Глава 8: Кто вы, мистер Поттер?
2 апреля 2020 г., 15:27
— Слизерин, — объявила Распределяющая шляпа.
Стол, за которым сидел весь факультет Слизерина, взорвался аплодисментами.
«Фух, — выдохнул Гарри и, поднявшись с табурета, направился в нужную сторону. — Как же болят глаза от обилия фиолетового и красного цвета».
Сев на самой галерке, он закрыл глаза и опустил голову на стол. С ним кто-то пытался разговаривать и даже трепать по плечу, но Гарри было на это откровенно наплевать. Вернуть зрение в норму у него не получалось, а видеть и дальше фиолетовых человечков в красных облаках ему не хотелось.
«Значит, Распределяющая шляпа не более чем хорошо сделанный артефакт? — размышлял Гарри. — Интересно… По каким же принципам она работает?»
Ему хотелось «разобрать» шляпу, словно та была игрушечным паровозиком. Но поскольку такое сделать он не мог, то приходилось мучиться догадками. Артефакт или действительно умел читать мысли, или каждый, кто надевал шляпу, просто разговаривал с частью своей личности, которая сомневалась в выборе факультета.
Последний вариант мог быть верен. Ведь все, что сказала ему шляпа, Гарри и так себе говорил последний месяц. Ни один из аргументов не был для него нов.
«Наверное, шляпа каким-то образом может подключаться к красному облаку, что есть у каждого вокруг головы. И тогда она либо может читать мысли, либо озвучивает ученикам их собственные аргументы против или за какой-то факультет. Стоит как-нибудь разузнать, о чем говорили со шляпой другие ученики…»
Все время разговора Гарри не покидало ощущение, что не только шляпа знала, что он думает или хочет сказать, но и он знал всё, что могла сказать шляпа. И хотя принцип ее работы очень интриговал, больше всего его заинтересовало то, что шляпа каким-то образом могла взаимодействовать с чужим разумом.
«А это значит, что и волшебники тоже умеют так делать, ведь иначе Основатели школы не смогли бы создать такой артефакт», — настроение Гарри повысилось, и, подняв голову, он открыл глаза.
Его воображение уже рисовало картины, как, познав магию Распределяющей шляпы, он будет вытряхивать информацию из людей, словно голодный Плотник, вскрывающий раковины устриц ради мяса.
«А-а-а, черт! Магия разума… В старых книгах, упоминающих стихийную магию, такой вид волшебства был под запретом. Вряд ли что-то изменилось с того времени, — чуть было не хлопнул себя по лбу Гарри. — Я буду ограничен только библиотекой школы и очень сомневаюсь, что тут хранятся такие сведения».
Распределение уже завершилось, и из-за учительского стола поднялась директриса. Гарри слушал вполуха, но главное уловил: крючконосый — декан его факультета. Профессор Снейп, как уведомила директор МакГонагалл, будет преподавать зельеварение. Сославшись на то, что в свете летних событий найти сейчас новых учителей тяжело, она объявила, что и дальше будет преподавать трансфигурацию. Также она представила Аластора Грюма, который должен был приступить к своим обязанностям через несколько недель, как нового профессора по защите от темных искусств.
— К сожалению, уроков прорицания временно не будет, — продолжила МакГонагалл. — Профессор Трелони пропала неделю тому назад…
По залу прокатился тихий шепот.
— Трелони? Она сказала: Трелони? — встрепенулся Гарри.
— Да. Видимо, Сивилла Трелони наконец предсказала себе, что ее сожрут тритоны, — ехидно отозвалась толстая девочка сидевшая рядом. — Ну и не стала спорить с судьбой, да и отправилась поплавать в озеро…
— Какая же ты дрянь, Милли, — возмутилась рыжеволосая девчонка напротив.
— Пф, — фыркнула в ответ та. — Пусть и так. Но я не буду скучать по ее унылым урокам прорицания. Сто раз уже пожалела, что взяла этот предмет в прошлом году.
