Гарри Поттер и Источник магии

      Реддл-младший ковылял за Гарри по берегу реки. Фламель же куда-то ушел, сказав, что дальше его помощь вряд ли потребуется.       — Когда встретишься с Волдемортом и убедишься, что он готов взять тебя с собой в подземелье Хогвартса для того, чтоб наведаться к некоему Камню, то закажи с помощью совы на моё имя газету «Вечерний пророк». Ну, или «Утренний». У тебя в запасе только несколько дней, так что как покинешь Лысую гору, то отправляйся в дом к Мириам, — инструктировал Гарри. — Как только я получу сову от тебя, я договорюсь о встрече с Волдемортом. Он потребовал, чтоб я принес ему один из его крестражей, но я этого делать не собираюсь, — он кивнул в сторону бревна, предлагая сесть на него. — Крестраж будет уничтожен, а Волдеморту я принесу лишь обломки, которые останутся. Я постараюсь, чтоб даже с помощью легилименции он не смог узнать, что это моих рук дело. Без понятия, как он может отреагировать на подобное, так что будь на чеку.       — Он влезет мне в память. Уверен в этом, — Реддл младший с трудом сел на бревно.       — Значит, вытрави из своих воспоминаний Обливиэйтом все эпизоды о том, как ты занимаешься поиском крестражей. Он не должен ничего знать.       — Почему он попросил принести крестраж?       — Почему… Сложный вопрос. Не знаю для чего он попросил это сделать, — задумался Гарри. — Но, думаю, знаю, почему он сам не захотел прийти в Хогвартс. Он побаивается охранных чар замка. Ну и хочет проверить, что я подчинюсь ему.       — Зачем ему подчинение от тебя? — нахмурился Реддл-младший.       — Есть догадки, но пока давай не будем об этом… Я думаю, что Волдеморту также не нужно знать, что ты был Йоанной. Про Румынию тоже ничего не говори.       — Хм. Похоже, ты предлагаешь мне продырявить свою память Обливиэйтом как какой-то сыр.       — Вариантов не много. Волдеморт не должен догадаться, что мы работаем сообща, — Гарри остался стоять. — Если у тебя есть какие-то другие варианты, то действуй. Мое же предложение простое…       — Обливиэйт, — кивнул Реддл-младший, заинтересовавшись корягой на земле, которая была похожа на змею. — Ладно. В принципе можно применить и его, а воспоминания сохранить где-то… в другом месте. А что за Камень под Хогвартсом он хочет навестить?       Гарри ненадолго заколебался. С одной стороны, выдавать все сведения Реддлу-младшему не хотелось, а с другой — его временный компаньон должен ему доверять, чтоб «случайно» не переметнуться на сторону Волдеморта.       — Ты что-то слышал про фонтаны атлантов, которые якобы даруют магическую силу? — спросил Гарри. — Я думаю, он хочет пробудить один из них. Подробностей говорить пока не буду. После того, я встречусь с Волдемортом, будь в ближайшее утро или вечер — что наступит раньше — у отеля «Грёнхольм» в Лондоне. В восемь часов. Утра или вечера. У входа. Если всё пройдет по моему плану и Волдеморт ни в чем нас не заподозрит после того, как я принесу крестраж, то давай там встретимся.       Реддл-младший медленно кивнул.       — Во время нашей встречи в Лондоне, — продолжил Гарри, — мы с тобой обсудим дальнейшие действия. И я расскажу кое-какие очень важные подробности про камни-фонтаны.       — Ты же не собираешься импровизировать? У тебя действительно есть план, как его ослабить?       — Да. План есть. Но я не хочу выкладывать его раньше времени.       Реддл-младший немного откинулся назад на бревне. Похоже, он понял, что Гарри, несмотря на Обет, все равно ему не доверял.       — Боишься, что Волдеморт сможет выковырять из моей памяти важные сведения? — спросил Реддл-младший.       — Да, в том числе.       — Может, лучше принести крестраж невредимым? Так у Волдеморта не возникнет желания проверять воспоминания…       — Нет, — оборвал его Гарри. — Это не вариант. Я не знаю зачем ему крестраж, но не думаю, что будет разумно приносить его Волдеморту.       «Ага. Вот прямо сейчас! Не хватало еще, чтоб Реддл-из-диадемы рассказал Волдеморту о моих магических возможностях», — подумал он.       — Если не уничтожать крестраж, то Волдеморт ни в чем подозревать тебя или меня не будет, — настаивал Реддл-младший. — Принеси ему его целым…       — Крестраж будет разрушен. Это не обсуждается, — отрезал Гарри. — И разве ты не хотел их всех «отпустить»?       — Хотел. Но сейчас важнее, чтоб мы смогли подобраться к Волдеморту невредимыми. Его ослабление… Это как-то связано с Камнем под Хогвартсом? Верно?       Гарри, немного поколебавшись, слегка кивнул.       — Тогда, я буду приниматься за дело, — Реддл-младший кряхтя встал с бревна. — Если у тебя больше нет никаких наставлений для меня…       — Их нет. Можешь идти. Только, когда будешь проходить по поляне, старайся не попадаться на глаза Милли. Она видела тебя в Хогвартсе, когда у тебя заканчивалось действие Оборотного зелья.        — Постараюсь, — прихрамывая, Реддл-младший пошел в сторону леса.       «Ну что ж… Остается только молиться, что Волдеморт не промоет ему как-то мозги и Реддл-младший не переметнется на его сторону, — Гарри посмотрел тому вслед. — Нет… Обет был неплохо составлен. Лазеек я ему не оставил. Но он всё равно попытается меня обмануть. Главное, чтоб его предательство случилось не ранее, чем нужно…»       Не прекращая размышлять о том, правильно ли он сделал, что решил заручиться помощью Реддла-младшего, Гарри добрался до поляны. На сцене к этому времени остались только Милли и Селестина Уорлок.       — Заинька, если будешь развивать свои вокальные таланты, то далеко пойдешь. Поверь мне, — Уорлок что-то быстро писала пером на развороте книги. — Так что не думай, что пение — несерьезное занятие. Хм… А вторую кому подписать?       — Памеле, — Милли забрала переданную ей книгу с подписью. — Не знаю… Пение это как-то не про меня. Я хочу заниматься другими делами.       Уорлок вытащила из подмышки вторую книгу и, открыв в ней первую страницу, начала что-то быстро писать:       — Я понимаю, идти по стопам родителей может быть для кого-то даже почетно, но лучше не зарывай свой талант. И позволь повторить еще один мой совет напоследок: месть не вернет тебе сову. Не стоит лелеять в сердце это черное чувство. Лучше отпусти ненависть и постарайся жить дальше.       Милли от этих слов покраснела и пробурчала что-то нечленораздельное.       — Ну всё, мой котик, мне пора. Мои музыканты чертовски устали и хотят домой, — Уорлок отдала Милли вторую книгу и чмокнула её в лоб. — Появится возможность — обязательно приходи сюда снова. Я иногда выступаю тут у Николаса, так что скучно нам не будет. И не забудь: в конце октября я выпускаю новый альбом. Сделай обязательно предзаказ.       — Не забуду, — просияла Милли.       Попрощавшись, Уорлок покинула сцену под цокот собственных каблуков.       Милли, завидев Гарри, махнула рукой:       — Хэй! Ты это видел? Я разговаривала с самой Селестиной! Всё утро с ней проболтала, — подойдя к краю сцены, она неуклюже спрыгнула на землю. — Ой… Чуть ноги не сломала… Не, ну ты видел это? Пэм от зависти просто помрет, когда узнает.       — Милли, ты же не забыла, что я сотру тебе память про эту ночь? — нахмурился Гарри. — Кстати о стирании. А где Виктор?       — А-а-а… Где-то там, — Милли махнула в сторону деревьев. — Я видела, что он там спал.       — Пошли заберем его и убираемся отсюда, — Гарри решительно пошел в указанную сторону.       — А ты нашел Фламеля? Поговорил с ним? — Милли, придерживая книги у груди, не отставая шла рядом.       — Да.       — И что он тебе интересного рассказал?       — Сказал, что Милли слишком многое хочет знать, — фыркнул Гарри, всматриваясь меж деревьев. На земле то тут, то там, спали волшебники. Некоторые из них держали в руках пустые стаканы и бутылки.        — Он не мог такого сказать, — хохотнула та.       — Черт. Где Виктор?       — Да вон же он! — Милли указала на Виктора, который спал прислонившись спиной к дереву. Штаны его, которые ранее были черными, сейчас имели красные и оранжевые кляксы и разводы. Майка, в которой его последний раз видел Гарри, напрочь отсутствовала и теперь Виктор сверкал голым торсом. Рядом на земле спал Грёма. — И как он только не замерз…        — А ты не заметила, что тут гораздо теплее, чем было на входе? — Гарри наклонился над Виктором и потрепал его за плечо. — Эй… Просыпайся, нам пора возвращаться.       Виктор, недовольно прохрипев, приоткрыл глаза.       — Доброе утро, соня, — влезла Милли. — Вижу, ты хорошо погулял ночью.       Гарри, взяв Виктора под локоть, стал поднимать его на ноги:       — Давай, нам нужно скорее вернуться в Хогвартс, пока никто не заметил нашей пропажи. Милли, помоги.       — Мо… Одежда, — осипшим голосом проблеял Виктор. — Где моя одежда?       — Некогда искать. Так пойдешь, — Гарри поднял спящего Грёму с земли. Уж что-то просипел, но глаза так и не открыл.       — Он же замерзнет! — Милли подхватила с земли чью-то мантию и накинула её сверху на Виктора. — Хм… Кажется, это моя мантия. Ну да ладно. С ней хоть не замерзнешь. А что с тобой происходило, Виктор? Я ночью потеряла тебя из виду.       — М… Тамблетки… Тамб… Тамблетки, — поморщился Виктор, тщетно пытаясь выговорить слово «таблетки». — Парень дал… Мембраты. Хм… Я хотел сказать… Ментаты.       Гарри лишь порадовался тому, что ночью у него не настолько был затуманен разум, чтоб принять предложение незнакомца.       — Понятно всё с тобой. Пошли тогда. Похоже, нам туда, — Милли кивнула в сторону высокого камина, который стоял меж деревьев на краю поляны. Проснувшиеся волшебники, пошатываясь, проходили через горящий в нем зеленый огонь и исчезали.       Когда Гарри, Милли и Виктор подошли к камину, их жестом остановила мавка, сидящая в кадке с водой:       — Подойдите ко мне и сдайте мозгошмыгов.        Вцепившись рукой в Милли, которая стояла ближе всех, мавка отточенным движением вырвала у той из уха оранжевого рачка.       — Ау! Зараза! Больно! — Милли схватилась за ухо.       — Благодарим за посещение Лысой горы, — сказала мавка. Положив мозгошмыга в стеклянную пузатую бутыль на земле, она подтянула рукой Виктора и проделала аналогичную процедуру. — Вас тоже благодарим за посещение.       — Ай. Теперь я проснулся, — поморщился Виктор от боли.       Гарри подошел к мавке. Вытянув у него мозгошмыга из уха она проговорила что-то на неизвестном языке. Видно, поблагодарила за посещение горы, но Гарри этих слов понять уже не мог.       — Такое впечатление, что она у меня несколько извилин из головы вырвала, — Милли подергала ухо.       — Не драматизируй, — Гарри положил руку ей на спину и стал мягко подталкивать к камину. — Уходим.       Пройдя через зеленый огонь, они оказались в туннеле, в конце которого виднелся лес.        — А сколько вообще время? — спросил Виктор.       — Шесть. По нашему времени, — Гарри бросил взгляд на часы.       Они вышли из туннеля. Немногочисленные стоявшие тут волшебники трансгрессировали один за другим.       — Виктор, подожди меня тут, — Гарри взял Милли за руку.       Трансгрессировав в тоннель под Ла-Маншем, они затем переместились в Визжащую хижину. Оставив Милли, Гарри вернулся за Виктором и также его перенес.       Эльф, который всю ночь прождал их в комнате, помог троице трансгрессировать в подземелье Хогвартса, после чего попрощался и с хлопком исчез.       — Я спать… — просипел Виктор.       — Подожди, — остановил его Гарри, прижимая к груди Грёму. — Мы еще не закончили. Я обещал вам стереть память.       Виктор покорно потупил взгляд.       — Ох, да ладно, — заныла Милли. — Это обязательно?       — Да. Уговор есть уговор, — сказал Гарри. — И отдай мне книги Уорлок.       — Что?! Ты хочешь забрать их у меня? Селестина специально подписала для меня и Пэм! — Милли развернула одну из книг. На первой странице красивым почерком было написано «Милли, я очень надеюсь, что ты не зароешь свой прекрасный голос в землю. Всегда твоя Селестина». На некоторых буквах «i» вместо точки вверху было нарисовано маленькое сердечко. — Это автобиография Уорлок.       — Через день-другой я подброшу эти книги тебе и Памеле. Не волнуйся, — сказал Гарри, забирая у Милли книги. Уменьшив их заклинанием, он затолкал их себе в карман.       — Но… Но… Хорошо. Ладно. Стирай, — насупилась та в ответ. — Но мы с Виктором и так не знаем, о чем ты там говорил с тем молодящимся дедом.        — Хватает и того, что вы знаете, что я с ним встречался, — сказал Гарри, крутя волшебную палочку в руке. — Кстати, Милли, ты же не пыталась как-то обойти наш уговор и сохранить память о сегодняшней ночи?       — Нет, — красное облако разума Милли выдало её ложь с головой.       — Ты мне врешь, — разозлился Гарри. — На свете есть вещи поважнее, чем твое неуемное любопытство.       — Я не вру, — топнула ногой Милли.       — Врешь. Я знаю, когда мне люди говорят неправду.       — Не вру, — воскликнула Милли. — Мое слово против твоего.       — Для такого случая, у меня как раз завалялась сыворотка правды в пузырьке. Может, тебе стоит её выпить? — прищурился Гарри.       Виктор вполглаза наблюдал за перепалкой.       — Ничего пить не буду. Тебе придется силой в меня заливать свои сыворотки, — сказала Милли.       — Если тебе нечего скрывать, то почему бы не развеять мои подозрения? — словно между делом, предложил Гарри.       — Вот так значит? Не думала, что ты мне настолько не доверяешь, — пылала гневом Милли.       «Если бы я был на ее месте, то как бы я попытался сохранить воспоминания? — Гарри опустил взгляд на книги в руке. — Хм. Похоже, я знаю. Но прежде, чем начинать проверять её одежду…»       — Диссендиум, — он махнул волшебной палочкой в сторону Милли.       — Эй!       Из складок одежды Милли вылетел кусок бумаги и подлетел к Гарри:       — А! Все-таки это заклинание хоть иногда, но работает, — ликовал тот.       — Эй, верни обратно! — Милли попыталась выхватить бумагу, но та лишь выше поднялась в воздух.       — Серьезно? Ты записала на бумаге всё, что с тобой происходило этой ночью? — не удержался от смешка Гарри, пробегая глазами записи Милли. — Думала, что сможешь меня провести?       — Какая же ты сволочь! — Милли стала красная как помидор.       — Таков был уговор. Инсендио, — Гарри поджег бумагу волшебной палочкой. — Ты же не делала еще каких-то записей?       — Нет! Жаль, что на Лысой горе не было сов. Я бы отослала себе письмо и ты бы…       — Милли. Перестань, — Виктор посмотрел на нее и осуждающе покачал головой. — У него видно есть важные причины, чтоб скрывать события ночи.       Милли мгновенно сдулась:       — Но ведь Селестина…       — Я потом подброшу тебе и Памеле книги, — заверил Гарри.       — Да, но я же не буду помнить того, что произошло. Для меня Селестина так и останется скучной певицей для старых волшебников, а не той классной теткой, которой она была сегодня… Ну, Гарри… — заканючила Милли. — Может, передумаешь?       — Нет, — Гарри поднял волшебную палочку.       — Понятно… — на глазах Милли проступили слезы, но она быстро опустила голову вниз. — Стирай, раз уж тебе это так надо.       — Обливиэйт. Обливиэйт, — Гарри аккуратно вырезал все воспоминания о Лысой горе и сегодняшней ночи у Милли и Виктора.       — М. А… А почему я полуголый? — недоуменно спросил Виктор, оглядывая себя.       — Почему на тебе моя мантия? — воскликнула Милли. — И почему я нахожусь в этом коридоре?       — Поздравляю, сегодня вы провели одну из самых лучших ночей в вашей жизни, но вы о ней ничего не помните, — довольно улыбнулся Гарри.       — Библиотека… — насупилась Милли.       — Разговор о чем-то… — продолжил за нее Виктор.       — Ты стер нам память! — Милли недовольно ткнула пальцем Гарри в плечо.       — Да. И вы на это добровольно согласились, — Гарри было довольно весело наблюдать за их реакцией.       Милли пробормотала какие-то оскорбления в его сторону и недовольно посмотрела на Виктора:       — Отдай мою мантию, пока ты ее не испачкал! Ты выглядишь так, будто на тебя стошнило радугу.       Виктор, оставшись в одних штанах, снял с себя мантию и передал ее Милли.       — Замечательно. О вчерашнем дне я тоже ничего не помню! — язвительно сказала Милли. — Кроме того, что ты Гарри должен меня обучить… — она нахмурилась, тщетно пытаясь вспомнить хоть что-то. — Ты меня должен обучить какому-то заклинанию за то, что я собиралась тебе помочь в… Черт!        — Наш уговор всё еще в силе, — сказал Гарри. — Через неделю-другую, как у меня будет время, я тебя обучу заклинанию.       — Угу. Если бы я еще помнила, какому заклинанию ты должен меня обучить. Сволочь ты! — бросила Милли и пошла по коридору в сторону гостиной Слизерина. — Спокойной ночи, Виктор. Тебе же, Гарри, желаю наблюдать во сне разъяренных беременных драконов.       Гарри проводил взглядом Милли, которая пылала недовольством.       — Ну… Э… — Виктор неловко переминался с ноги на ногу. — Ты получил ночью, что хотел?       — Да, — кивнул Гарри и отвел взгляд. Уже второй раз за утро наблюдать полуголого Виктора было слегка некомфортно. Гарри почувствовал, как к щекам прилила кровь. — Всё прошло хорошо.       — Эм… Ну, я тогда рад. Я… Я, наверное, пойду. Тут адски холодно.       — Хорошо, — поддержал его Гарри.       — А… Ты не хочешь рассказать, почему у меня раскалывается голова и куда пропала моя одежда?       Гарри хохотнул и поднял глаза на Виктора:       — Скажу так: ты принял кое-какие таблетки, которые дал тебе незнакомец.       — Понятно. Тогда… Я пошел спать.       — Спокойной ночи, — сказал Гарри.       Виктор неловко помахал рукой и оставил его одного в коридоре.       «Так… Сколько там? — Гарри посмотрел на часы на руке. — Ах, да. Шесть. Библиотека должна быть открыта. Замечательно».       Ненадолго заскочив к себе в комнату, Гарри оставил Грёму и остальные вещи на кровати, после чего отправился в библиотеку.       В утро субботы, как оказалось, никто не пылал желанием читать книги. В библиотеке была одна лишь мисс Пинс.       «Запретная секция, — простонал про себя Гарри, запустив поисковое заклинания для нахождения информации про Адский огонь. — Ну конечно. Где же еще?»       Достав из кармана маленький нож, который раньше был волшебной палочкой Грюма, Гарри обернул трансформацию вспять.       — Остолбеней, — бросил он заклинание в мисс Пинс.       Нужная книга вылетела с полки и пролетела сквозь защитную фиолетовую пленку, что была натянута на входе в Запретную секцию.       — Обливиэйт, — Гарри кинул в мисс Пинс еще одно заклинание. Как только книга прилетела к нему в руку, он вновь указал на библиотекаршу волшебной палочкой: — Фините Инкантатем.       Покинув библиотеку, Гарри поднялся на последний этаж Хогвартса и нашел одну из свободных аудиторий. Помня, что из себя представляет Адское пламя, он распахнул ставни окна.       Сев за парту, Гарри открыл книгу и стал вычитывать нужные сведения.       «Так… Бла-бла-бла… Заклинание класса проклятий… Остановить его крайне сложно… Всё это мне и так известно, — Гарри пробежал строчки глазами. — Палочку нужно удерживать строго горизонтально и мысленно пожертвовать каплю своей крови… Та-та-та… Жертвуя кровь маг слабеет, так что не рекомендуется часто использовать… Понятно».       Поднявшись из-за стола, Гарри встал напротив окна и направил волшебную палочку вперед. В точности выполнив указания из книги, он вызвал тонкую струйку огня из волшебной палочки. Пламя стало завиваться спиралью и всё больше и больше увеличиваться в размерах.       