лавгуд махнула ему рукой, тихо прошелестев что-то вроде приветствия, и Золотой Мальчик просто кивнул в ответ, даже, признаться, толком не расслышав слова подруги. Насчёт «светлой» стороны было понятно. Поттер был рад, что в очередную историю впутался не один, а, как обычно, с верными друзьями, и даже с парочкой взрослых. Он был рад, что они все выжили: Рон, Миона, Луна, Римус, Тонкс, и, конечно же, Сириус, за которым Гарри, собственно, и полез в Арку. Однако сейчас стоило бы оценить силы противника, и поэтому подросток перевёл свой взгляд на другую сторону стола. За Снейпом, как обычно, кривящимся, будто у него во рту всегда была по меньшей мере половина лимона, испуганно озираясь, сидел Хорёк, со своим папашей по правую руку. Малфой-старший, старающийся приосаниться и сделать вид, будто вся сложившаяся ситуация его не только не удивляет, но и не колышет вообще, сидел к своему сынку практически впритык, стараясь одновременно и оградить чадо, и самому быть как можно дальше от развалившегося рядом Фенрира Грейбека. За Фенриром же сидела… Беллатрикс. Ещё одна. Только эта выглядела, в сравнении с «местной», намного менее опрятно, со сбившимися, кажется, в жизни ни разу не чёсаными, волосами, и неухоженной кожей, её глаза блестели безумием и злостью, если вообще не ненавистью ко всему живому, она морщилась то ли от запаха, то ли от самого присутствия оборотня в непосредственной близости от неё, и всё стряхивала несуществующую грязь с левого рукава– того, что находился с Сивым рядом. Возле верной соратницы восседал сам Волдеморт. Видимо, всё же ухватился за чью-то мантию или плечо, и его принесло сюда вместе с остальными. Его алые глаза блестели холодной яростью, однако пока что, как бы то ни было удивительно, он себя контролировал, пусть и пытался прожечь в своём юном враге дыру взглядом, на что подросток отвечал ему тем же. Значит, силы среди прибывших примерно равны. Шесть Фениксовцев против пяти Пожирателей, плюс Снейп, неведомо на чьей стороне. Вдобавок, неизвестно, кто же на самом деле в более выигрышном положении сейчас. Да, «местная» Беллатрикс, вроде, относилась к Гарри лояльно. Однако и «Повелителя» она упоминала, и этим «Повелителем» уж точно был не директор Дамблдор. В этом поместье Лестрейндж явно не была единственной хозяйкой, да и в углу столовой Герой заприметил сидящего на низком табурете высокого рыжеволосого мужчину, видимо, того самого Басти, которого окликала, перед тем, как зайти сюда, «здешняя» Беллатрикс. Кто знает, чью сторону, в случае, если возникнет драка, бой или дуэль, примут они. Мальчик-который-выжил перевёл свой взгляд с Лорда на Басти– печально известного Рабастана Лестрейнджа, судя по всему. Подросток видел Лестрейнджей мельком во время битвы в Министерстве, однако рассмотреть детальнее хотя бы одного из них смог только сейчас. Тогда, в Отделе Тайн, Гарри разве что успел разглядеть, что братья сильно отличаются друг от друга, по крайней мере, по телосложению: один– мужчина, так сказать, «в теле», другой– худощавый, костлявый даже. Этот Рабастан был более похож на второго, его телосложение, хорошо заметное благодаря совсем лёгкой, видимо, спальной одежде– льняным брюкам и сорочке– можно было назвать хрупким. Однако костлявым он не был, нет, скорее, просто подтянутым и худым. Его можно было бы назвать красивым: узкое лицо с высокими, ярко выраженными скулами и будто даже впалыми щеками, прямой, пусть и не совсем тонкий, нос, чёткий контур тонких губ правильной формы, карие, внимательные, несколько хищные глаза с опущенным уголком и весьма заметными мешками под ними. Его слегка волнистые, длиной до плеч, волосы имели медный цвет– лишь изредка мелькали в них выцветшие (после тюрьмы, видимо) жёлтые пряди, однако, не смотря на это, его широкие брови, аккуратно подстриженные усы и щетина, покрывающая подбородок (кстати, не выглядящая неухоженной), имели скорее тёмно-русый цвет. Он, как и «местная» Беллатрикс, нисколько не был похож на безумного Пожирателя– скорее просто недовольный, разбуженный посреди ночи, обычный молодой мужчина. Лишь этот взгляд хищника выдавал в нём человека непростого, всякого в жизни повидавшего. — Мелочь, поди, присядь со своим рыжим дружком.