Гарри отключил свое внимание от грызни девчонок. Если Сивилла Трелони была родственницей той самой Трелони, что написала «Как увидеть будущее на дне своей чашки», то он ничуть не осуждал толстушку.
Его больше занимала проблема, как научиться читать мысли и при этом в процессе обучения никому не навредить. Все-таки чужой разум — не фарфоровая чашка, которую не жалко разбить в процессе экспериментов.
* * *
«А отдых мне только снится», — Гарри сидел в гостиной Слизерина и раздумывал, как бы аккуратнее отказаться от алкоголя, который предлагал ему староста. В голову ничего не приходило. — Да, конечно, — неохотно согласился он, протягивая вперед зеленую красивую чашку. Ему бы не помешала ясность ума, но похоже, отвертеться он не сможет. Грёма, который лежал на коленях Гарри, с интересом рассматривал подростков. Староста, шкафоподобный детина лет семнадцати, ухмыльнулся и от души плеснул в чашку из невзрачной бутылки. — Форли, а откуда взялось пойло? — спросил парень с веснушками, сидящий на диване недалеко от Гарри. — Мы же только приехали, когда ты успел? Или ты смог обмануть вход на вокзале? — Заначка с прошлого года осталась, — староста передвинулся к нему. — Лей, не жалей, — протянул свою чашку тот. — Мачеха с утра выбесила, мне нужно расслабиться. Староста предложил выпивку еще двум девочкам, которые сидели напротив в креслах. Одна из них, с высоким конским хвостом, выглядела напряженной и при виде бутылки в руках старосты неодобрительно покачала головой. А вот вторую девочку Гарри знал — это была Милли. Та сидела, закинув ногу на ногу, и поглощала очищенные от черешков вишни из пиалы. Она с грациозностью истинной леди подхватывала чайной ложкой ягоду, отправляла ее в рот, после чего сплевывала косточку в ложку, а потом сбрасывала косточку на тарелку, на которой и стояла пиала с вишнями. — Неа, спасибо, — покачала гривой иссиня-черных волос Милли и обратилась к парню, который сидел на диване с Гарри. — Рассел, а что же сделала мачеха? — Не твоего ума дела, — огрызнулся тот и быстро отхлебнул из чашки. Милли, нисколько не обидевшись, перевела свой взгляд на Гарри. Мистер Поттер был главным сегодняшним событием на факультете Слизерина. И его никто не отпустит из гостиной, пока, как выразился староста, «не поймут, что за фрукт перед ними». Конечно, Гарри рассчитывал сойтись поближе со студентами и начать аккуратно собирать сведения, но он надеялся, что это произойдет на свежую голову. Успокаивало лишь то, что на этих ночных посиделках было только пять студентов. Поднеся чашку к губам, Гарри притворился, что пьет, и показательно громко проглотил слюну. — А мне? — спросил блондин, который все это время тихо стоял возле камина. — А тебе рано, Малфой, — отмахнулся Форли и сел на подлокотник кресла, в котором обосновалась девушка с конским хвостом. — Поттеру ведь налил, — приуныл Малфой. — Не тошни, Драко, — Милли громко выплюнула косточку в ложку. — Таким детям, как ты, не наливают. Блондин в ответ скривился, после чего повернулся к Гарри: — Как тебе разрешили взять с собой змею? — Мне никто и не запрещал, — пожал плечами Гарри. — Фамильяр? — поинтересовался Рассел. — М-м-м, нет, — засомневался Гарри. Он не знал, кто такие фамильяры, так что следовало разобраться еще и в этом вопросе. — Ну и зря! — воскликнул Рассел. — Была бы у меня возможность, я бы постарался превратить змею в фамильяра. Хотя эти животные очень непослушные… Все-таки, по слухам, вороны и кошки более покладисты. — Поттер, а ты разговаривать с ним можешь? — спросил Малфой. — А ты почему спрашиваешь? — вопросом