Гарри ожидал, что, как и на пляже во Франции, с этим огнем он не совладает. Но, к его удивлению, это было не так. Пламя слушалось его идеально и двигалось ровно так, как он того и хотел.       Адский огонь не затухал, в отличие от обычного. Чтоб закончить это заклинание, Гарри, следуя совету из книги, слегка стряхнул волшебную палочку.        Пламя словно надломилось на конце древка.       Собрав весь огонь в один большой шар, Гарри попытался его затушить.       «Не поддается», — подумал он, видя, что ничего не происходит.        Тогда Гарри сжал огонь до размеров маленького шарика, после чего заставил исчезнуть воздух вокруг него.       Пламя приобрело оранжевый оттенок, а потом резко затухло.       Облегченно выдохнув, Гарри забрал книгу со стола и вышел из аудитории.       Всё его тело при ходьбе будто вибрировало. То, что он собирался сделать, — было необходимо. И неизбежно.       Пройдя по коридору, Гарри вышел к тупику, в конце которого стояли металлические доспехи.       — Ну. Назад пути нет, — он бросил книгу на пол и обхватил покрепче волшебную палочку.       Металлические доспехи поднялись на дюйм над полом и медленно отлетели в сторону. Кирпичи в кладке стены тупика стали один за другим осыпаться, превращаясь в песок и оголяя за собой проход в ранее замурованный коридор.       — Гоменум Ревелио, — Гарри взмахнул волшебной палочкой.       Рядом никого.       Перешагнув через песок на полу, Гарри пошел по темному коридору. Под потолком загорелись шарики с огнем и полетели за ним.       Дойдя до последней двери в коридоре, Гарри заставил её открыться. Шарики влетели в комнату, освещая неровный ряд столов.        В углу, прямо на полу была навалена кипа книг. Слева в стене, в небольшом разломе, что-то блеснуло серебристым цветом.       «Вот она…» — подумал Гарри. Стихийной магией он вытянул диадему из разлома и заставил её зависнуть в центре комнаты.       — Так я и думал… — буркнул Гарри.       Вокруг диадемы сейчас было два красных облака разума. Внезапно, из её камней начали вырастать отростки, которые стали сплетаться в две мутные фигуры.       — Пришел поговорить?.. — сказал бесцветный голос из диадемы.       — Или вновь воспользоваться артефактом?.. — вторил ему второй голос.       Две фигуры, которые произрастали из диадемы, сейчас отдаленно напоминали Реддла, которого Гарри видел в Косом переулке в ином мире.       — Значит, ты таки не удержался и создал в другом мире крестраж? Но, как вижу, это тебе не помогло, — сказал Гарри, рассматривая иллюзии, что наслал Реддл.       — Да… Выдернуло меня оттуда почти сразу после смерти… — сказал первый Реддл.       — Просчитался немного. Ну да ничего страшного, — эхом прошелестел второй Реддл. — Зачем пришел сюда?       — Вопросы здесь буду задавать я, — Гарри поднял волшебную палочку на диадему.       Оба Реддла рассмеялись:       — Нас двое. Ты один. Напади и мы твой разум сомнем…       — Как консервную банку…       — Не сомнешь, Реддл, — оскалился Гарри. — Я вижу, что оба твоих разума слабы, словно ты при смерти. Да и твои иллюзии также выдают твою… немощь. Что, создание крестража там и вырывание тебя из того мира сюда не было легкой прогулкой?       — Щенок! — один из Реддлов увеличился в размерах и качнулся в его сторону.       — Заткни свою пасть, юное дарование! — черты лица второго Реддла исказились и стали чем-то неуловимо походить на змеиные.       «Ему там мало места…» — подумал Гарри, обратив внимание на диадему. Оба красных облака словно соревновались друг с другом в том, кто больше захватит места на артефакте.       — Ну так докажи, что ты не слаб, Реддл. Напади на меня, — сказал Гарри.       — Зачем ты пришел сюда?! — выкрикнул первый Реддл.       — Убирайся отсюда! — ощетинился второй. — Оставь меня в покое!       Обе иллюзии Реддла стали медленно вращаться вверху диадемы и переплетаться меж собой.       — Чего ты хочешь достичь, кроме бессмертия? — спросил Гарри. Шарики с огнем под потолком разгорелись сильнее. — Захватить Великобританию? Стать властителем мира? Вывести волшебников из тени, чтоб они больше не прятались от обычных людей?       — Ничего тебе не расскажем, — обозлённо сказал один из Реддлов. — Проваливай прочь.       — Можешь использовать на нас легилименцию, — рассмеялся второй Реддл. — Давай, попытайся!       Надежда Гарри, что Реддл нападет первым не оправдалась. Понимая, что прикрыть совесть самозащитой не получится, Гарри мысленно пожертвовал каплю своей крови. Из его волшебной палочки вырвалась струя огня и полностью обволокла диадему.       — Отброс! — тело одного из Реддлов стало змеей.       Из диадемы выросли длинные металлические щупальца, которые не были иллюзией.       — Смерть тебе! — второй Реддл уменьшился в размерах и превратился в размытое облако.       Гарри стихийной магией заставил щупальца зависнуть в воздухе.       — Не-е-ет! — из красного облака первого Реддла вырвались бордовые канаты и попытались пробиться сквозь окклюментную защиту Гарри. — Помоги мне, второй!       Адское пламя в это время плавило выросшие из диадемы щупальца.       Из красного облака разума второго Реддла также появились бордовые канаты.       Пламя в это время раскалило диадему докрасна, после чего раздался звук, словно кто-то разбил окно.       — Поттер! — закричал первый и второй Реддл в унисон.       В диадеме стали трескаться голубые камни.       Одно из облаков разума Реддла исчезло, а спустя несколько секунд потухло и второе. Оплавленные металлические щупальца, которым так и не удалось напасть на Гарри, отвалились от диадемы и упали на пол.       Адский огонь собрался в небольшой шарик, а затем потух.       — Минус один крестраж. Осталось… Осталось бесчисленное множество.       К Гарри подлетела дымящаяся диадема. Почти все камни в ней треснули, металл был оплавлен.       — Репаро, — Гарри указал волшебной палочкой на диадему.       Ничего не произошло. Похоже, Адское пламя разрушило диадему настолько сильно, что восстановлению она уже не подлежала.       Гарри бегло осмотрел пол и левитировал к себе осколки голубых камней. Они, летя по цепочке, стали соединяться между собой и кое-как вставляться в диадему.        — Хоть что-то… — пробормотал Гарри.       Диадема выглядела как растаявшая и потрескавшаяся свеча. Когда артефакт полностью остыл, Гарри спрятал его себе в карман.