— мадам Лестрейндж, за спиной которой всё это время Поттер прятался, отступила назад, легко подталкивая мальчишку в спину, в направлении членов Ордена Феникса. В раздражённом голосе тёмной ведьмы Поттер уловил нотки напряжения, будто она волновалась… Но по поводу чего? Была не уверена в том, как себя поведут в следующий миг орденцы? Или неуверена в «своих»? Второе, судя по тому, как она косилась на «ПС-овскую» сторону стола, — Басти, ты Повелителя вызвал? — Ещё чего!— фыркнул Лестрейндж, складывая руки, до того сцеплённые замком на коленях, на груди, — Руквуд сказал, что доложит ему. Десять вечера, Беллс, побойся Мерлина. Мне моя жизнь ещё дорога– беспокоить Милорда второй раз после Руквуда, да ещё и на ночь глядя. — Руквуд доложит, ага, — Саркастично протянула ведьма, так, что по её переполненным ядом словам вполне можно было догадаться об исполнительности и профессиональных, если так можно выразиться, качествах этого самого Руквуда, — Так доложит, что тебе Повелитель потом голову открутит. — Тебе тоже, — заметил Рабастан, на что женщина лишь усмехнулась. — Мне нет. А вот тебе открутит. И Руквуду заодно. — Беллатрикс приподняла пожелтевший, видимо, от времени, широкий рукав халата, состоящий из тонкого, искусно выполненного, кружева, обнажая бледное предплечье и тёмную метку на нём, вмиг притягивая взгляды всех присутствующих, — Скажи спасибо, что у тебя есть я, которой Повелитель уж точно простит поздний вызов. Тем более, я уверена, он не спит. Поспишь с этими…– Она поджала губы, сдерживая, видимо, нецензурную брань. В сторону кого? Магглов? Магглорождённых? Или кого-то ещё? Поди разберись. — Нет! — Нимфадора подхватилась со своего стула, направляя кончик палочки, выхваченной из кармана, на «местную» «Гончую» Тёмного Лорда, — Я не позволю тебе вызвать своего хозяина, Лестрейндж, даже не мечтай! Желаешь убить нас– так попробуй сделать это сама! Или ты ни на что без Волдеморта не способна?! Тёмная ведьма, уже даже почти коснувшаяся кончиком собственной, изогнутой, будто чёрный коготь животного, палочки чёрной метки, извивающейся на её руке, медленно отняла оружие от пожирательского знака, направляя его на Нимфадору в ответ. «Меченную» руку женщина опустила, отчего опустился и кружевной рукав, прикрывая вновь страшное тату. Беллатрикс из чужого мира прищурилась, глядя разъярённо, будто раздразнённая собака, прямо в глаза Тонкс, сдерживая себя от насилия явно с трудом– с самоконтролем, видимо, у обоих её ипостасей были проблемы. — Ох, Нимфадора, моя милая, родная племянница. Я-то без Повелителя способна на многое, поверьте. К примеру, прикончить Вас, юная леди, в два счёта прямо сию секунду, и можете быть уверены, я даже не посмотрю, что Вы дочь моей блудной сестрицы. Так что если Вы хотите сдохнуть– Вы только скажите, я организую. Но если хотите вернуться вместе со своими дружками в ваше измерение целыми и невредимыми, то убедительная к Вам просьба сесть и мне не мешать, потому что я, пусть и весьма эрудированная ведьма, но домой вас отправить не смогу. Голос «местной» Беллатрикс был тихим, шипящим, поистине угрожающим и пугающим, в корне отличаясь от истеричного и скрывающегося голоса своей «близняшки», что вызывал, по крайней мере, у Гарри лишь раздражение, но никак не страх. От этого голоса, от этого взгляда, угрожающего, с безумными нотками, аврор даже стушевалась, в едва заметном защитном жесте подвигая к себе руку с палочкой на пару сантиметров. — Я не собираюсь слушать твои приказы, тётя! — Выкрикнула, практически выплюнув, как ругательство, последнее слово девушка, — Ты не выстоишь против нас! Против меня, Рема, Гарри и его друзей! Ты одна, а нас много! Мы не дадим тебе или твоему хозяину хотя бы пальцем тронуть Гарри, даже не мечтай! — Вы уже дважды запретили мне мечтать, милая племянница, — саркастично заметила Беллатрикс, скривив губы в неприятной усмешке, — Хочу заметить, вас всего шестеро. А Пожирателей в этой комнате семь, если