на вопросом ответил тот. Гарри еще до поездки в школу решил, что особой тайны из своего умения делать не будет, но неожиданный и неприкрытый интерес настораживал. — Хах, — развеселился Форли. — Тебе, чтобы стать настоящим слизеринцем, еще расти и расти! — Угу, Гарри, — панибратски поддакнула Милли. — Глупо отвечать таким образом. Тебе надо было сразу сказать, что не умеешь разговаривать со змеями. Мы бы подумали, что, скорее всего, и не умеешь. А теперь мы уверены, что ты, скорее всего, змееуст. — Учись у мастеров, — поддакнул Форли. — Кстати, Гарри, дам тебе бесплатный совет, — Милли указала чайной ложкой на Малфоя. — Не разговаривай и не общайся с этим козлиной. — Завали свое грызло! — ощетинился Малфой. — А то что? Папочке опять нажалуешься? — толстушка с наслаждением смаковала каждое слово. — В прошлом году вашей семейке было мало той статьи от Скитер? Могу еще раз организовать. — Малфой, успокойся, — подала свой голос "конский хвост". — И тебе не пора идти спать? — Уна, не стоит обламывать такое представление, — Форли отпил немного из своей бутылки. — Хотя тебе, Малфой, действительно пора спать. — Я никуда не пойду. Я хочу познакомиться с мальчиком, который избавил нас от Темного Лорда. Рассел неприкрыто рассмеялся. — Хах! — Милли, хохотнув, отставила пустую пиалу на столик рядом. — Это, наверное, единственная хорошая шутка, которую я слышала от тебя за эти годы. — Кому и следует уйти, — Малфой проигнорировал нелестный выпад, — так это сплетнице Перьезад, которая ест как тролль. — Драко, еще раз назовешь меня по фамилии, и я затолкаю свою мантию тебе в глотку, — вкрадчиво предупредила Милли. — Потом все колдомедики в Святом Мунго будут ее по частям из тебя выковыривать. Из противоположного отверстия. Драко насупился, но опять-таки промолчал. — Да, кстати, о сплетнях, — щелкнул пальцами Форли. — Милли, не вздумай разнести по другим факультетам весть, что Поттер — змееуст. — Ты меня за дуру-то не считай, — состроила оскорбленный вид Милли. — Такую сочную новость я им не расскажу. — Хорошо. И ты Поттер, тоже не глупи. Наши к этому спокойно отнесутся, а вот на других факультетах только лишняя паника поднимется. Хотя, если бы ты учился еще в прошлом году, то тебя бы тут живьем съели, если бы узнали, что ты змееуст. — А почему бы... съели? — спросил Гарри. — О-о-о! Потому, что все подумали бы, что ты наследник Слизерина, который открыл Тайную комнату, — засверкала Милли. — Ой, не дури, Милли. Нет никакой Тайной комнаты, — Рассел с раздражением закатил глаза. — Конечно-конечно. Никакой комнаты нет, — цокнула языком та. — Просто несколько маглорожденных и кошка Филча окаменели, да пропала без следа одна малолетняя чистокровка. — Вот именно! — продолжил Рассел. — Если бы Тайная комната действительно была открыта, то чудовище Слизерина уже всех грязнокровок тут перебило. — Пропавшую девочку так и не нашли? — поинтересовался Гарри. — Нет, — Милли с восторгом заерзала в кресле. — Как сквозь землю провалилась. Ее явно утащило чудовище в свою Тайную комнату. — А-р-р. Ну, хватит выдумывать небылицы, — Рассел со стуком поставил чашку на кофейный столик. «Они это так обговаривают, будто нет ничего страшного в том, что пропала девочка», — Гарри снова сделал вид, что пьет из чашки. — Так что повезло тебе, что только сейчас поступил в школу, — покачала головой Милли. — Кстати, а почему не в одиннадцать лет? — Я не знаю, — пожал плечами Гарри. — Письмо я получил только в этом году на свой день рождения. Всю жизнь я прожил в обычной семье и о магии узнал недавно… — Держу пари, что