***

      После того как Гарри отнес диадему в комнату с хламом, где изначально и нашел её осенью, он позавтракал, а затем отправился в библиотеку. Во-первых, ему надо было вернуть на место книгу с описанием заклинания, а, во-вторых, он хотел убить время до вечера в поисках чего-то, что могло бы помочь в проблеме с Волдемортом.       Он вновь и вновь перечитывал все сведения о фонарике Джека, которые только мог найти. Раз за разом внимательно разглядывал руны на мантии-невидимке. Сидел и ломал голову над пророчеством Трелони. Перелистывал собственные записи, которые вел на протяжении всего учебного года.       Ничего умнее, кроме того плана, что он придумал ночью, Гарри так и не смог родить.       «А если Реддл-младший не сможет втереться в доверие к Волдеморту? Что тогда? — Гарри отложил книгу и посмотрел на дождь за окном. — Об этом я вообще не подумал».       Ритмичный звук падающих на окно капель убаюкивал.       «Тогда не остается ничего, кроме как надеяться, что Камень успеет высосать все силы из Волдеморта до того, как он на меня нападет», — Гарри нервно застучал пальцами по столу. — Нет. Это не вариант. Я не собираюсь просто ждать у моря погоды. Если у Реддла-младшего ничего не получится, то нужно подготовиться и к такому развитию событий».       Встав, он покинул библиотеку и вышел на улицу.       «Ни дождь, ни плохая видимость, — Гарри уверенной поступью направился в Запретный лес, — не помешают мне. Я готов хоть слечь с тяжелейшей простудой, пока буду отрабатывать стихийную магию с землей, водой и камнями».

***

      В воскресенье Гарри смог проснуться только после обеда. Пропустив прием пищи, он попросил Грёму о маленькой услуге, после чего вновь отправился в Запретный лес и пробыл там до самого вечера. Когда от голода совсем уже скрутило желудок, Гарри пришел в Большой зал. Сев за стол на лавку, не так далеко от Милли и Памелы, он накинулся на ужин.       — Как ты думаешь, что это может значить? Милли, я ничего не понимаю… — лепетала Памела. — Это так странно.       — Без понятия, — сказала Милли, посмотрев на Гарри. — Я бы на твоем месте не обращала внимания…       — Да как же я могу не обращать?! — воскликнула Пэм, но очень быстро понизила голос. — Автобиография Уорлок нигде еще не продается. Эту книгу нельзя достать. Тем более с автографом самой Селестины…       «А, понятно. Они нашли подброшенные книги», — подумал Гарри, расправляясь с овощным рагу в своей тарелке.       Утром он отдал ужу уменьшенные книги, с наложенными чарами Отложенного действия, и попросил их «отнести» Милли и Памеле. Автобиографии Уорлок должны были вернуть свой исходный размер после того, как Грёма укусил бы их за корешок.       — Может, это Рассел сделал тебе подарок? — предположила Милли. — Или другой поклонник?       — Тогда с чего бы и у тебя появилась книга Уорлок? Тем более с гораздо более теплой подписью на первой странице, — обиженно спросила Памела. — У меня лишь простое «Моей поклоннице Памеле», а у тебя…       — Не забивай мне и себе голову, — отмахнулась Милли, иногда поглядывая на Гарри. — И радуйся, что ты получила эту её графоманскую писанину.        Памеле явно пришлась не по душе рецензия Милли на потуги Уорлок, поэтому она активно стала доказывать подруге, что та ошибается.       Гарри же всем своим видом старался показывать искреннюю заинтересованность в содержимом своей тарелки. Милли продолжала стрелять в его сторону взглядом, но он притворялся, что не замечает этого.       Когда Гарри уже почти закончил ужин, к нему подлетела сова и бросила на стол свернутую газету. Уставившись на «Вечерний пророк», он отставил в сторону стакан тыквенного сока и, боясь лишний раз вздохнуть, протянул руку к периодике.       «Началось? — Гарри раскрыл газету на первой странице. — Выпуск за сегодняшнее число… Реддл-младший выполнил свою часть».       Желудок неприятно скрутило.       Гарри показательно прочел несколько статей и полистал газету. Если Волдеморт будет проверять его воспоминания, то всё сейчас должно проходить идеально.       — Кто-то будет еще читать? — Гарри, указывая на газету, обратился к сидящим рядом студентам. — Я уже всё.       — Да. Дай мне! — Милли привстала и быстро заграбастала газету себе.       Выйдя из Большого зала, Гарри поднялся на последний этаж замка. Он точно знал, куда надо было идти, но только ради Волдеморта специально побродил по коридорам в поиске нужных колонн.       — Мне нужно место, в котором можно что-то спрятать… Место, где можно спрятать, — Гарри стал ходить меж колонн, пока на стене не появилась дверь. — О…       Оглянувшись по сторонам, он достал волшебную палочку. Аккуратно открыв дверь, он сначала осмотрел комнату, которая пряталась за ней, а потом вошел внутрь.       Где располагался буфет с диадемой, Гарри прекрасно знал, ведь буквально вчера утром он заходил сюда, чтоб оставить артефакт Кандиды. Но ради Волдеморта он пошел в противоположную сторону и стал методично разглядывать окружающий хлам.       Минут через десять таких блужданий, он нашел обгоревший буфет с каменным бюстом. Эта часть комнаты выглядела так, будто тут произошел сильный пожар.       — Хм… — удивленно пробормотал Гарри, разглядывая оплывшую диадему. — Она?.. Левиоса!       Махнув волшебной палочкой, он заставил диадему подлететь к нему по кривой траектории.        — Или нет? — Гарри достал из кармана пергамент, который всучил ему Волдеморт и стал сравнивать рисунок с диадемой. — М-м-м…       Спрятав артефакт в карман мантии, он стал оглядывать буфет и все остальные опаленные вещи вокруг, словно это не он сам вчера утром всё тут подпалил. Гарри нужно было, чтоб когда Волдеморт станет проверять воспоминания, тот был уверен, что диадему никуда не переносили и что, скорее всего, кто-то случайно забрёл сюда и наколдовал магический огонь.       Мысленно проклиная Волдеморта, Гарри снова обошел всю комнату с хламом. Подойдя к выходу он достал диадему и опять сравнил её с рисунком.       «Полный идиотизм, — подумал Гарри. — Но это воспоминание должно быть полностью настоящим, чтоб у Волдеморта даже мысли не появилось, что крестраж разрушил я».       Повертев в руках диадему, он опять затолкал её в карман и вышел из комнаты, после чего отправился в подземелье Слизерина. Найдя Рассела сидящим на диване в гостиной, Гарри попросил его о срочной встрече с Мириам.       — Хорошо. Завтра отправлю ей сову с письмом, — сказал Рассел, зарываясь в учебники и пергаменты.       — Нет. Это очень срочно, — покачал головой Гарри. — Вопрос жизни и смерти.        — Э-э-э… Ну хорошо… Тогда пойду и напишу ей прямо сейчас.       Гарри выжидающе посмотрел на Рассела.       — Вообще прямо-прямо сейчас? Да что же у тебя там случилось? — проворчал Рассел, поднимаясь из кресла. — Уже иду. Но она всё равно ответит на письмо только завтра.       — Спасибо! — кинул Гарри вслед.       Отправившись к себе в спальню, он положил диадему и пергамент с ее рисунком на прикроватную тумбочку, после чего переоделся в пижаму и лег в постель.       Нервно перебирая пальцами одеяло, Гарри так полежал какое-то время, после чего потушил свет.       «И… Спектакль окончен», — найдя под подушкой предварительно спрятанную волшебную палочку Грюма, он указал ею на себя.       — Обливиэйт.       Гарри стер себе воспоминания о том, как уничтожил крестраж и как отнес оплывшую диадему обратно в комнату с хламом. Также, на всякий случай, он удалил себе память о том, как вообще впервый раз наткнулся на этот артефакт. Остальные воспоминания он решил не трогать.       В полной темноте Гарри превратил волшебную палочку Грюма в маленький нож и спрятал её под подушкой.       Спать совершенно не хотелось. Тело Гарри постоянно бросало то в холод, то в дрожь. Завтра предстояло опять встретиться с Волдемортом и он не был уверен на все сто процентов, что готов к этому.       Чтоб хоть как-то потратить время с пользой, он стал практиковать окклюменцию, пока не заснул.

***

      На занятиях в понедельник, Гарри провел как на иголках. Он бесконечно дергался и постоянно проверял карманы.       Мантия-невидимка; волшебная палочка Грюма в виде ножика; настойка бадьяна; бодрящее зелье, которое было сварено сегодня утром на занятии по зельеварению; собственная волшебная палочка; Грёма.       На последнем пункте Гарри сбивался и начинал всё проверять заново. Где-то после миллионного раза его укусил за палец Грёма, чтоб показать, насколько это ему надоело.       «Ауч! Хорошо-хорошо. Заканчиваю, — Гарри вытянул руку из кармана мантии и положил её на парту. — Так. Мантия-невидимка в кармане, как и Грёма. В другом кармане бодрящее зелье. Ножик-палочка примотан к правой ноге. Настойка бадьяна в кармане штанов. Вроде ничего не забыл? Всё на месте?»       Если бы кто-то вдруг решил положить руку Гарри на плечо, то он бы понял, что тот постоянно дергается и дрожит.        «Не. Всё на месте, — Гарри словил на себе взгляды соседей по парте. — Почему ничего не слышно от Волдеморта? Мне не нравится такая тишина».       Волдеморт сегодня, в отличие от субботы и воскресенья, не напоминал о себе и не насылал боль на Гарри. Это одновременно и радовало и напрягало.       — Поттер! Прекратите стучать по парте! — воскликнула МакГонагалл, которая стояла у учительского стола. — Или по полу… Или по чем вы там стучите!       — Извините, профессор, — Гарри прилежно сел за партой.       — На чем я остановилась?...       Гарри провел остаток уроков почти в бессознательном состоянии. Как он только смог сосредоточиться на утренних практических занятиях по зельеварению было той еще загадкой. Может, он понимал, что бодрящее зелье ему может понадобиться, а может, он просто не настолько сильно нервничал тогда?       Выйдя с последнего на сегодня занятия, Гарри посмотрел на наручные часы.        «Два часа дня. И до сих пор ничего не слышно. Может, пора теребить Рассела?» — он поплелся по коридору за остальными студентами, когда кто-то привлек его внимание тихим «Пссть».        Гарри повернулся на звук. За одним из металлических доспехов у стены прятался эльф:       — Мистер Поттер? Меня прислала Мириам за вами.       — Ну наконец-то! — не удержался Гарри от облегченного вздоха. — Я так долго жду уже.       Эльф испуганно осунулся:       — Простите. Хозяйка не велела показываться перед вами, если кто-то видит.       — Да-да. Понимаю, — Гарри протянул руку в сторону эльфа.       — Держитесь.       Эльф взял Гарри за руку и трансгрессировал с ним в уже знакомый замок.       — Вас ожидают. Идите за мной, — эльф пошел вперед по коридору.       Гарри вытянул Грёму из кармана стихийной магией и, не глядя, опустил его на пол. Уж изменил окраску своего тела и быстро подполз к стене. Слившись с окружением, Грёма направился следом за Гарри и эльфом.       «Всё будет хорошо. Всё хорошо будет. Будет всё хорошо. Будет всё хорошо?» — Гарри шагал по коридору, стараясь себя успокоить.       Дрожь не проходила.       «Так даже к лучшему. Волдеморт не должен подумать, что я его не боюсь, — Гарри остановился с эльфом у двери. — Я же его не боюсь? Нет… Или…»       Мозг Гарри в спешке подсказал, что он таки боится Волдеморта и той боли, которую тот может причинить.       Эльф поклонился и трансгрессировал из коридора.       Выдохнув, Гарри взялся за витиеватую литую ручку и открыл дверь.        В комнате, за большим письменным столом, восседал Реддл-младший. Волдеморт стоял у окна и разглядывал открывающийся пейзаж. Беллатрисы нигде не было.       — А! Вот ты и пришел, — Волдеморт повернулся к Гарри. — Я уже заждался.       — Эльф не мог подойти… — стал оправдываться Гарри.       — Не имеет значения. Диадема где?       Гарри подошел к Волдеморту. Достав из кармана диадему и пергамент, он протянул их вперед.       — Ч… Что?.. Это еще что значит? — Волдеморт выхватил диадему и грозно посмотрел на Гарри.       