я не просчиталась, с Повелителем– восьмым– впридачу, того восемь человек. Вы до сих пор уверены, что преимущество на вашей стороне? Сидящие за столом Пожиратели оживились, поддерживая «местную» Лестрейндж. Волдеморт оскалился, бросив одобрительный взгляд на верную соратницу, неприятно усмехнулся Малфой-старший, чью ухмылку попытался скопировать его сынок, захихикал Грейбек и знакомая Мальчику-который-выжил Беллатрикс. Лишь Снейп остался сидеть со всё тем же мрачным лицом, казалось, разгорающийся скандал совсем его не интересует. — Просто приложи эту суку Круцио, дорогая, я могу тебе помочь, если хочешь! — пропела «родная» Волдемортовская "Гончая", вновь премерзко хихикая. — О, я с радостью, если она не заткнётся, — почти прорычала другая ипостась Беллатрикс, всё крепче сжимая древко палочки. — Делай, что хочешь, Лестрейндж, я умру, но не позволю Волдеморту добраться до Гарри! Только через мой труп! — вскричала Тонкс, вновь вскинув повыше палочку. Наблюдающий за словесной перепалкой Гарри (кстати, тоже сжимающим собственную палочку под столом) отметил, как медленно поднимается со своего места Рабастан. Тихо, бесшумно, подкрадывается к ссорящимся дамам. Герой хотел было предупредить Дору о приближающейся опасности, но не успел. А затем и понял, что это лишнее. — Сейчас он будет, твой труп! — не выдержала тёмная ведьма, резко вскидывая своё оружие, на кончике которого уже начинал загораться зелёный луч, — Ава!.. — Беллс! — Рабастан вмиг оказался подле разбушевавшейся невестки, с силой нажимая на её, сжимающую палочку, руку, заставив опустить. — Успокойся! Убьёшь её, Милорд даже тебя по головке не погладит! А Вы, юная леди! С чего Вы вообще взяли, что нашему Лорду вообще есть дело до какого-то там пацанёнка, к тому же ещё и из чужого мира? Ему по-вашему что, заняться нечем? — Но ведь Гарри его враг! — возразила Тонкс, заставив Лестрейнджа скривиться пуще прежнего, раздражённо вздыхая. — Прекрасно. А я тогда Дон Кихот. Сядьте, и не мешайте. Иначе Беллс, чего доброго, Вас действительно прибьёт, а мне отвечать потом, за то, что не остановил. Если уж так волнуетесь, скажу, что местный Поттер уже раз двадцать ходил в рейды под командованием Повелителя, и ничего, никто его не убил. Милое сердцевидное личико девушки удлинилось, ярко-синие на этот раз глаза округлились от удивления. Наверное, она и сесть-то смогла только благодаря Римусу, настойчиво потянувшему за немного опустившуюся руку со сжатой в ней палочкой. Более-менее успокоившаяся «местная» мадам Лестрейндж вновь подняла рукав мантии-халата под чутким руководством деверя, коснулась наконец кончиком палочки метки, заставив ту на мгновение вспухнуть, приводя в действие связь между ней и её хозяином. Окружающая обстановка, правда, мало волновала мальчишку– мысли его занимало совсем другое. ««Здешний» Гарри… Участвовал в рейдах? Вместе с Волдемортом? С Пожирателями? Тоже убивал людей? Пытал магглов и магглорождённых? Полукровок? Но почему? Разве он не знает, кто убил его родителей? Может, в этой вселенной это был не Волдеморт? Или злость на дядю, тётю и Дадли оказалась сильнее любви и благодарности к родителям? Или Поттер просто что-то неправильно понял? Может, его «близнец» — шпион вроде Снейпа? А может, его держат под Империусом? Шантажируют?» — Повелитель скоро будет здесь.— оповестила «местная» Беллатрикс довольно громко, отвлекая гриффиндорца от мрачных мыслей, — До его прибытия мы с Басти можем ответить на ваши вопросы. Не обещаю, что сможем ответить на каждый– нам самим не многое известно, к тому же, мы не знаем, можно ли вам доверять. Но мы постараемся прояснить для вас ситуацию, насколько это возможно. Что ж, пусть так. У «светлой стороны» было ещё хотя бы пол часа, чтобы подготовиться, по крайней мере, морально, к прибытию злейшего их врага. А может, «здешний» Волдеморт вовсе не враг? Оставалось надеяться, что Лестрейнджи хоть немного, но смогут ввести новоприбывших в курс дела, и дать понять, чего же ожидать от нового мира и его обитателей. В конце концов, неизвестно ещё, сколько им придётся здесь жить.