это проделки старого интригана, — высказал догадку Форли. — Но теперь, когда Дамблдор отбросил коньки, дальше держать тебя без обучения не стали. — Да… Это было вполне в его духе, — рассеянно согласился Рассел. — Все дети должны поступать в одиннадцать лет, и ему наверняка пришлось потрудиться, чтоб ты попал в Хогвартс в тринадцать. — А кто такой этот Дамблдор? — спросил Гарри. Пока слизеринцы упражнялись в остроумии, он решил, что лучше и дальше играть роль дурачка, который ничего не знает и не понимает. Так у него было больше шансов, что те сболтнут что-то, что кажется им не особо важным. — Наш бывший директор, — подала свой голос "конский хвост". — Он умер в середине лета… — Его тоже наверняка убило чудовище Слизерина, — перебила Милли. — Да не выдумывай же ты! — разъярился Рассел. — Дамблдор с конца зимы плохо выглядел, да и рука у него выглядела, как клешня мертвеца. — Пф, — Милли показательно покачала головой. — Ты же не думаешь, что обычный волшебник мог его убить? Сам Темный Лорд не смог избавиться от Дамблдора… Так что это могло быть только древнее чудовище. — Нет, ты не права, — не согласился Форли. — Если помнишь, он действительно с зимы плохо выглядел. Конечно, он был сильным волшебником, но вряд ли чудовище Слизерина может наводить магическое проклятие и тем более спалить к чертям половину директорского кабинета. Если только это не полумаг-полудракон… Гарри устало зажмурился. Зачем слизеринцы держали его в гостиной, он понять никак не мог. Большую часть времени они разговаривали только между собой. — Так ты можешь ему приказать что-то сделать? — тихо спросил Малфой Гарри, указывая на Грёму. — Могу, но не буду. Он мой друг, — ответил тот и устало зевнул. Глаза слипались, и Гарри был уже готов задремать прямо в кресле. Уна, кажется, так звали девушку с хвостом, хлопнула в ладоши: — Так, закругляемся. Завтра рано утром на занятия. Этот спор вели уже тысячу раз, можно и утром продолжить. Малфой, Поттер — по кроватям. Остальных тоже касается, — ребята недовольно зароптали, но неохотно согласились с ней. — Поттер, я вторая староста, так что если будут проблемы — обращайся. Только старайся не находить себе на голову приключения сам. Так всем будет лучше. Подростки поднялись со своих мест и направились к своим спальням. В гостиной остались только Гарри и Милли. — Ну что ж, Гарри, добро пожаловать в Слизерин, — Милли подошла к Гарри и ненавязчиво заглянула в его чашку. — Надо же, а я почти поверила, что ты пил. В следующий раз перед тем, как почувствуешь, что разговор скоро закончится, лучше всего быстро осуши хотя бы половину. Меньше подозрений вызовешь… Довольно хмыкнув, она развернулась и уплыла из гостиной. «Черт. Они потому и не особо расспрашивали меня… И так увидели все, что хотели, — Гарри поднялся с дивана и, подойдя к камину, выплеснул в огонь содержимое своей чашки. — Спать, спать, спать. Немедленно… Обо всем думать буду завтра».* * *
— На моих уроках вы не услышите мифы об атлантах, которые вычеркнули себя из нашей реальности, или басни о том, как кентавры когда-то правили планетой, — вещал монотонным голосом призрак преподавателя истории магии. — Я имею дело только с историческими фактами… Гарри опустил голову на сложенные за партой руки. Спать хотелось неимоверно. «Вот бы он помолчал… Тогда можно было бы и вздремнуть», — вздохнул Гарри. По поводу этого предмета он не испытывал никаких иллюзий. Зря потерянное время. Книги он прочитал еще летом, а вот сидеть и зазубривать исторические факты и даты не собирался. Не имея возможности поспать, он снова