Реддл-младший в это время скучающе разглядывал разворачивающуюся сцену.       — Что с диадемой, Поттер?! — прошипел Волдеморт.       — Я её такой нашел, — ответил Гарри.       — Легилименс! — Волдеморт указал на него волшебной палочкой.       — Что происходит? — спросил Реддл-младший.       Волдеморт сразу же стал интересоваться воспоминаниями Гарри о том, как тот нашел диадему.       «Да, смотри! Ни черта интересного для себя ты там не найдешь», — Гарри позволил Волдеморту пройти сквозь окклюментную защиту и считать воспоминания.       Картинки пробегали как кадры на киноленте. Волдеморт просматривал всё воспоминание чуть ли не посекундно. Далее он стал интересоваться, что Гарри делал после того, как впервые побывал в этом особняке.       Но ничего, кроме домашней заготовки Волдеморта не ждало. Гарри показывал, как он вернулся в гостиную Слизерина, зашел в свою комнату и расплакался. Потом, как всё остальное время он провел в библиотеке, читая книги о фонариках Джека.       Волдеморт резко сменил фокус интереса и стал искать воспоминания о том, как Гарри мог посещать Запретную секцию.       «Хах! Ну надо же. Ты посмотри на него, — подумал Гарри. — Нет, тут тебя тоже ничего интересного не ждет».        Он показал Волдеморту одно лишь белесое облако.       — Что происходит, ты спрашиваешь? Похоже, кто-то уничтожил нашу часть, — Волдеморт покинул воспоминания Гарри и повернулся к Реддлу-младшему. — Тебе ничего об этом не известно?       — Нет. С чего бы это? — Реддл-младший посмотрел на оплавленную диадему в руках Волдеморта. — Что с ней? Она сломана?       — Кто-то применил к ней Адский огонь! — взревел Волдеморт. — Кто-то, кто знал, что она из себя представляет!       — Ты уверен, что это Адский огонь? — Реддл-младший поднялся из-за стола и двинулся в сторону Волдеморта.       — Я не зеленый юнец и прекрасно знаю, как выглядит это заклинание! — Волдеморт поднял волшебную палочку на Реддла-младшего.       — Ты собираешься напасть на меня? В своем уме?! — лицо Реддла-младшего исказила ненависть.       — Только мы могли знать о…       — Да я впервые вижу эту… черт её знает что… диадему, или чем оно там раньше было! — крылья носа у Реддла-младшего злобно раздулись.       — Ты мог кому-то случайно выболтать местоположение особой комнаты на последних этажах замка.       — Да? — Реддл-младший наклонил чуть набок голову. — А ты мог кому-то выболтать, что именно эта диадема нужна. Даже если бы я кому-то рассказал о комнате, то найти что-то в том океане хлама невозможно. Если только не знать, что искать.       — Я хочу проверить твои воспоминания, — Волдеморт качнул волшебной палочкой в сторону головы Реддла-младшего.       — Уж если кого-то и надо проверять, то это тебя. Ты знал и место и нужный предмет, — сказал Реддл-младший. — Я же знал только место. Мне вчера стоило большого труда поверить всем твоим объяснениям. Не вынуждай меня сожалеть о доверии, что я тебе выдал.       Волдеморт недовольно перевел взгляд на Гарри, после чего швырнул диадему на стол:       — Тогда кто-то знает…       — А что другие части? — перебил его Реддл-младший. — Они в порядке?       — Да, — Волдеморт отвернулся от Гарри. — Все они в порядке. Кроме, что очевидно, тебя.       — Тогда я вообще не понимаю, что ты истеришь? — вздохнул Реддл-младший. — Наверняка какой-то студент случайно забрел в комнату и воспользовался Адским пламенем.       — Случайно? — подозрительно прищурился Волдеморт.       — А у тебя есть другие объяснения? — развел руками Реддл-младший. — Мы же сами абсолютно случайно нашли ту комнату. А эта диадема… Она сколько там провалялась? Десять? Двадцать лет? За это время туда мог кто-то опять попасть и смеха ради подпалить немного мусора.       У Волдеморта чуть опустились плечи и разгладилось лицо.       — Понимаю, если бы с другими частями что-то случилось, но… — Реддл-младший поднял диадему и покрутил её в руках. — Если с ними всё в порядке, то не вижу смысла для беспокойства.       — Ты же не был в Хогвартсе? — спросил Волдеморт, обращаясь к нему.       — Пф. Ты же знаешь, что нет, — Реддл-младший положил диадему на стол и спокойно посмотрел на того в ответ.       «Получилось? — Гарри, затаив дыхание, наблюдал за этими двумя. — Неужели Реддлу-младшему удалось отвести подозрение?»       — Попасть в Хогвартс не проблема. Был бы эльф, — сказал Волдеморт.       — Вот только я о таких возможностях этих прислужников не знал, — Реддл-младший сел обратно за стол. — К тому же, мне было интереснее мотаться по миру, — его голос стал сочиться ядом. — Ну, знаешь, после того, как я провел десятки лет в заточении…        — Я понял, — поморщился Волдеморт. Немного подумав, он указал волшебной палочкой на Гарри: — Экспеллиармус!       Реддл-младший, глядя на это, лишь недовольно закатил глаза.       Подхватив волшебную палочку Гарри, Волдеморт сразу же наложил на неё Приори Инкантатем.       — Есть что-то интересное? — без энтузиазма спросил Реддл-младший.       — Нет… — сказал Волдеморт и посмотрел на Гарри. — Что-то ты подозрительно молчишь.       — А толк мне говорить? Я уже и так понял, что это была не просто какая-то диадема и она была тебе важна, — Гарри «нервно» проглотил слюну. — Мне только и остается ждать, что ты не прикончишь меня. А еще… Еще было бы неплохо узнать, почему твоя подельница сегодня приняла вид парня.       — Это не Беллатриса, — снисходительно улыбнулся Волдеморт. — Но кое-кто тоже важный. А кто именно тебе знать не обязательно.       — Что теперь? — спросил Реддл-младший.       — Придерживаемся плана, — Волдеморт перевел взгляд на Гарри. — Ну что ж… Ты сделал то, что я тебя просил. Похвально. Теперь мне потребуется твоя добровольная помощь…       — Мне нравится, как ты говоришь о добровольной помощи, — сказал Гарри. — Хотя я принес тебе диадему абсолютно не добровольно…       — Не перебивай меня, — прищурился Волдеморт. — И мне плевать на твое мнение. Мы с тобой отправимся в подземелье в Хогвартсе, чтоб ты пробудил один древний артефакт.       Реддл-младший сделал вид, что откашлялся.       — Оговорка, — Волдеморт кинул короткий взгляд в его сторону. — Мы все отправимся в подземелье. От тебя потребуется совсем ничего…       — Нет, — сказал Гарри.       — Прости, я ослышался? — Волдеморт картинно подцепил край своего уха волшебной палочкой. — Это не тот ответ, который мне нужен.       — Я говорю нет. Волдеморт, ты меня так до конца моих дней будешь просить о всяких услугах? — Гарри с ненавистью посмотрел на того.       — Похоже, ты до сих пор не понял свое положение, — ласково проворковал Волдеморт. — Ослушаешься меня и ты позавидуешь мертвым. Или тебя последние дни ничему не научили?       — Валяй. Мучай меня. Только я тебе нужен, — с вызовом сказал Гарри. — Я уже понял, что чем бы ни была та диадема, она была не просто проверкой меня на подчинение. Так что даже идиоту уже должно быть понятно, что ты от меня не отстанешь.       — О, ты ошибаешься, Поттер, — широко улыбнулся Волдеморт. — Я от тебя легко отстану, если ты сделаешь то, что я попрошу тебя в подземелье Хогвартса. Мы все отправимся туда, сделаем дело и ты свободен…       — И ты даже вернешь то, что принадлежит мне? — спросил Гарри.       — Да. Я верну тебе часть твоей души, — сказал Волдеморт. — Даю свое слово.       — Ага. У меня ведь так много причин тебе доверять, — сказал Гарри. Ему стоило титанических усилий, чтоб не кинуть взгляд на Реддла-младшего. Гарри ему ничего не говорил про свою душу, но, похоже, Волдеморт с ожившим крестражем был более словоохотлив. — Я отправлюсь на твое «дело», только если ты принесешь туда и фонарик Джека с моей душой. Иначе я не сделаю ничего.       Волдеморт молча уставился на Гарри. Реддл-младший слегка взволнованно посмотрел на них:       — Зачем нам брать туда его душу? Мальчишка что-то задумал.       — Конечно, он что-то задумал! — раздраженно сказал Волдеморт.       — Тогда не стоит допускать, чтоб фонарик находился рядом с ним, — Реддл-младший посмотрел на Гарри.       «Ах ты гад. Решил играть против меня?!» — Гарри провел ладонью по лицу, чтоб стереть зарождающееся раздражение.       — Свяжи его Непреложным обетом, — предложил Реддл-младший. — Пусть пообещает сделать то, что ты его просишь.       По лицу Волдеморта пробежала какая-то тень. Помолчав какое-то время, он обрушился на Реддла-младшего:       — Для ритуала нужно добровольное согласие! Ты ни черта не знаешь, так что перестань влезать со своими советами!       — Я бы знал больше, если бы ты поделился со мной всеми сведениями, — Реддл-младший стукнул кулаком по столу.       — Завтра всё узнаешь! — рявкнул Волдеморт и повернулся к Гарри. — Хорошо. Я принесу с собой часть твоей души. Завтра в час дня мы незаметно проникнем в Хогвартс. От тебя требуется добровольное подчинение.       — Я думал, мы сейчас отправимся, — сказал Реддл-младший.       Гарри почувствовал, что готов треснуть своего «компаньона».       — Мне нужно подготовиться к транспортировке фонарика Джека, — отрезал Волдеморт, отрывистыми движениями почесывая лоб. — Ну что ж Поттер… Что бы ты не задумал — у тебя это не получится. Часть твоей души я тебе отдам, но только после того, как сделаешь всё, что мне надо. Можешь переночевать в особняке, а завтра мы отправимся в Хогвартс.       — Я не останусь тут на ночь, — Гарри уставился на него ошалевшим взглядом.       — Тогда убирайся отсюда куда угодно, — разъяренно прошипел Волдеморт. — Но завтра будь на самой высокой горе перед Хогсмидом в час дня. Если не придешь, то я тебя убью. И мне будет плевать, если мой план пойдет прахом, — он повернулся к Реддлу-младшему. — Том, уходим отсюда. Больше нам тут делать нечего.       Реддл-младший посмотрел в последний раз на Гарри и трансгрессировал из комнаты.       — Завтра. Час дня. Не опоздай, — сказал Волдеморт, после чего также трансгрессировал.       Гарри, на трясущихся ногах, дошел до рабочего стола и рухнул в кресло.       «Это было… Напряженно, — он положил подрагивающие руки на колени. — Реддл-младший… Что за подставу с обетом он мне тут чуть не устроил?! Он же так хорошо отмазал меня от подозрений по поводу диадемы…»       Интуиция говорила Гарри, что Реддл-младший знал реакцию Волдеморта на обет. Тогда зачем же он предлагал эту идею?

***

      Забрав Грёму из коридора, Гарри трансгрессировал в Лондон. Вечером он надеялся встретиться с Реддлом-младшим, но до этого была еще куча времени. Поняв, что ему в любом случае потребуется ночлег, Гарри решил наведаться в одно место, где его точно не будут искать.        Дом по Холланд Роуд, в котором в ином мире располагался проход в жилище Трелони, встретил его в полузаброшенном состоянии. Дорожка не почищена, ветви кустов не подстрижены, а окна были закрыты плотными шторами.       Проверив с помощью Гоменум Ревелио, что внутри никого нет, Гарри вошел в дом. Коридор неприветливо встретил его холодом, толстым слоем пыли и кучей газет и писем на столике у двери.       От души чихнув, Гарри огляделся. Дом выглядел уже давно нежилым, хотя от прошлых владельцев остались мебель и другие предметы. Пройдя по коридору, Гарри посмотрел на фотографии на стене. На всех них была изображена одна и та же пожилая женщина.       Гарри проверил гостиную и второй этаж. Никаких магических или странных предметов нигде не было.       — Значит, тут это обычный дом, — Гарри вернулся на первый этаж в гостиную. Достав Грёму из кармана, он положил его на диван. — Побудь пока тут, хорошо? Я вечером вернусь.       — Куда идешь? — Грёма свернулся кольцами на диване.       — Это… Не важно. Потом как-то расскажу. Никуда отсюда не уходи.       — Даже на охоту?       — М-м-м-нет. Нет, оставайся тут. Я вечером принесу тебе мяса.       Грёма покорно кивнул.       — Скоро всё закончится. Не волнуйся, — Гарри погладил ужа, после чего приободряюще улыбнулся.        Сверившись с часами, он отошел от Грёмы и трансгрессировал из дома.