мысленно вернулся ко вчерашнему вечеру. Летом его беспокоило то, что есть схожие детали меж ним и Волдемортом, но, похоже, бояться следовало другого. «В этой магической школе не только пропадают ученики, тут буквально могут убить, — размышлял он. — И как же жаль, что Дамблдор мертв. Можно было бы его расспросить о том, что произошло в Годриковой впадине». Дети, поняв, что преподаватель на них не обращает никакого внимания, стали заниматься своими делами и тихонько переговариваться. «Еще и перед слизеринцами себя странным выставил», — Гарри обвел взглядом аудиторию. Наверняка, вчера ночью в гостиной маленькая компания видела его насквозь. Правда, только Милли и Форли хватило смелости — или наглости — все высказать в лицо. Сколько Гарри над этим ни раздумывал, пока получалось, что слизеринцы будут его считать осторожным змееустом, которому есть что скрывать. Конечно, могло быть и хуже, но это максимум из того, что он мог выдать после того, как более суток не спал. Урок пролетел почти незаметно, и Гарри, не приходя в сознание, выполз из аудитории. Ему определенно стоило найти кого-то постарше, чтобы его отвели в комнаты факультета. Он помнил, что они находятся где-то в подземельях, но где именно — вылетело из головы. Однокурсники быстро разбежались, и Гарри остался один. В конце коридора у окна виднелись две фигуры мальчишек, которые разговаривали на повышенных тонах. Один из них был похож на слизеринца, который вчера допытывался у Гарри по поводу разговоров со змеями. — Я знаю, что это твой папаша надавил на них! — Понимаю, что ты, как истинный гриффиндурень, не в состоянии пораскинуть мозгами, но я бы не смог уговорить отца это сделать, — злобно прошипел Малфой. Второй мальчик не выдержал и с силой толкнул Малфоя, что тот упал на пол. — Воу, не стоит драться! — подходя ближе, встрял Гарри. Не то чтобы его сильно беспокоил студент-слизеринец, просто ему нужен был кто-то живой и невредимый, кто доведет его до комнат. Второй мальчик с вызовом посмотрел на Гарри: — А его никто и не трогал. — Ну, раз не трогал, то ты тогда можешь идти по своим делам, — Гарри пожал плечами. — А я помогу ему встать. В ответ мальчик окинул взглядом Гарри и на несколько секунд задержался на шраме. Ни слова не говоря, он развернулся и пошел прочь. — Хм, — Гарри повернулся к Малфою. — И что это было? — Свихнувшийся Долгопупс, — ответил тот, поднимаясь на ноги. — Он вбил себе в голову, что раз я его терпеть не могу, то я попросил своего отца, чтобы тот надавил на людей из Министерства и его мать не выбрали главой Аврората. — А ты надавил? — бесхитростно поинтересовался Гарри. — Делать мне больше нечего, — скривил лицо Малфой и пошел в сторону лестницы. — Просто Алиса Долгопупс — не самый лучший вариант. Вот её и прокатили. Гарри последовал за Малфоем. — Поттер, а ты придешь на отборы в команду по квиддичу? В следующее воскресенье. — Ага. Во сколько? — быстро ответил Гарри. Что такое квиддич, он представлял смутно и знал только из учебников. Конечно, он бы с большим удовольствием окопался в библиотеке, но надо было общаться со слизеринцами, иначе за своего он у них никогда не сойдет. — В двенадцать. Ты же умеешь на метле летать? Даже если не умеешь, все равно приходи. Там будет интересно. — Обязательно. Кстати, ты не мог бы меня отвести в гостиную Слизерина? Я не очень хорошо помню маршрут. — Конечно, — слегка улыбнулся Малфой. Через несколько минут петляния по коридорам Хогвартса подростки вышли к нужному тупичку. «Еще пару минут, и я смогу наконец нормально выспаться», — предвкушал дневной сон Гарри.
